Излечи меня всего

Бакугоу продолжал кричать, не переставая молотить по деревянной поверхности двери. Но та, к счастью, рыжего не поддавалась и казалось, что становилась ещё толще. Мидория стоял тихо, продолжая рассуждать о том, в какую жопу попал и на что фактически подписался. — Да я его к херам порву как выберусь отсюда! — продолжал кричать блондин, в последний раз ударив по двери. Та отозвалась скрипом, но не открылась и парень оперся о неё. Изуку опустил глаза в непроглядную темноту пола, наблюдая за едва шевелящимися тенями. Бакугоу подал голос, с тихим шепотом и заметной усмешкой поворачиваясь к зеленоволосому. — Ты специально так оделся? Шлюшка Деку~, — словно пропел парень, разглядывая чужой едва различимый силуэт. Собеседник вздрогнул, непонимающим взглядом смотря в сторону двери. Послышалось тихое шарканье по полу и парень почувствовал чужие пальцы у себя на ягодицах. — Соблазняешь меня, задрот? — не унимался блондин, едким шёпотом приподая к чужому уху, обдавая его огненным дыхание. Изуку вздрогнул, стараясь отстраниться от чужих прикосновений, отступая на несколько шагов назад. От слов друга детства невольно сердце пробили несколько неритмичных ударов о ребра. Едкая боль и чувство неприязни от человека напротив. И как он мог полюбить кого-то подобного? — С ч-чего ты взял? У меня должна была быть тренировка по футбол… — парень замолчал на полуслове. Удушающий ком по середине горла, першение и вкус подступающей желчи и крови. Больно, неприятно и до боли обидно, что только он один испытывает всё это. На сколько же жизнь несправедлива? — Деку, чего притих. Или же я прав? — Кацуки усмехнулся, двигаясь навстречу парню, что старался не издавать каких-либо звуков. Мысли в голове путались, а сердце то и дело норовило выпрыгнуть из грудной клетки. Тело неистово горело и хотелось как можно быстрее утолить «жажду». Ошарашенный Мидория шарил по своим карманам в поисках таблеток, что ему выписал Хизаши. Но загвоздка заключалась в том, что таблетки могли помочь только на время. Парню они практически не помогали и пил он их только для виду. Ну и для того, чтобы Инко лишний раз за него не волновалась. Глаза слезились, а изо рта тонкой струйкой потекла кровь вперемешку со слюной. Нашарив ладонью дверную ручку веснушчатый начал интенсивно дергать за неё слыша, слыша со стороны недовольное рычание. Его перехватили за плечо, разворачивая и вдавливая спиной в деревянную поверхность. Нежное касание горячих и потрескавшихся губ на своих. Мозг отключился и полностью перестал функционировать, парень неумело стал отвечать на чужие ласки. На мгновение приступ прекратился и он смог вздохнуть спокойно. Блондин целовал настойчиво и даже страстно, сдавливая чужие губы своими. Чужие губы такие мягкие, словно женские, но крепкая хватка на плече перечеркивала этот факт. Это по прежнему парень, его «друг» детства, с которым раньше, да и сейчас, они имеют явно не дружиские отношения. Так что, им можно делать это? Они ведь фактически не являются друзьями так что это не несёт каких либо последствий. Невысокий рост веснушчатого сейчас сыграл с парнями злую шутку, от чего блондину приходится стоять явно в неудобной позе, а Изуку тянуться, вставая на насочки. И всё же, по мнению парней, это был самый лучший поцелуй. В ход пошли руки, и Бакугоу поглаживает чужой торс, задевая затвердевшие бусинки сосков. Нижнюю часть его спины царапают миниатюрные ноготки Изуку, от чего остаются тонкие следы царапин. Первым отстранился блондин, жадно хватая воздух. Такое ощущение, будто Айзава гонял его по спортивному полю десяток кругов или же оставил на дополнительные. Сердце билось где-то в грудной клетке, переполненное эйфорией, набатом отдающей в висках. Руки подрагивали словно после серии взрывов, а адреналин разливался по венам в предвкушении. Изуку сполз на пол, хватаясь за собственное горло, стараясь выровнять своё дыхание. Получалось через раз и от того складывалось впечатление лёгкого удушения. Сердце билось слишком часто, показывая, что его обладатель все ещё жив. Красный, словно рак, парень сидит на холодном полу, приступ прекратился так и не начавшись. С ним это впервые за несколько дней, что он сидел дома. Раньше это начиналось с лёгкого удушения и кома в горле, после сильная боль, привкус крови и желчи и последние — отторжение инородных тел из организма. — Продолжим или уже сдулся? — продолжает язвить блондин, присаживаясь на кортах напротив изумрудноглазого. Тот продолжает задыхаться, переводя дыхание, ноги подкашиваются и руки трясутся. Это те чувства, что ты испытываешь при близости с любимым человеком? Из гостиной слышится ссора, видимо, Эйджиро все же начал разговор с Каминари, и он зашел явно не в то русло. Кота старается всех помирить, но раздающийся грохот входной двери его прерывает, видимо, блондин сорвался и ушел. Но надолго ли? Или он все же вернётся за Серо и они поедут домой? Ссора прекратилась и настала нагнетающая тишина, Изуми хочет поговорить, но, видя состояние рыжего, замолкает. Закидывает ему руку на плечо и воодушевленно улыбается, стараясь поддержать. — Я, наверно, сейчас такси вызову. Можешь, пожалуйста, Серо разбудить? — поникшим голосом пробубнил парень, стараясь натянуть улыбку. Он глубоко вдохнул, выдохнул и, выудив из кармана ярких шорт мобильный, вышел. «Стоит после извиниться перед ним… А простит ли он меня? Блять, лучше бы промолчал, кто только за язык тянул. Вот же ж дебил», — продолжал думать про себя парень, набирая номер телефона. Несколько недолгих гудков и рыжего приветствует дружелюбный женский голос. Назвав адрес и сколько будет персон, девушка попросила подождать, пока ему назначат водителя. — Каччан, ты дурак, — промямлил Изуку, чувствуя чужие прикосновения у себя на торсе. Движения лёгкие и нежные, в некой степени щекотные, от чего парень то и дело тихо хихикал, нервируя блондина. Бакугоу снова шепнул что-то матерное, соприкасаясь с мягкими губами, настойчиво целуя. Мидория отвечал, чувствуя, как воздуха становится катастрофически мало. Хлопает парня по спине, стараясь оттолкнуть от себя, желая вдохнуть кислород вперемешку с пылью. — Слишком быстро Деку, — осуждающе говорит парень, обнимая веснушчатого и притягивая ближе к себе. Парень обмяк, падая в крепкие объятья, опрокидывая блондина на пол. Тот скривился, шипя что-то нецензурное, но в полной темноте увидеть лицо будущего героя не было возможности. — Каччан, будь более послушным~ говорит парень, соблознительно целуя блондина в скулу, поощряя как щенка. Тот ругается, бесится и начинает елозить, стараясь подняться, но оказывается под Изуку. Тот вальяжно расположился на нем, двигая бёдрами, возбуждая парня под собой. — Ты охренел? — вопрос остаётся без ответа, да и Мидория, по видимому, он не понравился. От чего парень начал интенсивнее работать бёдрами, чувствуя, как член Бакугоу затвердел. Парень под ним пыхтит и хрипло рычит, явно наслаждаясь процессом, стараясь сдержать стоны. Слышатся шаги по направлению к кладовке и Изуку быстро наклоняется к пьяному парню, смазано целуя того в край губ. — Ребят, вы как хотите, но я и Серо едем по домам, — дверь распахивается и перед человеком, открывшим её, открывается прекрасный вид того, что происходит внутри. Парни по разные углы тесной комнатушки, один часто дышит, развалившись на полу. Красные щеки, прикрытые веки, а в голове один туман вперемешку с похотливыми мыслями. Изуку тихий, но в то же время красный, словно смелое яблоко. — В общем, такси уже подъехало и мы сейчас уезжаем. Вы как-то сами разберетесь? — отводит взгляд рыжий, игнорируя состояние притихших парней. Те игнорируют его в ответ, стараясь не привлекать к себе внимание. Быстро поднимаются на ноги и выходят из помещения. Кота собирает вещи Изуку. Стоит в прихожей и ждёт друга, топчась на месте, стараясь не крикнуть. Он не был тем, кто легко справлялся со скукой во время ожидания. Ему нравилось, когда о том или ином мероприятии говори за день или несколько, а не за месяц или два. Изуку же любил быть готовым ко всему, именно поэтому всегда собирался за несколько недель до события. Веснушчатый был тем человеком, у которого вы найдёте аптечку или целый склад ручек в рюкзаке. Медикаменты были всегда при нем в силу частого плохого самочувствия. У парня был плохой иммунитет, хоть он и питался правильно, да и спортом занимался (часто через не могу, но все же). Он часто болел и пропускал занятия, но всегда был одним из первых, кто заканчивал тесты и контрольные. По успеваемости не уступал задротам из их класса и гордо носил прозвище «Беглец». Это прозвище привязалось к парню ещё с начала года в старшей школе. Тогда он только начал общаться с Котой и в то время они сидели в столовой, стараясь впихнуть в себя хоть что-то из несъедобного этого заведения. Изуку доел первее, выходя из-за столика с намерениями отнести поднос с грязной посудой на стойку. Рядом проходил один из игроков футбольной команды, старше паренька на год. Характером он не отличался от Бакугоу, от чего отталкивал от себя людей и притягивал неприятности и врагов. Парень направлялся на тренировку о чем говорила его спортивная форма. Тёмные шорты, гольфы, кроссовки болотного цвета и футболка с номером игрока. Каким-то образом Изуку умудрился заговориться со своей одноклассницей и столкнулся с семпаем. Его футболка испачкалась в кофе зеленоволосого, от чего настроение пошло резко вниз. Наровясь прикончить своего обидчика, старший повернулся, убийственным взглядом смотря на младшего. Тот испугался и дал деру под задыхающийся смех Коты, что к слову узнал одного из игроков своей команды. Трусу после всё объяснили, и, раскрасневшись, Изуку извинялся перед стеснительным семпаем. Этим парнем оказался Тамаки Амаджики — весьма тихий и стеснительный по своей натуре парень. Он не любил контактировать с окружающими, отчего старался отгородиться от других. Его убийственный взгляд действовал на людей по разному. Товарищи по команде уже привыкли к нему и уже не воспринимали «колючку» всерьёз. Люди, что не были слишком близки с темноволосым, часто считали его хулиганом, но на самом деле это были ошибочные предположения. — Изуку! — крикнул Кота, стараясь подавить в себе желание зайти в обуви прямиком в дом. Через несколько минут появилась взлохмаченная копна зелёных волос и красное от смущения лицо. Глаза не выражающие никаких эмоций и хрупкая, словно снежинка, улыбка, его эмоции также были нестабильны. Вслед за Изуку ленивой походкой вышагивал хозяин дома с нескрываемым плохим настроением. Вскоре показался рыжий, старающийся угомонить нетрезвого Серо, что горланил на весь дом о пропаже пикачу. — Да я тебя сейчас здесь оставлю! — прокричал парень, стараясь с темноволосым говорить как мать с ребёнком, что просил киндер. Ханта начал дергать парня за рукав ещё сильнее, нервируя и выводя парня из себя. Его хрупкое терпение трещало по швам, а телефон продолжал пиликать от оповещения о том, что прибыло такси. — Пиздуйте блять уже! — крикнул блондин, разворачиваясь и уходя на второй этаж. Его бесила вся эта ситуация, когда его, нет, их прервали, а теперь ещё и забрали насильно (или нет?). Голова гудела и в висках до сих пор гудело набатом бьющиеся сердце. В штанах было мокро и до одури тесно, от чего гнев обращался уже против своего обладателя. Киришима перевёл уставший взгляд в спину друга и, перекинув руку брюнета через шею, намеревался тащить буяна до самого такси, а после и до дома, если, конечно, повезёт и не придётся тащить к себе. Кота скептически глянул на блондина, а после и на своего друга, тот не смотрел ему в глаза, стараясь смотреть куда угодно. — Ты чего? — спрашивает Изуми глядя в спину собирающимуся Изуку. Тот вздрогнул, чувствуя на себе чужой взгляд темных глаз. Тело покрылось гусиной кожей и парень, поежившись, вскинул на плечо увесистую спортивную сумку. Киришима и пьяный Серо уже давно вышли за дверь. Таксист промямлил что-то осуждающие про молодежь и, нажав на газ, двинулся в сторону дома рыжего. Родители того всегда находились в разъездах, и поэтому Серо мог остаться у него. Сам хозяин дома ждал хлопка двери, чтобы спуститься и закрыть её перед приходом матери. Отец, скорее всего, придёт поздно и ждать его без толку. Изуку поднялся, смотря на удивленного друга непонимающим взглядом. — Изуку… Назад посмотри, — тихо говорит парень и старается выйти из дома. Зеленоволосый оглядывается и видит блондина, стоящего на последних нескольких ступеньках. Сейчас их разделяет буквально несколько метров, но никто из парней не спешит сократить расстояние, продолжая неотрывно глядеть друг другу в глаза. Первым отрывается Мидория, виновато опуская голову и быстро выскакивая за дверь. Тихий хлопок и клацк дверного замка. Бакугоу остался совершенно один наедине со своими мыслями и впервые в жизни он был этому не рад. С каких пор такие изменения? Сердце пробило несколько болезненных ударов, прежде чем замедлился ритм. Мысли смешались в единую кашу, из которой единой мысли нельзя было выделить. Неприятное ощущение одиночества и в тоже время спокойствия. В голове мелькают отрывки поцелуя в кладовой. «Привкус крови…» — думает про себя молодой человек, прежде чем подойти к двери. Быстрый щелчок дверного замка и тихие шаги разряжали нагнетающую обстановку. С каких пор он печётся о других?