Избранное

      Галф вообще-то тихий малый. В романах таких как он называли тихонями и они всегда были на втором плане. Появлялись раз в пять глав, при том, что глав всего-то было пять. Не отличались ничем, так, упоминались вскользь, как умные, не пропускающие ни одной пары и всегда готовые к неожиданным срезам.       Он был доволен такой жизнью. Достаточно общительный, но не переходящий черту «знакомые». Знающий всех на потоке и тот, кого знают все. Любимец преподавателей и большинства студентов. Но, как и у всех, у Галфа были недоброжелатели. Их было мало, и они не представляли опасности. Кроме преподавателя философии. Старый мужчина, находящийся одной ногой на пенсии сразу невзлюбил молчаливого, но достаточно умного парня. Почему никто так и не понял. Ну, пока он Галфа не трогал больше положенного, тот молча выносил все нападки. Просто к паре по философии он был во все оружие.       Всё должно было быть хорошо. Он хотел спокойно закончить университет, желательно с дипломом и идеальной репутацией. Но у судьбы, как позже стало известно, свои планы на него.       День начался как обычно, кроме того, что Галф проспал. Он вообще любил поспать, поэтому у него стояло три будильника, ещё и в разных частях спальни, чтобы он обязательно встал и выключил. Но в этот раз всё пошло не по плану, потому что у его парня наконец-то был небольшой отпуск и Галф просто забыл поставить будильник хотя бы на телефон. Это вылилось в громкое и очень матерное утро, в котором Галф был дающим, а его парень Мью — принимающим. Впервые в жизни.       — Да ладно тебе, прогуляй, я все решу, — Мью, до этого сидевший, упал обратно на спину, раскинув руки. — Зря я что-ли спонсирую лучшие университеты города…       — То, что ты имеешь способы давления на директора моего университета, не значит, что мне можно прогуливать пары, — Галф хватает полотенце и убегает в ванну.       Мью приоткрывает один глаз, смотря на открытую дверь ванны и ухмыльнувшись, встаёт, словно и не выглядел пару минут назад так, будто спит.       Галф взвизгивает, когда Мью прижимается к нему сзади, довольно фыркнув и прикусывая мочку чужого уха.       — Детка, ты слишком переживаешь, — Галф шипит, пытаясь убрать руки Мью от своего тела. — Ты всегда можешь стать моим личным секретарем и без всяких бумажек.       — Ага, чтобы ты мог свободно трахать меня на своем дорогостоящем столе.       Мью на это заявление смеётся.       — Ну или возле панорамного окна, — предлагает он, целуя мокрую шею. — У меня там замечательный вид.       «Отвали,» — говорит Галф, выскакивая из душа, быстро вытираясь. Мью смеётся ему вслед и выключает воду, окончательно проснувшись.       — Если ты сейчас поторопишься, то успеешь отвезти меня в университет, и я успею на первую пару, — кричит Галф с комнаты, на что получает недовольный фырк и внутренне умиляется тому, что Мью похож на кота этой своей привычкой.       — Не-хо-чу, — тянет Мью, появившись в дверном проёме.       Он шкодливо улыбается, приближаясь к Галфу. На нем лишь одно полотенце, Галф бы обязательно оценил открывшийся вид, но времени нет. Он судорожно пытается завязать галстук с эмблемой университета, и как на зло, у него не получается.       Мью же, не услышав препирательств, разворачивает Галфа к себе лицом, а на чужую приподнятую бровь, чмокает Галфа в губы и подталкивает к кровати. Тот идёт, пока не упирается.       — Ты чего дела…       Мью уже довольно грубо толкает его, заставляя упасть спиной вниз. Нависнув сверху, Мью, опираясь одной рукой на кровать, второй расстегивает чужие брюки.       — Хочу тебя. Здесь и сейчас.       Галф вздыхает. Шумно, сквозь зубы, и Мью знает, что это значит. Он сдается. Как всегда — легко и почти без боя.       Ещё один тихий вздох — чужие руки сами тянут к себе, поглаживая шею. Откинутая голова — доступ к чувствительной шее. Мью целует, кусает, лижет, получая в ответ едва слышные стоны, забираясь рукой под чужое белье.       — Ненавижу, ненавижу, ненавижу, ненавижу тебя, — говорит Галф между стонами, выгибаясь навстречу чужой руке.       — Я тоже тебя люблю, — Мью останавливается, стягивая брюки окончательно. — Хочу вылизать тебя. Давай, детка, сними рубашку, иначе мы ее испачкаем.       — Мью, прекрати это немедленно, — просит Галф совсем неубедительно, сопротивляясь только для галочки. А руки совершенно бессовестно расстегивают рубашку, чтобы стянуть и откинуть подальше.       — Останови меня, — усмехается Мью, закидывая голую ногу на свое плечо. — Скажи, что не хочешь и я прекращу, обещаю.       Галф дёргается всем телом, когда Мью прикусывает кожу под коленкой, касается горячим языком. Он любовно оставляет отметины на загорелых бедрах, спускается к паху, но не касается.       — Я ничего не сделаю против твоей воли, — глубокий вдох, быстрое касание языком совсем рядом. — Давай, детка, скажи чего хочешь.       Галф зло на него смотрит. Он сжимает пальцами простынь, натягивая ее так сильно, что кажется ещё чуть-чуть и порвет к чертям. Откидывая голову назад, тяжело дыша, он прикрывает глаза и сдаётся вслух:       — Я хочу, чтобы ты сделал хоть что-нибудь и я не опоздал хотя бы на вторую пару.       Мью хрипло смеётся, нежно шлёпает по ягодице и тянется к смазке на тумбе.       — Перевернись, малыш.

▪️▪️▪️

      Галф беспощадно опаздывает и на вторую пару. Всё бы ничего, но это пара по философии. По уже ненавистной философии. Его наверняка будут долго отчитывать, ему придется стоять в дверном проёме и слушать злого преподавателя, пока остальные студенты сочувственно будут вздыхать. А стоять Галфу ой как неудобно.       Собственно он не ошибается. Преподаватель долго, очень долго его… Кхм… Как бы получше выразиться… Вежливо обсирает, а он стоит, чувствуя себя не очень хорошо. Поэтому он не сразу реагирует на…       — Давайте сюда ваш телефон, милок, будем звонить вашим родителям.       Галф удивленно смотрит на мужчину, не понимая, что от него хотят.       — Ну же.       Он неуверенно достаёт телефон и, разблокировав, заходит в контакты. В этот момент гаджет просто отбирают.       — Сам разберусь.       Преподаватель, тыкнув на какой-то из контактов, приподносит телефон к уху. Проходит пару секунд, прежде чем он говорит.       — Отец Галфа Канавута? Можете подъехать к университету? О, вы недалеко. Хорошо, спасибо, будем ждать. Садитесь, молодой человек, мы подождем вашего отца.       Галф озадаченно забирает телефон и садится возле Милда. Тот наклоняется к нему и шепчет.       — Разве твой отец не погиб на службе?       — Эм… Да.       Галф неуверенно заходит в журнал вызовов и едва не смеётся. Последний набранный контакт «папочка ☀️».       Преподаватель вызвал Мью. Мью, который никогда не должен был узнать, что у Галфа проблемы с кем-то из преподавательского состава, а иначе… Галф откладывает телефон, бледнея на глазах.       — Ну что? — тихо интересуется Милд.       — Он сам подписал себе смертный приговор.       Милд, конечно же, не понимает, и у Галфа нет желания объяснять. Он сидит как на иголках, думая, что сегодня он получит по первое число из-за того, что промолчал. Мью ненавидит сюрпризы, а это точно сюрприз: у его мальчика, самого доброго и милого малыша есть проблемы, тем более те, которые Мью мог решить, но тот не сказал.       Мью ненавидит, когда недоговаривают, но ещё больше он ненавидит ложь.       Галф чувствует, что весь мир замирает, когда раздается стук в дверь. Преподаватель, решивший, что Галфа сейчас будут отчитывать, с самодовольством разрешает войти.       Входящий вместе с Мью директор заставляет всех затаить дыхание.       — Вы отец Галфа Канавута? — недоумевающе спрашивает преподаватель.       — Нет, поэтому меня очень интересует, почему вы позвонили мне, — голос у Мью недовольный, весь он выглядит как грозный мужлан, но Галф знает, что под его дизайнерскими берцами спрятаны носки с динозаврами. — Хотя я догадываюсь, и мы, — Мью переводит взгляд на Галфа. — Детка, — особый акцент, заставляющий Галфа залиться краской. — Поговорим об этом дома. А теперь я хочу узнать, почему мне позвонили вы, а не тот, кто вел первую пару.       Среди полной тишины вставшая староста привлекает колоссальное внимание. Она неуверенно мнется, но после смотрит на то краснеющего, то белеющего Галфа и начинает говорить.       — На самом деле Кхун’Аррайя сказал, что Галф опаздывает впервые за все года, так что ему простительно, — говорит она.       — А ещё вас вызвали лишь потому что Кхун’Пирават постоянно придирается к Галфу!       Это выкрикивает кто-то с задних рядов. Его тут же все поддерживают рассказами о том, что Галф лучший, а его занижают на уровень с остальными, потому что преподаватель его недолюбливает.       — Когда вся группа написала проверочную на три, а староста на четыре, то Галфу занизили оценку, хоть у него все было написано правильно и грамотно, — добивает Милд, поддавшись общему настрою.       Галф им благодарен, честно. Перед директором он теперь едва не ангел, но Мью мрачнеет.       — Я не знал, что это происходит Кхун’Суппасит, — оправдывается директор, подумавший, что злятся на него. — Мы это исправим.       — Я очень на это надеюсь, — сквозь зубы говорит Мью, не сводя взгляда с Галфа. — Потому что мой… Муж, очень старается на свой диплом, и мне бы не хотелось, чтобы из-за какого-то… Кхм… У него ничего не получилось.       «Мне пиздец,» — думает Галф, прячась за книгой.