В Петербурге мы встретимся вновь

   - Александр Сергеевич!?   Визиты Пушкина не были чем-то удивительным, но всегда вызывали настоящий переполох. Однако, в этот раз всё было иначе. В начале наступила неловкая тишина. Мужчины удивительно рассматривали друг друга. И если Гоголь просто-напросто не ожидал визита своего кумира, то Александра привёл в недоумение внешний вид товарища. Пушкин был ранней пташкой, а потому справедливо полагал, что в этот час Николай Васильевич тоже должен был бодрствовать. Но, как известно, даже гении склонны к ошибкам.    Гоголь видимо наконец осознал что облачён в одно лишь исподнее. Бледная кожа его покрылась алыми пятнами, он попытался неловко подняться с кресла, но запутался в рубашке и с грохотом упал на пол. После этого время словно возобновило ход. Всё завертелось, закрутилось. Пушкин скорее кинулся к Николаю, бормоча неловкие извинения. Затем в помещение вошёл Яким и всплеснув руками стал рыскать по комнате в поисках халата для своего барина. На всю эту картину с ледяным спокойствием взирал с порога никем не замеченный Лермонтов.   Минутой позже сгорбившийся господин Алов сидел у камина. Он кутался в банный махровый халат и стыдливо прятал лицо за волосами. Напротив него, на диване, устроился Александр Сергеевич со своим молчаливый протеже. Пушкин выглядел измученно, однако на лице его сияла довольная улыбка. Непослушные кудри венцом украшали голову. Ещё в прихожей он избавился от верхней одежды и сейчас щеголял в чёрном двубортном сюртуке, сером жилете и брюках с высокой посадкой. Александр нетерпеливо выстукивал указательным пальцем какую-то незатейливую мелодию, искоса поглядывая на поэта. Тот примостился на самом краю и, сложив руки на груди, дремал. Дремал и кот ,успевший за время переполоха перебраться на буфетный шкаф.   -  Что же привело вас сюда, Александр Сергеевич? - шёпотом, чтобы никого не будить, поинтересовался Николай. Казалось, Пушкин только и ждал этого вопроса. Он сразу же приосанился и гордо, с лукавой ноткой в голосе сказал :   - Я ведь, Николай Василич, по вашу душу пришёл! - и, поймав на себе удивлённый взгляд, продолжил - Гостил я в прошлую пятницу у своего хорошего друга, графа Самойлова. С его же позволения посетил личную библиотеку и наткнулся там на один..гм... фолиант, крайне любопытного содержания.. Впрочем, взгляните сами.      И Александр достал из-за пазухи десяток писчих листов сшитых прочной ниткой. Записи были сделаны острым гусиным пером. На первом листе растянулись чёрные кляксы. Они поглощали своими жуткими щупальцами неровные буквы, не желая открывать содержимое текста. Записи были сделаны спешно, второпях, но даже корявый, буквально, скачущий почерк не давал сомневаться в его обладателе. На безмолвный вопрос Пушкин усмехнулся и покачал головой: - А вы как думали, Гоголь? Читайте-читайте.   Николай пригляделся. Буквы постепенно складывались в слова, а слова - в предложения. <<                  Глава 62                                  "Видящие"    Тёмный (от лат.  Ténèbris — тёмный, мрачный, призрачный, неясный) — потустороннее существо третьей категории.    Известен также как: "Человек без души", "Человек без тени", "Воскресший",      Описание: изначально, человек, одаренный тьмою, перенявший её силы и способный беспрепятственно пересекать границу мироздания. Считается, что после получения дара носитель утрачивает человечность и становится  "навьей сущностью".   Способности/возможности:   - является проводником между Явью и Навью ( посещение Прави ограничено) ;   - обладает безграничной властью над низшей нечестью ( преимущественно - тенями) ; - имеет высокий уровень эмпатии; - способен совершить обмен жизней;   - бессмертен/неубиваем (имеется ряд условий), но уязвим.      Особенности: в отличие от другой нежити, не способен полностью управлять силами без помощи живого ключа..                                                                     .. >>       - Александр Сергеевич, - осторожно позвал Гоголь     - Да, друг мой?     - Что такое "живой ключ"?     - Насколько я понимаю, друг мой, живой ключ стабилизируется и направляет силы. Для Тёмного подобным ключом является его Наставник. Я смею заметить, уже описывал это. Вот здесь, посмотрите.     - Гм,.. Получается, без Наставника я не смогу научиться управлять этой силой в полной мере. Однако, ещё неизвестно что из себя представляет этот человек и как его отыскать. А человек ли? Это ведь может быть какая-то древняя сущность и отнюдь недружелюбная. Мы ведь не знаем даже этого.     - К сожалению, дрожайший Николай Васильевич, всё именно так.     -  Здесь ещё какие-то записи.     Николай внимательно рассматривал неизвестные символы, чётко выписанные красивым знакомым почерком. Было видно, что это старались писать неторопливо, выводя каждую петельку.   "- Вот этот знак напоминает месяц. А этот похож на змею. Ничего не понимаю."    - Это иероглифы?    - Признаться честно, я затрудняюсь ответить. Обычно, в подобном контексте используется тёмная латынь, шумерский или греческий языки. Но здесь.. Не думаю, что это иероглифы. Нет. Это скорее..    - Как по мне, понять здесь что-то сможет только Гоголь - голос у Лермонтова звучал недовольно, но на удивление бодро. Словно и не он только что падал от недосыпа.     - Что ты имеешь ввиду, Мишель? - непонимающе спросил Николай     - Это же элементарно! Ты должен воспользоваться своим даром. Попробуй вызвать видение. Или позови кого- нибудь за Грани. Может даже мавку свою. Мария, кажется?     - Оксана. - тяжело вздохнул Гоголь - Только я не уверен, что она придёт.     - А ты попробуй. Отзовётся - хорошо, не отзовётся - придумаем что-нибудь! - легкомысленно отозвался Мишель     - И впрямь, Николай Васильевич. Попытайтесь позвать её. - поддержал коллегу Пушкин    Гоголь кивнул и закрыл глаза. Нужно было выпустить свою сущность. Николай сделал глубокий вдох и время словно замедлилось. Он чувствовал как по венам распознаётся тьма. От кончиков пальцев чёрной вязкой смолой она поднимается всё выше и выше. Достигает сердца. Ох! Юношу трясёт от переполняющей его энергии. Нельзя. Нельзя поддаваться эйфории. Он зажмуривает глаза и кусает губы до крови.  Восстанавливает контроль. Тьма клубится дальше. Горло зажимает в тиски. Пара секунд удушья И!..   Отдалённо слышатся удивительные возгласы литераторов. Да. Вот она - моя Тёмная ипостась. Николай концентрирует силу и ускользает за Грань. Пространство вокруг постепенно теряло краски. Гоголь медленно открыл чёрные, будто наполненные сумраком, глаза.  Обычно бледная кожа его теперь приобрела серый оттенок, а лицо рассекали длинные, точно нарисованные, чёрные вены.   В комнате было пусто. Только противно скрипела створка окна. В помещение проникал пронизывающий потусторонний холод. Вдруг, послышалось громкое мяуканье. Тёмный от неожиданности вздрогнул  и обернулся. С серванта прямо на письменный стол изящно  опустился большой чёрный кот. В этом сером мире глаза его светились неестественным изумрудным цветом. Чёрные зрачки сильно сузились превращаясь в узкие, почти неразличимые, щели. Кот гордо поднял голову и подошёл к Николаю. Тот опустился на колени и осторожно протянул к нему руку. Зверь обнюхал её , изучая нового знакомого, и, удостоверившись в безвредности человека , уткнулся мордой в ладонь. Гоголь приподнял губы в ласковой улыбке (в его образе это смотрелось скорее жутко) и погладил гостя. И как он только сюда попал? Ладно. Не до того сейчас.   Тёмный решительно поднялся и осмотрел помещение. Нет. Здесь не получится. Он опять зажмурился и прошёл глубже в Навь, оставляя родную квартирку и своенравного кота далеко позади.    Теперь не было видно даже очертаний комнаты. Лишь бесконечная непроглядная тьма. Исчез пронизывающий холод. Обжигающее пламя лениво, даже ласково, лизало голые ступни.   Тёмный зашептал призыв. "-Оксанааа, Окссанаааа, Окссаанаааа.." Он звал не голосом, а всей своей сутью, вкладывая в эти слова   свои чувства, намерения, силы.    Откликаясь на его зов, Тьма, что водяная гладь, пошла рябью. Разверзлась пучина и тёмный, оплетённый жгучими щупальцами, силуэт поднялся наружу. Гоголь, не теряя ни секунды, ухватился за него и дёрнул что есть мочи. Рука предательски выскальзывала, но от Тёмного так просто не убежать. Они быстро перескочили несколько тоннелей, выбираясь поближе к Яви. Комната без красок встречала их тихим завыванием ветра. Кот протяжно мяукнул и подошёл ближе, изучая новую знакомую. -Посмотри, Соколик, что со мною сталося. - голос Оксаны звучал тихо, хрипло, как после длительного молчания.   Николай содрогнулся. Чёрная густая жижа медленно стекала с бедной мавки. Мокрые кудрявые волосы неприятно прилипали к телу. На шее и плечах - сильные ожоги. Бёдра и плоский живот украшали алые полосы. На ногах, ниже колена, не было живого места. Вот что бывает с теми, кто пытается избежать своей участи. Дрожащая Оксана обессиленно опустилась на диван и обхватила себя руками за плечи,  пытаясь то ли согреться, то ли перекрыть наготу.   Николай заботливо закутал девушку в плед, а чёрный кот запрыгнул к ней на колени. Мавка чуть улыбнулась и погладила его, получив в ответ  довольное урчание. По комнате прошла волна сырой энергии. Пространство колыхнулось, а все увечья Оксаны, под удивленный взгляд Гоголя, медленно затянулись. Чёрный кот, подмяв под себя кусочек пледа, свернулся клубочком и спокойно уснул, словно всё только что произошедшее для него было в порядке вещей.    - Хорошего ты себе помощника выбрал, Николай. - с лёгкой настальгией одобрила мавка - Зачем звал меня?     - Оксана.. мне так жаль...     - Не жалей . Твоей вины в этом нет.     - Ты не понимаешь..     - Нет. Это ты не понимаешь! Дочь мельника подняла на него свои яркие голубые глаза и Николая поразило застывшее в них безразличие. И совершенно неправильными казались  хрустальные слёзы в этих глазах. Слёзы чего-то непомерно важного, но утерянного навсегда. По безмолвной просьбе Николай присел рядом.    - Христом прошу, Коля. Не мучай меня. Говори, зачем звал и назад отправляй. Всё равно сделанного не воротишь.   Это было ужасно. Гоголь смотрел на мавку, искал знакомые черты и, к своему ужасу, не мог их найти. Это было лишь серая тень той, знакомой ему, Оксаны. Капризная, непокорная, ревнивая Оксана, в то же время весёлая, храбрая и преданная. Она была сейчас словно кукла. Дорогая хорошая кукла в нарядном синем платьице с круживами на  рукавах и белоснежным передником, в аккуратных чёрных балетках, с милыми  хвостиками кудрявых волос, с большими глазами-бусинками, пухлыми розовыми щёчками и нарисованной улыбкой. Некстати вспомнились ему сестры: Лизонька и Олюшка. Наверное, именно о такой кукле они могли бы мечтать. Девочки бы аккуратно обращались с такой дорогой и редкой игрушкой. Но попади кукла в руки других беспечных, избалованных, а возможно и жестоких детей, она была бы тут же сломана. Ей порвали и испачкали бы платье, сломали руки и ноги, отрезали или вырвали бы шелковистые волосы и изуродовали мило видное личико.  Оксана сейчас и есть эта бедная, сломленная кукла. Её вывернули наизнанку и набили чем-то совершенно нелепым, безвкусным. Соломой, к примеру. Чтобы она потеряла все краски, перестала быть собой, превращаясь в безмолвную, безропотную марионетку. Даже будучи мёртвой Оксана была живее многих. А сейчас.. Она не живёт и не тянется к жизни. И это удручало.      - Скажи, Оксана, что тебе известно о неком Наставнике для Тёмного. Что он из себя представляет? И как его можно найти?    - Наставник, говоришь.. Хм... Насколько мне известно, он будет является проводником для твоей силы. Тёмные, как ты, имеют человеческое тело и потусторонние способности. Тело - это твоя оболочка. Она слаба и уязвима, потому не сможет вынести нагрузки и тебя просто разорвёт. Я видела когда-то нечто подобное. Уже после смерти. Была у нас в Диканьке одна ведьма. Аглая звали. Поймала она как-то сильного Светлого, да и решила заполучить себе его силу..    - Амбициозная она была. Но глупая. -  прокомментировал Гоголь - даже я знаю, что Навьему созданию не подвластен светлый дар.    - А ты не перебивай, а слушай! Так-то ты верно говоришь, но не в этом тогда дело было. Она хотела его силу не присвоить, а поглотить. Знаешь, что да как? Николай нервно сглотнул, ставшую в один момент вязкой, слюну. Но на вопрос ответил:    - При правильном поглощении силы бы перестроилась под новую владелицу. Таким образом, ведьма получила бы не сам дар, а, равную предыдущему носителю, энергию.    - Верно. Но Аглая не смогла справиться с таким количеством энергии и дух покинул её, а тело развеялось по ветру.    - Значит, со мной случится нечто подобное? Если я попытаюсь развить дар сам..    - Именно поэтому тебе нужен Наставник. Знаешь, я ведь хотела стать твоим Наставником. Тогда, в Диканьке.    - И почему не стала?    -  Наставника для Тёмного выбирает его дар. И для тебя я думаю его уже подобрали давно. Иначе меня бы выбрали. Ну значит не судьба.. Доверяй своей интуиции, Коленька. Всегда доверяй...    - Оксана,.. Я давно хотел спросить.. Откуда ты столько знаешь об этом? То есть.. Я понимаю, что ты мавка, но... Ты ведь обычная дочь мельника..    -  Ещё при жизни, мачеха заметила во мне ведьминскую суть. И многому обучила.. Зелья, травы, мелкая магия. И конечно законы Навьего мира. Правда, я думала ты сам обо всем догадаешься. Не все же самоубиенные нежитью перерождаются.    - Правда?    - А ты как хотел? - возмутилась Оксана - Если бы все утопленники поголовно русалками да мавками становились, у нас в пруду свободного места бы не осталось! Неет! Это только те, кто при жизни Грани коснулся. То бишь Нави или Прави.     - Подожди-ка. Так ты, получается, и привороты делать умела? - в его голосе слышалось подозрение вперемешку с возмущением     - Умела - осторожно согласилась Оксана     - А почему меня тогда не приворожила? - искренне удивился Гоголь     - Думаешь, я не пыталась? Не действует на тебя ворожба - с горечью заключила мавка     - Но за само колдовство платить пришлось. Говорю же, нет в случившемся твоей вины. За свои грехи страдаю. Ну и поделом.     - Что ты такое говоришь!?     - А что я говорю? Не печалься, Сокол мой. Ещё и похуже могло быть.   Вдруг всё затряслось, загрохотало. На стенах появились огромные трещины. Из пола начала сочиться горячая лава. Помещение рушилось на глазах. Кот молниеносно преодолел расстояние до подоконника и там, запрыгнул в червоточину, возвращаясь в Явь. Но никто не мог винить его за побег, ибо причина оказалась стоящей.    Посреди комнаты появилось жуткое существо. Десятки красных глаз тут же уставились на мавку. Огромная пасть умещала в себе дюжину огромных, сочащихся ядом крыков. Оно медленно потянуло к ней опоясанные острыми шипами щупальцами. Гоголь загородил собой девушку. Вокруг него образовался густой синеватый дым. Послышалось змеиное шипение. Тёмный оскалился и приготовился к нападению. Он готов был защищать подругу. Оксана с безразличием смотрела на пришедшего стража. Такие, обычно, сопровождали умершие души. Николая она словно и не видела.    - Это за мной. Они недовольны. Нужно поторопиться. От неожиданности Гоголь даже вернул себе привычный облик. Реакция Оксаны сильно обескуражила его.    - Но.. Но.. н-неужели ты..    - А что ты можешь сделать? - грубо спросила та. Николай растерянно заморгал.     - Вот именно, Коля. Ничего! Не трать зря силы.. И уходи скорее.               - Нет!!! Подожди, Оксана! Но мавка не слушала его мольбы. Она схватила его за край рубашки и с силой выкинула за Грань.   Очнулся Николай лежащим на полу. Над ним обеспокоенно склонились Яким и Пушкин. Лермонтов стоял чуть поодаль с врачебным интересом рассматривая его внешний вид. А посмотреть было на что. Коля попытался подняться, но тут же взвыл от боли. Ноги его оказались в сильнейших ожогах. Кожа покрылась волдырями, а кое где даже полопалась. Гоголь болезненно простонал и опустился обратно на холодный пол. Слуга уже суетливо рыскал в чемоданчике с медикаментами. Мишель подошёл ближе и помог Пушкину перенести Николая на диван.  Лермонтов  достал откуда-то зеленоватую дурно пахнущую мазь и стал обильно наносить её на пострадавшие ноги своего товарища. Потом забрал у возмущённого Якима бинт и осторожно зафиксировал правую ногу. Александр Сергеевич тем временем принёс тазик с водой и полотенце. Только сейчас Гоголь заметил рассечённую бровь и кровоточащий затылок. Волосы неприятно слиплись. Николай с досадой представил как он будет потом их расчёсывать. Дааа. Такое испытания маменькин старый гребень вряд ли выдержит. Лицо и сорочка были испачканы в непонятной чёрной субстанции. Очень клейкой, судя по возмущениям Пушкина.    - Что-нибудь узнали, коллега? - поинтересовался литератор, старательно стерая запёкшуюся  кровь с виска.    - Основное нам уже известно. Оксана только сказала, что мой дар сам укажет на нужного человека.     - Всё таки человека? - оживился Лермонтов. Он уже закончил обрабатывать раны и преспокойно расположился в кресле.     - Я очень на это надеюсь. - честно ответил Николай      - А что она сказала об этих странных записях?      - Ой! - спохватился Гоголь - Я совершенно забыл спросить о них - он виновато посмотрел на Пушкина      - Ха.. Кто бы сомневался. - усмехнулся Михаил    Александр Сергеевич неодобрительно посмотрел на него, но, не заметив и капли раскаяния, только махнул рукой. Чего с него взять, ежели язык без костей? Александр ласково обратился к Гоголю:      - В этот нет ничего страшного, Николай Васильевич. Вы ведь только учитесь. Тем более, я не  считаю, что ваша Оксана могла сказать что-то важное. Полагаю, разгадать написанное под силу только вам, Тёмному. Но! Покуда мы не найдём Наставника, попрошу вас воздержаться от тренировок. - заявил вдруг Пушкин     - Но..но как я тогда помогу нашему ордену? Ведь, если я не научусь управлять своим даром..     - Ни слова больше, мой друг! - грозно отчеканил поэт. Но, заметив как сжался Гоголь, чуть умерил пыл и продолжил уже спокойно - Николай Васильевич, родной вы наш! Это ведь ради вашего же блага! Как вы этого не понимаете? А ордену помочь.. Если уж так хочется, можем потренироваться с вами в фехтовании. Должен признать, ваш навык владения холодным оружием заставляет желать лучшего.     - Да и стреляете вы не очень. Могу помочь. - предложил вдруг Лермонтов Гоголь на его замечание возмущённо засопел. Эти слова были совершенно незаслуженными. Стрелять Николай умел и очень метко! Конечно, с мастерством покойного Бинха не сравнить, но! Только Яновский собирался ответить на колкость Михаила, как заговорил Александр Сергеевич :     - Ну что же вы, господа. Не будем ссориться - он примирительно поднял руку. Против Пушкина никто идти не хотел, да и разочаровывать солнце русской литературы себе дороже. Лермонтов сквозь зубы попросил прощение.  Довольный маленькой победой Гоголь милостиво кивнул. Пушкин продолжил:    - Раз уж всё разрешилось, приглашаю вас, друзья, на бал. У князя Вяземского завтра  торжество.    - По какому это случаю? - подозрительно спрашивает Михаил Юрьевич    - Баратынский наконец в Петербурге приезжает. Ну не кривитесь вы так, Мишель - ласково просит поэт.    - Позвольте ответить отказом. - пропустив замечание мимо ушей, чеканит Лермонтов     - Не будьте так категоричны, mon chef. Сейчас И Николай Васильевич идти не захочет.     - И правильно сделает! Николай Василич, - обратился он к Гоголю - ради Бога! Не идите. Баратынский - совершенно невыносимый тип! Он своими придирками и мёртвого достанет!!!      - Не слушайте его, Ники. Евгений замечательный человек. И, кстати говоря, очень известный поэт. Уверен, вы найдёте о чём с ним побеседовать! Гоголь не знал нужно ли что-то отвечать на это утверждение и просто кивнул головой. А Лермонтов, казалось, разошёлся не на шутку:     - И всё равно я не пойду! Даже не уговаривайте! - перебил он открывшего было рот Пушкина. Тот лишь добродушно улыбнулся и как бы невзначай сказал:      - Очень жаль, мой друг. Значит так я и передам Дельвигу.      - Дельвиг? Антон Антонович? - неверяще переспросил Михаил   Пушкин применил запрещённый приём и все это понимали. Дельвиг, как и  Пушкин, всегда был для Лермонтова чем-то  недосигаемым, непостижимым. Мишель с юности мечтал о знакомстве со своими кумирами. Одна часть мечты уже сбылась. А сейчас есть возможность осуществить другую.     - Вы, что же.. Хотите сказать, что он там будет? - голос  прозвучал как-то растерянно     - Именно так. Скажу даже больше: я обещал ему знакомство с одним подающим надежды, молодым поэтом. На Михаила было больно смотреть. Он как-то резко побелел, потом покраснел. А когда лицо его стало принимать зеленоватый оттенок, переполошились все. Александр скорее протянул ему стакан воды. А Лермонтов неотрывно наблюдал за своим учителем. Он не знал, хочется ли ему сейчас ударить Александра за подлую выходку или обнять за возможность пообщаться со своим кумиром и вдохновителем. Так ничего и не надумав, Мишель просто выпил предложенную воду. Потом он поднялся с кресла и неторопливо прошёл к выходу. У двери он повернул голову в пол оборота и спокойно сказал:      - Пожалуй, нам пора расходиться. Завтра будет тяжёлый день. На бал к самому Петру Вяземскому идём.   Пушкин радостно улыбнулся. Да. Определённо, завтра будет очень насыщенный день.