В Петербурге мы встретимся вновь

    Утренний туман лёгким покрывалом опустился на землю. Девственно голые деревья устало склонили головы, слегка колыхаясь на ветру. В этот час улица была пуста. Дома в четыре этажа выглядели небогато, даже блекло, но стояли крепко, надёжно. Стены, казалось, легко могли бы вынести испытание временем.   Район этот был спокойный, ленивый, а дома словно спали вместе со своими жильцами. Одна только серая ворона упорно шагала по дороге, вертела по сторонам пернатой головой и пощёлкивала чуть скрюченным клювом. Она внимательно осмотрела улицу глазами-бусинками в поисках пищи. Под когтистыми лапками хрустел едва выпавший снег.   Казалось, ещё вчера ярко светило солнце, пела весенняя капель и вот за ночь снова пришла зима. Погода в России всегда была непостоянна, непредсказуема. Этим она и отличалась от любой европейской погоды. Суровый климат не терпел слабаков на своей территории. Он испытывал людей морозами Сибири и полящим солнцем Кавказа, выбирая достойных жителей непобедимой страны.     Непредсказуемость погоды придавала разнообразия унылым серым будням. К примеру, сегодня патлатый трактирщик, рассчитывавший подольше понежиться в кровати, всё утро будет расчищать дорогу от снега, одновременно с этим бурча затееватые ругательства и сетуя на погоду. Но это случиться лишь через пару часов, а пока..   ..Тишину нарушил громкий лай. Стая дворовых собак неслась по улице агрессивно скаля зубы. Первым бежал крупный пёс золотистого цвета. На округлой морде застыло непреодолимое чувство голода, уши стояли торчком, а пушистый хвост нервно дёргался. Шерсть промокла и свалялась, а на шее и правом боку свисала клочками. На голой коже красными полосами выделялись следы от когтей - результат недавней драки. Пёс держался гордо, властно, что позволяло без труда распознать в нём вожака. За ним следовали ещё двое. Пёс светло-полевого окраса; начиная с головы, чёрные волосы покрывали переносицу, лоб, шею, спину и бёдра, плавно переходя на хвост. Короткая шерсть подчеркивала его худобу и сильно выпирающие, обтянутые кожей, рёбра; уши были полустоячие, в середине словно заломанные назад. Он оскалился, демонстрируя крупные острые клыки; дёсна кровоточили, а из пасти вязкой жижей текла слюна. Бело-кровавая смесь делала пса похожим на дикого волка. Вторая псина, словно в противовес, казалась доброй и  грустной. Она была песочного цвета. Сплюснутая мордочка выражала настороженность и страх. Дворняга передвигалась медленно, нерешительно. Последним перебирал лапами небольшой чёрный щенок. По его виду можно было предположить, что в бойнях он участвует чаще всех остальных. Правое ухо разодранно, на шее и груди  свежие раны, а от хвоста остался один обрубок. Этим обрубком щенок интенсивно размахивал, показывая, как ему нравится происходящее. Иногда пёсик игриво порыкивал, словно подражая вожаку. Стая явно кого-то преследовала. Действительно, на фоне снега сильно выделялось непонятное чёрное пятно. Пятно ещё раз отчётливо мелькнуло и затаилось среди дубовых ветвей. Лохматый квартет окружил бедное дерево, раздирая лапами кору и громко рычал на добычу. Один из них, самый младший и бойки, подпрыгивал к ближайшей ветке пытаясь вцепиться в неё зубами.   Их лай перебудил всю округу. Люди возмущённо кричали и не могли понять что произошло. Некоторые впечатлительные особы даже потеряли сознание от неожиданно громких звуков. Из пятиэтажного дома выбежал какой-то мужичок . Он махал руками, прикрикивал, но псы только агрессивно рычали на него и продолжали штурмовать дуб. Вдруг послышался выстрел. Разозлённый трактирщик предупреждающе пальнул в воздух из ружья. Все крики тут же смолкли. Он внимательно осмотрел улицу, остановив взгляд на ближайшей к нему собаке. Застыв, она поджала уши у голове и жалобно заскулила. Левая лапа безвольно повисла. Однако трактирщика это не разжалобило. Он решительно направил на неё оружие. Тут из окна соседнего дома в "грустную псину" полетел кожаный сапог. Он несильно ударил её по спине, как бы говоря: "беги скорей отсюда, глупая!"  Опомнившись, дворняжка  взвизгнула и бросилась в конец улицы. Последний раз клацнув зубами в сторону обидчика, стая последовала за ней. Мужчина разочарованно вздохнул и побрёл обратно в трактир. После такого представления спать не хотелось совершенно.    А тем временем, виновник этого хаоса успел перебраться на крышу игриво размахивая пушистым хвостом. Он лениво потянулся и подставил животик ласковым лучам. Вдруг кот настороженно огляделся, чуть дёргая ухом и с интересом уставился на дорогу. А посмотреть было на что: красивая рессорная бричка остановилась прямо напротив сорок шестого дома. Пока кот мог рассмотреть только силуэты. Пришельцев было двое: брюнет в шляпе-цилиндре и чёрном добротном пальто, за ним - молодой блондин помладше в серой шинели и военной фуражке. Уже сам этот факт прибытия этих господ вызывал удивление. В доме купца Галибина проживало не так много людей. На первом этаже разместилась пожилая торговка тканями, сильная, волевая и очень добрая женщина. Любой кот в округе знает, что если вышел голодный день, нужно идти к ней на поклон. К сожалению, лет двадцать как вдова. Ни внуков, ни детей у неё нет, потому навещать её в шесть часов утра было некому. На втором воцарилась молодая пара. Муж коту нравился: заботливый, работящий, жену любит, не бьёт, не пьёт, не кричит. Не мужчина - золото. Девчушка тоже ничего: ласкова да чистоплотна и пироги с мясом наивкуснейшие печёт. Кот знает: проверял. А вот их сына хвостатый сразу невзлюбил. Спит целыми днями в люльке и проку от него никакого. Но если проснётся.. Всё! Пиши-пропало! Орёт так, что у кота уши отваливаются. Вообще, кот подозревает, что это и не ребёнок никакой. Детей он видел: те ростом больше и волосы у них есть. Правда характером жестоки -  камнями и палками в него кидают, ну да это ничего. Привык уже. А этот странный какой-то, лысый весь, сморщенный, и что самое страшное - манипулирует крикун его людьми. Слово-то какое заумное "манипулирует"! Это кот от профессора местного услышал. Но дело сейчас ни в слове и ни в профессоре. Приходил кот как-то к своим людям, разоблачить "ребёнка" хотел... но они, эти неблагодарные люди, его за порог выставили! А кот всего-то в самозванца лапой пару раз потыкал. В общем, не задалось у него с этой семьёй... Впрочем, гости прибыли явно не к ним. Ведь, помня все прихоти пришельца, кот с уверенностью мог сказать, что в шесть часов, молодая семья только ложилась.    Но самое неприятное для кота происшествие случилось на четвёртом этаже (третий не был заселён). Там обосновался какой-то взбалмошный поэт. Или писатель. Признаться, наш кот не очень разбирается в человеческих терминах, да и читать никогда не умел.    Писатель этот был внешности страшной: ужасно худой,  бледный, как снег в декабре, и вечно замотан в сотню слоёв одежды. В общем, на вурдалака похож. Лицо было ещё хуже: чёрные волосы непонятной длины всклокоченные постоянно падали на лицо; высокий лоб; брови почему-то девичьи соболиные; большие ярко-голубые глаза, какие и в природе-то не бывают; нос. О, Боги! Про этот нос можно было написать целую книгу. Он настолько огромен, что впору считать, будто он вот-вот облачится в мундир и отправиться государю на службу!* Впрочем, и в людской красоте кот тоже мало что понимал. Он точно знал одно: нельзя судить по-внешности. Поэтому наш кот, пересилив отвращение, как любой хороший сосед отправился поздравить поэта с новосельем. Поймав в подарок мышку покрупнее да повкуснее и, совершенно неприлично облизываясь, он поскрёбся в окно. Никто не открыл. Поскрёбся настойчивее. Опять тоже самое! "Ничего, наверное не слышит." - подумал кот и аккуратно пробрался в комнату. Ох, лучше бы он этого не делал..    В гостиной витал запах гари и чего-то терпкого, сладкого. На полу были разбросаны скомканные листы бумаги, пепел и пустые бутылки. Хозяин этого хаоса дремал на диване. Вид его оставлял желать лучшего. От изумления кот даже выпустил из пасти мышку. Тут необходимо сделать небольшое отступление и пояснить, что по мнению нашего кота, лучшая еда - свежая, а если уж нужно приготовить мышь в подарок, то она обязательно должна быть.. Писатель проснулся и неистово завизжал. .. живой. Мышка с громким писком бросилась под стол. Кот, отмерев, помчался за ней. А она  к тому самому дивану. Бедный хозяин кажется подпрыгнут до потолка. Он буквально перелетел с дивана на комод и, схватив швабру, стал на пару с котом ловить беглянку. Писатель махал  метёлкой безразбору и несколько раз даже попал по коту. Но до мыши не достал. Она опять пискнула и повернула к двери. Кот в прыжке пересёк комнату и, в полёте обогнав мышку, врезался в дверь с хриплым мяуканьем. Под тяжестью его тушки дверь со скрипом захлопнулась, а мышь юркнула в дырку справа от неё. Просчёт, однако. Кот расфокусированным взглядом наблюдал за этим безобразием, когда над ним угрожающе нависла тень. Поднял голову. Ой-ей. Писатель схватил чёрного за шкирку и выставил за дверь. Вслед, явно для ускорения бедняги, полетела бутылка.   По сей день кот вспоминает их первую встречу с содроганием. Бррр. Что за странный народ эти поэты? Я к нему со всей душой, а он бутылками кидается!    Но сейчас любопытство превысило обиду и кот пробрался в квартиру неприятеля. Он осмотрелся и недовольно дёрнул хвостом. Совершенное безобразие! В помещении, как и в прошлый его визит, царил хаос. А среди спаленных и исписанных листов в старом кресле дремал писатель. В одной только тонкой рубашке. Как можно так халатно относиться к своему здоровью?  Кот скорее захлопнул все окна в комнате и направился к камину. Огонь уже почти потух. Мысленно что-то продумав, кот обхватил зубами одну из лежащих рядом обструганных веток, подошёл ближе к тлеющим уголькам и попытался перемешать их. Это было весьма сложно: деревянная палка с трудом пролежала между прутьев решётки и неприятно растягивала пасть. Ветка уже немного загорелась. Наконец пошёл дымок и пламя лениво взвилось над камином. Кот бросил палку прямо за решётку и  поспешил отойти. Он был доволен собой. По комнате медленно распространялось тепло. Пушистый герой обеспокоенно перевёл взгляд на кресло. Хозяин спал плохо, хмурил брови и бормотал что-то неразборчивое. Его лицо осунулось, а под глазами залегли мешки. Обиды резко поубавилось. Где-то на первом этаже послышались крики. Кот ещё раз внимательно осмотрел человека. Нет уж, пусть спит, горе луковое.     - Говорю ж я вам, уважаемый, нельзя к барину! Почивает он ещё! - противный голос слуги послышался более отчётливо.      Кот от неожиданности спрятался под стол.     - Пропусти меня, Яким. Сейчас же! Мне срочно нужено увидеть Николая Васильевича! - вторил ему другой, более приятный голос.  "Вот значит-с как его зовут. Николай Васильевич. Что ж, звучит, да-мрр." - кот прислушался.      Думаю, необходимо пояснить что же такое произошло. Дело в том, что в прошедшую среду к Николаю наконец пришла муза. Она была до ужаса капризной и посещала его крайне редко. А после выхода "Вечеров" и вовсе, казалось, забыла о Гоголе. По этой причине уже пару дней он полностью посвятил себя новой повести. Бедный Яким и успевал только, что через силу кормить "непутёвого барина" и спать пытаться уложить. В общем-то, безуспешно. Однако, прошлой ночью падающий от усталость Николай плюхнулся в кресло да так и уснул. За ночь тело его затекло, а кости болели нещадно.  И вот сейчас, проснувшись от громкого голоса крепостного, он с мученическим выражением лица пытался разогнуть спину.   "-Ох! Да, кресло - явно не лучшее место для сна." - мысленно сокрушался Гоголь.   А тем временем утренний гость не оставлял своих попыток докричаться до хозяина. Он был очень настойчив.    - Да куда же это вы идёте-то?! Совести у вас нет! - всё причитал крепостной - Он же только пару часов как уснул!!!   "-Пару часов? Хм, интересно. Это что же получается, я лёг настолько поздно? Или это сейчас так рано?"    - Уйди с дороги, Яким! - раздалось с лестницы. И через пару секунд в комнату, совершенно беспардонно, залетел ..    - Александр Сергеевич!? - изумленно воскликнул писатель и с восхищением уставился на Пушкина.   Где-то под столом обречённо помотал головой чёрный кот.