Таинственная пассия

Рон стоял перед зеркалом в спальне и с ужасом смотрел в него. Сегодня вечером должен был состояться Святочный Бал, незадолго до этого мама прислала ему парадную мантию. И теперь Рон застыл перед своим отражением, рассматривая этот ночной кошмар. Мантия оказалась традиционным костюмом с огромным жабо и кучей застиранных кружев в самых неподходящих местах. — Это точно не женская одежда? Зачем так много кружев? — сокрушенно пробормотал Уизли. — Может, отрежешь их? — предложил Гарри, поправляющий свой галстук-бабочку. Он-то был одет в приличный костюм. — Тебе стоит поторопиться, бал уже скоро начнется, и Парвати с Падмой нас, наверное, заждались. Рон тяжело вздохнул и рискнул использовать заклинание ножниц. Кружева и жабо исчезли, однако намного лучше не стало, потому что остались торчащие нитки и кусочки ажурной ткани. Они вышли в гостиную, там их уже дожидалась партнерша Гарри. Он сделал ей прохладный комплимент и подхватил под руку, вытаскивая из гостиной. «По нему и не скажешь, что она ему нравится», — подумал Рон, пока они спускались в холл. Там уже собралась немаленькая толпа, студенты все продолжали подниматься из подземелий и спускаться с башен. Гермионы все еще не было видно. Рыжий жаждал узнать, кто был ее спутником, и постоянно осматривался. К ним подошла Падма и неодобрительно осмотрела его наряд. Он сухо с ней поздоровался. Наконец возле входа в Большой Зал собрались все чемпионы. Седрик Диггори, естественно, был с Чжоу. Флер Делакур была одета в серебряную атласную мантию, ее кавалером был Роджер Дэвис, видимо, совсем потерявший разум от красоты девушки, с таким тупым выражением лица он смотрел на нее. Виктор Крам был в паре с незнакомой симпатичной волшебницей. Присмотревшись получше, Рон вдруг осознал, что это Гермиона. Его глаза полезли на лоб. Она еще никогда не выглядела так чудесно. Уизли был не единственным, кто так сильно удивился. Падма явно исходила завистью, Паркинсон выпучила свои жабьи глаза, и даже Малфой потерял дар речи. К чемпионам подошла профессор МакГонагалл и, приказав им подождать в холле, впустила всех остальных внутрь. Рон сразу присмотрел себе удобный столик недалеко от выхода и уселся за него. Падма тоже села, закинув ногу на ногу. Заиграл вальс, и в Зал вошли чемпионы, начав свой танец. На неуклюжего Гарри было бы смешно смотреть, но Рон не обращал на него внимания. Он, прищурившись, наблюдал за Гермионой, кружащейся в объятиях шкафоподобного Крама. Изнутри его раздирали злость, обида и еще какое-то непонятное чувство. «Вот значит, кто ее пригласил. Не зря Крам таскался в библиотеку чуть ли не каждый день. Горбоносый козел», — мысленно перешел на оскорбления Рон. Ему очень захотелось врезать болгарину по лицу, и он отвернулся. Танец чемпионов закончился, все остальные пары вышли в центр зала, чтобы к ним присоединится. Гарри подошел к столику Рона, держа за руку упирающуюся Парвати. — Гарри! Бал только начался! — недовольно воскликнула она. — Я устал, — коротко буркнул он, вытер пот со лба, наклонился к другу и прошептал: — Танцы это просто кошмар! И как девушки это выдерживают? — Это им еще и нравится! Сумасшедшие, да? — понимающе прошептал в ответ Рон. Гарри взял кувшин с пуншем и налил в бокалы себе и другу. Сестры Патил переглянулись и поджали губы. — Ты пригласишь меня танцевать или нет? — грубовато спросила у Рона Падма, потеряв терпение. — Нет, — бросил он, даже не утруждая себя объяснениями, и отпил из бокала. Близняшки фыркнули и поднялись из-за стола. К ним как по волшебству сразу подлетели двое французов, галантно предлагая разделить с ними танец. Рон и Гарри выдохнули с облегчением. Весь вечер Гарри высматривал кого-то в толпе. Даже когда они заговорили о квиддиче, он постоянно отвлекался. Когда они сделали перерыв на пунш и закуски, Рон задумался: «Кто же эта девушка, которая ему нравится? Это точно не одна из Патил, он с ними даже не разговаривал. Эх, вот было бы легко, если бы Гарри пригласил эту девчонку на танец. Но хоть он и гриффиндорец, он не настолько отчаянный. Может, это все-таки Чанг? Он ведь пытался пригласить ее… На кого же он смотрит? Все крутятся как сумасшедшие, ничего не разберешь… Может, кто-то с Хаффлпаффа? Самая симпатичная там Аббот. Кажется, она несколько раз проходила мимо нас. Хм, а что, похоже на то. Вон, Гарри сейчас смотрит примерно в ее сторону. Хотя, там рядом Чжоу. А еще Джинни… У-у, ничего не понимаю!» После очередной песни Ведуний к ним подошла Гермиона, она вся будто светилась и была разгоряченная после танцев. Гарри улыбнулся ей, а Рон сделал вид, что не заметил ее появление. — Фух, так жарко, — с улыбкой сказала девушка, присев за их столик и обмахиваясь рукой. — Крам пошел за лимонадом. — Что же ты не пошла вместе с ним? — язвительно спросил Рон, скрестив руки на груди и не удостоив ее и взглядом. — Рон, да что с тобой такое? — поправив сложный узел на затылке, протянула она. Он резко развернулся к ней и недовольно спросил: — Почему ты пришла на бал с Крамом? Он же соперник Гарри! Наверняка, он по приказу Каркарова хочет разузнать все о Гарри и помешать ему победить! — С чего ты это взял? Он совсем не такой, он ни разу даже не спрашивал меня о Гарри. И уж тем более я никогда бы не стала ему помогать! Почему он тебе не нравится? Он только выглядит грозно, но на самом деле очень добрый. Мы общаемся, потому что он нуждается в настоящем друге, а не фанате. Гарри, скажи ему! — воскликнула Гермиона. Гарри промолчал, решив не вмешиваться в спор. Казалось, что он вообще к ним не прислушивался и витал в облаках. — И вообще, почему это я не могу сама выбрать с кем общаться? — повысила голос она. — Гермиона ты должна была поддерживать Гарри, а не якшаться с другим чемпионом! — вскрикнул Рон, вцепившись в кружевную скатерть. — И это говоришь мне ты! Рональд Уизли, который бегал за Крамом, чтоб получить автограф! Я уже не говорю про Делакур! — напомнила ему Гермиона, тыкнув пальцем в его сторону. — По крайней мере я не пришел с ней на бал! А ты вообще с этим носатым постоянно в библиотеке торчишь! Делаешь вид, что читаешь свои книжки, а сама-то! — обвинил ее парень, вскочив со стула. — С ним хотя бы можно поговорить! В отличие от тебя Виктор очень начитанный и тактичный, и не повернут на квиддиче! — с упреком проговорила она и тоже привстала, уперевшись руками в стол. — Так он для тебя уже Виктор?! Вот значит как?! Ты просто предательница! — развопился Рон. Гермиона ловила ртом воздух и не могла вымолвить ни слова. Вдруг ее губы задрожали, а глаза наполнились слезами. Она крикнула сорвавшимся голосом: — Как ты можешь так говорить?! Ты все испортил! Она всхлипнула и скрылась в толпе, поддерживая подол платья. Уизли смотрел ей вслед, сжав кулаки и покраснев от злости. Затем он длинно выдохнул, прикрыв глаза, и расслабил руки. Он снова сел за столик и отпил пунша. Гарри укоризненно посмотрел на него. — Что на тебя нашло? Разорался на весь Большой Зал. В тебя как будто Пивз вселился. — Сам не знаю. Но как увижу ее с этим Крамом, сразу злость накатывает… — раздраженно ответил Рон, покрутив бокал за ножку. — Зря ты на нее накричал. Она тебя теперь не скоро простит, даже если извинишься. И знаешь, Виктор не так плох, как ты о нем думаешь. — Да ну? Тебе-то откуда знать? — недоверчиво и сердито спросил рыжий. — Я разговаривал с ним пару раз. Когда узнаешь его поближе, понимаешь, что он не такой уж и угрюмый. Герми правильно сказала, что с ним интересно, хоть он и немного стеснительный. А еще он понимает меня, потому что тоже не любит свою славу, — смотря немного в сторону, сказал он. — Давай, хвали его больше, — фыркнул Рон. — Когда ты вообще успел с ним сойтись? — Когда ты дулся на меня целый месяц, — беззлобно ответил Гарри. В перерыве между песнями к их столику подошли Седрик и Чжоу. — Привет, Гарри, Рон! — поздоровался Диггори. Чанг помахала им рукой и улыбнулась. — Привет! Отлично выглядишь, Чжоу! Как дела, Седрик? — оживился Гарри. Рон только кивнул им и уткнулся в бокал. — Спасибо! — сказала Чжоу и поправила брошь на платье. — Гарри, я хотел еще раз поблагодарить тебя за подсказку с драконами. Не знаю, как бы я справился без этого, — пригладив волосы, сказал Седрик. — Не за что, Седрик. Я просто хотел, чтобы все было по-честному, — улыбнулся в ответ Гарри. — Кстати, ты уже разгадал загадку яйца? — заговорщически проговорил Диггори. Гарри отвел взгляд в сторону, его улыбка стала виноватой. — Прими с ним ванну. — Что? Ванну? С кем? — недоуменно спросил Гарри, немного покраснев. — Да, зайди в ванную старост на пятом этаже. Четвертая дверь слева от статуи Бориса Бестолкового. Пароль — «Сосновая свежесть». Захвати с собой яйцо, открой его в воде и послушай. — Эээ, спасибо Седрик, — удивленно поблагодарил его Гарри. Диггори кивнул ему, подхватил Чжоу под руку и направился прямо в центр танцевального вихря. Рон пытался понять, является ли Чжоу той самой, но во время разговора Гарри больше смотрел на Седрика, чем на нее. Гарри еще пару раз вглядывался в толпу, а Рон все никак не мог поймать цель его взгляда. Потом он зевнул и сказал другу: — Может, пойдем уже спать? Все равно бал скоро закончится.