Плоскодонка
14 мая 2020 г., 15:17
***
— Ася! Ася, я нашёл твои туфли на шпильках! — Икк, сейчас пять утра… — Я НАШЁЛ ИХ, ПОНИМАЕШЬ?! Иккинг звонит подруге в пять утра, чтобы сказать, что нашёл её туфли, которые та отдавала ему для роли в спектакле. Иккинг играл персонажа-парня, который ходил на туфлях со шпильками, чтобы казаться выше и статнее среди других, и в итоге потом их где-то похерил. Нашёл спустя полгода, молодцом. — Ну, молодец… А теперь дай мне поспать. — Ася, я также нашёл твою рубашечку. — Отстань, всё, отрубаюсь. — АСЯ! Ася отключает телефон и продолжает спать. Этот Иккинг бывает временами таким невыносимым, ей-богу. Астрид было настолько лень, что она просто поставила телефон на виброрежим. Иккинг всё ещё ей названивает. Вот что ему не спится в пять утра-то? Астрид бесится, утробно рычит, берёт в руки телефон снова. — Да что тебе, блин, не спится?! — шёпотом восклицает она в трубку. — Меня Сморкала доканал. — И теперь меня надо за компанию что ли?! — Э-э-э, да? — неуверенно отвечает Иккинг, виновато посмеивается, — Он короче влюбился в какую-то девчонку из спортивного клуба, замутить хочет, просит помочь. — Пусть сам себе помогает, придурошный. — Он хочет, чтобы ты сходила и поговорила с ней. Ты же их там знаешь всех. — Ещё чего, — фыркает Астрид. — Ася, пожалуйста, иначе Сморкала так и будет к нам липнуть. Сделаем всё по-хорошему и он нас больше не тронет с такими предложениями. Ты как думаешь? — Никак я не думаю. Ты у меня сон отнял, Иккинг! — Прости… Ну, поговорим тогда как в школу идти будем. Ещё раз извини. — Угу, — Астрид кидает телефон рядом с собой, опять укладывается спать. Сон теперь не идёт. Вот же!.. Идя в школу, Иккинг любезно напомнит Астрид о возникшей ситуации со Сморкалой. — Он влюбился в Хедер. Тёмненькая такая, с зелёными глазами, — поясняет Иккинг, — Сморкала всё слюнями брызжет, лепечет про её прекрасное личико и красивые ноги, — выразительно говорит он, Астрид на это посмеивается. — Она действительно красивая. Только вот с характером у неё не очень, редкостная сучка, — комментирует с улыбкой Астрид. Иккинг пару раз хлопает глазами. — У вас у всех что ли девушек такие странные отношения между друг дружкой? В лицо милости, за спиной гадости? — непонимающе мотает головой Иккинг. — Не со всеми, но мы так устроены, — мило улыбается Астрид. — Ну, Ася… Клубочек змей, — говорит парень, — Ты смотри тогда. Раз она такая мокрохвостка, как ты говоришь. Я ж переживаю тоже. — Да ладно, всё будет отлично! — отмахивается Астрид, — Я с ними на одной волне, договоримся как-нибудь! Иккинг и Сморкала стояли около футбольного поля и ждали, когда Астрид вернётся из небольшого закрытого спортзала, где занимались волейболистки. — Как думаешь, удачно? — Слишком долго, — делится Иккинг мыслью, начинает невольно топать ногой. — Она там минут десять, брат, — Иккинг отрицательно мотает головой, хмурит брови. Внимательно смотрит в сторону входа в спортзал, немного щурит глаза. — Предчувствие плохое, — признаётся он, — Что-то не так. — Что может пойти не так? — непонимающе вскидывает бровями Сморкала, — У Астрид всегда всё под контролем! Ты как всегда параноишь на ровном месте! Но тут из спортзала буквально выбегает Астрид, лицо у неё красное, глаза горят. Она что-то орёт назад и следом бежит к друзьям, прикрывает одной ладошкой рот. Иккинг быстро понимает, что подруга готова вот-вот расплакаться, он немного наклоняется вперёд, будто готовится её поймать, как вратарь — мяч, хочет пойти ей навстречу. — Астрид, что стряслось? — спрашивает Иккинг, когда Астрид подходит ближе. Он не получает ответ сразу, видит лишь проступившие слезинки на её глазах, тянется руками к её лицу, — Ася… — Иди и сам говори, придурок! — восклицает Сморкале Астрид, начинает хныкать, прижимается к другу, утыкается лицом в грудь Иккингу, — Я теперь в их глазах посмешище из-за тебя! Иккинг аккуратно кладёт ладони на её спину и голову, немного даже поглаживает. Следом он серьёзно смотрит на Сморкалу. — Иди разбирайся, Сморкала. Поговори с этой своей Хедер, а к нам больше с такими просьбами не лезь, ясно? — твёрдо говорит Иккинг. — Ребят, да я ж как лучше хотел-то… Я ж сам говорить не умею! — Так научись, ёперный театр, времени у тебя до хера! — восклицает Иккинг злобно, далее нежно обращается к подруге, — Ася, расскажешь, в чём дело? — Потом, — тихо говорит она. — Хорошо. Пойдём отсюда. А ты, Сморкала, прекращай эти свои страдания юного Вертера, слышишь меня? Угомонись и спустись с облаков наконец! Парочка отходит в сторону, находит какую-ту скамейку, на которую присаживаются. Астрид более менее успокаивается, но слёзы всё ещё текут по её красным щёчкам. — Так, в чём дело? — Ну, сначала всё шло нормально. Будто так и должно быть. Потом кто-то громко сказал: «А эта плоскодонка что тут забыла?» Хедер такая: «Из-за дружка пришла. Она же его главный посол по вопросам отношений». — Все в курсе, что мы ему постоянно помогаем, — комментирует Иккинг, горько вздыхая. — Потом я попыталась объяснить, что мы друзья, что как лучше хотим, она говорит: «Мне такие, как он не нужны. И друзья его такие, как ты, тоже. Падаль». Мы падаль, понимаешь?! Как она смеет вообще?! А потом все начали опять обзывать меня плоскодонкой!.. Обидно стало, вот и убежала, — Иккинг подсаживается чуть ближе к подруге, вновь принимается её успокаивать. — Не слушай их. Пусть завидуют молча. — Чему? Тому, что у меня ничего нет?! — Успокойся, есть у тебя всё, — бормочет Иккинг, — Они ничего не понимают. — У них у всех второй, третий размер груди! Задницы как футбольные мячи! Они красивые, спортивные… Хорошо ведь общались, а этот придурок, — вздыхает рвано Астрид, — Посол, тьфу ты! Они теперь вряд ли захотят со мной общаться… — Ну и не надо. Тоже мне, подружки… — говорит Иккинг, слабо улыбается, — У тебя есть Рыбьеног, Задирака с Забиякой… Я, в конце концов. — Я хочу быть со всеми в хороших отношениях, понимаешь? А из-за какого-то гада всё пошло по наклонной! Надо мной теперь смеяться будут! — не унимается Астрид. — Посмеются и забудут. У меня, думаешь, не так что ли было раньше? Меня ещё похлеще твоего высмеивали. Дистрофиком обзывали… — Уж лучше быть дистрофиком, чем плоскодонкой, — угрюмо заявляет Астрид, глядя на друга искоса. Иккинг вздыхает. — Ты. Не. Плоскодонка. — Ещё какая. Судя по разговорам девочек. — Ася, блин, хватит заниматься самобичеванием! Это тебе не идёт! — эмоционально восклицает Иккинг, — Нормально у тебя всё с грудью, как парень говорю! Астрид грустно глядит на Иккинга, опять хнычет. Парень страдальчески ноет вместе с ней, мотает головой. — Я ведь правда… Плоскодонка… — Я с тобой свихнусь на хрен. Ася, послушай... — Я хочу увеличить себе грудь. Иккинг выразительно смотрит на подругу, открывает рот, чтобы что-то сказать, но тут же его прикрывает. Бегает глазами по сторонам, следом вновь глядит на Астрид. — Ты себя слышишь? — Иккинг активно жестикулирует руками, — Ты сейчас не в себе, не делай поспешных выводов и решений. — Ещё как в себе. Я уже решила. — На операцию я тебя не пущу, так и знай, — заявляет Иккинг, — И у тебя нет таких денег. И родители не разрешат. Астрид вздыхает, призадумалась. Иккинг сбоку приобнимает её. — Если ты так хочешь, я могу заняться поиском информации, — говорит он ей тихо на ушко, — Раз тебе так уж хочется увеличить грудь. Хотя она и так хороша, и считаю, что зря ты так комплексуешь, — Астрид будто бы предупредительно наступает ему ножкой на кроссовок, как бы говорит: «По тонкому льду ходишь». Он замолкает. — Вечером приходи ко мне, обсудим это. Моих дома не будет, — вздыхает Астрид, кажется, наконец успокоившись. — Хорошо, — кивает Иккинг, — Заодно к тому времени подыщу информацию на твой счёт. Ты, видимо, серьёзно настроена… — Я им всем утру носы, — угрожающе говорит сквозь зубы Астрид, — Покажу им, блин, плоскодонку!.. — Ой, всё, завелась, — смеётся Иккинг, — Ася, блин. Иккинг знает, что если Астрид надумала что-то, то она к этому относится серьёзно и с придирками. Потому медлить не стал: зайдя домой, вместо делания сначала уроков он принялся искать какую-то информацию в интернете, потом поискал в библиотеке своей бабушки какие-то журналы о женском здоровье, распечатал даже пару статей из Космополитана и каких-то древних журналов, специализировавшихся на вопросах секса и отношений. Может заодно и про френдзону что-то вычитает. В инструкции возник пятый пункт: «уверить Асю, что она не плоскодонка». Но пока это не особо помогает и не получается. На фоне обиды и прекращения отношений с девочками она накрутила себя похлеще всякой юлы, теперь постоянно будет думать об этом. Появляются подпункты: «помочь с самобичеванием» и «всячески оказывать поддержку в связи с этим». Да, это будет тяжело, и Икк это знает. Жизнь ведь та ещё штука, простой никогда не была. Тем более когда в подругах такая боевая особа… Которую ещё и любишь. На которую ещё и уповаешь. И ночами онанируешь. Ну и стыд…
