Найтмерквестрия: под пологом вечной ночи

      — И как же Гамми собирается брать след? — скептически поинтересовалась Твайлайт пару минут спустя, покосившись на крокодильчика, который восседал на голове Пинки с таким безмятежным видом, словно давно приобщился к Вселенской Мудрости, и теперь мирские проблемы его уже не волновали.       — Не как, а когда, глупенькая, — улыбнулась Пинки. — На ближайшей развилке.       — Ить с тропы-то всё одно ж не сойти, — пояснила Эпплджек.       Увы, развилка упорно не попадалась. При этом тропа то и дело поворачивала под самыми разными углами и выписывала настолько невообразимые петли, что Твайлайт уже через четверть часа не смогла бы даже уверенно сказать, в каком направлении остался Понивилль. При этом единорожка вновь начала ощущать подступающую усталость: таинственный жгучий напиток, случайно проглоченный во время церемонии, хоть и прибавил бодрости, однако ж заменить полноценный отдых явно не мог. А ещё пару поворотов спустя Твайлайт обратила внимание на весьма неприятную вещь…       — Всепони, мы определённо ходим по кругу. Взгляните, мы уже третий раз проходим мимо этого дерева!       — Да нет же, глупенькая, — хихикнула Пинки. — Это дерево бегает тут кругами.       — То ж Вечнодикий, — подтвердила Эпплджек, видя, что единорожка смотрит на Пинки как на непроходимую дуру. — Тут ить не то шо деревья, а даже и озёра перебегать могут.       — Т-твайли-и, — испуганно произнёс Спайк, аккуратно дёргая единорожку за гриву. — Мне кажется, или это дерево не только перебегает, но ещё и смотрит на нас?       Твайлайт сбилась с шага. А ведь действительно — прямо на стволе громадного дерева тускло мерцали два зловещих красных глаза. Которыми оно, несомненно, пялилось прямо на единорожку!       Но Твайлайт не зря потратила столько времени на составление Самого Полного Списка Непредвиденных Ситуаций! Хоть туда по досадной случайности и не попало возвращение Солнечной Пони, однако же появление таинственных лесных монстров в списке имелось. И потому единорожка отреагировала в полном соответствии с записанным: активировала щит и воспользовалась сканирующим заклинанием.       После чего потрясённо ахнула, окончательно остановившись. Ведь оказалось, что это никакие не глаза, а накопители. Очень, очень ёмкие кристаллы-накопители, до краёв заполненные огненной магией! Да с такой поддержкой можно пол-леса спалить и не запыхаться! Вот это подарок!       И Твайлайт решительно шагнула к краю тропы…       Чтобы вновь ощутить, как на её хвосте смыкаются чьи-то челюсти. Испуганно обернувшись, единорожка увидела, как её прямо за хвост тянет обратно Рейнбоу! Твайлайт на мгновение даже дар речи потеряла, ошеломлённая то ли потрясающей наглостью пегаски, то ли тем, что Дэш ухитрилась каким-то образом вытащить её хвост из-под окутывающего единорожку щита…       — Нажад! — невнятно проговорила Рейнбоу. — Это глажа аликофна.       — Они ж вродь на камнях только бывают? — удивилась Эпплджек.       — Тьфу! — пегаска выпустила многострадальный хвост и выплюнула оставшиеся во рту шерстинки. — Не знаю, откуда им взяться на дереве, но это точно Глаза Аликорна! Я их на всю жизнь запомнила.       — Ты эт, сообразила хоть, шо их трогать не надо? — встревоженно поинтересовалась Эпплджек у Твайлайт.       — Да не успела она! Я как всегда вовремя вмешалась.       — Какие ещё глаза?! — наконец прорвало единорожку. — Это же накопители! Мне даже отсюда видно!       — Угу, ток там такое копится, шо порядочным пони лучше и не трогать.       — Такой камень действительно помогает колдовать, — пояснила Рэрити. — Но при этом усиливает определённые стороны твоего характера. Я бы сказала, весьма раздражающие стороны.       — Я как-то дотронулась до такого, так потом целую неделю воображала себя самой крутой пони Эквестрии. Я конечно изрядно крута, и во всём Понивилле круче меня точно нипони нет, но Эквестрия… — пегаска покачала головой. — В конце концов, в Эквестрии есть Найтмер Мун.       — Не переживай, Твайлайт, — успокоила единорожку Пинки. — Если ты хоть самую чуточку у нас задержишься, я тебя на каменную ферму свожу. Ты даже не представляешь, сколько там всего! Гораздо красивее этих!       «Да при чём здесь красиво?!» — чуть было не взвыла единорожка.       Но ничего не поделаешь, пришлось, сняв щит и уныло поджав хвост, двинуться следом за остальными пони, сожалеюще оглядываясь в сторону таких потрясающих артефактов.       «Впрочем… А почему бы и нет?» — вдруг подумала единорожка. — «В конце концов, трогать их копытами и не обязательно, есть же магия. Дотянуться смогу. А если на нас нападут, то такой камень ещё как пригодится. Да и нет в моём характере настолько отрицательных черт, как у той же Дэш. Уж точно ничего такого, что мешало бы другим пони».       И, воровато оглядевшись, Твайлайт, стараясь выглядеть как можно естественнее, аккуратно набросила на ближайший кристалл заклинание невидимости, заодно сбавив шаг: работать предстояло быстро, покуда дерево всё ещё в радиусе досягаемости её заклинаний. Теперь аккуратно извлечь камень магией…       — Эм, Твайлайт…       — Спайк, тише! — отчаянно прошептала единорожка, испуганно прижимая ушки. — Я знаю, что делаю.       Рывок телекинезом — и вот уже кристалл ложится в один из кармашков заранее раскрытой сумки.       — Твайлайт, ты там уснула, что ли?       — А? Нет, уже бегу! — несколько нервно ответила единорожка, догоняя остальных.       К счастью, всё прошло как нельзя более успешно: никто, кроме Спайка, так ничего и не заметил.       — Спайк, хватит уже дёргать меня за ухо, — недовольно произнесла Твайлайт.       — Э-это не я! — испуганно отозвался дракончик. — Это крокодил!       — Снимите его с меня! — подскочила единорожка.       Выпущенное ею заклинание разрядилось об ухо самой Твайлайт, от чего стало только больнее.       К счастью, Рэрити вовремя пришла на помощь, вновь вернув крокодильчика на положенное место — на голову Пинки.       — Пинки, очень тебя прошу, скажи своему крокодилу, чтоб он меня не трогал! — взмолилась Твайлайт.       — Просто ты ему понравилась, — радостно улыбнулась розовая земнопонька. — Кроме меня самой, Гамми только на Дэш так реагирует: они всё время целуются.       — Да он меня заел просто! — возмутилась пегаска. — Я уже вынуждена на облаках дрыхнуть, словно бездомная! Потому что хотя бы туда он пока не научился добираться!       -Ужас, — пробурчала единорожка. — Хорошо хоть, я не задержусь в Понивилле надолго.       Тем временем Флаттершай подошла к Дэш и что-то тихо прошептала ей на ушко, которым синяя пегаска сразу после этого раздражённо дёрнула.       — Нет, Флатти, я не нуждаюсь ни в каком защитнике! И вообще слишком крута для возни со всей этой мелочью. Если у меня когда-нибудь заведётся питомец, он непременно будет самым крутым зверем во всей Эквестрии. Самым быстрым, самым сильным, самым внушительным, самым ярким! Среди твоего бессмысленного зверья нет ничего и близко похожего. Даже Энджел с Мишей вместе взятые недостаточно круты для такой пегаски, как я!       — Дэши, питомцы — они не для крутости, — улыбнулась Пинки, — а для веселья. Ты даже не представляешь, как с ними сразу веселее становится!       — Ещё как представля… Стоп! Вы слышите? — настороженно замерла синяя пегаска, осёкшись на полуслове.       — Я не слышу ничего необычного, — сразу же отозвалась Рэрити. — Похоже на шум воды — там впереди должна быть река.       — Тебя и не спрашивают! С твоими-то короткими ушами…       — К-кажется, кому-то нужна помощь, — осторожно предположила Флаттершай.       И действительно, доносящиеся звуки очень походили на всхлипывания. А подойдя поближе, пони увидели…       — Дык то ж морской змей! — громогласно удивилась Эпплджек. — Мне про него бабуля рассказывала.       — Тише ты! — зашипела на неё Рейнбоу, но было поздно: их заметили.       Флаттершай, пискнув, спряталась за синей пегаской, вжимаясь в землю.       — Леди, — с печальным вздохом произнесло громадное сиреневое чудовище, — Приветствую вас в этих гиблых местах. Быть может, хотя бы вы не будете на меня нападать.       Твайлайт испуганно попятилась. Такие змеи мало того, что очень большие и сильные, так ещё и великолепно колдуют! А у единорожки как на зло не было подготовлено подходящих заклинаний для битвы с подобным противником: её Самый Полный Список в очередной раз оказался недостаточно полным…       Впрочем, этот конкретный змей выглядел довольно жалко. Грязный, потрёпанный… Такое впечатление, что он и на воде держался не слишком уверенно. А ещё — очень печальный. В когтистых лапах он комкал большой и очень мокрый платок, и даже его роскошные рыжие усы уныло обвисли.       Неожиданно для всех вперёд вышла Рэрити.       — Да озарит луна вечно текущие воды, — изобразив лёгкий поклон, торжественно произнесла единорожка. — Мы искренне рады встрече с одним из доблестных рыцарей океана. Можем ли мы быть вам полезны, сэр…       — Стивен, — вздохнул змей. — Сэр Стивен Магнет. Увы, дни моей рыцарской славы уже сочтены.       — Но как же так?! — подскочила Пинки. — Неужели во всей Эквестрии закончились достаточно злые злодеи для ваших подвигов?!       Вместо ответа змей провёл лапой по волосам, откидывая их назад, и Твайлайт с ужасом увидела, что рог — основной инструмент и проводник водной магии подобных созданий — сломан! Вместо полноценного рога остался лишь жалкий обломок, явно не способный даже на самые простейшие магические воздействия.       — Так вышло, — печально поведал змей, — что я пал жертвой своей же собственной благородной натуры, когда попытался прийти на помощь принцессе.       — Принцессе?! — подалась вперёд Рэрити, насторожив ушки.       — Она выглядела такой несчастной, такой потерянной, такой одинокой… Кто же мог знать, что под личиной принцессы скрывается злая ведьма, что завелась в этих гиблых местах? Мне пришлось вступить в безнадёжный бой, который невозможно выиграть. И вот я поплатился рогом за эту ошибку…       — Дык с чего ж вы решили, шо эт принцесса? Ить разве ж принцессы бродят по Вечнодикому?       — Высокая, стройная пони с рогом и крыльями. Кем ещё может быть аликорн, как не принцессой? Она казалась напуганной, потерявшейся. Любой рыцарь сразу же предложил бы ей свою помощь! Кто же мог знать, что это всего лишь видимость?       — Это Солнечная Пони! — подскочила Рейнбоу, заодно оторвав от земли и Флаттершай, крепко сжимавшую её хвост. — Флатти, отцепись от моего хвоста! Что это за жеребячьи выходки?!       — Мне она не показалась такой уж солнечной, — покачал головой змей. — Но что это очень коварная, опасная и могущественная ведьма, уж не может быть никаких сомнений. Я очень надеюсь, леди, что вы не попадётесь ей на глаза.       — Пинки, — обернулась Рэрити, до этого напряжённо о чём-то размышлявшая. — У тебя ещё осталось зелье для игры в подари-хвост?       — Агась! Я полила им кексики вместо глазури.       — Сэр Стивен, — обратилась дневная единорожка к змею, — вы же знаете эту игру? Мне кажется, вашу проблему можно решить, просто поменявшись рогами.       — Вряд ли во всей Эквестрии найдётся хотя бы один единорог, согласный на такой обмен, — печально вздохнул змей. — Кому нужен битый рог?       Твайлайт быстро-быстро закивала, полностью соглашаясь с этим высказыванием.       — Но ведь это же не просто рог, — возразила Рэрити, — а рог одного из рыцарей океана! Вам не кажется, что это полностью меняет дело? Взгляните, даже его остаток выглядит по-настоящему внушительно. Сразу видно, что перед нами рог благородного рыцаря, побывавший во множестве схваток. Его почётно носить. Я бы с удовольствием поменялась, если бы у вас возникло такое желание.       — Что?! — сдавленно выкрикнул Спайк, который тоже отлично представлял, что для любого единорога значит его рог.       Твайлайт же и вовсе лишилась дара речи.       — Конечно, мой рог недостаточно хорош по сравнению с рогом столь могучего рыцаря, — кивнула Рэрити. — К тому же к нему ещё придётся привыкать. Но ведь я меняю его не на полный рог, а лишь на осколок. Получается достаточно равноценный обмен, вам так не кажется?       — Леди, — змей выпрямился во весь рост, прижав лапу к груди, — если вы и вправду готовы меняться, то я — ваш должник!       — Конечно готова! Пинки?       — А вот и кексики! — подскочила розовая земнопонька, протягивая двумя копытами два крупных кекса, которые Рэрити сразу же перехватила телекинезом, подвесив в воздухе.       — Подождите минутку, мне нужно перенастроить их с хвостов на рога, — улыбнулась дневная единорожка. — И не отвлекайте, пожалуйста — менять рога не в пример сложнее, чем хвосты. Не хотелось бы где-нибудь ошибиться.       Пони замерли в почтительном молчании. При других обстоятельствах Твайлайт попыталась бы подсмотреть заклинание, однако сейчас единорожка была в таком шоке, что у неё даже и мысли подобной не возникло.       «Она же не собирается и вправду»… — подумала было Твайлайт.       — Вот, готово!       «…Менять свой рабочий рог на… На нечто такое, чем даже не поколдуешь!»       Всё происходящее напоминало какой-то бред. Сэр Стивен в один присест сожрал кекс, после чего скромно дождался, пока Рэрити уплетёт свою порцию. И стоило последнему кусочку печева исчезнуть, как Твайлайт вдруг осознала, что обмен свершился: изо лба Рэрити теперь выпирал уродливый и совершенно ей не подходящий обломок, который, даже будь он полноценным рогом, выглядел бы слишком крупным для такой единорожки.       Зато довольный змей, улыбаясь до ушей и радостно шевеля усами, ощупывал короткий витой рог, что ещё пару минут назад принадлежал Рэрити.       — Сердечно благодарю вас, леди, — змей отвесил глубокий поклон. — Рог выше всяких похвал, и ждёт не дождётся, когда я начну тренировки. Всего по тысяче заклинаний ежедневно, и уже к концу недели он будет слушаться меня не хуже моего собственного!       — Ну, как я выгляжу? — Рэрити с лёгкой улыбкой обернулась в сторону остальных пони.       — Как симпатичненькая беленькая большеглазая большерожка! — хихикнула Пинки.       — Рэрити, твоё чувство прекрасного нащупало новое дно, — пробурчала Рейнбоу, прикладывая ко лбу копыто. — Мне даже отсюда видно, что эта бандурина тебе великовата!       — Просто моя причёска плохо с ним сочетается. Но это поправимо, — улыбнулась Рэрити, аккуратно развязывая тёмно-синюю узкую ленточку, фиксировавшую её сложную причёску.       После чего, пользуясь одними копытами, дневная единорожка вплела ленту обратно, чуть по-другому стянув гриву. И вроде бы форма причёски практически не изменилась, но рог стал выглядеть настолько естественно, насколько это вообще возможно, и больше не казался чем-то чужеродным.       — Леди, теперь вы просто идеальны! — ещё раз поклонился морской змей.       — Рэрити всегда была идеальной пони! — возмутился Спайк. — Даже со своим старым рогом.       — И ещё раз благодарю вас. Я ваш должник. Если вам вдруг понадобятся мои услуги — подойдите к любому крупному водоёму и позовите. Я сразу же примчусь к вам на помощь. В конце концов, помогать благородным леди — священный долг любого рыцаря!       — С радостью воспользуюсь вашим любезным предложением, сэр Стивен, — улыбнулась Рэрити. — Хоть и надеюсь никогда не попадать в такие ситуации, в которых мне бы потребовалась помощь рыцаря океана.       — Что ж, нам пора прощаться, — произнёс змей. — Я собираюсь покинуть эти места как можно скорее, да и вам не советую здесь задерживаться. Ведь мало того, что вы рискуете наткнуться на ведьму, так и ещё и опорное зеркало этих мест кем-то разбито.       — Вот сено! — ругнулась Дэш.       — От ток этого нам и не хватало…       — Нежданчик, хихикс.       — Это точно?! — требовательно спросила Рейнбоу. — Когда это случилось?       — Увы, — печально вздохнул сэр Стивен. — Несколько часов назад, вскоре после моего позорного поражения, я услышал звон, сотрясший само пространство. Тут уж не может быть никаких сомнений. Да и сами вы разве не чувствуете, как быстро сейчас пересыхает магия этого места? Не ощущаете, что всё вокруг словно вымерло? Звери и птицы уже покинули это отражение. А перед самым распадом отсюда побегут и деревья.       — Это всё Солнечная Пони! Это её происки!       — Ты не можешь утверждать наверняка, Рейнбоу, — строго произнесла Рэрити. — Зеркало мог разбить кто угодно.       — Как бы то ни было, вам не стоит тут задерживаться. Я придержу реку, чтоб она не уходила далеко от Древа. Следуйте вдоль воды, и вы быстро доберётесь до зеркал. На этом позвольте попрощаться. Был очень рад с вами встретиться.       С этими словами змей с шумом и плеском нырнул в воду, основательно окатив брызгами всех пони. Впрочем, вода, повинуясь воле рыцаря океана, тут же скатилась обратно в реку, оставив лошадок полностью сухими.       — Ну, Рэрити, — после недолгого молчания подала голос Рейнбоу, — и что ты теперь скажешь? Солнечную Пони ещё даже не встретила, а уже осталась без рога. И как по-твоему, можно с ней иметь дело?       — Можно. Просто нужно соблюдать осторожность. И понять, что ею движет.       — Врождённая злобность, тут и понимать нечего, — пробурчала Рейнбоу. — Продолжай на неё молиться, так сама не заметишь, как и гриву отдашь, и копыта… Один хвост в Понивилль и вернётся.       — Рэрити, ты только не волнуйся! — поспешно произнёс Спайк. — У меня вот вообще рогов нет, но ведь живу же. И большинство пони вообще колдовать не может, а пользоваться амулетами даже без рога можно.       — Всё в порядке, Спайк, — улыбнулась Рэрити. — Ничего страшного не случилось, ведь у меня остался кристалл с копией. Так что рог можно будет достаточно быстро восстановить.       — Восстановить… рог? — потрясённо произнесла Твайлайт. — Да как такое вообще возможно?!       — Примерно так же, как твой хвост, — ответила дневная единорожка. — Здесь в лесу можно найти немало полезного…       — И всё оно под запретом, Рэрити, если ты вдруг не в курсе! — раздражённо отозвалась Рейнбоу, косясь при этом на хвост Твайлайт. — Такое чувство, что я единственная пони во всём Понивилле, которая соблюдает законы.       — Ну дык, ты ж глава стражи тутошней, — хмыкнула Эпплджек. — Ить пони-то же должен делать вид, шо у нас тут усё соблюдается.       — Так что ей, без рога теперь ходить?! — не выдержал Спайк.       — В подобных случаях полагается подавать заявку в мэрию, приложив к ней справку из госпиталя. Её рассмотрят и выделят проверенный артефакт из городского фонда. И пару специалистов, которые присмотрят, чтоб всё точно прошло как надо, — продолжала возмущаться пегаска. — Но нет же, у всех по подвалам распихано не пойми что, и все пользуются, а Понивилль из-за этого то и дело на уши становится, чуть не каждый месяц!       — Он часто-часто стоит на ушках и безо всяких артефактов, Владычица свидетель, — улыбнулась Пинки. — Твайлайт, ты даже не представляешь себе, как у нас тут бывает весело! Если задержишься хотя бы на полгодика, то увидишь такое… такое… просто супер-дупер-офигенное!       — От уж всяко не круче Солнечной Пони, — покачала головой Эпплджек. — Эт я вам точно скажу, шо уж такого бардака у нас и не припомню. Думаю, шо хуже уже и не бывает.       — Постойте, — перебила её Твайлайт. — Рэрити, ты хочешь сказать, что рог любой пони можно вот так просто взять и восстановить?       — Не то чтобы просто — зародыши кристаллов ещё отыскать надо. Но если есть кристалл и есть образец целого рога, заготовленный заранее, то восстановить можно.       — А если образца нет?       — Тогда делать копию с чужого рога, стараясь выбрать максимально похожий по свойствам. Конечно, к такому рогу потребуется долго привыкать, и он никогда не будет слушаться тебя так же хорошо, как твой собственный, но это же ведь лучше, чем обломок, верно?       — Д-да уж, — поёжилась единорожка.       То, с какой лёгкостью Рэрити пожертвовала не чем-нибудь, а рогом, пусть даже и на время, изрядно пугало. А знание о возможности восстанавливать рога вызывало немало вопросов. Например, почему же тогда Сансет до сих пор ходит с повреждённым рогом, пусть даже эти повреждения и не слишком значительны. Уж в том, что Найтмер Мун прекрасно осведомлена обо всех странностях Вечнодикого, единорожка даже не сомневалась. Как-никак, наставница лично организовывала все эти исследования, да и барьер устанавливался при её непосредственном участии.       А если вдруг Найтмер и не в курсе, то ведь есть ещё Рэрити. Которая время от времени бывает в Эвернайте и которая, подобно Сансет, тоже дневная пони. А уж зная, как эти пони держатся друг за друга и всегда стараются друг другу помочь… В общем, Сансет уже давно должны были вылечить! Однако этого почему-то до сих пор не случилось.       «Что ж», — решила единорожка, — «спрошу наставницу при первом же случае».       — Твайлайт, не нужно так переживать, — улыбнулась Рэрити, которой, похоже, казалась забавной столь бурная реакция ночной единорожки. — Через пару недель… ну максимум через месяц всё будет в порядке. Да и не сделала я ничего особенного. На моём месте так поступил бы любой единорог.       — Ч-чего?! — аж споткнулась фиолетовая единорожка.       — Ну вот скажи, если бы от этого зависели наши жизни, разве ты не поделилась бы рогом? Тем более зная, что это состояние обратимо.       — А? Д-да, конечно же п-поделилась бы, — нервно проговорила Твайлайт, сама не веря в свои слова. Единорог без рога — это… Да после такого и жить незачем!       «Не отдам! Не отдам рог!» — панически подумала ночная единорожка, с трудом сдерживаясь, чтобы не прикрыть его двумя копытами сразу, защищаясь от воображаемых похитителей.       Переживания Твайлайт были прерваны самым неожиданным образом: магическая аура Рэрити вдруг ярко вспыхнула. Полыхнуло так, что Твайлайт, ойкнув, отключила магическое зрение. Да оно и не требовалось, потому что от концентрации сырой магической силы, волнами расходящейся в пространстве, у единорожки даже рог заныл! Всё выглядело так, словно на Рэрити снизошло целое облако чистейшей неструктурированной магии, которое теперь постепенно рассеивалось, щедро напитывая всех окружающих.       Столь внезапная подпитка позволила основательно взбодриться, начисто избавив от телесной усталости и подстегнув разум. Что-то похожее иногда применяла Найтмер Мун, в качестве поощрения позволяя ученицам прикоснуться к собственному магическому источнику.       — Рэрити! Что ты делаешь? Что это за колдовство?! — ошарашенно произнесла фиолетовая единорожка.       — Какое колдовство? — недоумённо моргнула та. — Боюсь, на ближайшие недели мне придётся забыть про магию.       — Магия! — выпалила Твайлайт. — Очень много магии! Нет, даже не так… Просто чудовищно, непредставимо много магии! Это выглядит… ну, словно прямо внутри тебя распечаталось магическое хранилище. Или очень-очень мощный накопитель. Хотя нет, никакой накопитель не вместит в себя столько. Или это опять что-то из артефактов Вечнодикого?!       — Да, я тоже почувствовал, — настороженно подтвердил Спайк.       — Агась, — кивнула Пинки, довольно подпрыгивая. — И это было просто супер-дупер-офигенно! Рэрити сначала вот так: топ-топ-топ по тропе, а потом фы-ырк и вжу-ух! У неё на груди засияло такое квадратное, фиолетовое и блестящее. А потом та-акой фейерверк! Я за всю свою жизнь не запускала ничего подобного! Уверена, его аж в Понивилле видели!       — Какой ещё фейерверк? — раздражённо повернулась к ней Рейнбоу. — О чём вы?       — Ну дык, о магии ж, вестимо. Ить мы-то с тобою её не больно-то видим.       — Не знаю, — покачала головой Рэрити. — Я не почувствовала ничего необычного. Может, это какое-то воздействие драконьего рога? Вряд ли пони-то изучал влияние таких рогов на пони.       — Точно! — облегчённо выдохнула Твайлайт, вытирая пот со лба. — Это всё объясняет. Да, видимо в роге оказались какие-то следы остаточной магии.       — Но с Рэрити же всё будет в порядке? — с надеждой произнесла Флаттершай.       — Эм… Наверное, — неуверенно ответила фиолетовая единорожка, которая сейчас усиленно пыталась хотя бы определить тип использованной магии.       Получалось плохо. Да собственно вообще никак не получалось — Твайлайт в жизни не приходилось сталкиваться ни с чем подобным. Ясно было только, что магия воды, столь популярная у морских змеев, тут точно ни при чём. Как и вообще магия стихий.       — Это было не заклинание, а просто выброс, да он уже и рассеялся почти. А его магия сама по себе очень спокойная и неагрессивная, так что негативных последствий, я практически уверена, здесь не будет.       — Ну так чего мы тогда тут встали? — возмутилась Рейнбоу. — Шевелите уже крупами! В конце концов, Солнечная Пони сама себя не поймает.

***

      — А куда мы идём? — задала наконец насущный вопрос Твайлайт.       За всеми этими переживаниями, связанными со змеем, рогами и магическим выбросом, ночная единорожка слегка утеряла связь с реальностью, и только теперь с удивлением осознала, что никакой тропы под копытами уже нет, а их небольшой отряд движется вдоль реки.       — Не «куда», а «зачем», глупенькая, — улыбнулась Пинки. — Мы идём к зеркальному дереву за зеркалами, чтобы Гамми унюхал, через какое зеркало прошла Солнечная Пони, чтобы пройти следом и с нею наконец познакомиться!       — От не знаю, как там Солнечная Пони, а нам с этого отражения уходить так уж точно надо, покуда оно, значицца, прямо у нас под копытами не разлезлось.       Твайлайт недоумённо моргнула.       — Отражения? Тот змей тоже что-то говорил о них…       — Это ещё одна особенность Вечнодикого, — поспешила пояснить Рэрити. — Сам он не такой уж большой. Если найти подходящую тропу, то его из конца в конец за пару дней пересечь можно. Но всё меняется, когда на зеркальном дереве созревают зеркала. Отражаясь в них, лес многократно увеличивает свои размеры. Как раз в одном из таких отражений мы сейчас и находимся. И именно его зеркало почему-то оказалось разбито. Так что теперь отражение начинает постепенно исчезать.       — И ежели вовремя не унести наши хвосты, дык вместе с нами оно ж и исчезнет.       — А свалить отсюда проще всего через одно из зеркал! — дополнила Рейнбоу. — Потому что там хоть видишь, куда валишь.       Твайлайт с трудом себе представляла, как зеркала могут расти на деревьях, и уж тем более каким чудом можно прогуляться по отражению, но в конце концов это же Вечнодикий! Единорожка уже давно осознала, что такие понятия как логика и здравый смысл тут отсутствуют напрочь.       Размышления единорожки прервал подозрительный шорох, и прямо на тропу вдруг откуда-то вывалился громадный зверь.       Твайлайт моментально активировала щит, но тут же поняла, что он ей не поможет, потому что единорожка узнала зверя. Мантикор! Крылатый кот с длинным суставчатым хвостом. Хищник, который специализируется на отлове магических существ! Жало на кончике его хвоста пробивает абсолютно любые барьеры, а яд убивает мгновенно. Единственная работающая защита против мантикоров — это нападение: зверя нужно уложить раньше, чем он уложит тебя. И как назло, единорожка не была готова к подобному!       — А ну-ка отойдите, — произнесла Дэш, выходя вперёд и напружиниваясь, словно готовясь к броску. — Сейчас я покажу вам, как надо обращаться с таким вот кошачьём, которое думает, что может напасть на пони с жетоном…       Но не успела Рейнбоу ринуться в бой, как на её хвосте сомкнулись клыки Флаттершай, которая, уперевшись всеми четырьмя копытами, резко рванула радужногривую пегаску назад.       — Сто-ойте! — отчаянно выкрикнула Флаттершай, кидаясь к мантикору и загородив его своим телом.       Пони замерли.       Крылатый кот, впрочем, тоже не двигался — кажется, он от такого расклада охвостел даже больше, чем пони.       — Флатти, я сколько раз просила тебя так не делать? — пробурчала Рейнбоу. — Вот случайно откусишь мне хвост, самой потом стыдно будет!       — Стойте! — уже спокойнее произнесла пегаска. — Вы разве не видите, что он пришёл за помощью?       — Главное, шоб не за обедом, — пробормотала Эпплджек, и Твайлайт была с нею полностью согласна.       Флаттершай тем временем гладила кота по гриве и уродливой морде, что-то тихо шепча ему на ушко. Твайлайт же заметила, что с мантикором и вправду было что-то не в порядке: он держал на весу одну из лап, даже не пробуя на неё наступить.       Вот жёлтенькая пегаска, ещё раз проведя копытом по гриве хищника, аккуратно дотронулась до его лапы — и зверь, коротко мявкнув, протянул повреждённую конечность для осмотра.       И чем дольше пегаска разглядывала лапу, тем сильнее хмурилась.       — Рэрити, — наконец обернулась Флаттершай, — мне нужна твоя помощь. Он ведёт себя так, будто лапа нарывает, но ни воспаления, ни посторонних предметов я не вижу. Очень похоже на какую-то магию. Посмотри пожалуйста.       — Боюсь, Флатти, — вздохнула дневная единорожка, — среди нас сейчас есть только один единорог, способный колдовать. Твайлайт, поможешь?       — Й-я? — аж попятилась фиолетовая единорожка. — Этому чудовищу?       — Твайлайт, я очень-очень тебя прошу! — взмолилась Флаттершай. — Ты разве не видишь, как ему больно?       — Он точно меня не съест? — опасливо поинтересовалась Твайлайт, делая крохотный шажок вперёд.       — Ну конечно! Он же ещё совсем котёнок.       — Р-ры, — согласно произнёс зверь.       Следующие несколько минут ночная единорожка изо всех сил старалась сосредоточиться. Получалось плохо: когда прямо над ухом сопит опаснейший хищник, способный убить тебя одним движением хвоста, это уж точно не способствует концентрации.       Но, тем не менее, Твайлайт всё же удалось воспроизвести все необходимые диагностические заклинания. И то, что она увидела, поразило её настолько, что единорожка даже про страх забыла.       — Худо дело, — пробормотала она, когда повторное сканирование показало тот же самый результат. — Флаттершай, боюсь, тут уже ничего не сделаешь. Это не болезнь и не рана, а могущественное проклятие. Я узнаю это заклинание — наставница приводила мне его в качестве примера запрещённой магии. Мне очень жаль, но снять его может лишь тот, кто накладывал. Даже сама Найтмер Мун мало что может тут сделать.       — Н-но… как же так… — прошептала Флаттершай, печально опуская ушки. Её глаза наполнились слезами. — Неужели совсем-совсем ничего нельзя сделать?       — Твайлайт, ты точно не ошиблась? — нахмурилась Рэрити. — Откуда бы в Вечнодиком взяться настолько отвратительной магии?       — Ты и сама прекрасно знаешь ответ, Рэрити! — возмутилась синяя пегаска. — Так что не задавай идиотских вопросов, если не хочешь окончательно нас всех разозлить!       — Твайлайт, очень тебя прошу! — жёлтенькая пегаска выглядела так, словно вот-вот разрыдается. — Ты же очень умная пони, ты ученица самой Найтмер Мун! Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста, придумай хоть что-нибудь!       — Мне жаль, Флатти, — печально опустила ушки фиолетовая единорожка. — Но это одно из немногих проклятий, для которых не придумано никаких способов отмены. Его можно только перенести на кого-то другого, если новая жертва согласится на это добровольно. Но, сама понимаешь, что так не быва…       — Я согласна! — немедленно выпалила Флаттершай.       — Чего-о?! — взвилась на дыбы Рейнбоу. — Флатти, не дури! У нас тут и так впереди Солнечная Пони, нам потребуются все силы. Сдался тебе этот кот, что он хорошего сделал хоть одной пони?!       И это был тот редкий случай, когда Твайлайт целиком и полностью разделяла мнение синей пегаски.       — Дэши, пойми, — тихо произнесла Флаттершай, — ему, в отличие от меня, без полностью здоровых лап просто не выжить. Да вы посмотрите — он даже покинуть отражение не может! Если ничего не сделать, он же просто погибнет в ближайшие часы!       — Но должен же быть какой-то другой способ! — продолжала бушевать Рейнбоу. — Как ты вообще собираешься выбираться отсюда на трёх-то копытах?!       — Вместо копыта можно попробовать перенести на крыло, — задумчиво произнесла Твайлайт, которая уже вовсю прикидывала варианты заклинания. — Но, конечно, я полностью согласна, что это просто огромная глупость! — быстро проговорила она под тяжёлым взглядом Рейнбоу.       — Твайлайт, всё в порядке, — аккуратно дотронулась до неё Флаттершай. — Я согласна на крыло. Что тебе потребуется для этого колдовства?       — Ей сперва потребуется перешагнуть через меня! — рявкнула Рейнбоу. — Потому что я не позволю калечить свою подругу! И тем более лишать её крыльев!       — Дэши, не волнуйся, — Флаттершай приобняла радужногривую пегаску. — Мне всё равно не очень-то нужны крылья. Ты же знаешь, что я обычно летаю без них. Так что даже ничего не потеряю. А вот если мы не поможем, этот несчастный попросту обречён.       — Флатти, — горестно простонала синяя пегаска. — Какая же ты безнадёжная дура… И как же я ненавижу всё это дурацкое зверьё, которое совершенно не стоит таких жертв!       — Дэши, не говори так. Со мной всё будет в порядке, правда. Твайлайт, ты готовишься?       — Да, я… — судорожно вздохнула единорожка, — я готова. Тебе потребуется приложить кончик крыла к повреждённой лапе.       — Приложила.       — Поверить не могу, что я на всё это смотрю, — прошипела Рейнбоу, крепко зажмуриваясь. — Мне сейчас следовало бы оглушить их обеих и отлягать этого дурацкого увечного кошака!       Твайлайт ещё успела услышать голос Эпплджек, но смысла фразы уже не уловила, полностью сосредоточившись на заклинании переноса. Впрочем, оно было не таким уж и сложным. Всего несколько тактов, и вот уже место соприкосновения крыла с лапой окутывается фиолетовым свечением.       Спустя пару мгновений свечение погасло, а Флаттершай, тихо ойкнув, отдёрнула крыло, неуклюже пытаясь уложить его вдоль бока. Кот же, коротко взмявкнув, начал об неё тереться с довольным мурлыканьем.       — Тише… Тише, мой хороший. Ну как, лучше стало? Я же говорила, что мы тебе обязательно поможем! Давай, беги уже. Тебе ещё надо успеть отсюда уйти.       Мантикор, лизнув напоследок жёлтенькую пегаску в щёку, подобрался и громадным прыжком скрылся в зарослях.       — Флатти, как ты себя чувствуешь? — встревоженно спросила синяя пегаска.       — А? Да нормально… вроде. Немного болит крыло, но ничего страшного. Бывало и хуже.       Твайлайт поёжилась. Судя по тому, что Флаттершай старательно удерживала крыло в полураскрытом состоянии, болело там отнюдь не «немного».       — Пинки! — обернулась Рейнбоу. — Ну, а ты тут чего стоишь глазами хлопаешь? Проклятья же по твоей части!       — Дэши, Твайлайт ведь сказала, что это проклятье даже Владычица снять не может. И не просто не может, а совсем-совсем не может. Но не грустите! Когда мы поймаем Солнечную Пони, я сразу же попрошу Владычицу, чтобы она попросила нашу злодейку, чтобы она сняла свои злобные чары, чтобы Флаттершай была снова в порядке!       — Пинки, — раздражённо произнесла Рейнбоу. — Ты что, издеваешься?! Когда мы поймаем Солнечную Пони, то нам уже будет не нужна никакая Владычица! Мы и сами заставим отменить проклятье!       — Но с Владычицей же куда веселее, — возразила Пинки. — И безопаснее. Так мы будем уверены, что Белая Сладкоежка точно-точно всё отменит и нигде ничего не напутает! Ух ты-ы!..       Последний возглас Пинки был связан с тем, что аура Флаттершай неожиданно вспыхнула — в точности так, как раньше это происходило с Рэрити.       Твайлайт, споткнувшись от неожиданности, чуть не пропахала носом землю. Магический выброс, волнами расходившийся от жёлтенькой пегаски, вновь заставил взбодриться, одновременно вызвав лёгкое головокружение от переизбытка магии.       — Флаттершай! Рэрити! Это что сейчас было? — Твайлайт очень не нравилось чего-то не понимать. Особенно когда это «что-то» связано с магией.       — Было — что? — наклонила голову Рэрити.       Жёлтенькая пегаска не произнесла не звука, лишь удивлённо моргнув.       — Магия же! — возмущённо выпалила фиолетовая единорожка. — Вокруг Флаттершай! Точно такая же, как совсем недавно у тебя, Рэрити. И тут уже рог дракона совершенно точно ни при чём. Поэтому я хочу знать, что это такое было!       — Это же было совершенно офигенно! И ярко! И очень-очень красиво, — затараторила Пинки. — У неё такая розовая бабочка, и потом сразу дзынь, и фу-ух! Я тоже хочу такой фейерверк!       — Твайлайт, насколько это опасно? — требовательно спросила Рейнбоу. — С Флаттершай же всё будет в порядке?       — Н-наверное. С Рэрити ведь до сих пор всё нормально.       — Точно! — обрадовалась Рейнбоу. — Если что-то плохое вдруг случится, то первым делом оно произойдёт с Рэрити. И у нас будет ещё много времени, чтобы во всём разобраться и спасти Флаттершай!       — Дэши, не говори таких страшных вещей, пожалуйста, — взмолилась жёлтенькая пегаска. — Если с Рэрити что-то случится, мне будет очень плохо и больно. Намного больнее, чем если бы оно случилось со мною самой!       — Спасибо, Флатти, — слабо улыбнулась дневная единорожка. — Ты настоящая подруга.

***

      Посреди ночной темноты в мрачном молчании шестёрка пони продолжала двигаться вдоль речного берега. Рейнбоу то и дело встревоженно оглядывалась на жёлтенькую пегаску, что ковыляла позади всех.       Повреждённое крыло покоилось на перевязи, которую сама пегаска и сделала, чтобы не приходилось тратить силы, удерживая его на весу. К счастью, в седельной сумке Флаттершай нашёлся бинт, а навыки ветеринара позволяли справиться и не с такой задачей.       — Флатти, как ты? Сильно болит? — подскочила к ней радужногривая, когда Флаттершай сбавила шаг, отстав ещё больше.       — Немножко, — тихо ответила та. — Подождите чуточку, мне… нужно восстановить дыхание.       Её бока тяжело вздымались, а грива намокла от пота, тяжёлыми прядями падая на глаза.       Из горла Рейнбоу вырвалось глухое рычание, а узкие вертикальные зрачки на мгновение вспыхнули алым светом.       — Будь она проклята, эта Солнечная Пони! Я! Вот этими самыми копытами! Разберу её по пёрышку! Такая тварь не должна существовать! И если пони-то, — произнесла Дэш, с намёком глядя на Рэрити, — сейчас опять скажет, что мы просто чего-то не поняли, то сразу получит в нос!       — Не скажу, Рейнбоу, — отозвалась Рэрити подчёркнуто спокойным тоном. — Я никогда не навязывала другим своё мнение, особенно если оно им неинтересно.       И дневная единорожка прибавила шаг, стараясь держаться подальше от Рейнбоу, которая сейчас была в таком взвинченном состоянии, что действительно могла отлягать любого, кто подвернётся ей под горячее копыто.       Твайлайт же тем временем обратила внимание на показавшееся вдали громадное дерево. Ведь его крона разительно отличалась от остальных изумрудно-зелёным цветом, а от самого дерева вовсю фонило магией. Очень знакомой магией! Той самой, из которой состояли магические выбросы Рэрити и Флаттершай.       — Рэрити, ты знаешь, что это? — негромко спросила Твайлайт, подойдя к дневной единорожке.       — Да, это как раз и есть то самое зеркальное дерево, которое позволит нам покинуть это отражение и найти Солнечную Пони.       — А магия? Что за магия его окружает?       — Родная магия этого дерева, — пожала плечами дневная единорожка.       — Нет, что это за тип энергии по стандартной классификации? Никак не могу понять.       — Прости, Твайлайт, — покачала головой Рэрити, — но я совершенно не разбираюсь в магической теории.       — Ч… что?! — потрясённо уставилась на неё фиолетовая единорожка. — Но ты же единорог!       — Твайлайт, — вздохнула та. — Как ты думаешь, насколько велики шансы дневной пони поступить в магическую школу и, что самое главное, успешно её закончить?       — Но Сансет закончила!       — Сансет — гений! — отрезала Рэрити. — К тому же её вела сама Найтмер, попробовали бы они не принять… И даже так ей пришлось очень непросто. Она чуть не погибла ради этой учёбы.       Твайлайт поморщилась. Сама-то она считала, что покушения были связаны вовсе не с принадлежностью Сансет к дневным пони, а с её беспримерной наглостью. Тихих и скромных кобылок нипони не пытается убить. Но Сансет слишком уж наглеет! И что самое непростительное, перетягивает на себя слишком много внимания Найтмер Мун. Внимания, которого она абсолютно не заслуживает!       — Поэтому всё, что я знаю, — продолжила Рэрити, — это те заклинания, которым меня научили родители. Я понятия не имею, на каких принципах они основаны и как были созданы. Они просто есть и работают, этого достаточно.       На какое-то время Твайлайт просто потеряла дар речи. У неё даже в голове не укладывалось, что единорог может колдовать, ничего при этом не зная о колдовстве. Это же просто бред! Но, к сожалению, Рэрити как раз и была таким диким, безграмотным единорогом.       Впрочем, потрясение Твайлайт от столь внезапно всплывшей безграмотности Рэрити продлилось недолго, потому что вниманием ночной единорожки завладело кое-что другое.       Зеркала. Пони подошли достаточно близко к дереву, чтобы Твайлайт лично убедилась, что зеркала и вправду могут расти на деревьях! Большие, овальные, в сверкающей серебристой окантовке. И от них точно так же фонило магией, как и от остального дерева. Магией, сути которой единорожка по-прежнему не понимала, и это здорово её нервировало.       Осторожно подойдя к одному из низко висящих зеркал, единорожка смогла наконец увидеть своё отражение… которое вело себя совершенно не так, как полагается приличным отражениям!       Оно некультурно повернулось к Твайлайт крупом, уткнувшись в книжку и полностью игнорируя саму единорожку. Причём не получалось даже увидеть, что именно оно читало — стоило переступить так, чтобы книжка была виднее, как зазеркальная единорожка словно нарочно становилась так, чтоб перекрыть обзор.       Под ветром зашелестела листва, и Твайлайт вздрогнула: ей показалось, что она явственно расслышала, как отражение буркнуло: «отстань, Сансет».       — Бред какой-то, — прошептала фиолетовая единорожка.       Словно в ответ на её слова, зеркальная поверхность вдруг окрасилась в лиловый цвет, на мгновение скрыв отражение из виду. А когда зеркало вновь просветлело, взгляду удивлённой единорожки представилась уже совершенно другая картина.       На этот раз её фиолетовое отражение стояло к ней мордочкой, как собственно и положено. Вот только выражение этой самой мордочки… На нём прямо так и читалось: «как же вы меня все достали, отвалите уже». За всю свою жизнь Твайлайт не приходилось видеть настолько противной рожи!       А рядом с зазеркальной Твайлайт отражалась и причина её плохого настроения: светло-жёлтая единорожка цвета чуть пожелтевших книжных страниц.       Мундэнсер. Одна из одноклассниц самой Твайлайт. Сейчас эта пони с довольной физиономией что-то увлечённо рассказывала, время от времени поправляя очки с большими квадратными линзами. Эти очки явно были ей великоваты и потому постоянно сползали.       Чем дольше говорила Мундэнсер, тем раздражённее становилось выражение на мордочке зазеркальной Твайлайт. И когда подруга аккуратно приобняла её одним копытом, фиолетовая единорожка наконец не выдержала, с силой оттолкнув её локтем. От толчка Мундэнсер отлетела в сторону и, запутавшись в собственных копытах, навернулась на бок, упав прямо в грязную лужу.       — Неправда! — возмущённо выкрикнула Твайлайт. — Я никогда такого не делала!       Да, Мундэнсер — невероятно доставучая пони. Да, она иногда злила, особенно когда учителя непонятно с чего вдруг начинали ставить её в пример. И лягнуть эту единорожку временами очень-очень хотелось. Но Твайлайт никогда не опускалась до копытоприкладства!       — Что… что показывают эти зеркала? — сдавленным голосом спросила Твайлайт, отрывая взгляд от зеркальной поверхности.       — Гадости они показывают, — буркнула Рейнбоу.       — Скорее, повод задуматься, — мягко улыбнулась Рэрити. — Они позволяют хотя бы примерно представить, как ты смотришься со стороны. Какой тебя видят другие пони.       «Да как же так?!» — возмущённо подумала Твайлайт. — «Это получается, что я — плохая подруга? Что мне не нужны друзья, и я вообще мечтаю от них избавиться? Что старательно прячу знания, чтобы нипони не узнал больше, чем я?! Но Сансет сама виновата! С ней же просто нельзя по-другому, иначе она сразу наглеет!»       — Эм… вот уж никогда бы не подумал, что я зануда, — удивлённо протянул Спайк. — Да и не жадничал вроде ни разу…       Оглядевшись, Твайлайт поняла, что каждый видит в таком зеркале что-то своё. И, похоже, нипони увиденное не нравилось. Рейнбоу отводила глаза, Эпплджек старательно смотрела в пол, а Флаттершай вообще зажмурилась.       Более-менее спокойно реагировали разве что Рэрити и Пинки, которая вовсю строила своему зеркалу рожи.       — Насколько безопасны эти предметы? — ткнула Твайлайт дрожащим копытом в сторону зеркала.       — Полностью, пока не разобьёшь, — отозвалась Рэрити. — Всё, что срежешь с дерева, можешь спокойно брать. У многих понивилльцев в домах есть хотя бы одно такое зеркало.       Единорожку передёрнуло.       «Хорошо, что я не задержусь в Понивилле надолго».       — А если разобьются? — мрачно поинтересовалась Твайлайт, которая уже поняла, что для местных в категорию «безопасно» попадает всё, что не убьёт вот прямо сейчас.       — Их не так-то просто разбить. На этом зеркале отплясывать можно, от души притопывая копытами, а на зеркальной поверхности не появится даже царапины.       — Ну, вы там насмотрелись? — поторопила всех Рейнбоу. — или так и будете пялиться, покуда тут всё не поисчезает?       — Глядите! Вот они, осколочки! — привлекла их внимание розовая земнопони.       И действительно, на земле валялись остатки того, что ещё недавно было одним из этих зеркал.       — Отражение крупное, а осколков не так много, — подытожила Рэрити. — Думаю, у нас есть около суток, прежде чем тут всё окончательно развалится.       Дневная единорожка подошла к россыпи осколков и, заглянув в один из них, болезненно охнула. И хоть Твайлайт очень не нравилось то, что показывают эти зеркала, любопытство оказалось достаточно сильным, чтобы заставить её встать рядом с Рэрити и тоже заглянуть в разбитое зеркало.       Заглянуть, чтобы увидеть там чужое отражение.       Вне всякого сомнения, зеркало отражало именно ту, кто его и уничтожил: ведь именно такой описывала Солнечную Пони Флаттершай. Большой угольно чёрный аликорн в обрамлении зловещего чадящего пламени, что заменяло ей хвост и гриву. Казалось, от фигуры буквально веет смертельным холодом, несмотря на пылающий огонь.       Чуть отойдя от первого впечатления, Твайлайт заметила, что отражение не цельное: по изображению аликорна змеились блестящие трещины, что двигались вместе с отражением, а куска гривы и вовсе не хватало, причём, судя по рваному излому, его откололи.       Твайлайт искренне не понимала, как вообще можно расколотить огонь, но именно это тут и отражалось.       — Шо-та эта Солнечная Пони от как-то недостаточно солнечна, — произнесла Эпплджек, смерив осколок задумчивым взглядом.       — Может, это не та Солнечная Пони, которую мы ищем? — с надеждой предположил Спайк, который тоже заглядывал в зеркало через плечо Твайлайт.       Сама единорожка испуганно сглотнула: её худшие подозрения подтвердились. Им действительно противостоял аликорн! И она понятия не имела, что будет делать, если не удастся договориться миром. Живя практически под одной крышей с двумя аликорнами сразу, единорожка очень хорошо представляла, на что способны такие пони. Твайлайт ни разу не удавалось победить не то что наставницу, но даже и Кейденс. Даже выступая против неё вдвоём с Сансет. Точнее, особенно вдвоём, потому что командный бой в представлении Сансет — это «Твайлайт, держись позади и поддерживай меня с максимальной дистанции». Чего, разумеется, Твайлайт делать не собиралась: если стоять в сторонке, то на фоне этой зазнайки и потеряться недолго. Наставница и так слишком уж её выделяет! В общем, драться в одиночку всегда получалось успешнее.       — Хах! — обрадовалась Рейнбоу, заглянув в один из осколков. — Эта гадкая Солнечная Пони всё-таки расколотила своё отражение! Вот так ей и надо, теперь пускай помучается.       — Расколотила… отражение? — недоумённо произнесла Твайлайт. — Как это?       — Плохо, — негромко отозвалась Рэрити. — Ох как плохо… Пойдёмте отсюда, мне больно на это смотреть.       — Пинки, пора бы уже пустить в дело твою зелёную доставучку! — распорядилась Рейнбоу. — Пусть сделает хоть что-то полезное помимо обгрызания чужих ушей и хвостов.       Впрочем, Гамми никаких распоряжений и не требовалось: крокодильчик, сидя на голове Пинки, подался вперёд, заинтересованно принюхиваясь. Вот он встрепенулся, бросил внимательный взгляд на Твайлайт (единорожка поёжилась), а потом довольно ткнулся носом в ухо розовой земнопоньки.       — И-и! — подскочила та. — Вы даже не представляете, как нам повезло! И не просто повезло, а совсем-совсем повезло, ведь Белая Сладкоежка никуда не ушла. Она прямо здесь! Совсем-совсем здесь, прямо в нашем отражении! Теперь-то мы мигом её найдём. Ох, мне так не терпится с нею познакомиться, что аж хвост чешется!       — От кстати! — подала голос Эпплджек. — А почему белая-то? Ить там кроме чёрного с красным дык ни цвета же нету.       — Так это и не важно! — улыбнулась Пинки. — Она может быть совсем-совсем чёрной, но при этом всё равно же видно, что белая!       Твайлайт удивлённо моргнула, пытаясь вникнуть в слова Пинки, но к сожалению не преуспела. А вот остальные пони приняли этот бред как должное, даже не попытавшись возразить!       «Хорошо, что я не задержусь в Понивилле надолго», — в очередной раз порадовалась фиолетовая единорожка.       — Нам туда! — радостно выпалила Пинки и, подпрыгивая, направилась прочь от реки.       Остальные пони потянулись следом.       Твайлайт, не желая лишний раз заглядывать в зеркала, старательно пялилась в пол, однако это не сильно ей помогло, ведь оказалось, что на земле тоже валяется зеркало, очевидно упавшее с дерева — примерно так же, как падают перезревшие яблоки.       Это зеркальце было на удивление маленьким, всего в пару копыт диаметром. Его ободок блестел не серебристым, а тускло-фиолетовым. А то, что в нём отражалось, заставило единорожку сбиться с шага.       Ведь вместо пони на неё смотрело какое-то неизвестное двуногое существо. По крайней мере, единорожка не могла опознать этот вид. Рог у него полностью отсутствовал, а из шёрстки была одна только грива, уложенная в незатейливую причёску. Мало того, у этого отражения не было даже копыт — вместо них оно жестикулировало самыми настоящими лапами с пальцами, примерно как у гиппогрифов.       Зазеркальная двуногая Твайлайт вовсю общалась с кем-то, кто не попадал в зеркало, и выглядела вполне довольной жизнью.       — Твайлайт, не отставай! — окликнула Рейнбоу увлёкшуюся единорожку.       — Да-да, конечно! — зеркальце, окутавшись фиолетовой аурой телекинеза, скрылось в седельной сумке.       «Изучу на досуге», — решила единорожка, догоняя остальных.

***

      Пони двигались по тропе, обнаруженной Пинки. Сама земнопонька просто пылала энтузиазмом, которого впрочем, больше нипони не разделял. Рейнбоу выглядела раздосадованной, Эпплджек сосредоточенной, Флаттершай вялой, Твайлайт шла глубоко задумавшись.       Позади всех плелась Рэрити, и выглядела при этом настолько поникшей и несчастной, что Спайк наконец не выдержал.       — Рэрити, — встревоженно окликнул её дракончик. — Ты в порядке?       — Неужели вы не видите, что она отчаянно нуждается в помощи? — прошептала дневная единорожка. — Если бы я только могла хоть что-то исправить… Клянусь, жизни бы не пожалела!       — Рэрити, не расстраивайся, пожалуйста. Ни один аликорн не стоит такого.       — Возможно. Но Солнечная Пони, Спайк, для таких как я — это много больше, чем просто аликорн. Ради Найтмер Мун, к примеру, я жизнью бы жертвовать не стала, — призналась Рэрити.       От такой откровенности Твайлайт покоробило. Да как можно говорить такое о Найтмер, которая столько сделала для блага всей Эквестрии?! Удивительно, как ещё Рейнбоу не высказала всё, что думает по этому поводу… Впрочем, слов и не требовалось — те взгляды, что она бросала на Рэрити, были достаточно красноречивы.       Пони продолжили свой путь, но не прошло и нескольких минут, как Рэрити вдруг встряхнулась.       — Всепони, Спайк. Подождите немного, мне надо отлучиться.       — Это зачем ещё? — подозрительно прищурилась Рейнбоу.       — Устранить последствия сегодняшней пирушки. Боюсь, для меня эта пища оказалась немного тяжеловата.       — Это какие такие последствия? — ещё подозрительнее спросила синяя пегаска. — Ты ж там и не ела почти! И что тебе мешает устранить их прямо здесь, никуда не сбегая?       — Если ты настолько некультурна, что можешь спокойно справлять свои надобности у всех на виду, то это не значит, что все пони такие! — возмутилась Рэрити.       — Мы можем отвернуться!       — Рейнбоу, что происходит? — требовательно спросила Рэрити. — Ты ведёшь себя так, словно я не на пару минут отлучиться собираюсь, а…       — А сбежать к Солнечной Пони, предав нас всех! — резко ответила синяя пегаска.       — Ч-чего? — услышав такое, дневная единорожка чуть с копыт не навернулась. — Р-рейнбоу, с тобой точно всё в порядке?       — Со мной-то да. Это ж не я переживаю, что злодейка может вот-вот загнуться!       Рэрити беспомощно огляделась, переводя взгляд с одной пони на другую.       — Постойте, вы что… все так думаете? — упавшим голосом произнесла единорожка. — Ну, знаете! — теперь в её голосе звучало возмущение. — Я давно привыкла, что меня всё время в чём-то подозревают… но не до такой же степени!       И, сделав несколько глубоких вдохов, дневная единорожка продолжила:       — Если вы не заметили, у меня сейчас нет рога. А значит, нет и магии. Я — дневная пони, в этой темноте я почти слепа, а по сравнению с вами ещё и глухая. Если столкнусь с чем-то из опасностей Вечнодикого, то мало что смогу сделать. А я обязательно столкнусь, если отойду от вас слишком далеко, ведь своего жетона у меня тоже нет. И что, вы думаете, при всём при этом мне удастся сделать то, на что не способны даже Пинки с Гамми? Вот так взять и всего за несколько минут разыскать Солнечную Пони, чтобы… Чтобы что? Навести её на вас? Но мы же и так хотим поскорее с нею встретиться, так в чём тогда смысл?       На несколько мгновений дневная единорожка смолкла, пытаясь перевести дыхание. Её ощутимо потряхивало.       — В общем, даже и слушать не хочу подобные глупости! И, конечно, вернусь в самое ближайшее время, что бы вы там ни думали, — произнесла Рэрити, удаляясь в сторону зеркального дерева — только хвост мелькнул за поворотом тропы.       Воцарилось мрачное молчание.       Особенно неуютно чувствовала себя Твайлайт, которая уже успела привыкнуть, что с любой проблемой или вопросом можно подойти к Рэрити, и слабо себе представляла, что теперь делать.       — Эт, мне от шо интересно, — наконец рискнула подать голос Эпплджек. — Ей пони-то поверил вообще?       — Разумеется нет! — воскликнула Рейнбоу. — «Справить надобности», как же! Даже самому дубовому древесному волку и то понятно, что она побежала к своей любимой Солнечной Пони.       — А я верю! — неожиданно произнесла Флаттершай. — Я не помню, чтобы она хоть раз сделала что-то плохое.       — Флатти, не будь такой наивной — всё когда-то бывает впервые. В конце концов, Солнечных Пони у нас тут тоже раньше не водилось.       — А что, если она вернётся? — сделала большие глаза Пинки. — А она обязательно вернётся, хвостом чую! Нужно заранее придумать, как будем извиняться.       — Извиняться? — прищурилась Рейнбоу. — Это ещё с чего? Мы ведь не видим, где она сейчас бродит и что делает. Вполне возможно, что она заодно с Солнечной Пони и сейчас получает от неё указания!       — Эт какие же? — не поняла Эпплджек.       — Например, грохнуть нас, — предположила Рейнбоу. — Ха, пусть только попробует! Я её так отделаю!       — Но она же и вправду сейчас не владеет магией! — возмутился Спайк, который больше не мог слушать, как всепони поливают Рэрити грязью. — Каким образом она получит указания от Солнечной Пони? И, тем более, попытается навредить нам?       — Чтоб пользоваться артефактами, рог и не нужен, — фыркнула синяя пегаска.       — Но у неё нет седельных сумок и нет такой замечательной гривы, как у Пинки, — вновь попытался возразить дракончик. — Откуда она, по-твоему, достанет этот артефакт?       — Да откуда угодно! — повысила голос Рейнбоу. — Может, у неё тут под каждым кустом чего-то закопано.       — Твайлайт, да скажи же ты ей! — взмолился Спайк.       — Эм… ну… возможно, слова Рейнбоу не лишены логики, — признала единорожка.       — Твайлайт, да что с тобой такое?! — не выдержал дракончик. — Ты даже к Сансет так не относилась!       — Сансет никогда не променяет наставницу на злобную Солнечную Пони, Спайк. Поэтому с ней можно иметь дело.       — Не ссорьтесь, пожалуйста, — робко попросила Флаттершай. — Если можно, конечно.       — А кто тут ссорится? — удивилась Рейнбоу. — Мы вырабатываем единую позицию. Хотя тут и вырабатывать нечего, всё и так очевидно. Со мной в кои-то веки даже Пинки согласна.       — От кстати! — оживилась Эпплджек. — Пинки, шо по этому поводу думает твой хвост? Ты ж можешь брехню чуять.       — Глупенькая, Пинки-чувство совсем не для этого. Оно всего лишь отличает правильные вещи от неправильных. И Рэрити сейчас всё делает правильно.       На какое-то время вновь воцарилось молчание.       — Дык эт… — наконец подала голос Эпплджек. — Я тут подумала… Шо ж мы, неужто сами не справимся? Зачем она нам? Ить ежели до драки дойдёт, дык шо она без магии смогёт-та? Она ж и видит похуже нашего, и слышит, и вообще… Дык может, ну… оставить её где-нить? Так оно же и нам спокойнее, и ей самой безопаснее будет.