Глава третья. Розовый и красный
31 мая 2020 г., 19:00
Примечания:
Андромеде — 22 года; Рудольфусу — 24,5; Беллатрикс — 23; Теду — 22,5; Нимфадоре — около года.
«Ведь я мечтаю о том, что и ты тоже -
Чтобы журавль в руках, а клинок в ножнах.
Иметь дочурку и сына к тридцати примерно,
И быть не просто отцом, а быть примером!»
Лето 1974 года
На парк Кеннингтон, где в тени деревьев гуляла молодая женщина с маленькой дочкой, медленно опускались сумерки.
— Нимфадора, — женщина улыбнулась, — иди к маме на ручки. Нам пора домой, — мать подхватила дитя на руки и двинулась к выходу.
Их маленький домик, надёжно скрытый от маглов, находился неподалёку.
— Какая встреча, — мужчина в щеголеватом костюме снял цилиндр и поклонился.
— Рудольфус, здравствуй, — молодая женщина с ребёнком на руках кивнула в ответ. – Прошу прощения, не могу отвесить тебе реверанс.
— Я вижу ты стала мамой, Ме—е–еда, — резюмировал Рудольфус, насмешливо растягивая имя женщины.
— Ты на редкость наблюдателен, — заметила Андромеда, — а теперь, позволь нам уйти.
— Не так быстро, — Рудольфус схватил женщину за руку.
— Руку убери, — прошипела она.
— А то что? — издевательски поинтересовался Рудольфус. — У тебя прелестная малышка, — его взгляд остановился на красных волосах девочки.
Рудольфус отпустил руку Андромеды и задумчиво коснулся рукой своих медных волос, собранных в хвост.
Волосы Доры сменили цвет на нежно—розовый.
— Как она это делает? — спросил Лестрейндж.
— Я не знаю, — ответила миссис Тонкс. — Это дар. Она — метаморф.
— О-о-очень интересно, — протянул он, преграждая Андромеде путь к отступлению.
— Смотри какая несправедливость: у тебя дочь, а у Беллы был выкидыш. Почему? — Рудольфус обратил на Андромеду, полный боли, взгляд.
— Я не знаю, Рудольф, — женщина мимолётно коснулась его руки, словно забыв, что они давно не друзья.
Рудольфус поморщился и отпрянул.
— Может быть ей стоит перестать убивать? — невозмутимо предположила Андромеда.
— Какая ты умная! Перестать убивать! Как всё просто! — кричал Рудольфус, размахивая руками.
Волосы девочки посинели, а сама она испуганно заплакала. Андромеда утешала дочь, понимая что достать палочку не успеет.
Через некоторое время Рудольфус взял себя в руки и ледяным тоном процедил:
— Я не убью тебя только из любви к твоей сестре. Ты ей всё ещё снишься...
— А ты способен любить? — скептически поинтересовалась Андромеда.
Это стало последней каплей для взбешённого Рудольфуса:
— Круцио! — прокричал он.
Андромеда опустилась на колени, едва не выронив дочь. Нимфадора заревела пуще прежнего. — Не попадайся мне больше на глаза, — посоветовал Рудольфус и, сплюнув себе под ноги, трансгрессировал из парка.
***
— Меда, ты почему такая бледная? — Тед забрал заплаканную дочь и обеспокоенно смотрел на жену.
— Круциатус, — прошептала она.
— Кто?
— Рудольфус.
— Может быть вам не стоит гулять в парке? — встревоженно спросил он.
— Всё в порядке, Тед, — Андромеда начала приходить в себя. — Я его не боюсь.
— А что насчёт твоей сестры?
— Её тоже.
— Тогда может чай? — участливо предложил супруг.
— С радостью, — улыбнулась она.
***
— Что с тобой, Руди? — Беллатрикс, с плохо скрываемым беспокойством, разглядывала супруга. — Ты, как-будто призрака увидел.
— Нет, всего лишь твою сестру, — усмехнулся Рудольфус.
— Цисси? — удивилась она.
— Другую.
— У меня больше нет сестёр, — процедила Беллатрикс.
— У неё есть дочь. Около года, думаю.
— Замолчи, — жена отвесила ему звонкую пощёчину.
Он схватил её за руку:
— Никогда не смей так делать! Ты меня поняла?
— А то что? — с вызовом спросила она, кусая его за губу.
— Беллз, прошу, — застонал Рудольфус.
— Что-то не так? — поинтересовалась женщина, кусая его снова и снова...
— Ну, всё, сама напросилась, — мужчина, с рычанием закинул Беллатрикс на плечо и потащил в спальню.
