Чего только не сделаешь ради любви.

       Пустой коридор школьного подвала молчаливо провожал взглядом стремительно проносящуюся парочку. Тени, создаваемые дрожащими свечами, с любопытством тянулись за ними, но, намертво привязанные к крохотным огонькам, не успевали зацепиться за их крылья и тоскливо возвращались обратно.        — Геральд, постой, — ласковый шепот, эхом ударяясь о стены, скрылся во тьме. — Позволь мне все объяснить.       Демон резко остановился и, притянув ангела к себе, так же тихо процедил:        — Ты хочешь поговорить об этом здесь? — его акцент на последних словах больно резанул слух, и Вики возмущенно выдернула руку.        — Объяснение не займет много времени.        Геральд закрыл глаза и замер. Демоны внутри него возмущенно шипели, убеждая, что его нежный ангел оказался подлым, недостойным существом, умоляли показать ей свое истинное лицо, проучить лживое создание.       «Ее ложь не доказана», — попытался успокоить он сам себя, и демоны в ужасе замолчали, не ожидая услышать таких слов. С каких пор древний демон опускался до выяснения отношений? С каких пор он не карал за подозрение, никогда не появляющееся из ниоткуда, а собирался прежде найти доказательство?       Вики, не понимая, не чувствуя, что творится у него внутри, протянула ладонь и осторожно коснулась его лица.        — Ничего не было, Геральд...       Глаза демона распахнулись пугающе резко, и в его зрачках Вики увидела десятки совершенно чужих отражений. На нее смотрели злые, жаждущие крови глаза, и она сделала шаг назад, упираясь крыльями в стену, пугливо пряча протянутые руки. Но его цепкие пальцы до боли сжали тонкое запястье, не позволяя ангелу отстраниться.        — Хорошо, посмотрим здесь и сейчас, — прошептал он, пугая шипящим хором незнакомых ей голосов. Вторая рука легла на ее шею, грубо задирая подбородок вверх, и Вики послушно распахнула глаза.       Геральд быстро просматривал ее воспоминания. Подгоняемый злостью, он не задерживался на диалогах, ища одно конкретное действие, и картинка в ее глазах замерла на мгновенье только лишь на одном моменте — неловком поцелуе с Люцифером в библиотеке.       Его хватка ослабла, и Вики коснулась его рук в осторожной попытке выбраться. Но Геральд не спешил ее отпускать.        — Сам сын Сатаны... — задумчиво прошептал он. — Чем же тебя так манит тьма, Вики? Почему ты не летишь к свету? — Геральд отпустил ее шею и коснулся подбородка, провел пальцами по щеке. Его злость послушно удалялась, уступая место куда более сильному чувству — чувству собственничества. — Ангел, стремящийся к саморазрушению. Создавая тебя, Вики, Шепфа явно совершил какую-то ошибку.       Вики нахмурились, и Геральд, заметив ее слегка опустившиеся на глаза бровки, нежно ей улыбнулся.        — Не расстраивайся, девочка, множество великих открытий являлись лишь исходом одной маленькой ошибки, и, что бы ни намудрил там, наверху, Шепфа, у него получилось ужасно занятное творение.       «Занятное», повторила она у себя в голове «комплимент», которого удостоилась. Вики чувствовала себя переполненным шаром, готовым лопнуть в любую секунду. Неприятный, скрипучий звук, предупреждал ее, что следующая капля станет последней, и все ее накопившиеся эмоции вырвутся наружу неудержимым потоком. А после этого маленького взрыва собрать ее душевное спокойствие из лоскутов разорванной в клочья резины будет просто невозможно.       Вики понимала, что не имеет права предъявлять претензии демону, которому она фактически навязалась в любовницы. Все свои проблемы она создала себе сама, осознанно, своими руками сняв с себя одежду и выйдя к нему обнаженной. Тогда ей казалось, что жизнь резко оборвется в его объятьях, и думать о том, что будет после, бессмысленно. Но ее тихое, размеренное течение жизни не остановилось, оно понеслось с бешеной скоростью навстречу крутому уступу, и Вики с замиранием сердца вслушивалась в шум разбивающейся воды, гадая, сможет ли она спуститься вниз, и есть ли там дальше, за водопадом, новое русло ее жизни, или это падение вниз станет для нее последним.       Геральд смотрел на нее странным взглядом, и Вики в который раз с тоской подумала о том, что, несмотря ни на что, он все равно остается для нее загадкой. Его ладонь переместилась на ее затылок, давая понять, что он больше не злится.        — Если ты выяснил все, что хотел, я пойду, — Вики чувствовала, как последние силы покидают ее тело. Сцена Люцифера, проверка Геральда — все это высосало из нее последнюю энергию, и больше всего на свете Вики хотела просто лечь в постель.       Но Геральд, чуть не лишившись ангела этой ночью, не мог отпустить ее так просто. Как мальчишка, почувствовав едва различимую угрозу, исходящую от серьезного соперника, он ощутил острую необходимость лишний раз напомнить, кому ее ласковые губы шептали признания в любви еще не так давно.        — Ты вырыла могилу себе, мне, а теперь пытаешься загнать в нее и Люцифера, — Геральд запустил пальцы в ее волосы, медленно притягивая к себе, и девушка возмущенно приоткрыла ротик. — Где ты оставила свой свет, Вики?        — Где-то в твоей спальне, — Вики нервно облизнулась, чувствуя мятное дыхание на своих губах. Его близость, как обычно, вдохнула в нее новые силы и жирной чертой перечеркнула все мысли, оставив только одну — мысль о бесценных минутах, проведенных в его комнате.       Но Геральд не повел девушку дальше по коридору, не вызвал водоворот, он улыбнулся ей какой-то ехидной, дьявольской улыбкой и впился в нее требовательным поцелуем. Всегда такой осторожный, такой сдержанный за пределами спальни, он позволил себе такую вольность, и Вики тут же протестующе уперлась ладошками ему в грудь, впервые противясь его мягким, горячим губам.       И он на удивление послушно оторвался от нее, с легкостью сбрасывая с груди тонкие руки, накрывая своими ладонями ее плечи. Грубым движением он перевернул ее спиной к себе, и Вики, ахнув, уперлась ладонями уже в стену.       Его губы прильнули к ее шее, оттягивая нежную кожу острыми зубами, и Вики тихо застонала:        — Геральд, нас могут услышать... — его руки опустились на ее бедра, одним рывком задирая юбку.        — Тогда тебе лучше вести себя тихо, — шепнул он, скользя ладонью по тонкой талии вверх, и, грубо сжав ее грудь, притянул ближе. Острые лопатки ангела вжались ему в грудь, и Вики, подставляя шею под его укусы, положила затылок ему на плечо, всем телом выгибаясь навстречу его горячим ладоням. Геральду казалось, что в его руках не девушка, а загнанный в ловушку зверь — так быстро колотилось ее сердце, но, несмотря на страх быть пойманной, она послушно молчала, становясь на носочки и запуская свои ледяные пальчики в его волосы. Ее тело словно существовало отдельно от испуганного разума. Оно терлось ягодицами о его пах, совершенно не по-ангельски приглашая демона насладиться ее влагой. И Геральд, укусив ее сильнее, запустил руку ей в трусики. Вики, как выброшенная на берег рыба, открыла ротик, бесшумно глотая воздух, и Геральд, оторвавшись от искусанной шеи, ласково касаясь губами ее скулы, прошептал:        — Тише, мы же не хотим, чтобы нас поймали.       Однако его пальцы, похоже, хотели обратного, безжалостно доводя ее до исступления, заставляя ее до боли закусить губу, сдерживая стоны. Сквозь пелену возбуждения и окутавшей ее ауры демона Вики почувствовала мелькнувшую где-то вдалеке энергию. Она обернулась через плечико, вопросительно глядя в его голубые глаза.        — Ты чувствуешь чужую энергию?        — Да, — шепнул он ей на ушко, выпуская ангела из своих рук и убирая от ее ягодиц металлическую пряжку ремня, успевшую отпечататься на ее коже красным крестом. Вики опустила руки, намереваясь скорее поправить так бесцеремонно задранную юбку платья, глотая чувство облегчения, смешанное с тонкими нотками разочарования. Но Геральд, вместо того, чтобы поспешно покинуть коридор, приспустил черные брюки и, отодвинув тонкое кружево ее намокших трусиков, помешал ее планам одним резким движением.       От неожиданности Вики ахнула, но его твердая ладонь вовремя закрыла ей рот, сдерживая все рвущиеся наружу звуки, вызванные его глубокими, быстрыми толчками. В нем не было нежности, все его движения были грубыми, жесткими. Второй рукой он то до боли сжимал ее обнаженную грудь, слишком легко освободившуюся от тонкой ткани глубокого декольте, то хватался за ее талию, притягивая ее к себе еще ближе. Вики чувствовала себя ужасно грязной, с платьем, прикрывающим теперь разве что ее талию, но все равно послушно стояла на носочках и упиралась ладошками в стену, чтобы с каждым толчком чувствовать его глубже, сильнее, жестче.       Чужая энергия приближалась, но Геральд, казалось, не обращал на это внимания, страстно целуя ее искусанную шею. И только крепко сжатая ладонь на ее губах говорила о том, что он все же не собирается быть пойманным.       Вики же, оказавшись полностью во власти Геральда, перестала думать о незваном госте. Ибо для нее все вокруг в очередной раз потеряло всякий смысл, и бояться ей уже было нечего. Потому что она бы все равно ни за что на свете не прервала сладостные минуты, даже если бы в этот момент к ней спустился сам Шепфа.       Вики закрыла глаза, погружаясь в истому, волной окатившую все ее тело. А затем все произошло одновременно: чужая энергия, хозяин которой ступил в общий коридор, вызванный Геральдом водоворот и его рваная пульсация внутри ее тела.

***

      Когда Вики вернулась в спальню, Мими уже спала. И судя по тому, что заснула она в платье, демонесса ждала соседку на разговор, но сон победил, и она была несказанно рада тому, что Мими проиграла. Обсуждать с ней Люцифера Вики была не готова. Да и, честно говоря, она не знала, что ей сказать. Кровать буквально светилась белым светом, маня ее к себе, и, едва коснувшись головой подушки, Вики тотчас провалилась в сон.

***

      Вики терпеливо ждала, когда высокие кованые ворота откроются и ей позволят зайти. Ветер, пронизывающий до самых костей, неприветливо отгонял ее от толстых решеток, острыми пиками уходящих высоко вверх, протыкая беспросветную тьму и растворяясь в ней. Бесконечно высокие ворота в очередной раз заставили ее задуматься о том, как глубоко под землей она находится. Здесь не было неба, была лишь кромешная тьма, угрожающе склонившаяся над ее головой.       К решетке подошел человек и уткнулся лицом в железные прутья. Его кожа почти что прозрачной пленкой обтягивала череп, и Вики отвернулась от выпученных глаз, смотрящих куда-то сквозь нее. Увидев молчаливых обитателей этого унылого места впервые, Вики еле заставила себя шагнуть им навстречу. Несчетное количество разноцветных, тусклых глаз провожали ее отсутствующим взглядом, в котором навсегда застыл одинаковый для каждого и известный только им вопрос. Люди, больше похожие на ходячие скелеты, бесстрастно скитались по пустынной земле, баюкая на своих руках всегда молчаливых младенцев. В этом месте не было боли, не было страха, оно было лишено всех чувств. Люди, не сотворившие за свою жизнь ни зла, ни добра, отказываясь принимать чью-либо сторону при жизни, были отвергнуты и небом, и адом после смерти.       Врата противно скрипнули, прерывая звуки шаркающих по песку босых ног, и Вики медленно вошла внутрь, ища глазами своего проводника. Человек, стоявший у ворот, отошел от ангела и медленно поплелся обратно, в гущу толпы. Никто из них ни разу не пытался покинуть свою тюрьму, ибо они все знали, что идти им было некуда.       — По какому пути ты пойдешь сегодня? — раздался ворчливый голос, и из толпы вышел высокий старец в длинном грязном балахоне. Его седая, всклокоченная борода тащилась за ним следом, оставляя на песке тонкую полосу, которую тут же затаптывали тихие обитатели этого места.        — По короткому, — Вики смотрела в злые, бегающие глаза, уже не обращая внимания на то, что их взгляды встречались крайне редко даже во время диалога. Демон хмыкнул и с отвращением глянул куда-то чуть выше ее глаз.        — Ответ недостойный даже самого мерзкого содомита, — старец плюнул ей под ноги и зашагал обратно в гущу толпы, — ты должна приносить ему боль и страдание, как подношение, отказавшись ради этого от жалкой прогулки в моей лодке.        — Такова его воля, — шепнула Вики и, не дождавшись ответа, молча зашагала следом. Старец грубо отталкивал жителей пустыни, беспрестанно проклиная ангела, которого ему так бесстыдно навязали. Вики покорно шла, не вслушиваясь в его ворчание, которое было малой ценой за возможность избежать все круги ада, которые раньше ей приходилось пройти, прежде чем ей удавалось попасть на аудиенцию к Сатане.       В свою первую ночь она едва дошла до его врат. Ее сердце разрывалось от боли, а глаза застилали слезы. Некоторые грешники кричали ее имя, узнавая в ней знакомые черты, но Вики в ужасе бежала от выскобленных из памяти лиц. Вики давилась рыданиями, представляя, что это ее родственник или друг тянул к ней руки, вырываясь из когтистых лап демонов, умоляя ангела замолвить за него словечко там, на небе, и избавить от вечных мук. Но демон разрывал его на части, подмигивая ангелу, а затем все повторялось снова. Время в аду протекало совсем иначе, его здесь просто не было, и Вики казалось, что за те редкие свидания, что состоялись у нее с Сатаной, она провела в аду вечность. То продираясь к нему сквозь грешников, хватающих ее за юбку и тянущих за собой в геенну, то развлекая дьявола своими разговорами.       Старец дошел до лодки, и Вики ускорила шаг, боясь, что ворчливый демон отправится в путь без нее, и ей придется бросаться в черную воду, чтобы взобраться на отплывающую посудину.       Ее белоснежная юбка прилипала к гнилым доскам, и Вики непроизвольно поморщилась, подбирая подол и садясь на самый чистый краешек.        — Ты гораздо грязнее моей лодки, мерзкое создание, — старец взял в руки весла, с отвращением взглянув на ее личико, быстро отводя взгляд куда-то в сторону.       Вики поджала губы и отвернулась, сосредоточенно всматриваясь в тьму, постепенно заполняющую все вокруг.       Увидеться с ней как можно скорей было желанием дьявола, и это он позволил Вики попасть к нему, обогнув все круги. И хотя компания грубого старца была далеко не самой приятной, Вики искренне ей наслаждалась, послушно растворяясь в подбирающейся к ней тьме.

***

      Огромный трон находился в конце бесконечно длинного зала с черными каменными стенами. Вики шла вперед, высоко задирая голову, в который раз стараясь оценить, насколько он огромный, но верхушка почетного места правителя ада скрывалась во тьме, как и облик, сидящего на нем создания. Стук ее каблучков оглушительным эхом разносился по комнате, оповещая весь ад о ее прибытии.        — Вики Уокер, — раздалось громогласное приветствие, и огромный черный силуэт зашевелился, вставая со своего места.       Вики замерла, с трепетом наблюдая, как дьявол выходит из тени, направляясь в ее сторону, медленно уменьшаясь в размерах и принимая человеческий облик.       Она учтиво поклонилась и затаила дыхание, глядя в пол, со страхом ожидая его дальнейших действий.       — Ты немного разминулась с моим сыном, — Сатана подошел к ней, осторожно поднимая ее подбородок, отрывая робкий взгляд от пола и заставляя заглянуть в его темно-желтые глаза. — Забавно, он так боится нашей с тобой встречи, словно я могу тебя чем-то обидеть.       В человеческом обличии дьявол нравился ей чуть больше, чем в змеином. Однако даже в человеческих чертах улавливалось что-то от пресмыкающегося существа. Он был гораздо выше Вики, с длинными, худыми конечностями. Его тонкие, ледяные пальцы обжигали ее кожу невыносимым холодом, и Вики тот час покрывалась мурашками, стоило ему только протянуть к ней руки.       У него были тонкие черты лица, совершенно не похожие на черты Люцифера. Длинный, острый нос, огромные сумасшедшие глаза, тонкие губы, широкий рот, почти всегда растянутый в легкой ухмылке. Длинные, черные волосы ниспадали на его плечи, доходя до груди, и Вики иногда казалось, что они шевелятся, тянутся к ней, как тонкие щупальца.       Дьявол отпустил ее подбородок, продолжая по-отечески рассматривать ее лицо.        — Прогулки в ад высасывают из тебя все силы.       Вики сжала кулаки, до крови впиваясь ногтями в кожу.        — Боюсь, что в следующий раз мне едва хватит сил даже забраться в лодку, — она ужасно не хотела признавать свою слабость, но он и сам прекрасно видел, в каком она состоянии.        — Следующего раза не будет, — утешил ее дьявол — это наше последнее свидание.       Он направился прочь из тронного зала, и Вики испуганно засеменила за ним следом. Каменная стена расступилась, открывая им проход, и они вошли в другую, не менее просторную комнату с высокими окнами, за которыми открывался вид на геенну и сгорающих в ней грешников.       Дьявол сел напротив окна в широкое кресло, и Вики, уже по привычке, уселась в соседнее, послушно ожидая разрешения задать вопрос. Но Сатана не спешил, задумчиво наблюдая за корчащимися в муках лицами. Крики и стоны сверлом проникали в ее разум, наматывая на себя последние нервы, и Вики до боли сжала колени, стараясь унять уже до неприличия сильную дрожь.        — Все, что я тебе сейчас скажу, Вики Уокер, должно отпечататься в твоем сознании, как первая молитва, ты поняла? — резко спросил он, не поворачивая в ее сторону головы.        — Просыпаясь, я ничего не помню. Не помню наши встречи, наши разговоры, — Вики шумно сглотнула, боясь, что дьявол разгневается, откажется от сделки, но он лишь откинулся на спинку кресла, готовясь к длинному разговору.        — Не беспокойся, дитя, ты все вспомнишь, когда придет время. А придет оно уже скоро. Поэтому слушай внимательно.       Сатана уставился на свое царство и неспешно заговорил.