Вы моя жизнь

      Яркое солнце меленькими бликами окружает небольшую комнатку, освещая её и придавая светло-серым обоям яркости. Чонгук недовольно морщится и хватается за поясницу, принимаясь потирать неприятно ноющее место. Скрупулёзно осматривает детскую на чистоту и аккуратность и, наконец, завершает уборку. Его руки дрожат от нервозности, а глаза проверяют то и дело каждый сантиметр квартиры. Альфа пытается отвлечься и успокоить своё сердцебиение, но каждый раз его мысли вертятся вокруг Тэхёна и их малыша. Уже сегодня он заберёт их домой, сможет увидеть и прикоснуться к омеге с сыном, невероятно соскучившись за прошедшие четыре дня в одиночестве. Чон не может перестать волноваться по этому поводу, постоянно смотреть в мобильник и проверять входящие сообщения от мужа. Но Тэхён молчит, а Чонгук от этого лишь сильнее нервничает. Сумеет он пережить ещё день один? Вряд ли. Гробовая тишина квартиры, разбавленная тиканием настенных часов, жутко пугает и Чону неприятно находиться в полном одиночестве.       Но несмотря на это, идеальная чистота придаёт альфе немного уверенности. Потому что его малыша встретит красивая, чистая и опрятная квартира, в которой он будет жить вместе со своими родителями. А Тэхён определённо будет доволен проделанной работой Чонгука. Слыша трель звонка, Гук от неожиданности вздрагивает и плетётся в коридор. Там он встречает курьера с громадным букетом цветов и шариками. Благодарит его за работу и принимается всё оставшееся время украшать детскую. Дабы ещё лучше порадовать своих родных и заодно скоротать время.       Шикарный букет лиловых гортензий летит прямиком на кровать в спальне, парень даже не задумывается поставить их в вазу, переключаясь к шарикам. Затем он сосредоточено осматривает различного вида и цвета шарики, чтобы решить как и куда их расставить. Одни красиво закрепляет на кроватке, другие оставляет свободно рассыпаться на потолке, а третьи, что побольше и в виде фигурок милых животных, расставляет по углам. Так пролетает ещё пару часов и когда уже на телефон приходит оповещение от мужа, Чонгук молниеносно и коротко отвечает на него. А далее, вылетает из квартиры, забывая и про букет, и про мобильник, едва только успевая надеть кроссовки да захватить ключи от машины. Сердце его вновь начинает отбивать бешенный ритм от нетерпения встречи с дорогими сердцу людьми. Он даже от переизбытка эмоций слезу пускает, ничуть этого не смущаясь, ведь так сильно соскучился. И после тоже плачет, но только уже от радости, бережно окольцовывая в свои объятия Тэ с альфочкой на руках.

***

      Открывая входную дверь квартиры, Чонгук в первую очередь впускает Тэхёна с Чонсолем на руках, а далее уже помогает омеге разуться и следует за ним в детскую. Тэхён сразу замечает украшения и широко улыбается, ощущая детскую радость. Показывает приготовленную красоту Чонгуком малышу и целует благодарно альфу в губы, также не забывая поблагодарить и за опрятность квартиры. Чон в это время вспоминает про букет и бежит в спальню, щёлкая себя по лбу из-за забывчивости. Подхватывает цветы и проходит в комнату, протягивая их в руки улыбающегося Тэ. — Как они красивы, спасибо, любимый! — Гук касается его плеч и прижимает к себе, но не сильно, чтобы не помять цветы, осыпая омегу лёгкими поцелуями и комплиментами.       Тэхён заливисто смеётся и кладёт цветы на небольшой диванчик, возвращаясь к лежащему на пеленальном столике сыну. Чонгук, не смея отвлекать, околдованный сладкой картиной, наблюдает за тем, как муж раздевает маленького сына, а тот в свою очередь сладко потягивается, освобождённый от тисков пелёнок. Тэхён на это ещё шире улыбается и целует младенца в пухленькую щёчку, а Чонгук хватается за сердце, полностью очарованный и сломленный.       Альфа ощущает полное умиротворение в душе после того, как его родные вернулись домой в целости и сохранности, и подходит чуть ближе к пеленальному столику, чтобы коснуться тельца малыша. Касается его ножек, что непрерывно дрыгаются, еле ощутимо пробегается пальцами по животику и грудке, и напоследок любовно гладит по голове. Сладкий запах Чонсоля кружит голову и Гук старается не напирать, чтобы ни в коем случае не испугать. Страх сделать что-то не так только усиливается и Тэхён замечает это, обхватывая талию супруга и прижимаясь к нему. Чон в ответ обнимает следом и склоняет голову ниже, вдыхая запах пары. Такой опьяняющий, мягкий и опоясывающий всё пространство вокруг. Гук тоже желает смешать феромоны, которыми должен насытиться сынок и привыкнуть, как и говорил им доктор, но что-то всё же останавливает его. Он не уверен, что сделает это так, как нужно. Чтобы не навредить. — Чонгук-а, давай же, ты всё сможешь, вот как это делаю я, — Тэхён нежно трётся кончиком носа о шею альфы, и Чон слабо кивает.       Закрывает глаза, концентрирует всё своё внимание на цели и выпускает небольшое количество феромонов. Запахи неспеша смешиваются в прекрасный коктейль и глазеющий в потолок кряхтящий Соль сначала на мгновение затихает, а затем громко чихает. Гук тут же раскрывает свои глаза и в ужасе смотрит на младенца. Тэхён слабо смеётся с реакции альфы и целует того в щёку, поглаживая успокаивающе его напряжённую спину. — Всё хорошо, приспособленность к нашим ароматам может спровоцировать чихание, это положительная реакция Чонсоля, не переживай, — Чон облегчённо вздыхает после слов омеги и опускает устало свою голову на его плечо. — Я успел сто раз уже получить инфаркт, — бурчит недовольно молодой отец, на что Тэ весело смеётся. — Если можешь ещё шутить, значит всё не так плохо, — ободрительно поддерживает Ким, после добавляя, — с этого дня мы с тобой будем для Сол-и мудрыми родителями и преодолеем все трудности вместе, правда ведь? — Несомненно, я стану для него опорой и буду защищать от всех бед, а ты самым прекрасным папой, который окружит его заботой и любовью, — улыбается альфа, целуя мужа в губы.       Прерывая сладкий поцелуй, супруги слышат недовольные пыхтения сына и переводят на него всё своё внимание. Чонгук осторожно хватает его за ручку и ласково целует маленькие пальчики, пока рядом стоящий Тэхён восторженно пищит от переизбытка чувств и затапливающей его сердце любовью к своей семье. Единственной и неповторимой.

***

      Первые недели были невероятно спокойны и легки. Малыш Чонсоль был как никогда тих и лишь изредка капризничал, почти всё время сладко посапывая в обе дырочки. Тэхён нарадоваться не мог, зацеловывая своего крошечку по любому желанию сердца и ощущая огромную гордость за себя. Ведь кто как не он смог родить такого прекрасного ребёнка? В такие моменты Чонгук слабо улыбался и благодарил омегу за здорового и красивого сыночка, целуя в пухленькую щёчку.       На работе не замечал ничего вокруг, витая в мыслях о своей семье. И в припрыжку бежал домой, как только часы на циферблате ровно показывали семь часов вечера, не обращая никакого внимания на удивлённых и шепчущихся коллег, которые привыкли видеть его сдержанным и как никогда собранным мужчиной. А Гук не мог просто сдержать рвущееся наружу счастье, поэтому старался выполнять порученную работу как можно быстрее, но, к сожалению, не всегда идеально. Руководство на это ругалось, как им и следует, но никто не мог достучаться до окрылённого новоиспечённого отца. Тэхён же встречал альфу таким же довольным и не мог никак нарадоваться на спокойного сына, который позволял своему папочке и на себя время находить, и дом в чистоте содержать.       Так молодая семья ещё чаще начала проводить всё свободное время вместе, Чонгук усердно учился уходу за ребёнком и всячески помогал Тэхёну. Хоть по началу его руки тряслись, а сердце отбивало ритм похлеще, чем перед экзаменами в далёком юношестве. Чонгук старался как мог и Тэ каждый раз подбадривал мужа, старательно обучая и подсказывая. Они частенько выбирались на улицу и прогуливались по различным паркам и семейным местам. И омега светился ярче солнца рядом со своим мужем, иногда задаваясь вопросом, чем же заслуживает такую прекрасную семью, и не спасал ли часом в прошлом страну? Ну сказка же, скажите?       Но, как правило, в реальной жизни сказки могут довольно быстро смениться на серую быль. На работе Чонгука стало накапливаться много нерешённых дел, которые сваливались лишь на него одного. Так, скорее всего, мстило руководство, заваливая делами и не слушая его просьб. И когда альфочка немного подрос, Чонгук стал задерживаться на работе всё дольше, также пытаясь урегулировать конфликт с начальством. Но всё было бестолку. Они обещали за его хорошую и услужливую работу хорошенько отплатить премиальными. И Гук поверил, хоть и был жутко недоволен новым боссом, что с первых дней отчего-то невзлюбил его. Чон боялся потерять работу и лишиться заработка, который содержал их семью, поэтому сцепя зубы молча трудился, в глубине души понимая, что чаша терпения со стремительной скоростью заполнялась с каждым днём всё больше.       А Тэхён понемногу начинал ощущать опустошённость и неизвестно откуда возникший страх. В голове вихрем нарастали мерзкие мыслишки о супруге, будто бы его никогда и не было в жизни Тэхёна. Омега старался контролировать себя, но такие пугающие мысли посещали голову Кима всё чаще и чаще. Его пугало желание устроить скандал на почве нервов, но он терпел. В те редкие вечера, когда Чонгук возвращался домой немного раньше, Тэ видел его осунувшееся лицо и чёрные круги под глазами. И ему хотелось крепко прижать к себе альфу, чтобы разузнать о его проблемах и поддержать. Но останавливала обида на то, что Чонгук сам не желал делиться с ним проблемами и это изменило их отношения.       Они по-прежнему общаются друг с другом, словно ничего и не происходило, но каждый из них отчётливо понимает, что это критическая точка и её надо срочно решать.       Чонсоль к тому времени стал раздражительнее. Постоянно горько плакал, не давал Тэхёну перевести дух и у омеги понемногу начали опускаться руки. Он не понимал, что ему делать из-за своей неопытности и плакал в унисон с малышом, выплёскивая всю свою боль. Потому что в такие моменты было особенно больно и Тэхён осознавал свою никчемность. И перед ребёнком, что громко плакал и не мог успокоиться, и перед Чонгуком, что был по-прежнему весь в работе. Утомлённому заботами Тэхёну стало невероятно тяжело, когда он не мог нормально есть и спать. Это подкосило его общее состояние и омега всё чаще становился нервознее. Ему ещё сильнее стало не хватать поддержки Чонгука, и если поначалу Ким старался не обсуждать эту тему с супругом, то теперь мечтал хотя бы просто высказаться, не пытаясь получить ответ на свои вопросы. Да, возможно, работа очень важна для Чонгука, но как же семья? Что делать ему с младенцем на руках? Как прожить этот тяжёлый период в одиночку и не свихнуться? Омега много думал над этими вопросами, но, к сожалению, так и не рассказал о них Чонгуку, глупо надеясь, что этот период пройдёт быстро и он сможет выстоять. Но как же Тэхён ошибался…       Альфа же в то время бегал, как белка в колесе, от дома до работы и так по кругу. Старался приходить как можно быстрее, чтобы поговорить с Тэхёном и объясниться, но успевал лишь посмотреть на своих спящих ангелов и уставший падал на кровать. От этого на работе отношения с начальством стали лишь ухудшаться, раздражённый с каждым днём всё сильнее Чонгук отказывался выполнять глупые поручения босса, а тот только гадко усмехался и намекал на увольнение по собственному. И о никаких премиальных там не было и речи. Альфа был как никогда расстроен и оскорблён, но мысли о семье придавали ему сил, поэтому Гук продолжал там работать.       В таком темпе прошёл ещё один месяц, в котором супруги заметно отдалились друг от друга, практически даже не видясь. Но несмотря на короткие звонки Чонгука и сообщения, Тэхёну было до невозможности обидно. Как будто альфе было всё равно на жизнь его пары и его ребёнка. Мысли о скорой кончине брака засасывали Тэхёна в пучину тревоги и депрессии, он просто не понимал почему Чонгук так с ним поступает.       На почве постоянных переживаний у омеги происходит первый нервный срыв. В тот день он проходил мимо зеркала, расположенного в спальне в полный рост и, буквально, прилип к полу, широкими шокированными глазами рассматривая своё тело. В тот момент слёзы непроизвольным градом посыпались из глаз и у Кима сложилась полная картина резко похолодевшего супруга. Он словно прозрел, где-то в глубине своей души, и нашёл все ответы на свои вопросы. Он стал некрасивым. Он уродливый. С потухшим взглядом, дряблым телом и подавленным настроением.       Нашёл его в таком подвешенном состоянии Чимин, собирая по крупицам всю ситуацию у апатичного и отстранённого Тэхёна. Пак был глубоко поражён и сильно обеспокоен развившейся послеродовой депрессии Тэхёна и поспешил тут же надрать задницу Чонгуку, который неизвестно почему всё своё время проводил в глупой компании.       В тот день Тэхён был отпоен ромашковым чаем и накормлен через силу лёгким супом, который не хотел в себя заталкивать из-за «лишних килограммов». Но Чимин, как уже известно, человек очень упёртый. Поэтому он отправил Тэ спать, а сам занялся маленьким альфочкой, убаюкивая его под нежную колыбельную. — Юнги, ты должен обязательно дозвониться до Чонгука, этот оболтус очень сильно облажался! — омега судорожно ходит по кухне и тихим голосом возмущённо рассказывает своему мужу всё, что происходило у него на глазах.       Послеродовая депрессия — это худшее, что может произойти с итак ослабленным после вынашивания и родов организмом, который даже ещё восстановиться толком не смог. А потому как психика обычно после таких моментов всё ещё нестабильна, может произойти всё что угодно. Чимин сам ощущал непонятные ощущения в своём организме и голове, но к счастью, быстро рассказал об этом Юнги и они предотвратили эту проблему вместе, ну и с помощью психолога конечно же. — Я понял тебя, оставайся пока с Тэ, чтобы он не наделал глупостей, — коротко отвечает альфа и завершает вызов, собираясь наведаться в одну очень большую, но невероятно бесячую компанию.

***

      Заходя в здание, Мин сразу подходит к ресепшену и спрашивает у администратора Чонгука, так как тот, очевидно, не отвечает на его звонки. Женщина средних лет высокомерно осматривает Юнги, у которого на плечах в переноске сидит ребёнок и что-то там агукает, и раздражённо фыркает. — Личную информацию не сообщаем, приходите в другой раз, — она лениво клацает своими длинными наманикюренными ногтями по клавишам и нервирует альфу ещё больше. — Я ещё раз прошу Вас позвонить ему и попросить спуститься, ситуация очень серьёзная! — почти кричит Юн, максимально сдерживая себя только ради весело лепечущего ребёнка. — Мужчина, если не перестанете так со мной говорить, я вызову охрану, хотя знаете что? Я вызову её сейчас! — она разъярённо кричит и привлекает к себе внимание стоящих неподалёку людей в форме. — Эй, подождите! — двое высоких и широкоплечих охранников хватают Мина за руки и безразлично ведут к выходу, несмотря на жалкие попытки Юнги освободиться.       Из-за данной неразберихи ребёнок начинает громко плакать, напуганный взрослыми дядьками, а Мин освобождается из оков чужих рук, резко дёргаясь и обнимая испугавшегося мальчика. — Да пошли вы! — плюёт в их сторону альфа, покидая злосчастное помещение.       Он успокаивает своего маленького и целует того в лобик, доставая тёплую бутылочку со смесью. — Будь проклят этот день и эти уроды! — злостно шипит Мин, стараясь контролировать свои разбушевавшиеся феромоны рядом с малышом. — Юнги-хён? — растерянно спрашивают где-то сбоку и альфа оборачивается, раздражённо уставившись на виновника сегодняшнего проклятого дня. — Вот где ты шляешься, Гуки! — саркастично усмехается альфа, замечая недалеко от них компанию сотрудников, что курят около урны, рьяно обсуждая сегодняшнюю работу. — Ты совсем стыд потерял, оставляя Тэхёна одного с заботой о доме и ребёнке! — младший тут же хочет что-то сказать, но Юнги пересекает его на корню, высказывая всё, что накопилось в душе за эти тридцать минут. — Ты поступил очень ублюдски со своим омегой, прекрасно зная, что ему тяжело и он ещё не оправился после родов. Альфы должны быть опорой своим омегам, ухаживать за ребёнком должны оба родителя в равной степени, Чонгук, какого хрена ты творишь, у него произошёл сегодня нервный срыв на почве стресса, чего ты добиваешься? — Ч-что? — Чон шокировано смотрит на Юнги и застывает на месте. — Подожди, что ты сказал? Нервный срыв? — голос альфы начинает сильно дрожать, а голова перестаёт работать, пока Мин не берёт его за руку и не сажает к себе в машину.

***

      Тэхён подскакивает на кровати из-за плача своего ребёнка и бежит в детскую, судорожно принимаясь искать глазами потенциальную опасность. В душе что-то накопилось с такой силой, что омега буквально выдёргивает Чонсоля у Чимина из рук, даже не давая себе отчёт в действиях, и прячет на своей груди, поворачиваясь спиной к другу. — Т-Тэхён? — удивлённо шепчет Пак. — Не трогай моего ребёнка! — шипит Ким, а глаза Чимина застилают слёзы.       Удушающий запах феромона Тэхёна душит омегу и он выходит из комнаты, прикрывая за собой дверь. Теперь зверские глаза Кима навсегда останутся в памяти Чимина. Не отойдя от шока, он видит перед собой Юнги с сыном и Чонгука, запыхавшегося от бега и тяжело дышавшего. Медленно подходит к своей семье и прижимается к хрупкому тельцу Ёльсана. — Что случилось, Чимин? — мягко интересуется Юнги, забывая о своей злости и переключаясь на трогательно жавшегося к омежке Пака. — Тэхёну нужен психолог, Чонгук, что ты сделал с ним? Почему ты снова и снова наступаешь на те же грабли? — разочарованно спрашивает омега, замечая застывшие слёзы на глазах альфы. — Я… я просто хотел для них всего самого лучшего… — закрывает лицо руками и всхлипывает, содрогаясь в тихих рыданиях.       Чонгук так глуп, так глуп. Пошёл на поводу у нового руководства, обещавшего всё и сразу, снова и снова заваливал себя работой, думая что делает так только лучше для своей семьи. А по итогу опять портачит. К тому же в этот раз непростительно сильно. Его одолевает такая паника, потому как он не знает что сейчас ему следует сделать для Тэхёна, когда повернуть время вспять уже нельзя. — Иди к нему, даже если прогонять будет, завтра обратись к специалисту, он поможет, — Юнги даёт Чонгуку визитку хорошего психолога и похлопывает ободрительно по сгорбившейся спине альфы и прижимает Чимина к своему боку, направляясь на выход.       А после ухода семейства Мин, Чонгука начинает невероятно сильно трясти. Чон не до конца понимает состояние Тэхёна, но оставить его одного просто не может, чертовски боясь и не представляя, что ещё может произойти за сегодня. Поэтому аккуратно приоткрывает дверь в детскую и замечает Тэ свернувшегося калачиком на небольшом диване, аккуратно обнимающего Чонсоля.       Тут-то альфу снова прошибает на слёзы и он становится на колени перед самыми дорогими людьми в своей жизни. Осторожно гладит Тэхёна по голове и спускается к щеке, нежно поглаживая её кончиками пальцев. Улыбается слабо на недовольное выражение лица Кима и прижимается губами к чужим губам, выражая все свои чувства, одолевающие в этот момент. — Простите меня мои родные, я такой плохой муж и отец… — Чон придвигается ближе и укладывает голову на диван, прикрывая мокрые глаза и тихо пуская новые слёзы.       Он так виноват…

***

      Тэхён медленно открывает свои глаза и первое что видит — своего Чонгука. Трогательно прижавшегося к дивану в неудобной позе на полу, так и не переодевшегося. Ким, наблюдая за альфой, чувствует двоякое чувство к супругу. С одной стороны ему хочется крепко обнять его и обнажить все свои переживания, а с другой стороны ему Гук буквально становится противным. Он не понимает этого чувства, ведь как и прежде любит альфу, но почему-то не может вести себя как раньше. В голове что-то щёлкает и омега аккуратно подхватывает сына на руки, убегая в другую комнату, подальше от Чона.       Альфа просыпается чуть позже и спросонья не может понять где его пара, вскакивая как угорелый. Чонгук начинает носиться туда-сюда, пока не дёргает ручку двери ведущую в их спальню. Дверь оказывается заперта. Мужчину бьёт крупная дрожь и он несколько раз пытается отворить дверь, глупо надеясь, что она откроется. — Прекрати ломиться в мою комнату! — шипит недовольно Тэхён, злостно смотря в сторону двери. — Тэхён, пожалуйста, открой дверь, нам нужно поговорить, где Чонсоль? — жалостливо говорит Чонгук, судорожно бегая глазами по квартире. — Не хочу, ты бросил нас с сыном, — обидчиво отвечает Ким, ощущая горечь и злость из-за Чонгука. — Любимый… — шепчет неверяще альфа, опускаясь коленями на пол. — Я никогда не посмею так поступить с вами! Пожалуйста открой и позволь мне объясниться! — Не стоит, можешь и дальше жить на своей работе! — кричит взбешённый Ким. — Зачем я тебе вообще нужен? А сын? Давай тогда разведёмся!       Слова брошенные Тэхёном, ошеломляют Чонгука и альфа склоняется к полу, закрывая лицо руками. Все вчерашние наставления семейства Мин забываются. Чон в панике колотит несчастную дверь и слышит громкий плач альфочки, в тот же момент прекращая ломиться в комнату.       Мысли альфы прерывают множественные сообщения начальника, что снова позволяет себе писать гадости и насмехаться, и Чонгук злостно рычит, отбрасывая гаджет как можно дальше от себя. Ненависть на босса затмевает остальные чувства и он выбегает из квартиры, в конце выкрикивая ядовитое: — Я убью его!       Фраза, которую выкрикнул Гук, была услышана Тэхёном и испуганный омега ещё сильнее прижимает младенца к себе, выскальзывая из комнаты и судорожно ища мобильник Чонгука. Открывая мессенджер, Ким шокировано бегает глазами по диалогу Чона и его начальника, и не может просто поверить в написанные оскорбления, которые тот писал его мужу. Под конец там даже было что-то про него и Чонсоля. Поэтому Тэхён понимает, что если что-нибудь сейчас не сделать, то увидеть Гука сможет только за решеткой. А потому быстро находит номер Юнги, боясь того, что разозлённый Чонгук может сделать. — Чонгук? Ну, как там Тэхён? — Юнги параллельно с вызовом готовит семье завтрак, немного сонно покачиваясь на ногах. — Юнги, помоги! Ч-Чонгук хочет убить своего босса! — истерично шепчет Тэ, укладывая заснувшего сына в кроватку. — Чего? Тэхён, что у вас там происходит? — Мин от неожиданности закашливается и Чимин подходит к любимому, осторожно похлопывая того по спине. Чимин также взволнованно смотрит на мужа и прижимается ухом к чужому телефону, ощущая руки альфы на своей талии. — Мы немного повздорили недавно и я закрылся в спальне, Чонгук вылетел из дома очень злым, а я нашёл в его телефоне переписку с начальником. Он такой псих, заставлял Гука всё это время работать без продыху, а теперь просто настаивает на его увольнении! Но это ладно, в конце этот идиот перешёл на нашу семью и открыто назвал меня и Чонсоля обузами для Чонгука. — Ёб твою мать! — Юн выключает плиту и стремительно бежит в спальню, стараясь не запутаться ногами в штанах, которые судорожно стаскивал на бегу с ног. — Я перехвачу его, оставайся дома!

***

      Юнги въезжает на парковку компании, в которой работает Чонгук и замечает бежавшего альфу, что разносит нотки разъярённого феромона повсюду, бросая автомобиль прямо посередине парковки. Он ловит Чона за руку и терпеливо выдерживает на себе весь спектр чужой злости. — Пусти меня, я как проклятый пахал на этого ублюдка, чтобы у моей семьи было всё самое лучшее, а теперь из-за него мой Тэхён не хочет меня видеть, так теперь эта тварь позволяет себе говорить о моей семье всё что ему вздумается! — рычит Чон, вырываясь из цепких рук Юнги. — Остановись и приди в себя, Чонгук! — у альфы не получается выдержать напор друга и тогда он прибегает к хитрой уловке, — Тэхён волнуется за тебя!       Только тогда Гук застывает на месте и неверяще поворачивается к Юнги, слезящимися глазами смотря на Мина. Он подходит к нему и встряхивает головой, словно снимает прошлое наваждение. — Тэхён очень боится за тебя, поехали домой, вы спокойно поговорите с Тэ и всё разрешится, вот увидишь, а этого урода я беру на себя, мы подадим на него в суд и тогда он пожалеет что вообще связался с твоей семьей, слышишь? — Мин осторожно приобнимает его за плечи и ведёт к машине.       Они возвращаются обратно и Чонгук с опущенной головой, словно нашкодивший котёнок, проходит в квартиру, несмело ища глазами супруга. Находится Тэхён быстро, они вместе с Чимином сидят в гостиной и что-то тихо обсуждают. В запахе Тэ альфа ощущает горечь и тихо подходит к омеге, осторожно привлекая к себе внимание. Ким тут же вскакивает на ноги и подлетает к Гуку, обхватывая его ладони в свои. — Тэхён, прости меня… — нерешительно начинает Чон, — я опять совершил ошибку…       Омега внимательно слушает монолог Чонгука, что говорит и говорит, впервые за долгое время рассказывая о страхах и переживаниях, каясь за эгоистичные желания сделать как можно лучше и больше для семьи, но совершенно не того. Тэхён всё это понимает, принимает, но когда Чон собирается обнять под конец разговора, отшатывается назад, даже не осознавая своих действий. Наступает неловкая тишина, в которой Тэхён стыдливо закусывает свою губу, а Чонгук с такой болью смотрит на любимого, что Киму становится не по себе. — Гук, я не знаю что со мной происходит, я люблю тебя всё также сильно, но в моей голове так много плохих мыслей... — Извините, — прерывает их разговор Чимин, привлекая к себе внимание. — Вы оба не должны винить себя в том, что немного отдалились друг от друга и ощущаете неловкость рядом. Тэхён, ты должен обратиться к психологу, он обязательно поможет! — Мы с Чимином прошли похожую проблему, никто не застрахован от этого, вы сможете побороть её вместе, — Юнги подходит к Чимину и целует его в щёку, бережно обнимая. — Ребят, спасибо вам, чтобы мы без вас делали, — отвечает Чонгук, всё же осторожно переплетая ладонь Тэ своей.       Чонгук обещает самому себе, что впредь никогда больше не пойдёт на поводу у гнусных людей, желающих сделать из него пешку. Бросает взгляд на мнущегося около себя Тэ и отпускает его руку, мягко подталкивая любимого к детской комнатке, в которую тот стремительно ломится всё это время. Неизвестность пугает, особенно пугает поведение мужа, но сделанного не изменишь. В приоритете теперь только семья, а работу он всегда сможет поменять, с его навыками сделать это будет не сложно. Но для начала Чонгук обязательно вернёт Тэхёну уверенность в себе и уравновесит его психологическое состояние.       Аккуратно заходя в комнату Чонсоля, альфа с щемящей болью в сердце наблюдает за пугливо смотрящим на него Тэхёном и слабо улыбается, стараясь таким образом сгладить острые углы. Мужчине и без этого понятно как сильно старается омега, чтобы просто не гнать его взашей из комнаты, но Чону и этого достаточно. Он видит печаль в чужих глазах, неуверенность и сомнение, а когда подходит немного ближе, чтобы поцеловать сына в щёчку, не может не чмокнуть предельно осторожно возлюбленного в плечо. Без какого-либо контекста, просто выражая тем самым все свои тёплые чувства.       Как бы показывая этим, что вместе они преодолеют все трудности какие могли и могут быть в этой жизни.