Пухлый

      Добропорядочный хоббит по заветам Винни-Пуха с пустыми руками по утрам в гости не ходит. Добропорядочный хоббит - он сначала своё намерение прийти в гости высказывает как бы случайно, и если принимающая сторона как бы намекнёт, что, дескать, приходите - будем рады - это нихрена не значит, что это самое "приходите" может значить именно это самое приходить. Другое дело, когда добропорядочный хоббит за неспешным разговором о репе или цвете лепестков зацветшего кабачка случайно так скажет - дескать, приходи, уважаемый, вечером на чашку травяного настоя с головкой сыра и яблочным пирогом. Вот тогда, значит, хоббиту и надлежит вечером собрать себе корзинку готовой снеди да привалить в гости к пригласившему, дабы выразить своё почтение и испить с ним под беседу о длине корешков уродившегося ревеня этого самого травяного чаю с луговым мёдом и пирогом, и сыром, и чем там ещё завалялось в кладовке, чего гостям скормить не жалко, а то пропадёт. Без приглашения, кароч, ходить в гости - не принято, ежелить только нет у тебя к благочинному хоббиту какого дела. Дело должно быть или срочным, или жутко важным, как, например, свежая сплетня или чрезвычайное происшествие. Ну там - у фермера поняшка ногу подвернула или что-то вроде. Событие ж!       Именно такое же по значимости происшествие себе сейчас я и напоминал. Утро началось вполне обыденно. Ну, проснулся я, встал, для разнообразия ни во что не вляпавшись, вышел на двор, попутно ополоснув руки прямо из бочки с дождевой водой, попробовал гимнастику сделать, чем привёл в состояние цельнохуйственного морфирования ковырявшегося с утра на грядке соседа... Не получилось, в общем. Надеюсь, он мои попытки понагибаться в разные стороны не воспринял как замысловатый шаманский танец племени "тумба-юмба-лошадиный-коготь". Словом, перфоманс "прошлогодний холодец попал в торнадо" закончился со счётом 1:0 в пользу холодца. Нирасплескало, угу. Вспотев и почти негромко с устатку "бля-кнув", услышал... правильно - рефлекторно-очередное "кукареку" от петуха мистера Гочкинса, вернулся в дом, застав бабульку за чем-то, напоминавшим смесь алхимии и колдовства - а именно за приготовлением завтрака. Второго. Первый я благополучно проспал, а значит, по понятиям сердобольной бабушки должен был быть жутко голоден и немедленно накормлен. Ага. Заварными булочками со взбитыми сливками, тушеной редькой с маслом и капустным пирогом с перьями свежего лучка и чуть поджаренными стручками молодого горошка. Вкуснотааа...        Короче говоря, второй завтрак плавно перешел в обед из тыквенного супа и салата со свежим всем, что росло на огороде, чего я благополучно не заметил. Есть у меня на этот счёт теория, но это потом. Тем более, что хитрая бабулька начала спрашивать, а я ей на один - самый первый вопрос чисто рефлекторно ответил. Хорошо, что она глуховатая. А уж когда за уплетанием всего этого безобразия бабулька услыхала, что, дескать, имеется у меня дело к родственнику нашему Беггинсу-старшему, и я собираюсь его навестить - что тут началось! Под лекцию, что молодому хоббиту (это мне, ага) не пристало ходить к уважаемому родственнику с пустыми руками и, тем более - с пустым желудком, чтоб не объедать его и сиротинушку Фродо, надо, значит, меня к этому походу собрать. В итоге, когда я запихивал в себя последнюю ложку тыквенного супа, уже сидя на первой съеденной за завтраком заварной булочке, у бабушки Нэйчел было готово - пирог с рыбой и луком - 1 шт., пирожки с картошкой, зеленью, репой и бог его весть чем ещё - 30 шт., котелок грибов тушеных в сметане с сыром - 1 шт, картофель запечённый с томатами под сливочным соусом - много шт., и всё это бережно и ласково упаковано в берестяные туесочки из коры, не соврать, ивы. Закутано в полотенчики, подвязано верёвочкам и выставлено на стол. Вот, собственно, на моменте, когда это всё на столешницу в кухне шмякнулось - я и оторвался от еды, придя в себя. Обозрев эту пизанскую башню с пеньковым бантиком на макушке, я тяжело вздохнул, осознав, что сожрал помимо воли очень уж дофига и, собравшись, пошел из своих окраин Залесья в ближайшую окраину Хоббитона к Беггинсам. Тут идти-то - четыре поворота да через мостик и подняться по тропинке вверх мимо ручейка.       Если вы думаете, что толстые люди - слабаки, о нет - спешу разочаровать. Хоббитом я был достаточно сильным - попробуйте на себе потаскать пару мешков постоянно. Поэтому, нахлобучив вместо эрзац каски для разнообразия добротную зелёную панамку, взяв увязки снеди и перекатив их с боку на спину, я с радостью под умилительные всхлипы бабки вышел на улицу. В зеркале перед выходом отразился Санта-Клаус, только летом, в молодости и без бороды. Хорошо, красота. Теплынь. Ага. Прекрасно идём. Переваливаемся с ноги на ноги, а вот и калитка. Выходим, ух! Всё цветёт, пахнет, шмели летают, пчёлки носятся, букашки возятся в траве, дорожка под ногами хорошо утоптанная. Не тяжело. Да-да. Только вот тяжко очень. Фух. Остановился. Скатил на бок и поставил перед собой продуктовый паёк "помощь голодающим африканским сиротам", обернулся... Ну... Метров тридцать от дома отошел. Вон, бабка платочком краешки глаз вытирает, машет. Так, главное не сдаваться. А от дома отошел... и устал.       Хозяин бывший этой тушки из дома выходил редко и в основном недалеко или с большими перерывами. То бишь, ходить долго не привык. Ффух, так, котомку на плечо, иии... ррраз, и дваа... - Унучек, а я тебе пирожка-то принешла, на вота, подкрепись, - и пирожок мне в рот - тыкс. - Совщем у меня вжрошлый штал, к родственникам угости ходиш, - сказала внезапно появившаяся заплаканная старушка, промокнув мне лобешник и моментально высморкавшись в этот же платок.       Пока я с заткнутым ртом стоял посреди тропинки, желая провалиться в Морию прямо вот с этого места, бабка деловито рассовала мне по карманам ещё несколько пирожков, чем сделала меня похожим на очень сильно раздутого десантника в панаме, где "вассермановка" выполняла роль разгрузки, а пирожки - магазины с патронами. Ну точно - как на войну экипировался. Всех орков победю. Блинами вот закидаю. Саурона закормлю до смерти пирожками с вишней. Я же на это действо мог только "угукнуть" в ответ, проводить взглядом тоскливо взирающего на нас с забора петуха мистера Гочкинса, да и хозяйку его - Марту Гочкинс, которая, похрюкивая в такт вибрациям своего тела, деловито, сцены этой не замечая, корчевала свои грёбаные нарциссы возле калитки как раз напротив того места, где я остановился передохнуть. И молча, с упорством носорога, пойти. Вперёд. Да блин, хоть куда-нибудь, лишь бы скорее... Ц, скорее тоже не получится. Определённо эта "сказка" надо мной издевается. Вон, петух соврать не даст.       Этому туловищу.. так, хватит! Моему туловищу нужны тренировки. Надо. Силушки боХатырской хватает, а вот выносливости... Фух... опять устал. Оборачиваюсь - ну да, ещё тридцать метров. Надо с этим делать что-то срочно. Такими темпами к вечеру может и дойду.       Ну и суммируя наблюдения - что могу сказать. Во-первых - босиком ходить прикольно. Подошва у хоббитов мягкая и толстая. Нет, не потому, что на ней волосы растут (гусары - молчать!) - не растут. Она реально мягкая, и все неровности, на которые наступаешь - облегает. Следов на пыли почти нет - так, краешек самый от ветерка при постановке самой подошвы. Во-вторых - сама лапа размером вышла куда как больше пропорций от локтя до запястья. Соответственно - хочешь-не хочешь, а ходить получается тихо. Это врождённое. Понятия не имею, что надо делать, чтобы эволюция такое сама натворила. И третье - когда я ем - я нихрена не соображаю. И жрать могу - да, да, именно жрать - на автопилоте и буквально до отключки. Память пару раз подсказала - такое уже бывало. Ел, ел, бультых - спать. Прям, где один раз - сидел, второй - стоял. И хорошо - далеко не укатился.       А вот пожрать хоббиты любят. В принципе. Только мясное не особо жалуют. И вот тут как раз таки просто всё - когда хряк с тебя размером - его всей деревней колоть надо (перочинными ножичками - ага, обряд вуду, блин, с кровищщей и ритуальными мучениями бедного родственника Пятачка), поэтому поросей не держат. Козы - есть, и то у самых отчаянных - ибо может и насмерть забодать. Да и держать скотину и птицу могут себе позволить только зажиточные хоббиты - ибо любая животина, это что? Правильно - злостный конкурент в поглощении еды, которой природная хомячность полуросликов не позволяет просто так расходоваться. Это не дорого, просто жаба душит, и местами реально ссыкотно. Вот представьте себе - идёшь такой к ручейку воды набрать, а там гусь такой внезапно лапки моет. А ты с ним сталкиваешься чуть ли не лоб в лоб, взглядом встречаешься (на одном уровне глаз), а он такой на тебя голову боком поворачивает - ты, типа, ничего не попутал, парниша? А тебе семнадцать лет, ты с гусем одной весовой категории и одного роста. Индюки тут - вообще за гранью добра и зла. Это мне память опять картинку подсказала. Так что хреново быть мелким Гриней в Средиземье. Хочу пулемёт. Мелкокалиберный, но чтобы патронов обязательно дохрена.       Ээх, мечты-мечты, куда вы прёте... Фух, опять устал. Пирожок, что ли, слопать? ***       Вы бывали летом, ну к примеру, в Геленджике? Я - нет. Но чувство схожее. Кажется, на ласковом солнышке именно так ощущается причерноморская жара. Полуденное марево, нескрываемое ничем кроме редких деревьев и высоких кустов, давило безветрием пологие холмы Шира. Идёшь, задыхаешься, потеешь как блядь на исповеди, а вокруг шмели, пчёлы, бабочки, соседи, натурально охреневшие, что смотрят на тебя совершенно ополоумевшими глазами - дескать, что ты такое и откуда взялся? Или "так вот ты какой, Гриир Пухликс". Таки да - Грыня был натуральным хиккой и из дому сильно часто не выходил. А так далеко - особенно. Это ж надо же - цельный квартал (по моим старым меркам) пройти! С двумя мешками сала в себе и приличной связкой его источника на хребтине. Где живет дядька Бильбо, я знал. Пацаном тут бегал. Угу. В смысле не я, а Гры.. да блин! Я. Всё, точка. И таким макаром, пока шел и просаливал пирожки прямо в вассермановке, пыхтя и потея - дошел. Вот она - обитель начала всех пиздецов Средиземья за последнюю сотню лет - точно, нора, не побоюсь этого слова - Легенды! Местечко "Бэгэнд", дом дяди Бильбо.       Ну, что сказать. Вечерело. В заполуденном солнце и удлиняющихся тенях прикрытая высокой травой за ивовым плетнём пряталась массивная круглая зелёная дверь с десятком ступенек к оной и лавочкой, чтобы можно было наблюдать шпионить подсма... приглядывать за соседями, покуривая трубку доброго табачку, что так любят побаловать себя взрослые, умудрённые жизнью хоббиты. И простая рубленая калитка с обычной верёвочкой вместо замка - чтобы курицы не заходили.       Умудрить себя урожайностью капусты - это тоже надо уметь. Я вот, например, в унавоживании понимаю чуть больше, чем в ковырялках, но не до мелочей, а это, по местным меркам - наука, передающаяся из поколения в поколение! Вместе с искусством макраме из помидорных подвязок. Ага. Это не шутка.       Первый сюрприз из сюрпризов преподнесла калитка. Визуально - боком, вроде, прохожу. Ну - последовательность логически проста - открываем калитку, поворачиваемся боком, проходим, закрываем калитку. Итак - открываем калитку, так, ага, поворачиваемся боком, прохо.. застреваем, выходим, закрываем калитку. Что не так? Открываем калитку, поворачиваемся другим боком, проходим... пытаемся... застреваем, выходим. С недоумением смотрю на калитку, калитка призывно смотрит на меня. И за что я цепляюсь? Нет, втягивать живот пытаться - не вариант, потому что - куда? Ладно, будем надеяться, что местный штанинный крафт сильнее дерева. Не буду больше никаким боком вертеться, и так ходить задолбался! Ладно, рельсы есть, а что ещё паровозу надо? Пару шагов назад, небольшой разбег, пум-пум-иииэх! "Крак", - сказала калитка, а я зашел во двор. Оборачиваюсь и смотрю на вывернутую воротину. Блин. А на опоре волосинки от пеньковой верёвки висят. Это я, получается, что - верёвкой с комплекта бичпайков от бабушки Нэйчел за столбы цеплялся? Надо было их поставить... Тьху бль... А вот нехрен такие узкие калитки делать! Зато дверь в качестве конечной цели - радовала. И формой, и диаметром.       Преодолев из последних оставшихся сил подъём в титаническим трудом давшиеся одиннадцать ступенек, я ухнул, пёрнул и чуть не скатился обратно. А всё потому, что поднимался, чтобы не потерять равновесие, мордой вниз, а тут распрямляюсь и смотрю сразу в худющую (на моём-то фоне) голубоглазую копию Элайджи Вуда, только лицо у него тоньше, и челюсть квадратная. Ну и глаза такие же большие. Стоит, дверь и рот разинул - на меня таращится. Вежливость, что ли, проявить? Я и так пыхтел, как паровоз на всю деревню, может, он испугался чего? - Здравствуйте, молодой господин Фродо Бэггинс, - говорю, оглядываясь. - Я там вам калитку починил, она плохо открывалась. Дядюшка Бильбо дома? - А...б...э... - ну и чего он? Стоит, и как несъеденный мной "там" карасик, глазками на меня таращится неморгающими да что-то невразумительное булькает. - Отлично. У меня к нему дело, - говорю, ставя узелок со снедью на порог дома. - Пухлинс. Гриир Пухлинс. Внук знахарки Нэйчел Пухлинс, - и руку ему тяну. - Я еду принёс. - А... да... дядя сейчас, там... я ... быстро, да, - затараторил сбитый с толку будущий работник "яндекс деливери", тыкая обеими руками за спину, и, запинаясь, испарился в дом. Руку не пожал. А я её даже с утра мыл. И пирожок ею кушал, так что можно сказать - она чистая. Стоим, ждём. Ну в смысле, я и узелок с туесками. Компания, в целом, хорошая - не напрягающая. Без приглашения заходить нельзя - моветон.       Спустя минуту, бубня под нос что-то вроде "кого там демоны принесли", в дверях появился сам хозяин дома. Ну, что могу сказать? Парчовый халат, расшитый по оборкам чем-то цветочным, жилет, рубашка и платочек ака "денди", низкие бриджи и полный недоумения взгляд на морщинистом, обветренном, но волевом лице с острыми, цепкими глазами. На голове неизменные для всех хоббитов кучеряшки, тронутые сединой. - Молодой тролль? Ко мне? Со своей едой? - Вот не пойму - он так издевается или на самом деле не понимает? Хотя смешинка, промелькнувшая в глубине старческих глаз, и быстрый зырк на Фродо, мнущегося у порога норы, сказали мне больше. - Нет, я сначала вас накормлю, а потом съем, когда вы будете сытые, толстые и не сможете далеко убежать. Люблю, знаете ли, свежеоткормленную молодую хоббитятину к ужину, - выразительно цыкнул в сторону Фродика и морду кирпичом. Ну, в моём случае - волейбольным мячом, но тоже пойдёт, главное, не начать ржать первым. Впрочем, спустя пару секунд Беггинсы посмеивались. Старший по доброму, мелкий - немного нервно. Ну, и я гыгыкнул для порядку. Так, а теперь, пока он не заметил нововведений в свой ландшафтный дизайн со стороны входной группы : - Гриир Пухлинс, мастер Бильбо, сэр, - и руку протянуть. - Бабушка Нэйчел тут гостинчиков вам случаем передала, а я по делу. Вот тут старого похитителя колец наконец пробрало явлением родственника. Сказать, что он охуел - ничего не сказать. Еле вспомнил. Ну, а что поделать - не частый я гость, в принципе, у кого-то кроме ближайших соседей последние лет... четырнадцать? Вот это ты, Грыня, даёшь..       Пока Фродо собирал на стол, распаковывая узелки и разогревая да таская что-то из обширных кладовых Беггинсов, мы благополучно зашли в дом и напились холодного морсу. Ну как - напились. Бильбо поставил на обеденный стол два стаканчика, а потом, взглянув на меня как-то оценивающе, молча протянул графин. - Спасибо, дядюшка. - выдохнул я, когда графин показал дно. - У меня есть кексы с тмином, могу предложить сидра. - Благодарю, не нужно, - вежливо отказался я, - Собственно, я вот с чем... - Как здоровье вашей многоуважаемой бабушки? - Спасибо, она вполне здорова и продолжает радовать нас своим обществом, я, собственно... - А она до сих пор не завела себе ученика или надеется на преемственность поколений? - Понятия не имею, на что она надеется, я хотел... - Отличная сегодня погодка, не правда ли? - Правда.       Грёбаный "смол ток". Без этих приветственных экивоков и разговоров ни о чём, можно запросто прослыть невежей, на что мне дважды мягко намекнули. Ну хорошо, пусть будет так. Бесит.       Проговорив о соседях, погоде, урожае кукурузы и даже цвете перьев на хвосте петуха мистера Гочкинса, мы принялись за еду, второе, какие-то булочки, и этот благообразный хмырь наконец таки задал сакраментальный вопрос - а что за, собственно, у меня к нему дело?       Хитрый интриган! Я уже заметил, что хоббиты, как оказалось, за едой или питиём свой речевой аппарат вообще не контролируют. Сразу говорят правду. Для нашего мелкого племени бутерброд - естественная сыворотка правды. И тут-то я и заметил, что сам Бильбо не ест. Ушлый, паразит! Ну, ладно, в эти игры можно играть вдвоём, тем более, что после того, как этот факт я заметил - как-то сумел остановиться, тем более, что тогда за столом под пироги бабулька начала спрашивать, что за непонятное слово я орал? Ну, я ей на русском и ответил. Сначала даже сам не понял, а потом понял. А тут этот хитрый жук, значит, под чай с плюшками интересуется - нахрена я припёрся? - Раскрыл я один секрет приготовления крепких напитков. Можно делать много и быстрее, чем вино. Экспериментировать надо. Технологию до ума довести. Кузнец нужен и много металла, а я сам не могу - денег столько нет. Выгодааа - страшная. - А я-то тут причём? - Дык я и подумал, что хочу родственнику с юбилеем помочь, ну и самому потом подзаработать. А в бар идти не хочу. До вас ближе было, - кажется, до Бильбо дошло, что манёвр не удался, и началось самое ожидаемое и нужное мне действо - торги.       Вышел от Бэггинсов я уже затемно, после второго ужина, когда добропорядочные хоббиты ложатся спать, но с твёрдым расчётом хотя бы к утру дойти до дома. Было уже прохладно, и воздух наполнился звенящим звоном комаров и ароматами водорослей и камыша от реки. Денег он дал. Десять гондорских золотых старой чеканки. В принципе - хватит маленькую нору отрыть, обставить и жить себе спокойно. Но уговор был с расчётом на то, что пробную партию я ему сначала принесу. На пробу. Наивный. Он, похоже, так и не понял, что такое самогон, и насколько крепким он может быть. А вот характерное изредка похлопывание рукой по карману в жилетке под халатом я заметил. Кольцо он таки иногда достаёт. Фух. Устал.       Осталось понять, как я буду объяснять кузнецу концепцию и устройство перегонного куба, разборного сухопарника и змеевика... в двух экземплярах... Ох ты ж.. до него же тоже дойти ещё надо! - Бляааа... Где-то в далеке мне привычно отозвался вечерний заунывный петушиный хрип.