Таинственная пассия

За ужином в Большом Зале было еще больше шума, чем обычно. Все были взбудоражены предстоящим объявлением чемпионов. Перед преподавательским столом на высоком постаменте стоял Кубок Огня. Как только трапеза закончилась, директор поднялся со своего места. Все затихли, устремив взгляды на него. — Пришло время определения чемпионов, которые будут представлять свои школы в Турнире Трех Волшебников! — торжественно провозгласил он. После его слов Кубок загорелся синим пламенем. Рон затаил дыхание, глядя на огонь и делая последние предположения о том, кто же станет соревноваться от лица Хогвартса. Кубок резко вспыхнул сильнее, из языков огня вылетел кусочек пергамента. Дамблдор поймал его рукой и развернул. — Чемпион Хогвартса, Седрик Диггори! Стол пуффендуцев взорвался аплодисментами и дружным победным ревом. Седрика поздравляли и хлопали по плечам. Он встал со скамьи и направился к преподавательскому столу. Директор тихо сказал ему пару слов и указал на дверь справа за столом. Диггори кивнул и скрылся за ней. «Диггори? Чемпион школы? Этот смазливенький пуффендуйский недоумок? Я думал, что это будет кто-то с Гриффиндора», — разочарованно подумал Рон. Кубок вспыхнул снова и выплюнул бумажку. — Чемпион Дурмстранга, Виктор Крам! Все захлопали знаменитому парню, Рон всматривался в его лицо, стараясь разглядеть эмоции, но тот выглядел серьезно и угрюмо, как будто был немного недоволен случившимся. Крам последовал за Диггори. Дамблдор поймал следующую бумажку с резными краями. — Чемпион Шармбатона, Флер Делакур! Аплодировать ей начала только мужская половина Хогвартса. Остальные студентки Шармбатона с ненавистью сверлили взглядом Делакур, некоторые даже разрыдались от горя. Флер танцующей походкой направилась к двери. Рон не мог оторвать глаз от ее осиной талии и серебристых волос. — Все чемпионы Турнира определены! Скоро нас ждет захватывающее первое испытание… Внезапно он прервался, и все поняли, почему, едва взглянув на Кубок Огня. Он снова разгорелся синим, и из него вылетела еще одна бумажка. В зале повисла тишина. Директор, не задумываясь, поймал ее. «Что происходит? Еще один чемпион? Но ведь это невозможно! Три школы — три участника», — мысли скакали в голове Рона. — Гарри Поттер! — наконец прочитал Дамблдор, взяв себя в руки. В Большом Зале стало еще тише, хотя, казалось, куда еще тише. «Что?! Гарри Поттер? Но ведь он же не собирался участвовать! Он что, соврал мне?! Да как он мог?» — со скоростью света пронеслось в голове Рона. — Гарри Поттер, подойдите сюда, пожалуйста, — громко и безэмоционально сказал Дамблдор — Гарри, иди! — прошипела Гермиона, подталкивая Гарри. У него было такое шокированное выражение лица, как будто это не он бросил свою бумажку в Кубок. «Как он умудрился перехитрить Дамблдора?» — подумал Рон. Гарри прошел в ту же комнату под взглядами всей школы. Гриффиндорцы смотрели недоуменно, но одобрительно, Когтевранцы подозрительно глазели, а ученики Слизерина и Пуффендуя со злостью буравили его взглядом. Как только он закрыл за собой дверь, в Зале поднялся галдеж. Все студенты возмущались и обсуждали свои версии злодеяния Поттера. За столом Гриффиндора наоборот радовались, что Хогвартс будет представлять ученик их факультета, и уже планировали вечеринку в честь этого. Но не у всех были такие однозначные чувства. Гермиона нахмурилась и обдумывала ситуацию, потирая подбородок. Близнецы набычились и перешептывались между собой. Дин Томас, прищурившись, смотрел туда, где скрылся Гарри, и молчал. Рон чувствовал, как в нем поднимается волна гнева и обиды. — Как он это сделал?! — пораженно воскликнул Симус и вопросительно посмотрел на Рона. — Я не знаю. Он мне ничего об этом не сказал. Наверное, пробрался туда ночью, — буркнул Уизли. — Но как же так? Вы же с ним лучшие друзья! — удивился Финниган. — У меня тот же вопрос, — сердито пробубнил Рон. — Может, все-таки Гарри не делал этого? Я не думаю, что он мог соврать тебе, Рон, — неуверенно предположил Невилл. — А кто же тогда сделал это? Не неси чепуху, — раздраженно бросил ему Уизли. — А я считаю, что Невилл прав. Вы же видели лицо Гарри! Он сам был ошарашен, — твердо сказала Гермиона. — Почему он сейчас нам ничего не сказал, не опроверг это? Он не стал ничего отрицать и просто пошел туда! Как ты не понимаешь, он придумал какой-то способ, но даже не подумал сказать о нем нам! — гневно воскликнул Рон, размахивая руками. — Рон, тебе стоит поговорить об этом с самим Гарри. Возможно, ты ошибаешься, — перебила его Гермиона. Рон замолчал, сердито пыхтя и уставившись на подругу. — Ладно, я спрошу его сегодня. И тогда мы посмотрим, кто прав, а кто нет, — поставил точку в разговоре он и поднялся из-за стола.

***

Рон уже был в пижаме и под одеялом, когда Гарри вошел в спальню. Он увидел, что Рон лежит в кровати, и тихо прикрыл дверь. В комнате было темно, луна освещала лишь изножья кроватей, выглядывая из окна, полуприкрытого шторами. — Рон, ты спишь? — вполголоса спросил Гарри. — М? А, это ты, — притворился, что не узнал его сразу, Рон. Гарри прошел к своей кровати и отодвинул полог. — Поздравляю тебя, — сказал Рон безразличным тоном. — Поздравляешь? С чем? — недоуменно спросил Гарри. — Ну как же, ты стал чемпионом Хогвартса. Обошел защиту Дамблдора, очень умно, — все так же деланно равнодушно проговорил Рон. — Послушай, Рон. Я не бросал свое имя в Кубок, я вообще не подходил к нему. И участвовать в Турнире я не хотел и не хочу, — напряженно объяснил ему Поттер. — Да что ты говоришь? А как же тогда твое имя оказалось там? — язвительно спросил Рон. — Его бросил туда кто-то другой. Я не знаю, зачем и кто. — Не знает он! Почему ты не можешь сказать все прямо? Я твой друг, зачем скрывать от меня это? Все уже и так всем понятно. Портрет старушки Виолетты нам все рассказал, Дамблдор разрешил тебе участвовать! Просто прекрати отрицать это! — Но я не бросал бумажку со своим именем в Кубок и никого не просил об этом! — Да, конечно! — скептически протянул Рон. — Хватит врать. Я не дурак и все понимаю. — Сейчас ты очень похож на дурака! Рон насупился, но решил не продолжать спор. — Ложись спать Гарри, у тебя завтра будут фотосъемки и интервью… — пробубнил Рон и перевернулся на другой бок. Рон не сразу смог уснуть. Ему было тяжело из-за мысли о том, что его лучший друг ради славы солгал ему.