Сквозь пламя мы гору сокрушим

— Это… конец?       В груди что-то приятно дрожало, и Се Лянь бы упал на колени, если бы безымянный демон вовремя не придержал его за плечи. Внутри внезапно похолодело, когда он вспомнил счастливую улыбку на лице поверженного Цзюнь У, словно он ждал две тысячи лет именно того, что его кто-то убьёт и освободит ото всех оков. А заслужил ли он этого? Заслужил ли такой быстрой кончины, которая позволит через несколько сотен лет вновь реинкарнировать. От этой мысли Се Лянь разозлился и обессилено сжал кулак, закрывая глаза. Нет, так не должно быть. Цзюнь У должен навсегда исчезнуть из этого мира, из всех воспоминаний, как некогда его государство У Юн. Ни одна частичка его раздробленных костей не должна впитаться в землю и прорасти. Отныне низвергнутый Владыка Цзюнь У больше никогда не будет упомянут на страницах истории, равно как и королевство У Юн, и не появится вновь.       Всё ещё придерживаемый демоном Се Лянь выпрямил спину и глубоко вздохнул. Да, это определённо был конец. Его государство пало из-за него. Щелчок пальцев — и уже ничего нет. Ни страны, ни народа, ни родителей. У наследного принца больше ничего не осталось, кроме осколков болезненных воспоминаний, шрамов по всему телу и разбитой головы. И высокой тени позади него, которая бережно невесомо касалась его плеч, не давая опуститься на колени. Кто бы мог подумать, что демон внезапно придёт ему на помощь.       Гора задрожала, и тело существа позади него заметно напряглось. Потом безымянный демон, скрывающийся под капюшоном и маской, отодвинулся и резко преклонил перед ним колено, прижимая правую руку к груди (Се Лянь отгонял от себя мысль о том, что в том месте должно находиться сердце). — Что ты… — Ваше Высочество, вам нужно уходить отсюда. Скоро сюда прибудут полчища демонов, здесь небезопасно, — голос У Мина ровный, как будто несколько минут назад он вместе с принцем не заколол Цзюнь У мечом, наполненным ненавистью тысячи душ. Будто совсем и не устал.       Небо взревело. Сильный ветер вырывал деревья с корнем, а молнии хаотично били по всему, до чего могли дотянуться — пару раз попали по вершине горы Тунлу. У Се Ляня сдавило шею, он дотронулся до неё дрожащими пальцами. И распахнул глаза. Кожа была гладкой и чистой, больше не было каждый раз пульсирующего нароста кожи — проклятая канга исчезла. Нет, две проклятые канги исчезли, с шеи и с щиколотки. Се Лянь резко вздохнул и тут же пожалел об этом. Грудь сдавило. — Ваше Высочество, вам пора.       Он перевёл взгляд на юношу, странно мерцающего, будто вот-вот исчезнет. Принц испуганно ахнул и, всё-таки упав на колени, вцепился в демона и взволнованно спросил: — Что с тобой? Т-ты… ты исчезаешь? Почему?.. С тобой всё будет в порядке?!       Се Лянь не видел лица демона, но ему показалось, что тот распахнул глаза, а после улыбнулся. Демон мягко погладил плечи принца и, приподняв маску, взял руки Его Высочества в свои, легко прикоснувшись к ним губами. Се Ляня прошибло током от ледяного прикосновения к своим изодранным костяшкам. Неужели этот демон и вправду исчезнет? Он помог ему уничтожить Цзюнь У и теперь готов расстаться со своей жизнью? Разве демоны не погибают тогда, когда их прах развеивается? Почему он исчезает? Что за нонсенс! — Ваше Высочество, со мной всё будет в порядке, мы скоро встретимся, я обещаю. — Я не верю тебе. — Верьте.       Се Ляня тянуло вверх. Небо породило бурю, пугая людей на земле и заставляя их прятаться в домах. Особенно не повезло тем, кто сейчас рыбачил в открытом море. Небеса выли, звали его обратно, не понимая, почему Бог Войны до сих пор был на земле, держась за какого-то демона, как за оплот безопасности. От этого небеса ещё сильнее свирепели, вынуждая Се Ляня позволить забрать себя. А демон так и остался там стоять, преклонив колени. Напоследок он громко выкрикнул: — Мы обязательно встретимся! — Я… верю.       Зверства Цзюнь У по отношению к Се Ляню было просто неописуемыми. Каждому новость о гибели Владыки вселяла страх, ведь это был сильнейший Бог. И кем он был повержен? Каким-то посмешищем! Принц не обращал внимания на шёпот за своей спиной, который не стихал даже по истечению восьмиста лет. Всё это время он вместе с другими Богами Войны подавляли враждебно настроенных против Се Ляня других Богов, не верящих посмешищу Се Ляню и считавших, что он оклеветал Владыку, дабы занять его место. Но ведь это бессмыслица! Даже если канги его больше не сковывали, его сила всё ещё зависела от молитв, а после падения Саньлэ их… не было, поэтому слушать подобного рода обвинения было… неприятно. Что ж, на его стороне было большинство Богов Войны, Линвэнь, а также Повелитель Ветров, который когда услышал все обвинения, расплакался из-за такой жестокости. Даже вечно молчавший Мин И незаметно вздрогнул.       Никто такого не ожидал. Никто даже не мог представить, что Цзюнь У так сильно схватится за прошлое и сойдет с ума после того, как увидит мнимую схожесть с Се Лянем. Никто и не мог подумать, что Цзюнь У окажется ещё и непревзойдённым демоном. Или он всегда был им? Сейчас это неважно. Прошло целое тысячелетие, и Небесные чертоги вроде как затихли. В мире смертных не происходило ничего интересного, а здесь впервые за много лет случилось просто ошеломительное событие.       Се Лянь не мог их винить за это, так же как и не мог винить за их излишнее любопытство, ведь множество секретов в одночасье громким гулом прошлось по Небесам, вызвав новые волнения. Например, созданное Линвэнь Божество Парчовых одежд — преступление, сравнимое лишь с подменой судьбы, совершенной Ши Уду. Бедный Ши Цинсюань даже слова не мог вымолвить после приговора о низвержении брата. Даже Повелитель Земли попытался как-то воспротивиться решению, но в итоге проглотил слова, так и не высказав их. Было поздно что-либо менять; наказание всё равно должно быть исполнено, пусть и таким добросердечным, по мнению Се Ляня, способом, хотя другие так не думали. И опять же, он не мог их винить за это. В низвержении нет ничего страшного, чего могли бы бояться остальные.       В понимании большинства смертных, Небесные Чертоги — приют для достойнейших, место света и глубины без намёка на грех. Именно такими должны были быть небеса, но каждый здесь прошелся по чужим головам, убивал, стирал с лица земли города, государства. Это клубок змей со своими интригами, кознями и коварством, но никак не оплот священных. Се Ляню часто казалось, что даже демоны, которых принято считать отбросами, и то более принципиальны, чем Небожители.       И тот безымянный демон доказал это. Он нашёл его в не самом лучшем состоянии перед сожжением Юнаня, став молчаливым спутником и верным помощником. Этот демон, бывший падший воин его государства, не потерявший уважение к нему, следовал за ним будто пёс, видел его в отвратительном состоянии холодной ненависти. И от этого Се Ляню на секунду стало дурно. Воин исчез, но обещал вновь встретиться с ним. И принц соврёт, если скажет, что не ждал этого. Он был должен ему. Прошло много времени, но божество до сих пор надеялось встретиться со своим старым соратником. — Ваше Высочество наследный принц, — Линвэнь появилась из ниоткуда, напугав Се Ляня, отчего тот неловко покраснел.       Сейчас он сидел в одном из главных залов бывшего дворца Цзюнь У и разбирал старинные тексты низвергнутого божества, стараясь быть в курсе дел и пытаясь найти другие преступления, совершенные как Владыкой, так и другими божествами. Если раньше в главный дворец можно было попасть только с разрешения его хозяина, то сейчас здесь просто-напросто постоялый двор с кучкой небожителей, которые так же, как и Се Лянь, хотели раскрыть секреты бывшего Владыки. Не то что бы у него появилось резкое чувство справедливости, но раз уж на то пошло, то следовало бы обнародовать все неправомерные действия божеств как до вознесения, так и (особенно) после. Линвэнь также была наказана за Божество Парчовых одежд, но до изгнания дело не дошло. Она единственная, кто способна справиться с бумагами, поэтому было решено ограничить её силу и избавиться от окровавленного полотна. Се Ляня радовало лишь то, что сама Богиня Литературы поняла свою ошибку и собственноручно уничтожила парчу. — Прошу прощения, я вас отвлеку, — Линвэнь отошла чуть в сторону, указывая рукой на человека, стоящего позади неё.       Се Лянь только тогда заметил необычного гостя. Это был юноша в необычном малиновом одеянии, который поклонился ему и стал смирно. Се Лянь ощутил странную энергетику гостя, от которой его волосы встали дыбом. Незнакомец был настолько опасен, что из-за холода, исходящего от него, погасли огни, и стало темно. Принц сделал вид, что не обратил на это внимания, посчитав это не более, чем поднявшимся ветром, виновником которого был Ши Цинсюань на другом конце города. Се Лянь хлопнул в ладоши, и огонь вновь зажёгся. Линвэнь не выглядела удивленной, а неизвестный ему Бог стоял и лишь нежно улыбался. От этого Се Ляня передёрнуло ещё больше. Он постарался заглушить нарастающее волнение. — Из-за свалившейся работы Ваше Высочество не услышал звон и не поприветствовал нового Бога Богатств.       Губы Се Ляня изящно сложились буквой «о». Он хотел было начать извиняться, но новый Бог внезапно поклонился и сказал: — Для меня честь встретиться с вами, Ваше Высочество. Моё имя Сань Лан, я вызвался добровольцем в помощь Его Высочеству, простите за дерзость.       Бог Войны не знал, что и сказать. После второго вознесения прежнее уважение к нему не вернулось, наоборот, все лишь помнили о том, как в порыве отчаяния он опустился до низости — до грабежа, и как был выгнан с горы. В груди неприятно сдавило от воспоминаний, и, вероятно, в этот момент эта боль отразилась на его лице. Се Лянь тут же натянул на лицо добродушную улыбку, но от пристального взгляда Сань Ланя это не скрылось.       К Се Ляню редко набивались помощники. Точнее, никто из небесных чиновников к нему не шёл. Единственной опорой для него были другие боги. Наибольшую помощь ему оказывали, конечно же, Ши Цинсюань и Линвэнь. Первый помогал по доброте душевной, а вторая — скорее из-за долга. Прошло так много времени, а они с Фэн Синем и Му Цином так и не перекинулись даже парой словечек. Что ж, теперь у них другая судьба, разные дороги. — Не беспокойся, всё хорошо. Наоборот, я рад, что ты решил мне помочь. — Тогда я оставлю вас обоих.       Линвэнь закрыла за собой массивные двери. Се Лянь пододвинулся и расправил для нового помощника подушку, предлагая сесть рядом. Юноша так и поступил. — На самом деле, здесь не дела двухтысячелетней давности, а скорее… описание необычных существ. Я таких никогда не видел, — принц указал на рисунок странного зверя, ростом примерно два иня* и весом в несколько даней*. Существо это состояло из тела парнокопытного животного, тяжёлого чешуйчатого хвоста и оленьих рогов. Выглядело это всё до ужаса нелепо, словно оленя скрестили с драконом, поэтому Се Лянь решил, что зверь, скорее, выдумка. — Оно существует. — Что? — принц от удивления моргнул несколько раз. — Такая тварь водится на горе Тунлу. Я видел её, она достаточно сильный противник. Её слабое место — шея, — юноша указал на толстую шею, скрытую за слоем чешуйчатой брони, — но броню не пробить, поэтому остаётся только сломать рога, дезориентировать и уничтожить её целиком. — Сань Лан победил её? — Бог Войны стал рассматривать зверя поближе. — Она чуть не убила меня, но трофей, лежавший внутри её желудка, стоил того.       Сань Лан говорил непринуждённо, словно он с этим зверем выходил на прогулку, а никак не пытался его убить. Бог Богатства облокотился на левую руку, которая спокойно расположилась за спиной наследного принца так, что они почти соприкасались плечом к плечу. — И что же лежало внутри?       Деньги? Золото? Драгоценности? — Знания. — Знания? — Се Лянь выгнул бровь, смотря на лукавую улыбку его помощника, и решил не задавать лишних вопросов.       Больше трёх часов они сидели в главном зале, рассматривая различных существ, читая мифы и легенды, которые больше походили на бред сумасшедшего. Но каждый раз Сань Лан переубеждал его, рассказывая удивительные истории про эти события. Всё шло спокойно, пока взор парня не зацепился за одно слово — «Юнань». Ну конечно, ещё бы он не писал о таких событиях.       Бог Богатств проследил за взглядом Его Высочества и нахмурился. — Мы хорошо поработали, Ваше Высочество, — голос Сань Лана прозвучал слишком громко и отразился меж высоких стен, — не хотите ли вы отдохнуть? — М-м, — Се Лянь улыбнулся. — Конечно, я не против. Надеюсь, Сань Лан присоединится ко мне на вечерней трапезе. — Вечерней? — взгляд юноши выражал удивление. — Ваше Высочество, уже утро.       Утро? — Ох, — он коснулся пальцами складки меж нахмуренных бровей и зажмурил глаза. — Я совсем заработался. — Вам нужно отдыхать. Но почту за честь присоединиться к Его Высочеству.       Удивительно, но его старый дворец все это время оставался на месте. Каждый раз, как Се Лянь смотрел на него, в голове непроизвольно появлялось множество воспоминаний. В основном приятных. Например, как они с Фэн Синем и Му Цином устраивали различные игры, не мешая остальным небожителям. Сейчас он смотрел в горящие окна дворца, и его не покидало ощущение, что вот он зайдёт внутрь, а там драка, разбитый стол и пролитое вино. Будто и не было долгой оглушительной пустоты. «Глупо надеяться, что будет всё как прежде».       Внутреннее убранство было намного скромнее внешнего вида, зато здесь всегда было чисто. Жил он один, поэтому убирал и готовил Се Лянь себе сам. Но сейчас что-то было не так. Обычно во дворце довольно холодно из-за отсутствия в нём хозяина, но когда они вошли, было тепло, горела печь, и стол было накрыт различными вкусностями, отчего Его Высочество потерял дар речи. Но на этом сюрпризы не закончились. В обеденном помещении сидел Ши Цинсюань вместе со своим другом, которые поздоровались (один громко, второй тихо), едва заметив вошедших. — Ваше Высочество! — Повелитель Ветров крепко обнял Се Ляня под пристальным взором двух пар глаз. — Вы долго! Совсем себя не жалеете, вас целые сутки не было! Ой, а кто этот молодой человек? — Это Сань Лан, Бог Богатства (ему показалось или Мин И фыркнул?), он вызвался мне помочь, за что я ему очень благодарен.       Бог Войны тепло улыбнулся, и Сань Лан ответил ему тем же. — Меня не за что благодарить, Ваше Высочество. — Прошу, не надо меня так называть. Я уже не Его Высочество, мне неловко…       И правда. Он наследный принц по титулу, но государства то уже давно нет. — Вы Его Высочество наследный принц, — Ши Цинсюань проигнорировал просьбу с горделивым видом. — Хорошо, гэгэ, раз ты просишь.       Повелитель Ветров странно икнул, Повелитель Земли чуть не подавился едой, а Бог Войны благодарно кивнул. Вместе они сели за стол. И… кажется… между Богом Богатств и Повелителем Земли царствовала напряжённая атмосфера, и если бы не всегда задорный Ши Цинсюань, то его давным-давно потерявшаяся неловкость вернулась бы назад. Он совершенно не знал, о чём разговаривать, кроме как о различных красивых стихотворениях, на которые всем остальным Богам было всё равно. Благослови тысячу раз Ши Цинсюаня за его языкастость, за то, что тот разговаривал за них троих. — Точно! Се Лянь, — принц откликнулся на своё имя. — Линвэнь не говорила вам о внезапной активизации демонов? В последнее время они что-то расшумелись и начали нападать на поселения людей. Не то чтобы они и до этого этим не занимались, но… — Ши Цинсюань на секунду умолк, а затем продолжил: — На местах нападения довольно большое скопление зловещей энергии, из-за чего умирают люди. — Ты мне этого не говорил, — подал голос Мин И, явно раздражённый этой новостью.       Се Лянь заметил, что настроение Сань Лана тоже резко испортилось. — Так я сам только сегодня об этом узнал. Но не в этом дело. Недавно выяснилось, что за всем этим стоял Собиратель цветов под кровавым дождём.       Мин И в который раз поперхнулся, а Сань Лан поднял бровь, скрестив руки на груди. — Ши Цинсюань… — принц хотел что-то сказать, но его перебили. — Ваше Высочество, это просто немыслимо! Этот Князь Демонов совсем от рук отбился. Что ему люди уже сделали! — Повелитель Ветров выглядел очень забавно, когда дулся, а если он ещё и выпивал — вдвойне смешно. — Кто… это?..       Ши Цинсюань издал вопль, а Повелитель Земли слегка отвернулся, его плечи отчего-то подрагивали. И только Сань Лан единственный сохранял спокойствие. — Да, кто это? — повторил за Богом Войны Бог Богатства, недобро взглянув на Мин И, пытавшегося сдержать смех. — Что вы делали эти восемьсот лет, если не знаете кто это? Князь Демонов, Хуа Чэн, он… он просто невыносим! Разве вы не помните, как он бросил вызов Богам Войны и Литературы, а после их разгрома пошёл творить бесчинства и сжигать их храмы? — Ну… — надо же, он и не слышал об этом, — я… действительно… заработался…       Мягкий смех Сань Лана нарушил неловкое молчание. Бог Богатств слегка коснулся Се Ляня локтем. — Ничего страшного, если гэгэ не знает. Я ему всё расскажу. Повелитель Ветров, почему решили, что это именно он?       Ши Цинсюань сначала стушевался, но затем уже спокойно ответил: — Его видели на месте этих событий. Ну… может это просто слухи, но, мне кажется, это всё-таки он. Только ему под силу стереть с лица земли целые города.       Стоп. С каких пор отдых снова превратился в работу? — Что ж, сегодня был действительно сложный день, — Се Ляню было непросто выгнать гостей, но он действительно очень сильно устал и уже чуть ли не засыпал за столом. — О! Ваше Высочество, тогда встретимся завтра в деревне Танцующий клён, там в последний раз была замечена активность тёмной энергии. Рассчитываю на вашу помощь!       Два повелителя ушли, и Се Лянь вздохнул. Ши Цинсюань слишком энергичный, это знатно выматывало. «И как Мин И может все время находиться рядом с ним?» Звякнули чашки. Повернув голову, Се Лянь увидел, как Сань Лан убирал со стола. Прошло несколько мгновений, прежде чем принц слабо запротестовал. — Сань Лан! Я сам! — Не надо, вам стоит отдохнуть. Я уже подготовил постель. — Тогда… тогда оставайся здесь. На улице уже поздно.       И только через пару секунд он понял, какую глупость сказал. Небесные Чертоги — безопасное место, здесь ничего никогда не случалось, к тому же… — Только… — Се Лянь решил доиграть свою роль до конца. — У меня одна кровать. — Спасибо за заботу, гэгэ…       «Но я откажусь?» — …ничего страшного. Если вы не против, то я останусь.       Оу. Сань Лан согласился и выглядел как кот, объевшийся сметаны. Закончив убирать со стола, Се Лянь погасил все огни в своём дворце и, дав Сань Лану запасные одеяло и подушку, лег на кровать, моментально засыпая от накатившей усталости.       Так он и уснул, ощущая легкое прикосновение на своём лице.