Инструкция Иккинга Хэддока о том, как выйти из френдзоны

***

      — Товарищ майор, рядовой Иккинг Хэддок прибыл в ваше расположение!       — Проходите, боец.       У Астрид отец майор, потому Иккинг бывает обыгрывает ситуацию с подругой-дочкой важного человека. Иккинг достаёт из рюкзака пару журналов и сложенные листочки.       — Вот мой рапорт, прошу вас ознакомиться.       — Хватит, — улыбается Астрид, беря из рук друга кипу макулатуры. Тот разувается, снимает куртку.       Астрид с интересом разглядывает разноцветные потрёпанные журналы, потирает в руках обложки. Иккинг вдруг любезно забирает их, мило улыбается.       — Чаёчек поставишь?       — Уже поставила. Говори давай, что нашёл.       Иккинг ложится на диван боком, будто бы французская девушка, которую собирается голышом рисовать какой-то художник. Астрид садится в кресло, рядом с диваном. Иккинг деловито поднимает голову, складывает губы в уточку, глядит на странички.       — Ася, выбор у тебя огромный, — говорит он наконец.       — Правда?       — Ага. От самых примитивных до самых экспериментальных. Особая диета, упражнения… Я даже чуток нервничаю, — нервно смеётся Иккинг, чешет свободной рукой щёку, — У отца нашлись эротические журналы с советами обывателей по твоему вопросу…       — Ого. И что же говорят обыватели? — скрещивает руки на груди девушка. Иккинг глядит на неё, потом опять в журналы, потом опять на неё, и так раза три, щёки у него краснеют.       — Смотря что ты хочешь услышать. И через сколько ты хочешь результат. И смотря какой.       — Как можно быстрее и действеннее.       — Этого я и боялся.       — Не томи уже, говори, блин!       Иккинг вздыхает, чуть приподнимается, откашливается, будто собирается говорить речь. Находит нужную страницу, принимается зачитывать:       «Моя девушка очень комплексует по поводу небольшого размера груди, я пытался её успокоить, но она всё не унимается. Её подружки посоветовали ей заниматься спортом, но ей очень лень, предлагали какую-то диету, а на большинство продуктов у неё оказалась аллергия, либо она прикидывалась, не знаю. Я не нашёл ничего лучше, чем делать ей массаж. В день минут десять-пятнадцать вполне хватало, потом чуть побольше, и буквально через месяц увидели результат: из плоской груди у моей крошки была уже единичка, причём достаточно хорошая. Вот наш метод: я сажусь на диван, она прижимается ко мне, я массирую ей грудь по часовой стрелке, иногда даже ласкаю, когда просит. Естественно порой дело доходит до секса… Друзья говорят, что из-за секса также грудь может увеличиться, так что не знаю, но мне кажется, что дело всё же в массаже. Попробуйте, если кто желает, как по мне, отличный способ и удовольствие получить, и результат прекрасный».       Астрид сидит вся красная, кипит, как чайник на кухне. Иккинг нервно вытирает пот со лба.       — Сомнительный метод, — комментирует наконец Астрид, буквально жуёт слова, а они ей из-за волнения и какого-то страха вдруг трудно даются.       — Зато быстро. Заниматься спортом ты будешь минимум год, судя под другим статьям… Так что, либо массаж, либо… Секс.       Становится тяжело дышать. Астрид вскакивает с кресла, спешит на кухню — выключить чайник. Иккинг, кажется, в этот момент крестится, откладывает бумажки в сторону.       — Тебе какой чай: чёрный, зелёный?       — Кофе, если есть!       — Хорошо.       Иккинг пару раз шумно вздыхает, опять тянется к журналам и распечатанным статьям. Минимум в семи из десяти сказано, что массаж и секс — самые действенные способы увеличить грудь. И причём быстрые. Как Астрид хочет. И это пугает, нервирует, стесняет до безобразия!.. Пока Астрид не было рядом, Иккинг ищет подушку и прикрывает ей себя, чертыхается. Стояк начал заметно выпирать из-под чёрных джинс. Фантазия так и играет в головешке, перед глазами плывут витиеватые и красивые образы.       Астрид несёт на подносе кружки и булочки, жар с лица у неё всё не уходит, как и у Иккинга.       — Ась, может на хер это, а? — предлагает Иккинг, принимает сидячее положение. Подушку кладёт на колени, чтобы скрыть недоразумение, так неожиданно, но всё-таки почему-то даже ожидаемо вскочившее. Астрид молчит, смотрит в чай, — Просто… Это как-то слишком.       — А что ты тогда предлагаешь? Я хочу очистить своё имя, и чтобы это сделать, надо приобрести то, что мне нужно…       — Твоё упрямство и чувство справедливости, Ася, доведёт меня когда-нибудь до безумия, — комментирует серьёзно Иккинг, глядя на подругу, — Ты можешь просто переждать бурю.       — Я не собираюсь как ты пять лет терпеть эти насмешки, понятно?! — восклицает Астрид, аж пальцем тычет в сторону друга, — Этот придурок Сморкала всё испортил, и теперь мне надо всё вернуть на места! И я верну, и плевать какими методами!       — Да? — Иккинг вдруг игриво хмыкает, дёргает бровями, — Прямо плевать? Прямо всё равно какими методами? Сама сидишь и краснеешь. Грудь себе увеличивать пытаются достаточно взрослые девушки, у которых есть парни… — парень вдруг замолкает на пару мгновений, — С которыми они сексом занимаются. Им намного проще в этом плане. А у тебя ни того, ни другого. И тебе шестнадцать лет. И у тебя нет парня, только покорный слуга Иккинг, один-единственный хороший друг, — играет руками Иккинг. Он улыбается, но внутри у него бурлит много эмоций; привык скрывать их, что поделать.       — Предлагаешь мне встречаться? — вскидывает бровью Астрид, прямо как это иногда делает друг.       — Ой-ой, ты что! Нам до этого ещё далеко, я не набиваюсь к тебе в бойфренды, — засмеялся Икк. Он явно переигрывает на нервяке от такого неожиданного вопроса. В глубине души твердит громогласное «ДА, ЧЁРТ ВОЗЬМИ, БУДЬ МОЕЙ, Я ГОТОВ ТРАХАТЬ ТЕБЯ ХОТЬ КАЖДЫЙ ДЕНЬ», но на деле выходят какие-то мямли, — Просто сама посуди… Массаж груди… Это должен делать человек близкий, ручками, знающий что да как, понимающий…       — Как ты.       — АСТРИД, БЛИН!       Астрид смеётся на это, но тоже как-то напряжно, неуверенно. Ситуация вышла за какие-то незыблемые дружеские рамки приличия, приобрела странный оттенок флирта, намёков.       — Ну, а что если я скажу, что я не против… Если ты будешь массировать мне грудь? — тихо говорит Астрид, натянуто улыбаясь.       — ТО ЕСТЬ, — опять громко говорит Иккинг, выразительно уставился на подругу.       — То есть… Блин… — Астрид опять смеётся. Ей и стыдно, и смешно. Всё похоже на какую-то плохую до невозможности шутку. Будь проклят этот Сморкала… Иккинг будто бы крушится, прикладывает ладони к лицу, мотает головой, тоже смеётся.       — Знаешь, ведь ты сама себе можешь грудь массировать, если так посмотреть… — вдруг говорит он, улыбается широко, но тоже натянуто.       — Типо тебе не хочется меня потрогать, да?       — Какого хрена, Ася, блин, я сейчас взорвусь к херам собачьим, ты типо подбиваешь меня согласиться?! — говорит быстро Иккинг с улыбкой. Глаза у него слезятся и от стыда, и от смеха, от всего подряд.       — Почему нет? Новый этап отношений.       — Этап дружбы, — поправляет Иккинг, поднимает в воздух указательный палец.       — Ну, допустим.       — Погоди, типа у меня есть шанс стать чем-то большим для тебя? — нервно усмехается Иккинг.       — Я подумаю над этим, — улыбается Астрид, щурит хитрые глазки.       — О-хе-реть, — по слогам говорит с широко распахнутыми глазами Иккинг, тянется рукой к кружке и спешит хлебнуть кофе, но в итоге обжигается, кипяток немного расплескался, — Чёрт!..       Друзья как ни в чём не бывало пьют чай и кофе. Но до поры до времени.       — Десять-пятнадцать минут в день, говоришь?       — АСЯ…       — Мне же интересно! В других источниках сколько говорят?       — Максимум полчаса в день… Прям невтерпёж?       — Не переживай, сегодня я оставлю тебя в покое, — ухмыляется в кружку Астрид.       — Спасибо, обнадёжила… И как ты себе это представляешь? У тебя родня на выходных только в пятницу, то бишь сегодня, и больше никогда!       — Комната для чего? — выразительно смотрит на друга Астрид, — Да и к тебе можно, разве нет?       — О боже… Знаешь, вот я молчал-молчал, теперь скажу: ты хочешь сделать из меня второго Дэвида Духовны?       — Нет… — улыбается Астрид.       — А сделаешь. И слягу я, на хрен, в психушечку от постоянного желания трахнуть каждый предмет!       — Так держись…       — Так не получится, Ася! Это же, получается, предварительная ласка будет! И шиш будет стоять, болеть, сука, невозможно, — Иккинг опять краснеет до невозможности, но точно не от горячего кофе. Говорить такие вещи при подруге, ух, это стоит большой смелости!       — Ну, подрочишь, ничего страшного, — мельком глядит на Иккинга Астрид, отпивая чай.       — Всё-то у тебя так просто, — всплёскивает руками Иккинг, шумно вздыхает. Хочет ещё что-то сказать, но сдерживает себя, молчит. Астрид тоже молчит.       Да, метод сомнительный, странный, но действенный. После того, как Иккинг вернулся домой, он не мог уснуть до трёх часов утра.       Инструкция как-то резко потеряла свою значимость в его глазах. Надо её переработать. Чем он, собственно, и занялся в головешке. Ко всем предыдущим пунктам добавилась небольшая, но такая важная приписка:       «Не дай Бог мне трахнуть Астрид».