Вторая (другая) жизнь.

Смотря в след Ханьгуан-цзюню и несостоявшейся жене, Мэн Яо хотел только одного — убить их. Один приказ и эти двое, посмевшие окунуть его в грязь лицом, больше никогда не увидят рассвет. Но действуй, он каждый раз, на эмоциях, сейчас бы не был главой клана. Он чувствовал на себе взгляды присутствующих. Все ждали его реакции, что бы потом обсмаковать. И конечно же вспомнить его происхождение, в ушах так и звучало «От сына шлюхи, даже обычные девки бегут». Ногти впились в ладонь причиняя боль и отрезвляя. Удерживая на лице растерянное выражение повернулся к Лань Сиченю — Брат, как такое могло произойти? — его голос был крайне несчастным, показывая всем как он расстроен. За свою жизнь управлением мимикой и интонациями он освоил в совершенстве. — А-Яо, разреши поговорить с тобой наедине. Глава клана согласно кивнул, это было даже интересно. Цзинь Гуанъяо как никто знал насколько сильно Лань Хуань любит своего младшего брата, но и к нему он относился очень хорошо. Когда гостей удалось успокоить и отправить по комнатам они наконец смогли остаться на едине. В Благоуханном дворце, Цзинь Гуанъяо жестом пригласил Цзэу-Цзюня к овальному, невысокому, резному столику покрытому золотым лаком, по краям которого стояли такие же вычурные табуреты с мягкими подушками. Заняв место у жаровни с горячей водой, не спеша заварил ароматный чай и разлил его в фарфоровые пиалы с изысканной росписью. Теперь его лицо было прежним, мягким, ко всем добрым, но с легкой грустной улыбкой. — Брат, что ты хотел сказать мне? — А-Яо, — изящный палец, скользил по краю пиалы, в глазах цвета меда плескалось сожаление — я хотел просить у тебя снисхождения для Ванцзи. Я понимаю, он поступил неправильно, но это первая его влюбленность. Он действовал импульсивно. — Разве чинил бы я препятствия сказав он прямо о своих чувствах — возмутился глава клана Цзинь, при этом не повысив голос ни на тон. — Узнав, я бы тотчас разорвал все обязательства с семьей Ян. Зачем же было так позорить меня перед всеми кланами? — А-Яо… — начал Лань Хуань, но собеседник поднял руку, останавливая его — Между мной и девой Ян, еще не возникло никаких чувств. Мне нужна была жена, но связав себя узами брака с девой из какого либо клана я бы дал им в руки плеть которая позволила им управлять мной. Девушка из неизвестного рода, но с сильными духовными силами, мне показалась отличным вариантом. К тому же с господином Ян у нас давние деловые отношения. Он прекрасный торговец и приносит очень хорошую прибыль. Если бы я только знал, что все так обернется, и я стану посмешищем всей поднебесной! — Мэн Яо закрыл лицо руками, у кого-то другого это бы могло выглядеть слишком театрально, но только не у него. Сплетни и правда беспокоили его больше всего. В юности он был обычным слугой и натерпелся издевок на всю жизнь вперед. — Я помогу тебе разрешить эту ситуацию! — Те кто верил в мягкость взгляда Лань Сиченя, очень сильно обманывались, характер у него был поистине нефритовый. — Как? Во имя богов, как мы ее разрешим, и обойдемся без пересудов? — в голосе звенела обида и отчаяние. Лань Хуань положил поверх его подрагивающей руки, свою теплую ладонь, успокаивая. Ласково произнес — Я что-нибудь придумаю. — они были практически ровесниками, но глава клана Лань умел заботиться так, что рядом с ним хотелось быть слабым и беззащитным ребенком. — Дуэль* — отрывая взгляд от белоснежной руки решил Мэн Яо. — Это будет честно. Проведем состязание, выигравший забирает девушку. Людям понравится. — Нет! — Лань Хуань убрал руку и шурша тканью одеяний встал — Ванцзи заведомо сильней. Это будет не честно. — Брат — глава клана Цзинь поднялся следом и обойдя столик, встал напротив — я и не собирался разбивать чужую любовь. Это просто прекрасный выход из сложившейся ситуации. — Позволь мне подумать и поговорить с Ванцзи. — Хорошо — Цзинь Гуанъяо склонил голову в знак согласия и распрощался с названым братом. Стоило гостю покинуть покои как из зеркала вышла фигура закутанная в черные одеяния и опустилась на место которое недавно занимал глава Лань — А я говорил, не чисто все с этой девчонкой. Но ты же никогда меня не слушаешь. — Чэнмэй, я просил тебя не входить в мои покои без разрешения. — Мэн Яо даже не обернулся к говорящему, заложив руки за спину он неторопливо вышагивал по комнате — Как будто я тут чего то не видел. Так что признаешь мою правоту? — губы растянулись в довольной улыбке, обнажая аккуратные клыки. — Возможно это и к лучшему. — задумчиво пробормотал Мэн Яо — Теперь любое слово Ханьгуан-цзюня против меня, никто не воспримет всерьез. Сюэ Ян выпил чай, к которому так и не прикоснулся Лань Хуань и налил себе еще. — Я проверил! Осколок тигриной печати и правда тянется к малышке Джие. Мне не показалось. — Я же просил не приносить ее сюда, а если бы кто-нибудь почуял эмоцнации темной Ци. — повысил голос глава Цинь приближаясь к собеседнику. — Зачем бояться того, чего не случилось? — Сюэ Яну нечего было терять. Ну выгонят отсюда, он найдет куда пойти, поэтому и просьбы он выполнял в той степени в какой хотел сам. — В чем то ты прав — усаживаясь напротив, все же согласился. — Так говоришь печать тянется к Ян Цзяюань? И еще Ханьгуан-цзюнь… — не договорив ушел в размышления. От названого брата, Яо знал, что Второй нефрит очень тяжело переживал смерть Вэй Усяня, но тут вдруг влюбился и в корне изменился. — Ты прав, девчонка не так проста как казалось. Скорее всего Старейшина Илин вернулся. Нужно проверить… Есть успехи с Вэнь Нином? — Нет. Я не могу им управлять, хоть его сознание и удалось подавить, он не желает убивать по приказу. — И этот факт очень расстраивал Чэнмэя. Он уже представлял как все будут трястись только услышав его имя, но ему не хватало знаний. — Значит, Ян Цзяюань должна найти его. — Что??? Ты совсем с ума спятил? — парень вскочил и просверлил благодетеля злым взглядом. — Если к ней тянется печать, то возможно и Призрачный генерал признает хозяина. Тогда мы сможем с уверенностью утверждать, что основатель темного пути вернулся. — довольная улыбка расцвела на чувственных губах. — Ты думаешь он броситься помогать тебе занять место верховного заклинателя? — вернувшись в прежнее положение иронично осведомился Сюэ Ян. Он не понимал всех этих хитрых стратегий. Что может быть проще, захотел кого-то убить, пошел и убил. — Мы найдем способ уговорить его. Оставим пока марионеток, сейчас нужно заполучить мастера. Найди их и приведи к Вэнь Нину. Только никого, пока не покалечь. Сюэ Ян кивнул и исчез так же бесшумно как и вошел. Оставшись один Мэн Яо позволил своему лицу расслабиться и сбросить надоевшую улыбку. Все складывалось даже лучше чем он думал, не зря он это затеял. А начиналось все совсем невинно. Однажды проходя мимо тренировочной площадки увидел бой. Сражались ученики клана Юньмэн Дзян и Гусу Лань. Адепт Лань привлек его своей техникой боя. Она была слишком агрессивна для стиля фехтования святош. Сражение закончилось победой Гусу Лань. И тогда Мэн Яо узнал, что это была девушка. Еще позже он столкнулся с ней на посиделках устроенных молодежью. Ее звонкий голос и смех разлетелся далеко за пределы залы где они сидели. Цзинь Гуанъяо даже немного позавидовал такому веселью. Есть много веселых людей, и единицы среди них умели заражать, согревать своей улыбкой. Вот она была таким человеком-солнцем и все стремились к ней желая согреться. Он тоже хотел даже узнал ее имя, планируя познакомиться поближе. Как бы ему не нравилась его жизнь и власть сосредоточенная в руках иногда хотелось прийти в покои где тебя встречают чашкой чая и яркой улыбкой от которой меркнут все проблемы. Но навалилось куча дел и стерлась из памяти веселая девчушка. А потом вернулся Сюэ Ян и рассказал, что стало со всеми марионетками. Это было плохо. План по получению места верховного заклинателя лежал на столе, а вот устрашения пропали. Нужно было срочно, что-то делать. Разрытие всех окрестных могил привело бы к ненужному внимаю. Тогда-то он и вспомнил купца Ян. Они сотрудничали давно, и Яо знал, что этот хитрец продает рабов и к тому же имел дочь на выданье, которая когда-то заинтересовала его. Все складывалось как нельзя лучше, он жениться на девочке-солнце. Женская ласка лишней не будет. С момента как он узнал, что жена является его сестрой, к ней не притрагивался, к шлюхам не ходил принципиально. Также, стараясь максимально не походить на отца, не заводил романов со служанками. Если где-то, все же, появлялась случайная связь тщательно следил, чтобы не было бастардов. Теперь у него будет официальная жена, и не нужно морочить себе голову. А ее отец будет поставлять ему рабов и молчать. Разве не прекрасно?! Все пошло не так, как только она приехала. Мэн Яо помнил веселую энергичную девушку, а получил, порядочную, до зубного скрежета, госпожу. Мягко улыбаясь, внутренне негодовал, желая держать в руках огонь, а не еле тлеющий уголек. Он и сам не успел понять зачем поцеловал ее, просто хотел увидеть настоящее эмоции, пусть даже это бы была злость. Понял, что натворил, только когда вернулся в комнату и нашел ее без сознания. Цзинь Гуанъяо, собственноручно отнявший не одну жизнь испугался, что на его руках теперь и кровь невинного человека. И очень обрадовался, что с ней все впорядке и простил немного своеволия решив, после свадьбы получить от нее все, что хочет. А теперь судьба повернулась совсем другой стороной, но это и к лучшему, помощь Старейшины Илина ему бы очень не помешала. Пока Цзинь Гуанъяо вел беседы и предавался воспоминаниям его, племянник выслушивал ругань старшего дяди. — Кто, я спрашиваю, кто тебя просил вмешиваться? — Цзян Ваньинь был в бешенстве. Венки на лбу вздулись, глаза пылали яростью. Цзин Лин с трудом заставил себя стоять прямо и не втягивать голову в плечи. — Почему я не могу защитить своего друга? — Друга? А младшего дядю опозорить на всю поднебесную значит можешь? — Дзыдянь на его пальце заискрился — И с каких это пор ты водишь дружбу с Ланями? Цзин Лин знал, что глава Юньмэн Дзян не любит клан Лань, особенно Ханьгуан-цзюня, чем это вызвано он не знал, вот и молчал. — С давних, дядя. Тебе лучше успокоиться… — Еще указывать мне будешь. Да я тебе… Что именно с ним собирались сделать Цзин Лин слушать не стал, улучив момент когда мужчина отвернулся, он выбежал из комнаты и свистнув верную Фею, сбежал на ночную охоту, пока все не остынут.