Маленькие истории

      Чимин открыл входную дверь и со всей силы хлопнул ей. Омега, измотанный после очередного тяжелого дня, устало сполз по стене, а затем снял ботинки и свернулся калачиком в прихожей. Знал, что он был один, что в это время в доме было пусто, поэтому никто его не мог осудить за это, не мог потревожить, позволяя немного прийти в себя после изматывающего дня. — Ты что делаешь, Чимин? — омега услышал голос соседского альфы. Они дружили уже давно, но Чимин точно знал, что чувствовал к Юнги что-то большее, чем просто дружбу, иногда позволял ему слишком много.       Альфа снимал такую же дешевую студию напротив и все время заходил в гости, а может, Чимин чаще заходил к нему — их сближали постоянное отсутствие горячей воды или отопления, ворчливый домовладелец, требующий оплату вперед, простые жизненные трудности и сладости, которые Юнги приносил с работы.       Хоть альфа и был немного вредный, слишком отстраненный и совсем молчаливый, Чимин доверял ему слишком много. Омега часто рассказывал тихому соседу о своих странностях, вещах, которые помогали бороться с грустью, пережить еще один день.       Только сейчас, когда так хотелось, чтобы в коридоре никого не было, появился именно Юнги. Почему он был дома в это время, Чимину думать совершенно не хотелось. Омега просто хотел немножко полежать в тишине, а потом отползти к себе в комнату и зарыться в куче одеял...       Мечтам не суждено было стать реальностью. Юнги стоял над душой и наблюдал за попытками Чимина оторвать свое тело от пола, но не выдержал, и, взяв на руки, отнес в комнату. Омега нисколько не сопротивлялся. От усталости и беспомощности он лишь обвил шею альфы руками, чтобы не упасть. — Что опять случилось? — спросил с настороженностью Юнги и опустил Чимина на кровать. — Ничего, это не так важно, — ответил омега, заворачиваясь в одеяло так, чтобы альфа не увидел его изможденный вид и поникший взгляд. — Снова хочешь съесть что-то необычное? — Юнги словно не интересовался, а утверждал, ведь когда дело доходило до трудностей, то первым делом Чимин шел к нему есть сладости. Только раньше альфе не приходилось видеть обессиленного омегу лежащим на полу. — Нет, — обиженно промычал Чимин. Этот альфа, казалось, все о нем знал, точно угадывал его настроение и пах особенно сильно рядом. Пах осенью, какао и зефирками... Именно этого сейчас так хотелось. — Да, наверное... — все же признался Чимин.       Альфа сел рядом возле кровати, приготовившись слушать, но омега мялся и долго не решался заговорить. — Не хочешь говорить? Ладно, тогда переодевайся и спи, а я пойду к себе... Буду наслаждаться печеньем в одиночку, — хитро улыбнулся Юнги, заставив Чимина резко вскочить с кровати. — Я расскажу, но вряд ли у тебя все это есть. Но потом ты и меня угостишь, договорились? — испуганно спросил Чимин.       Юнги закивал в ответ. Он знал, что можно было ожидать от этого омеги. — Ты знаешь, я хочу какао с зефирками. Хочу пить его в палатке, закутавшись в большой теплый свитер... Этот приятный запах какао вдыхать хочу. Не знаю, откуда он, но последнее время я думаю только об этом. — У меня этого нет, — пожал плечами Юнги и направился к выходу, оставив Чимина в растерянности. — А как же печеньки? Ты пообещал... — Через час приходи.

***

      Весь час Чимин не знал, куда себя деть. Он давно переоделся и теперь просто ходил по кругу, иногда выглядывая в окно. Омега волновался, словно сегодня наступил тот самый день, когда хотелось рассказать другу все: о сложной работе и своих надеждах на будущее, страхах, давно хранившихся в душе, возможно, даже рассказать о своей симпатии, трудностях, желании иметь малыша.       Оставалось лишь десять минут, а Чимин уже стоял под дверью соседа, немного поскребывая ее ногтями, чтобы его поскорее впустили и накормили сладостями. Сегодня он как никогда нуждался в этом, но альфа не открывал, хотя точно находился в квартире. Слышался шум, грохот посуды, а иногда и ругательства. — Юнги, впусти меня, — тихонько постучал Чимин, когда прошел час. Дверь была заперта, хотя обычно альфа никогда ее не закрывал — знал, что голодный омега мог нагрянуть в любой момент. — Заходи, только глаза закрой, — ответил Юнги из комнаты, а затем Чимин услышал щелчок дверного замка. Он в предвкушении закрыл глаза и прошел внутрь.       Через пару секунд Юнги осторожно взял омегу под локоть и повел вглубь комнаты, хотя Чимин мог пройти и с закрытыми глазами. Здесь он бывал даже чаще, чем в собственной студии. Юнги, по ощущениям, медленно шел к центру единственной комнаты. Чимин следовал за ним, когда альфа попросил его сесть на пол, а затем наклонить голову и проползти еще немного. — Можешь открывать глаза, — прошептал Юнги. Чимину казалось, что альфа впервые был так рядом с ним, ведь раньше держался в стороне и даже кино всегда смотрел на своей половинке дивана. Теперь же можно было почувствовать рядом его тепло, дыхание на коже и легкие прикосновения. Чимину на мгновение захотелось не открывать глаза, а остаться так — действовать на ощупь, повинуясь своим чувствам.       Омега с опаской все же открыл глаза, сразу оказываясь внутри палатки прямо посреди комнаты. Вокруг ярко мигали лампочки от старой новогодней елки, а рядом стоял поднос с его любимыми сладостями. Юнги протянул кружку с какао и зефирками, а Чимину вдруг захотелось заплакать.       Такого для него еще никто не делал. — Что это такое? — с неописуемым восторгом спросил омега. — Ты же сказал, что у тебя ничего нет... — Появилось, — пожал плечами Юнги, вновь и вновь поражая своей немногословностью. И пусть он не говорил много, но делал все, чтобы заставить Чимина чувствовать себя лучше, забыть о неприятностях. — Ты для меня это сделал? — задавал сотни вопросов Чимин. — Как ты все это сделал? Просто невероятно! Можно я тут останусь ночевать? — А для кого же еще, — ухмыльнулся Юнги. Другого такого омеги в его жизни не было. — Оставайся, если хочешь... — Так ты не расскажешь? Как ты все это устроил? — не унимался Чимин. Ему было слишком интересно, а может, омега волновался из-за того, что собирался рассказать Юнги о своих чувствах. — Сходил в магазин, купил какао и твои эти зефирины, одолжил у соседей палатку, у охранника взял лампу, которая имитирует костер... — И печенье успел испечь? С предсказаниями? — удивился Чимин. — Нет... Это с работы принес, — соврал Юнги. Всю прошлую ночь он стоял у плиты, делая для Чимина немного сладостей, чтобы порадовать омегу.       Юнги подвинул печенье с предсказаниями ближе к Чимину, который отчего-то задрожал, хоть в комнате и не было холодно. Альфа накинул на плечи свой широкий кардиган, как соседский омега и представлял себе этот вечер. Ему хотелось утешить Чимина, желательно в своих объятиях. — Это так здорово, — радостно заулыбался омега. — Я раньше никогда не пробовал такое печенье, — Чимин достал маленькую бумажку с написанным внутри предсказанием и прочитал его про себя, сразу дергаясь от неожиданности.       «Поцелуй того, кто тебе нравится». — Что такое? — удивленно спросил Юнги. — Нет, ничего... Просто предсказание попалось довольно странное... — омега сразу засмущался, но все же подвинулся ближе к альфе, ближе к теплой лампе. Щеки давно запылали, словно он сидел рядом с костром, а сердце бешено заколотилось в груди. — Мне стоит тоже попробовать одно, — Юнги потянулся к печенью и разломил одно, не заметив, что Чимин оказался совсем близко, почти обжигая дыханием шею. — Юнги... Можно я поцелую тебя? — омега закрыл глаза. Ему стало невыносимо страшно в этот момент, но признаться в своих чувствах все равно хотелось сильнее. — Только не отталкивай меня, пожалуйста... — Я никогда не собирался отталкивать тебя, Чимин, — опередил Юнги, притягивая омегу к себе для поцелуя. Чимин внезапно оказался у альфы на ногах, обвил его шею руками и утонул — стремительно, мгновенно — в поцелуях, оставленных на щеках и сладких после какао губах. — Не собирался? — удивился омега. В его глазах можно было заметить испуг, тревогу и страх рассказать о своих чувствах. Чимин с дрожью в руках протянул Юнги предсказание из печенья, показывая содержимое, когда альфа уже доставал свое, хоть он и так знал, что там написано...       Юнги написал их сам и аккуратно вложил в печенье, которое позже запек.       Чимину хватило одного лишь мгновения, чтобы все осознать. А может, потребуется еще целая вечность, чтобы поверить в слова Юнги, как и поверить в поцелуи, горящие на коже, поверить в касания, в то, что, возможно, скоро он будет наконец-то счастлив, не пряча свои чувства. — Я случайно увидел твой дневник, извини, — омега от страха дернулся в объятиях Юнги, но его держали слишком крепко, не отпуская. — Он лежал на кухонном столе открытым, наверное, ты забыл убрать, когда я пришел, — добавил альфа.       Чимин задышал неровно. Когда-нибудь он обязательно рассказал бы Юнги все сам, но альфа узнал раньше, оказывая поддержку сейчас, когда она была так нужна, понимая без слов, продолжая держать так, словно от этого зависело все. — Ты прочитал? — с дрожью в голосе спросил Чимин. Альфа дышал ему почти в губы, сводил с ума касаниями под домашней рубашкой.       Юнги выдохнул и кивнул в ответ. В это мгновение можно было говорить обо всем, можно было признаться, раскрыть все свои тайны, но альфа просто целовал, оставлял на коже свой запах. — Хочешь прочитать мое предсказание? — спросил альфа, так и отпуская от себя Чимина.       «Сделать любимых самыми счастливыми». — Любимых? — растерялся омега. Он закрыл глаза, вдруг понимая, о чем говорил Юнги, что именно он видел в его дневнике.       Чимин ластился, позволяя снять с себя всю одежду, но все же решая остаться в одном из свитеров, которые альфа приготовил для него. Юнги входил очень медленно, окутал теплом, не переставая целовать.       После всех трудностей, оставленных позади, после месяцев молчания, альфе хотелось целовать бесконечно долго. Юнги перестал сдерживаться под сладкие стоны омеги, снова сажая к себе на колени. Теперь Чимин был совсем близко, чувствовал его глубоко внутри, дрожал от того, что было слишком хорошо.       Чимин вскрикнул, когда стало жарко и влажно, сразу цепляясь за плечи Юнги. Альфа крепче обнял его и лег, давая омеге возможность удобнее устроиться на груди. — Вы мои самые любимые, Чимин, — признался Юнги. Скоро они не будут одни. — Ты, наш малыш...       Чимин улыбнулся, хоть и был не в силах стереть со щек слезы. Его переполняло это счастье — мгновения с Юнги и еще целая жизнь впереди. — Наш малыш будет самым счастливым, — прошептал альфа засыпающему в его объятиях Чимину.