Обрывки расшитой золотом карты

«Когда настанут холода И белая дорога ляжет, Все промолчат, никто не скажет, Что с холодами не в ладах». Декабрь 1976 года На похоронах Альфарда собралась вся его многочисленная родня. Было холодно. Дул пронизывающий ветер и снег крупными хлопьями укрывал землю. Волшебники подняли вороты мантий, женщины вуалями закрывали лица. — А ты, что здесь делаешь? — Беллатрикс Лестрейндж подскочила к красавцу-брюнету и гневно уставилась на него. — Твоё какое дело? — огрызнулся он. — Сириус! — немолодая женщина спешила к спорщикам. — Тебя только не хватало, — прошептал Сириус. — О, кажется, малышу надо поговорить с мамочкой, — сладко пропела Беллатрикс, возвращаясь к мужу и деверю. — Сириус, — мать подошла к сыну и крепко обняла его, разрыдавшись. От неожиданности, Сириус обнял её в ответ. — Ты пришёл проститься с дядюшкой, — резюмировала Вальбурга, отстраняясь и, оглядывая сына. — У тебя такой потрёпанный вид. Как ты? — Нормально, — удивлённо пробормотал он. — Сынок, возвращайся домой. — Зачем, мама? — Ты же — Блэк, — гордо провозгласила она. — Ты — продолжатель рода и традиций предков. Найди себе достойную чистокровную супругу, смени круг общения, — увлечённо продолжала она, с надеждой взирая на сына. — А если я не хочу? — Но почему? — А чем маглы хуже нас, мама? А маглорождённые? У них, что кровь другого цвета или глаза не такие? — Причём здесь это?! — вспыхнула Вальбурга. — Мы — древний род волшебников, а они... — Мы — люди, мама, — упрямствовал Сириус. — Как и они. — В таком случае, чтоб я больше тебя не видела! — воскликнула она. — С превеликим удовольствием! Не успели мать и сын разойтись по углам, как их внимание привлёк шум драки. Смерив друг друга презрительными взглядами, оба поспешили к месту действия. — Беллатрикс! Немедленно отпусти сестру, — кричала Друэлла старшей дочери, вцепившейся в волосы Андромеде. — У меня нет сестры! — вопила Беллатрикс. — И я уже не маленькая девочка! — Беллатрикс, будь благоразумна, — пытался воззвать к здравомыслию дочери Сигнус. Но жена Рудольфуса продолжала самозабвенно колошматить сестру и та отвечала ей тем же. — Леди из благородного рода Блэк не дерутся, как распоследние магловки, — укорила сестёр, подоспевшая Вальбурга. Сириус с палочкой наготове безмолвно взирал на кузин. — Вы правы, тётушка, — усмехнулась Беллатрикс, доставая волшебную палочку. Обстановка вокруг похорон накалялась. Родственники стремительно доставали палочки. Путавшийся под ногами, распорядитель чуть не стал жертвой первого заклинания. — Хватит, — раздался тихий, но уверенный голос. Собравшиеся изумлённо взглянули на говорящего. Самый юный и, в общем-то даже не родственник усопшего, волшебник сумел остановить назревающую бурю. — Сомневаюсь, что Альфард Блэк хотел, чтобы на похоронах его родственники поубивали друг друга. — Эван, куда ты лезешь, — прошипела Беллатрикс, но муж успокоительно коснулся её руки, мол, пусть говорит, мальчик. — Вам лучше убраться отсюда и поскорее, — хмуро продолжил Эван, обращаясь к Сириусу и Андромеде и, пресекая возражения добавил. — Из уважения к дядюшке. Сириус поймал на себе взгляд Регулуса. Заметив это, брат отвернулся. Андромеда протянула кузену руку и они трансгрессировали. — Зачем ты позволил им уйти? — возмущалась Беллатрикс, направляя волшебную палочку на Эвана. — А ты хотела убить их? Повелитель против того, чтобы проливалась чистая кровь. — Они запятнали её своим предательством. — Не тебе решать, — возразил Эван. И прежде чем Беллатрикс успела возразить, голос супруга привёл её в чувство: — Он прав, Беллз, успокойся. *** Спустя месяц было вскрыто завещание Альфарда Блэка. Вальбурга хладнокровно выжгла имя брата с гобелена.