Обрывки расшитой золотом карты

«Вдох-выдох и мы опять играем в любимых. Пропадаем и тонем в нежности заливах, Не боясь и не тая этих чувств сильных. Ловим сладкие грёзы на сказочных склонах». Лето 1975 года Нарцисса стояла перед зеркалом. На глаза наворачивались слёзы, но она заставляла себя улыбаться. В самый счастливый день её жизни рядом не было одной из сестёр. В комнату вошла Друэлла. — Детка, ты готова? — Мама, кто заплетёт меня? — спросила Нарцисса и скрытый подтекст не ускользнул от матери. — Она сделала свой выбор. Розье всегда выбирают любовь. Но ни один Розье не выбрал «грязнокровку». — Мама, мы Блэк. — Тем более, — Друэлла вздохнула. — Давай заплету. Или Беллатрикс. — Лучше ты. Мои волосы мне ещё пригодятся. *** — Ты не отразима, — Рудольфус увлёк Беллатрикс в заросли роз. — Может сбежим отсюда? — С ума сошёл, — возмутилась волшебница. — Моя сестра выходит замуж! — После брачной ночи она поймёт нас, — мужчина подмигнул жене. — Вот вы где, — Рабастан бросил оценивающий взгляд на невестку. Красное короткое платье с чёрной отделкой, чёрная мантия с алой подкладкой, ажурные чулки и высокие сапоги. — О, я так понимаю, Рудольфус боится, что если миссис Лестрейндж покажется на людях, её украдут, как ценную реликвию. — Замолчи, — процедил Рудольфус. — Не бойся, милый, у меня острые коготки, — пошутила Беллатрикс, обращаясь к мужу. — Идём, дорогой. Разделим радость моей сестры. Они прошли мимо взволнованного Сириуса. — Куда бежишь, кузен? — усмехнулась Беллатрикс. — Тебя ищет, мать, — торопливо ответил он, проносясь мимо. — Что с ним? — удивился Рабастан. — Поди, опять повздорил с матушкой, — предположила Беллатрикс, презрительно добавив, — гриффиндорец. *** Платье кремового цвета подчёркивало бледность кожи невесты. В руках она держала букет из белых роз и улыбалась до слёз, блестящих в уголках глаз. Отец вёл девушку под венец. Жених выглядел серьёзным и только глаза выдавали его волнение. Нарцисса шла мимо улыбающихся родных лиц и шлейф, усыпанный лучшими розами из сада матери, несли за ней домовики. Сигнус убивал двух зайцев сразу: выдавал замуж младшую дочь и показывал состоятельность семьи, тем самым поднимая семейный авторитет, упавший после бегства Андромеды. — Стой смирно, — прошипела Беллатрикс, хватая Сириуса за руку. — Я не позволю испортить свадьбу моей сестры, — всё это было сказано с милой улыбкой, чтобы Нарцисса ничего не заподозрила. Сириус взглянул на Беллатрикс, рядом стояли братья Лестрейндж. Спорить с тремя прислужниками Волан-де-Морта ученику Хогвартса не хотелось. Сириус натянул на лицо улыбку и проходящая мимо Нарцисса совершенно искренне улыбнулась ему в ответ. Сириус даже задумался — может быть Нарцисса не такая, как все. Но, бросив взгляд на Люциуса в щеголеватой мантии белоснежного цвета, с платиновыми волосами, заколотыми дорогой заколкой, со взглядом короля, берущего в жёны королеву, понял, что такая же. К Лестрейнджам подошёл Регулус. — Вот ты где, — мрачно обратился он к брату. — Тебя там мать обыскалась. — Сириус соскучился по любимой кузине, — усмехнулась Беллатрикс, сжимая локоть кузена. — Правда, малыш? — Очень, — процедил сквозь зубы Сириус, — если ты посильнее вцепишься мне в руку, я останусь без неё. — О, прости, милый, — Беллатрикс, чуть ослабила хватку, нежно улыбаясь. — Регулус присоединяйся к нам. Меня на всех хватит. — Беллз! — возмутился Рудольфус. — Дорогой, не ревнуй. Они же дети, — Беллатрикс засмеялась. — Меня ждёт матушка, — смущённо пробормотал Регулус. — Поздно, малыш. Свадьба началась, — Беллатрикс кивнула в сторону свадебной арки, увитой белыми и бледно-розовыми розами. На следующий день Сириус Блэк ушёл из дома.