Избранное

      Взмах руки. Ещё один дом в огне. Здесь, кажется, не осталось ни одного целого здания. Но их цель далеко не это. Их цель — отомстить, сделать больно. Так же больно, как сделали им.       Или ещё больнее.

🌻🌻🌻

      Маги всегда были одной семьёй, вне зависимости от магии, расы, национальности, вероисповедания, гендера или ориентации. Их было немного, тех же вампиров или ведьм в мире насчитывалось намного больше, но в отличие от остальных, у магов не было слабостей. Солнце, серебро, железо, святая вода — все это не являлось для них чем-то, что могло остановить их магию. Наверное, именно поэтому они были самой малочисленной магической расой.       Мью, сколько себя помнил, всегда знал, что сильнее всех магов только один маг. Он никогда не показывался другим на глаза, но считался их негласным предводителем, несмотря на то, что много лет именно семья Мью управляла всем племенем магов, искала новых и забирала их, чтобы обучить и помочь. Про себя Мью называл его богом, потому что ему и вправду поклонялись и, в какой-то степени, боялись. И пусть по своей сути это был маг, но каждая раса уважала его, каждая раса знала, что он существует и что благодаря ему и его защите люди все ещё не узнали о них.       Людей Мью, откровенно говоря, не любил. Они были жестоки, жадны до власти, редко любили и часто предавали. И, конечно же, они были их главными врагами. Попасться в руки человеку означало подставить под удар всю расу. Поэтому они жили далеко от городов, прятались там, где их не могли найти, но никогда не отставали от людей с их технологиями. Многие вампиры, в общем-то, жили в городах, как и некоторые оборотни с ведьмами, но последние все же предпочитали находиться рядом с магами, ведь могли ненароком кого-нибудь проклясть, сказав что-то не то.       Магические существа всегда были один за одного, пусть и некоторые разногласия присутствовали. Вампиры не жаловали оборотней, но среди подростков было много друзей, маги не любили ведьм, но те жили всегда неподалеку и они помогали друг другу. Эльфы часто смотрели на фей косо, но делили один лес и ухаживали за ним, а драконы, которых много лет назад истребляли все, кому не лень, вообще жили в горах, не желая видеть или знать хоть кого-нибудь из других рас.       Но они действительно дружили и были готовы помочь своим негласным братьям.

🌻🌻🌻

      Эта история началась почти двадцать лет назад, когда Мью, восемнадцатилетний, по человеческим меркам, юноша, зашёл слишком далеко в лес со своими друзьями в поисках нужных трав. Они метались по лесу почти час, прежде чем увидели белую светящуюся бабочку на одном из поваленных деревьев. Она уверенно летела в противоположную от них сторону и ребята, переглянувшись, последовали за ней.       Прошло не больше двадцати минут и они, наконец, вышли из леса. Им даже не пришлось обсуждать это, каждый понимал, что им помог главный хранитель всего живого.       Мью, перед тем как уйти, повернулся к лесу и поклонившись, громко крикнул:       — Спасибо!       Остальные тоже поблагодарили, как они все были уверенны, решившего помочь мага. Белая бабочка подлетела к Мью, села на его плечо и до него донёсся тихий голос: «Не за что, маленький маг.»       И бабочка растворилась, оставив после себя только запах луговых цветов.       А потом наступила зима.       Суровая, холодная зима, которая заставила даже оборотней попрятаться по домам. И в один из дней, когда погода была не такой неприятной, Мью вышел в лес. Он шел достаточно долго, чтобы в какой-то момент возле него появилась маленькая бабочка.       «Опять ты, маленький маг?»       — Опять я, — с придыханием отвечает Мью, вытягивая руки вперёд, ладонями вверх, давая бабочке возможность сесть на них.       «И для чего ты вновь пришел?»       — Увидеть тебя, — честно говорит он, смотря на бабочку в своих руках.       «Зачем?»       — Если бы я знал…       Тихий смех звучит ему в ответ и бабочка растворяется, чтобы перед ним появился юноша, едва ли старше его самого. Он бледный, словно вампир, его глаза — две голубые льдины, на коже видны снежные узоры. Он одет в накидку подбитую мехом, на его голове капюшон. Он едва заметно улыбается.       — Ну здравствуй, маленький маг, — юноша поднимает руку в длинной перчатке и проводит пальцами по чужой красной щеке. — Как легко ты одет, а ведь зима нынче холодная. Тебе бы домой, скоро погода ухудшится.       Мью заворожен чужой красотой. Улыбкой, глазами, голосом. Хранитель так красив, что Мью не может вспомнить ничего, что было бы прекраснее.       Он потерял покой с тех пор, как услышал этот голос. И вот сейчас он здесь, он видит обладателя этого голоса и тянется к нему всем естеством. Но тот прогоняет. Мью знает, что хранитель переживает за каждое живое существо, поэтому отступает.       — Если я сейчас уйду… — Мью смотрит в чужие глаза. — Если уйду, ты появишься в следующий раз?       — А ты так уверен, что придёшь? — лёгкий смешок.       Мью уверенно кивает. В ответ ему улыбаются, отходя назад. Перед тем как уйти, Мью спрашивает:       — Как тебя зовут?       — Ты можешь звать меня Галфом.       Когда Мью вновь оказывается в лесу, на дворе уже середина весны. Его магические выбросы закончились и он, наконец, смог выйти на улицу без страха кого-нибудь покалечить. Он почти целый день проводит с друзьями, а вечером сбегает в лес, в самую глубь.       И там его уже ждут.       — Так быстро вернулся.       Теперь Галф выглядит совсем по другому. Его кожа больше не белее снега, а вместо ледяных узоров, румянец, нежный, как начало весны. Он одет как самый обычный парень, но тут и там видны цветы, ещё не распустившиеся, но вот-вот готовые. Под его рукой маленький оленёнок, который доверчиво жмется к его бедру и даёт себя гладить.       — Быстро? — Мью подходит ближе, садясь рядом. — Меня не было три месяца.       — Что такое три месяца, когда ты живёшь несколько десятков веков…       Галф улыбается, его улыбка немного грустная, но он скрывает ее, поднимая взгляд на Мью.       Верно. Маги живут около десятка веков, но Галф наверняка живёт дольше, намного дольше. Мью решает не развивать эту тему. Не лезть туда, куда ещё нет места.       — Почему ты никогда не показывался другим?       Галф удивленно приподнимает брови.       — Никто никогда не просил.       — А ты бы показался?       Лёгкая усмешка, отрицательное качание головой. Мью чувствует, как дыхание перехватывает.       — А почему показался мне?       Молчание. Галф молчит, смотря в чужие глаза и только сейчас Мью замечает, что они больше не ледяные. Теперь они нежно-голубые, переходящие в такой же нежно-зеленый. Они похожи на чистое небо и молодую зелень. Мью видит в глазах Галфа лес, который является его домом.       — Тебе пора.       Галф поднимается как раз в тот момент, когда Мью слышит, как его зовут.       — Он поможет тебе вернуться, — Галф указывает на оленёнка. — До свидания, маленький маг.       Галф растворяется, а оленёнок встаёт и уходит. Мью приходится идти за ним.       Он ничего никому не рассказывает и в лес начинает уходить чаще. Галф не любит разговаривать, но когда он это делает, кажется, что даже птицы вокруг замолкают, слушая его голос.       — Ты никогда не хотел выйти к остальным магам?       — Не знаю, — честно отвечает Галф.       Летом Галф снова меняется. Его кожа покрывается лёгким загаром, глаза полностью зеленеют, а на голове расцветает венок летних цветов, которые не вянут, сколько бы дней не прошло. Галф прекрасен летом, и Мью впервые не сдерживается: целует его.       Проходит почти месяц встреч и поцелуев. И только тогда Мью слышит, о чем говорят остальные.       — Лес ещё больше красив, чем всегда.       — Что-то несомненно делает хранителя счастливым.       «Кто-то, » — думает Мью, улыбаясь.       Многие считают, что он встречается с ведьмой или оборотнем, поэтому сбегает. Но никто не знает, что каждый раз в его руках распускается самый нежный цветок, который познает, что такое любовь.

🌻🌻🌻

      — Мью, нам надо серьезно поговорить.       Ни слова против. Мью садится напротив родителей, как бы говоря, что внимательно их слушает.       — Я понимаю, что ваше поколение более терпимо к другим магическим существам, — начинает его отец. — И вы не боитесь заключать нетрадиционные браки…       — Не понимаю, почему ты говоришь мне об этом, отец, — перебивает Мью. — Джом рассталась со своим парнем?       — Мью, мы это к тому, что ты часто пропадаешь в лесу, — вступает его мама. — Ты там с кем-то встречаешься, это понятно. Скажи нам, это ведьма?       — Нет, — честно отвечает он.       Его родители переглядываются. Они словно мысленно переговариваются, Мью ждёт их вердикта.       — Тогда… Познакомишь нас с избранницей?       — Я спрошу у него сегодня, — вставая, говорит Мью.       Он вежливо кланяется, оставляя родителей в гостиной.       Мью даже не успевает подойти к дереву, под которым обычно они проводят время, как Галф появляется, буквально падая в его руки. Он лёгкий, как лепесток и улыбается ярко-ярко. Мью думает, что он похож на солнце.       — Сегодня ты пришел позже обещанного, — Галф смотрит на него сверху вниз, перебирая волосы на затылке. — Что-то произошло?       — Тебе же ветер нашептал? — с усмешкой спрашивает Мью, слегка подкидывая его, чтобы перехватить покрепче.       Галф кивает.       Галф никогда не врёт. Он просто понятия не имеет, что такое ложь. В его мире все просто, а мир Мью для него что-то, что он знает в теории, но практика оказывается намного интереснее. Галф очень способный ученик, и, как оказалось, знает много, но никогда не рвался жить, как остальные.       «— Я наблюдаю за всеми постоянно, — как-то рассказал он. — Я знаю о каждой человеческой технологии, о их успехах и падениях. Когда-то я даже притворился графом очень далекой страны и жил среди людей. Ходил на балы, общался с девушками и юношами. Это казалось весёлым, но только первый десяток лет. Потом мне стало скучно и я вернулся в леса. Тут время течет незаметно. С тех пор я и не выходил к другим.»       Галф знал, что такое поцелуи, даже прекрасно понимал, что такое секс, но никогда не знал, что такое любовь.       «— Я не то чтобы не умею любить… Думаю, все в этом мире это умеют. Я просто не знаю как. Может то, что я чувствую по отношению к животным и есть любовь? Или это просто привязанность? Не знаю.       — А что ты чувствуешь ко мне?       — Не знаю, Мью. Я очень счастлив видеть тебя, жду твоего прихода, желаю защищать, заботиться, дарить тепло, счастье…       — Мне кажется, это и есть любовь. Потому что я чувствую то же самое.»       — Они хотят познакомиться с тем, к кому я постоянно ухожу, — отвечает Мью, наконец отпуская Галфа на землю.       — Звучит захватывающе, — кивает тот. — Пойдем сейчас?       Мью удивленно распахивает глаза. Он неверяще смотрит на невозмутимого Галфа.       — Ты серьезно?       — Да, — Галф снова кивает, не отводя взгляда. — Почему бы и нет?       — Знаешь, обычно встреча с родителями это важный шаг в отношениях и многие пары боятся его делать.       — Но мы ведь не многие.       Мью пораженно выдыхает, прижимая Галфа к себе. Он касается губами его щеки на мгновение и улыбается, отстраняясь.       — Ты просто невероятный. Но это точно не проблема? То, что ты хранитель заметят сразу же. Твоя сила просто огромна, она может и раздавить, если ты на кого-нибудь разозлишься.       — Ничего не проблема, пока ты рядом.       Мью счастливо выдыхает, немного краснея. Галф своей прямолинейностью иногда сводил его с ума.       — Не удивляйся, если тебе в ноги будут падать.       — Зачем?..       Мью смеётся, над его непониманием, но не продолжает эту тему.       Стоит им выйти из леса и кажется, всё поселение знает, что кто-то очень могущественный вступил на их земли. Да и не только оно — все в округе понимают, что кто-то очень сильный появился. Мью рассказывает Галфу о жителях, о своих друзьях, в общем о том, о чем всегда боялся. Тот внимательно слушает, они идут неспеша, Галф скользит глазами по дороге. Им встречаются другие маги, но они не подходят, удивлённые появлением хранителя. Все, кроме маленькой девочки.       Мью знает ее и ее семью. Ее отец сейчас был в городе, работал, а мать наверняка в саду, совсем забыла про дочь, которая убежала играть с другими.       Галф останавливается перед ребенком. Он сам, честно говоря, своим любопытством похож на ребенка. Они смотрят друг на друга, Виола, с горящими глазами, и Галф, с детским интересом.       — Вы такой красивый.       Галф улыбается уголком губ и присаживается перед девочкой.       — Ты тоже.       Его одаряют улыбкой. Виола заинтересованно смотрит на его венок, и Галф, конечно же, все понимает. Он кладет ладонь на светлые волосы, проводит по ним и через секунду появляется красивый венок. Он совсем не похож на тот, который у Галфа. Его венок — корона, говорящая, кто он такой и что в его силах.       «Спасибо!» — говорит Виола, прежде чем ее забирает ее друг, хмуро смотрящий на Галфа. Его ревность веселит Мью, он сдерживает смешок до тех пор, пока дети не отходят на достаточное расстояние.       Галф не понимает причину его веселья, но не спрашивает. Намного больше его интересует дом, перед которым Мью останавливается, чтобы перевести дух. Галф же сжимает его руку сильнее, поддерживая.       Родители Мью не то чтобы удивлены… Скорее в шоке. Не каждый день они встречают хранителя, тем более в качестве своей «невестки». Галф поражает их своей добротой и честностью, он не обращает внимание на свой статус, отвечая на вопросы.       — Это что же нам… Пора подыскивать сыну отдельный дом? — спрашивает его мама, поворачиваясь к отцу.       — Честно говоря, я думал, что Джом первая съедет, но судя по всему мы ошиблись, — отвечает он ей, кивая.       Галф не особо понимает о чем они, поэтому когда отец Мью уходит поговорить по телефону, а мама на кухню, Галф спрашивает:       — Очередная традиция?       — Типа того, — кивает Мью. — Родители дарят дом молодожёнам.       — Мы ещё не поженились, — мягко напоминает Галф, привычно перехватывая чужую руку.       — Как видишь, их это не волнует, — фыркает Мью.       Галф смеётся. Мью улыбается ему в ответ и тянется за быстрым поцелуем, который не заканчивается из-за инициативы Галфа. Их прерывает появившаяся Джом.       — Я уже обо всем знаю от родителей и я поздравляю тебя, все дела, — быстро тараторит она. — Но у нас там гостей хренова туча. И по-моему они все пришли поклоняться твоему мужу.       Мью с Галфом удивлённо переглядываются. Они встают, и в этот момент смотрящая в окно Джом вздрагивает.       — ТАМ ДРАКОН! БЛЯТЬ, ИХ ДВА!       Это заставляет Галфа дёрнуться в сторону двери, но Мью останавливает его. Он волнуется за него, качает головой, призывая не делать ничего необдуманно.       — Все в порядке, — говорит Галф, сжимая чужое плечо. — Пойдем?       Мью неуверенно кивает.       Во дворе Мью держит Галфа при себе. Два огромных дракона, которые смотрят на всех настороженно, не внушают доверия, но ни на кого не нападают. Просто ждут. Галф тянет Мью к ним, огибая других магов. Подойдя к тому, кто выглядел старше и что-то прятал, Галф дружелюбно улыбается.       — Я вас слушаю.       Дракон неуверенно моргает, а второй, осмелев, фыркает и через секунду перед ними стоит молодой мужчина с ярко-синими волосами. На его руках чешуя, как и на скулах, а за спиной крылья.       — Хранитель, — поклон и яркие глаза смотрят на Галфа. — Это мой муж. И…       Его перебивает тихий хлопок, и второй дракон исчезает, зато появляется мужчина, со свертком на руках.       — И наш ребенок, — договаривает второй. — Мое имя Сяо Чжань.       — Мое имя Ван Ибо.       Галф в восторге смотрит на свёрток, оставляет Мью возле Ибо, а сам подходит к Чжаню. Он рассматривает ребенка, а потом говорит на чужом языке:       — Для чего вам мое благословение?       Мью догадывается, что это язык драконов, который другие не понимают, но не Галф. И он, с подачи хранителя.       — Ребенок был рождён без разрешения старейшин. Мы боимся, что наших сил не хватит, чтобы защитить его.       — Мы хотели прийти к лесу и попросить вас появиться, — вступает Ван Ибо. — Но узнали, что вы в поселении магов.       — Я могу взять его?       — Конечно, — кивает Чжань.       Галф аккуратно забирает ребенка. Он мягко что-то говорит, и это не понимают даже драконы. На конце его пальцев появляется маленький шар света, которым он касается лба малыша.       — Вы можете забрать его.       Драконы, поблагодарив даже больше, чем нужно, уходят. Галф же возвращается к Мью, устраиваясь у него под боком.       — Через год мы уже увидим двенадцатилетнего мальчика, — весело оповещает Галф, совсем не обращая внимания на шокированных зрителей.       Мью улыбается ему в ответ, не в силах сдерживаться при виде счастливого Галфа.

🌻🌻🌻

      Галф заинтересованно смотрит на дом, который на радостях им построили маги.       — У вас такие странные традиции.       — Тебе не нравится? — Мью ходит за ним хвостиком.       — Нет, просто необычно, — Галф пожимает плечами. — Мы должны здесь жить?       — Да, после свадьбы, если по правилам.       Галф оборачивается, хмурится, складывая руки на груди.       — А что в твоём понятии свадьба?       Мью непонимающе выгибает бровь, а после коротко описывает то, что себе представляет. Галф довольно хлопает в ладоши.       — Хорошо, тогда я добавлю кое-какие изменения?       — Изменения?       — Да, — лёгкий кивок. Галф подходит к Мью немного ближе, заглядывая в глаза. — Ты ведь разрешишь мне это?       Мью сглатывает. Галф просил, но это звучало как приказ.       — Разве я вправе тебе что-либо запрещать?

🌻🌻🌻

      — Подожди, ты так легко согласился распить с ним его кровь? — Джом удивленно хлопает глазами.       — Ну да… — Мью пожимает плечами.       — А спросить смысл этого ритуала ты не хотел бы?       — Он объяснил, что это очень старые традиции магов, ими сейчас никто не пользуется, но он хочет и я… Ну кто я такой, чтобы сказать нет?       — Ещё один полноправный член будущей семьи? — язвительно спрашивает Джом.       — Так, что за споры и ссоры?       Их мать хмурится, заходя в гостиную. Она садится возле Джом, заметив, что именно она выглядит наиболее злой. Та коротко описывает ей ситуацию.       Женщина на нее лишь улыбается и кивает.       — Да, есть такая традиция.       Оба ее ребенка заинтересованно ждут продолжения.       — Маги связывают себя кровью. И, я уверена, Галф хотел именно этого, они обмениваются частичками души. Это древний ритуал и только те, кто безгранично уверен в своем партнёре идут на него. Более сильный маг также забирает минимум половину боли своего партнёра, а их сила… Она может как удвоиться, так и утроиться.       Женщина переводит взгляд на Мью.       — Галф хранитель. Его сила не знает границ. Предлагая этот ритуал, он отдает тебе намного больше, чем сердце, тело или душу. Он отдает тебе свою магию, то, без чего хранитель не может существовать. Он даёт тебе право уничтожить его и занять место хранителя в любой момент. Если бы он не был уверен в твоих причинах, он бы не согласился на это. Ведь хранители в первую очередь думают о всемирном благополучии, а только потом о ком-то отдельном.       — Все настолько глубоко?       — Вы будете слышать чувства друг друга. Если в какой-то момент тебе по какой-нибудь причине станет невыносимо грустно, хотя ситуация не располагает, значит, твоему партнеру сейчас грустно. Такая связь требует контроля эмоций, потому что сильная ненависть или горе может убить другого. Галф уверен в своих силах. А ты?       Мью уверен.

🌻🌻🌻

      Их свадьба… Мью так волнуется перед ней. Они не обсудили некоторых деталей, вроде того, кто склонит голову как младший партнёр, ведь Галф неожиданно пропал, предупредив лишь мать Мью, что у него появились дела связанные с его статусом хранителя, которые требуют его на другой конец страны. Мью на прощание он оставил светящуюся бабочку, которая оставила на его щеке прикосновение чужих губ и лёгкость в груди.       Лёгкость в груди исчезла в день Х, а Галф все не появлялся. Лишь мать Мью с улыбкой следила за приготовлениями, не сомневаясь ни секунды. Мью она переодела и отправила к алтарю.       — Но мама, мы так и не решили, кто склонит голову…       — Это не важно, иди уже! Боже, ну и дети, сколько с вами проблем. Нет, не трогайте это, оно на своем месте! Я сказала не трогайте!       Мью стоял с отцом возле алтаря, нервно крутя в руках ручку, которую ему отдали, чтобы он не помял рукава пиджака. Гости прибывали, их было, честно говоря, очень много, но никто не претендовал на сидячие места. Мью знал, что большая половина из них пришли лишь потому что Галф хранитель (это было очевидно: Мью никогда не вел дружбы с феями или, упаси хранитель, с кентаврами, а Галф уж тем более, если Мью первый, кому он показался) и его все безмерно уважали.       — Все собрались? Отлично, даже гномы здесь. Ну, раз все магические существа здесь, мы начинаем! — его мама с улыбкой кивнула священнику их поселения.       Мью нервно отдал отцу ручку. Как это начинаем? Галфа все ещё нет!       Пока священник говорит свою длинную речь, Мью бросает беспокойные взгляды на арку, в которой должен показаться Галф. Но его не было. А речь священника не заканчивалась, будто назло.       «Ощущение, что сейчас упаду в обморок.»       Мью кусает себя за губу, переводя взгляд на мать. Та все также расслаблена, а вот отец куда-то пропал. Джом же выглядит взвинченной, она оглядывается на арку. Мью ничего не понимает.       Голос священника замолкает. Всё оборачиваются к арке и, Мью этому бесконечно рад, Галф оказывается в ней.       Отец Мью гордо ведёт его за руку по белой дорожке, прямо к сыну. Галф нежно улыбается всем и одновременно никому, окидывая всех пришедших магических существ взглядом. А потом он поднимает глаза на Мью.       Всё меняется. Взгляд становится теплым, улыбка настоящей, а шаги чуть-чуть ускоряются. Галф поднимается к Мью, отпуская руку его отца и вкладывая в руку Мью.       — Ты здесь, — тихо шепчет тот.       — Я не мог не прийти на собственную свадьбу, — Галф хихикает.       Мью хочет ещё что-то сказать, но священник начинает говорить и указывает на дорожку к алтарю, которая медленно расплывается, чтобы вместо нее появилось что-то похожее на речку.       Всё удивлены. Всё, кроме отца и матери Мью, священника и Галфа. Мелькает цветной хвост и из-под воды появляется русалка. На ее голове корона, Мью догадывается что это Селена, королева русалок.       — По древней традиции, благословение королевы русалок сулит долгих лет жизни в браке и удачу в семейных отношениях.       Галф тянет Мью к русалке, тот покорно идёт. Они вместе присаживаются перед ней, держась за руки.       — Хранитель всего живого. Мне даже не верится, что я вижу, как ты готов разделить с кем-то свою жизнь, — она не улыбается, ее синее лицо утопленника уже давно лишилось этой эмоции. — Я знаю, что ты не мог ошибиться и только поэтому я даю свое благословение.       — Спасибо, — Галф кивает, он прикрывает глаза и по его щеке скатывается слеза, которая упав в воду, заставляет ее светится.       Мью ещё не знает, но это первый раз, когда он видит слезы своего возлюбленного. Второй такой раз станет последним.       — А теперь вы можете дать клятвы и скрепить ваш союз кровью.       Мью вздрагивает. Они говорят свои клятвы и Галф на ней покорно склоняет голову, признавая себя младшим партнёром.       Поэтому, когда они должны выпустить кровь в кубок, Галф делает это вторым. Их смешанная кровь на секунду вспыхивает, магия закрепляет союз.       Мью делает первый глоток, Галф второй, снова подтверждая, что младший в их семье он. И уже через пару секунд Мью чувствует необычайное счастье, тут же понимая, что это не его. И пусть Галф выглядит как и всегда, просто улыбается, но Мью слышит его безграничное счастье и целует, закрепляя союз по их традициям.

🌻🌻🌻

      Мью понимает через некоторое время: с Галфом сложно. Он очень хороший, понимающий и никогда слова поперек не скажет. В этом и заключается их проблема.       Мью пропадает в родительском доме, его по рукам связывают обязанности главы. Галф же занят чем-то своим. Их дом расцветает, когда он им занимается, как в прямом смысле, так и в переносном.       Галф встречает его каждый день лёгкой улыбкой, от него нет и слова недовольства. Мью мечется в сомнениях.       — Мью? Почему ты не спишь?       Галф неслышно подходит к нему со спины, обнимая и прижимаясь щекой к голой коже.       — Мысли всякие…       — Расскажи мне.       Мью мнётся.       — Я просто… Просто твое поведение. Я не думал, что все будет так. Отношения, про которые мне рассказывали не такие. Даже в фильмах они не такие. Нет, я понимаю, что это вымысел, но все равно почему-то…       — Все в порядке, — прерывает его лепетания Галф. — Мью, я ведь не совсем человек и ваши отношения… Я их не понимаю до конца, а смотреть на чужие и брать с них пример кажется мне неправильным. Извини, если я веду себя как-то не так, просто пытаюсь быть самим собой. Это плохо?..       Мью вздыхает, посмотрев на ситуацию со стороны Галфа и поворачиваясь к нему, улыбается.       — Нет. Ты прав. Это я глупость сморозил.       Галф непонимающе выгибает бровь, но не сопротивляется поцелую, чтобы получить ответы. Мью прижимает его к себе, сжимая тонкую талию. Он поднимает мужа на руки, направляясь в спальню.       — Мью? Подожди, мне есть, что сказать.       — Говори, — Мью целует его в лодыжку, смотря из-под ресниц.       — У нас… У нас будет ребенок.       Тот замирает. Он удивленно хлопает глазами, но уже через секунду ярко улыбается, нависает над Галфом, чтобы подарить крепкий поцелуй.       Их счастье смешивается и уже никто не понимает, чье оно именно.       За месяц до дня Х, Галф уходит в лес. У него, как у хранителя, свое мнение по поводу родов и ему не нужна помощь лекаря поселения. Только покой и уединение. Мью очень переживает за него, но через две недели полученных бабочек с отчётом, что все в порядке, успокаивается и занимается делами главы с родителями.       В один из дней Мью получает бабочку с единственным вопросом:

«- А в чем смысл жизни?»

      Мью спихивает все на беременность и коротко отвечает, что его смысл жизни в Галфе. Тот молчит.       В самый теплый день весны Галф приходит не один. В его руках свёрток с их ребенком, а Галф совсем не выглядит как тот, кто только родил.       — Ну я ведь хранитель, — смеётся он.       И не рассказывает, как именно все происходит, лукаво улыбаясь.       Их ребенок не совсем обычный, а поэтому растет чуть быстрее, но они вдоволь успевают насладиться криками посреди ночи, подгузниками и невысыпанием. Всё как у всех.       Они не отличаются от других ни чем. У них бывают ссоры. Обиды. Гнев. Но кое-что все же делает их особенными: они всегда слушают друг друга. Чтобы не произошло.       Александр подрастает, рождается Наташа. Мью взрослеет, Галф становится больше похожим на обычных магов.       И кажется, ничего не может помешать им жить в счастье.

🌻🌻🌻

      — Город? — Мью немного удивляется: Галф никогда не хотел выехать из леса.       — Да. Думаю, это будет интересно, — Галф кивает, Наташа возле него заинтересовано переводит взгляд с отца на папу.       — Галф, ты уверен? Ты же никогда не хотел…       — Просто подумал, что мне можно было бы сменить обстановку. Малышу это не навредит.       Мью обдумывает его слова. Он кивает, не в силах возразить.       — Думаю, ты прав. Тогда завтра к шести мы должны быть готовы. Наташа, вы справитесь без нас?       — Конечно! — честно заверяет она, на что получает улыбки обоих родителей.       Город встречает их хорошей погодой и Галф с любопытством осматривает все, получая нежные улыбки не только Мью, но и других магов, что поехали с ними.       Они не думали, что такой прекрасный день может что-то испортить, но всему хорошему приходит конец.       Сначала они не поняли, что произошло. Просто какие-то идиоты решили напасть на них, а Эмилия, испугавшись за себя и ребенка, воспользовалась магией. И это заметили все. Особенно те, кто не должны были. Люди, напуганные, любят делать глупости и эти ее совершили, напав на них.       Страх — лучший двигатель. А люди в страхе лучшее оружие. Их застали врасплох, не дав и шанса на спасение. Убили почти всех, кроме Мью, Сэма и Галфа.       — Мью!       Мью видел, как его мужа оглушают, забирая в какую-то машину, а он сам совершил глупость, рванув к нему и подставив Сэма, который помог ему сбежать, отдавая свою жизнь за него.       Мью не помнит, как добрался до поселения. Всё смазано и размыто. Кажется, он был ранен, потому что бок и нога болели, но он держался. Кое-как рассказал о том, что произошло и провалился во тьму.       «Нельзя было брать Галфа с собой…»

🌻🌻🌻

      Проходит всего три часа, но все еще нет никаких результатов. Мью знает: его сородичи ищут, но то, что люди пытаются найти их в ответ усложняет задачу. Магические существа боятся, они постепенно переезжают в поселение магов, зная, что они смогут защитить. Его родители дают кров каждому, маги не отказывают в помощи, возводят новые дома с фантастической скоростью, и почти никто не знает, что им делать. Магические существа боятся. Мью не может их винить. Ведь если поймали хранителя, то и до них легко доберутся.       Мью больно. Но он знает — это не его боль. Это боль Галфа, только вот если Мью терпимо, то ему в сто крат больнее. И от этого страшно.       Мью встает с постели. Он не собирается отлеживаться пока его муж черти где и неизвестно, что с ним делают. Он сможет найти его быстрее остальных, он уверен. Галф — часть его души и Мью хочет вернуть его. Целым и невредимым.       Наташа поднимается с кресла, заметив, что отец встал, но Мью останавливает ее взмахом руки.       — Отец, ты ранен! Тебе нельзя двигаться!       Мью бросает на дочь злой взгляд. В обычной ситуации он бы себе такого не позволил, но не сегодня. Он с трудом одевается, выходит на улицу и его появление заставляет всех встрепенуться.

      Муж хранителя, второй по силе маг, вышел к людям.

      Мью всю жизнь считал Галфа богом и повязав себя с ним узами брака, обрек себя на такое звание. Магические существа ждали его слова.       — Я не буду вам лгать, — его голос, кажется, был слышен в каждом уголке поселения. — Мы все в большой опасности.       Мью еще раз окинул всех взглядом, видя и вампиров, и оборотней, и ведьм. Даже эльфы, ненавидящие выходить из леса, не могли игнорировать происходящее. Феи шептались с гномами, тролли переглядывались с вейлами, кентавры нервно били копытами по земле. Озеро, появившееся на месте, где его никогда не было, содержало русалок, их страх портил погоду. Мью поймал взгляд королевы, которая давала им благословение и не смог удержаться — отвел, тут же наткнувшись на сына. Александр смотрит решительно, к нему прижимается Наташа, успевшая выйти из дома к брату.       — Я также не могу сказать вам, что все будет хорошо, — очередная волна боли захлестывает его, но Мью молчит про нее, сглатывая горькую слюну. — И я не имею права заставлять вас сражаться за моего мужа, а тем более — за меня.       Тишину прерывают тихие обсуждения. Мью не вслушивается, закусывая щеку изнутри, дабы не издать не звука.       — Но я прошу вас о помощи, — все ж выдыхает он. — Мы все знаем, как жестоки люди. И если сейчас вы согласитесь, то встретитесь с опасностью невиданной ранее. Но как ваш друг, как брат, я прошу вас сразиться за меня и мою семью. За моего мужа. И за тех, чьи друзья и любимые погибли от рук людей.       Мью на секунду закрывает глаза, справляясь с болью, когда выступает вперед Ибо. Ибо, которого Мью даже не заметил изначально.       — Я пойду за тобой, — твердо говорит он. — Я помогу тебе спасти хранителя, ведь он спасал нас на протяжении многих лет.       Вслед за Ибо выступает Сяо Чжань, что не для кого не становится неожиданностью. Их сын, Фаньсин, стоит возле Наташи и Александра, не идет за родителями. Дети переглядываются.       К драконам подходят некоторые оборотни, вампиры. Все они старые друзья Мью, он им благодарен. Когда толпа из желающих собирается нешуточная, Ран, оборотень, подает голос.       — Единственный вопрос, — Ран поворачивается к Мью. — Можем ли мы не сдерживаться?       Мью смотрит в его глаза, вспоминает мертвых магов, которые пытались их защитить и отвечает: — Вы можете делать, что хотите.       Он дает разрешение убивать.

🌻🌻🌻

      — Отец!       Наташа ловит его перед самым выходом. В ее глазах стоят слезы, Мью это делает больно, также больно, как и то, что сейчас творят с его мужем.       — Отец, прошу тебя, не делай этого, — тихо. — Не становись таким же жестоким как люди.       Он качает головой. Неужели она не понимает? Мью не такой, как они. Он всего лишь хочет вернуть то, что у него забрали. Часть его души, его сердца. Он хочет отомстить за тех, чьи жизни они отобрали не задумываясь.       — Глупости, Наташа.       Это последнее, что он говорит, прежде чем уйти. Наташа остается одна в огромном доме и уже в пустоту задает главный вопрос:       — Но разве папа бы этого хотел?       Александр ее тоже не поддерживает. Он, как и все остальные, готовится идти на помощь к папе. Наташа остается одна со своими мыслями. Ей страшно. Отец, когда думает, что его никто не видит, стонет от боли и Наташа догадывается, что сказки о том, что ее отцы связаны не только на словах, не являются сказками.       Что же творят с ее папой, если отцу так больно?       Она выбегает на улицу. Ее отец стоит во главе большой толпы магических существ.       — Пришло время восстать или сдаться, — его голос, усиленный магией, разлетается на много километров вокруг. — И ответ, я думаю, очевиден.       — И я клянусь магией, что мы отомстим, — золотой вихрь поднимается вокруг него, показывая всю серьезность намерений. — Если вы со мной — поднимите же руки. Вы готовы?       — Я готов! — Ран делает шаг вперёд, его рука взлетает вверх.       — Мы готовы, — Ван Ибо и Сяо Чжань поднимаются на чешуйчатых крыльях над головами остальных, за ними ещё несколько серьезно настроенных драконов.       Наташа видит море поднятых рук.       — Мы готовы!       «Готовы, как никогда.»       — Мы заставим их заплатить.

«Черта будет пересечена.

И теперь все в их руках.»

🌻🌻🌻

      Взмах руки. Ещё один дом в огне. Здесь, кажется, не осталось ни одного целого здания. Но их цель далеко не это. Их цель — отомстить, сделать больно. Так же больно, как сделали им.       Или ещё больнее.       Они идут все вместе. Им не вредит человеческое оружие, ведь оно полезно, только если маги не готовы. Но они готовы. Пули разбиваются о магические барьеры, а некоторые и вовсе меняют траекторию в тех, кто их выпустил.       Одна треть города в огне. Дороги перекрыты брошенными машинами. Оборотни отталкивают их в стороны, сворачивают всмятку, расчищая путь другим.       Путь им преграждает живая стена из людей. Их щиты не помогут, стоит Мью подать сигнал драконам, но он останавливается, давая возможность уйти. Вместо этого к ним выходит человек. Мью догадывается, что это переговорщик, поэтому вопрос о том, чего они хотят, не становится чем-то неожиданным.       Мью усиливает голос магией.       — Вы убили одних из нас, — он делает шаг вперёд, оставляя других позади. — Напали на тех, кто не пришел с войной и убили не задумываясь. А после забрали моего мужа. И теперь мы здесь. Мы уничтожим этот город, этих людей и нам все равно: взрослые это, дети или старики.       Его поддерживают другие магические существа.       — Потому что вам было плевать, когда вы убивали Эмилию за то, что она маг, хотя она была на шестом месяце. Вам было плевать, когда мы просили уйти и убили наших парней за то, что они начали защищаться. Вам было плевать и много веков назад, когда вы сжигали ведьм на костре, даже если они вам помогали, вырезали драконов из-за глупых сказок, охотились на оборотней и вампиров. Для вас не было невиновных. Для нас их теперь тоже нет.       — Можем ли мы как-нибудь договориться? — спрашивает тот, что заставляет Мью разозлиться.       — Нужные люди знают, что нам нужно. Что они у нас отобрали, решив, что им все можно, — Мью поднимает незнакомца в воздух, сворачивая ему шею, не задумываясь. — И мы не остановимся, пока не вернём хранителя.

«Мы не остановимся, пока не уничтожим вас всех.»

      Это становится знаком, потому что драконы возвращают свой обычный вид и из их пасти вырывается огонь, который стирает с лица земли живую стену. Щиты плавятся, а люди превращаются в пепел.       Магические существа идут дальше. Их разум наполнен яростью, она так сильна, что они не видят того, что творят. После них не остаётся ни одного целого здания, ни одного живого существа.       Лишь хаос.       Они идут. Они почти уничтожают две трети города, когда подъезжает машина. Мью останавливает процессию, ждёт, чего ещё хотят люди. И они их не разочаровывают. Из машины выходят несколько людей без оружия, а вместе с ними Галф. Бледный, словно саван, совсем на себя не похожий летом. Они проводят его к Мью, а отдав, сбегают. Мью не останавливает. Он аккуратно опускается со своей ношей на землю, вдыхая его запах и чувствует, как тьма отступает. Чувствует, как ярость остальных немного гаснет, как просыпается радость.       Хранитель жив.       Но радость не длится долго. Галф открывает глаза, пусть он все также улыбается, но Мью видит, что что-то не так.       — Так много огня… — тихо, почти не слышно, словно сил совсем нет.       — Ты наверное хочешь сказать, что мы не должны были убивать стольких, но…       — Тише, тише, — Галф его прерывает, поглаживая по щеке. — Я не скажу, что ты все сделал правильно, но и не скажу, что не сделал бы тоже самое на вашем месте.       Мью едва заметно улыбается, трётся кончиком носа о чужой, его душа радуется. И он знает, что другие тоже рады видеть хранителя. Он чувствует их всех. По всем магическим существам, даже на сотни тысяч километров отсюда разносится весть — хранитель с ними.       Но Галф кашляет, прикрывая рот ладонью. И на ней остаётся кровь.       — Что это? — Мью испуганно смотрит на красные пятна.       — Последствия, — Галф выдыхает. — Ты был прав: люди жестоки.       — Что… Что они делали?..       — Люди слабы, — Галф смотрит в его глаза с безграничной любовью. — Они всегда хотят стать сильнее. Они пытались узнать, как забрать мою магию и… Немного перестарались.       Мью напуган. Остальные тоже, они подходят ближе, становясь полукругом возле хранителя и его мужа.       — Прости меня, Мью, — Галф прижимается к его телу, ища тепла. — Я не смог продержаться. Не смог защитить…       Он отодвигает края рубашки, уже изрядно потрёпанной и Мью видит кровь. Много крови.       — Не смог защитить нашего ребенка.       Галф на секунду прикрывает глаза и по его щеке скатывается слеза. Она падает на землю и по ней проносится лёгкая волна магии, которая восстанавливает некоторые разрушения.       — Все будет хорошо, — Мью целует его в лоб, скрывая свои глаза полные горя. — Мы вернёмся домой и все будет хорошо. Люди никогда больше не тронут нас, мы будем готовы…       — Прости, — слезы продолжают падать с его глаз. — Но мы не вернёмся домой.       — Что?..       Галф выдыхает. Он сглатывает и Мью наконец-то начинает замечать, что тот не в порядке. Что его раны не затягиваются как обычно.       — Я так люблю тебя, Мью. Тебя и наших детей. И я никогда не жалел, что показался тебе. И мне так жаль, что мне придется тебя оставить…       — Нет, — Мью неверяще смотрит в его глаза. — Нет, Галф, пожалуйста, я же…       — Тише, — он кладет ладонь на чужие губы. — Дай мне сказать, пока я ещё могу.       Мью кивает, а чужая, слабая рука падает.       — Пожалуйста, не горюй по мне слишком сильно, ладно? Живи дальше. Заботься о наших детях, о магах. Ты ведь такой сильный, ты обязательно справишься. Ты самый сильный, кого я знаю. А я… Я стану ветром и буду жить на твоей крыше, хорошо? Я буду петь тебе песни, буду тем, чем ты дышишь. Буду ждать твоих улыбок, собирать с твоих ресниц снежинки… Всегда буду с тобой.       Он плачет беззвучно, Мью видит его слезы, кажется, впервые в жизни.       — Скажи Александру и Наташе, что я очень их люблю. И сам не забывай, что я люблю тебя. Больше жизни. И я правда сожалею, что не смог продержаться чуть дольше…       Галф тяжело вздыхает. Мью беспокойно осматривает его.       — Я тоже очень тебя люблю, — шепчет он, целуя холодные губы.       Галф улыбается этому.       — Я понял, в чем смысл моей жизни, — он прикрывает глаза, укладывается на грудь Мью. — Всего одно слово. Любовь.       Его последний вздох проносится по земле звуком грома. Всё замирает. Мью всхлипывает, кричит от боли, когда Галф не видит. Он совсем не сильный. Уж точно не он.       Небо плачет, Галф в его руках становится совсем холодным, а после начинает светиться и его магия распадается на множество белых, уже так хорошо знакомых бабочек. Они разлетаются, касаются каждого магического существа, одаривая своим теплом, очищая их сердца от тьмы, от злого горя, оставляя лишь добрую-добрую грусть.       Одна из них становится амулетом на шее Мью, а тот, совсем не замечая этого, поднимает мужа на руки и идёт в сторону леса. В сторону их дома.       За ним идут все. Им больше не интересны люди у них теперь есть дела важнее. Они сопровождают Мью, защищают его, но никто и не нападает.       Перед тем, как скрыться в лесу, Мью разворачивается. В этот раз он делает так, чтобы его слова дошли до всех оставшихся людей.       — Мы уходим. Но когда в следующий раз произойдет что-то такое, мы не остановимся. Нам не важно, кто это будет, для нас вы, люди, все одинаковы. Считайте это договором о перемирии.

🌻🌻🌻

      Наташа ждёт. Александр, который не смог оставить сестру одну, ждёт с ней. Фаньсин, которого родители не пустили, ждёт тоже.       Они замечают их издалека. Дети выбегают на улицу, под дождь, и поражено останавливаются: их отец, самый первый из идущих, несёт тело. Тело папы.       Он подходит к детям, останавливается перед ними. Его глаза не выражают ничего, он, кажется, постарел на несколько десятков лет.       — Он просил передать, что любит вас. Очень.       Это все, на что его хватает, но больше и не нужно. Наташа рыдает, Александр, прижимая сестру к себе, молчит, держась из последних сил. Магические существа, оставшиеся в поселении, поняв, что хранителя больше нет, предаются горю. Поселение затапливают рыдания.       — Завтра похороним всех павших. Приготовьте тела и места. Раненых подлатайте.       Самые стойкие кивают, отделяются от основной группы и уходят. Другие помогают раненым.       Мью заносит Галфа в их дом. Зеркала завешиваются, Александр отводит Наташу в спальню, заставив выпить успокоительное и снотворное. Сам он спускается к отцу.       — Отец?       Мью поднимает голову. Галф на его руках не дышит, как бы он не пытался вглядеться.       — Оставь его. Тебе нужно отдохнуть.       Мью качает головой. Мужчины из поселения вносят в дом гроб, который кажется Мью последним, что точно говорит о том, что Галф мертв.       Райа, его давняя знакомая, со слезами на глазах проводит руками над телом Галфа, очищая его от грязи и пыли, меняя магией на нем одежду. Черный совсем ему не идёт.       Мью приходится положить мужа в гроб, что становится последней каплей его спокойствия. Он снова плачет, сидя перед мужем на коленях и бесконечно просит прощения.       «Прости, что не успел.»       Александр заставляет его уйти в комнату и тоже насильно укладывает спать. Сам же он остаётся в гостиной с папой. Он, единственный кто не проронил слез, сдается, давая чувствам волю.       На следующее утро все выходят из домов в черных, траурных одеяниях. Сначала земле предают тех, кто пытался спасти Мью и Галфа, но не смог. Их всего десять человек, но они остаются шрамом на каждом сердце здесь. После те, кто погиб, идя за Мью. Трое человек отправляются в лучший мир, а после наступает очередь Галфа.       Мью прощается с ним очень сухо, просто целуя в бледный лоб. Александр и Наташа вообще не могут подойти к гробу.       Когда всё заканчивается, а люди уходят поминать и держать траур, Мью исчезает. Его находит Ибо возле старого дуба в лесу. Мью просто сидит, смотря в темное небо. Ибо садится рядом и протягивает другому мужчине бутылку. Тот берет не задумываясь.       Они пьют, но горе не хочет топиться в алкоголе.       — Знаешь, в какой-то момент мне захотелось лечь к нему и чтобы меня закопали вместе с ним.       Ибо кивает. Ему не понять до конца, что чувствует Мью, но ему тоже больно.       — Тебе больно. Нам всем больно. Но ты единственный, кто должен оправиться быстрее остальных. Твоя дочь будет новым хранителем и ты должен ее поддержать, — Ибо просто излагает факты. — Галф хотел бы этого.       Мью кивает. Он знает. Сейчас чуть-чуть погрустит и обязательно справится. Обязательно.

🌻Три года спустя🌻

      — Отец, ты уверен?       Мью кивает. Свой долг он выполнил: Наташа прекрасный хранитель, а Александр глава поселения. Ему пора на покой.       Дети с нехотением отпускают отца в путешествие по миру. Они всегда ждут, когда он вернётся и он, что неудивительно, возвращается. Но не один.       Юноша, которого он привел, вылитый их папа. Никаких отличий по внешности, но вот характер… Тот, кого даже зовут, как их папу, не спокойный и миролюбивый, он очень пылкий, весёлый и эмоциональный.       Галф, которого отец привел не пойми откуда, не принимается Наташей и Александром, но их отец и не настаивает. Он впервые выглядит живым после смерти мужа, совсем не обращает внимание на то, что этот Галф не похож на их папу. Когда Александр говорит ему об этом, тот лишь улыбается.       — Я влюбился в него не потому что он похож на вашего папу и имена одинаковы, — усмешка. — Хотя, наверное, это сыграло свою роль, но все же… Галф совсем на него не похож. И я люблю именно его, а не свое прошлое. Не волнуйтесь об этом.       Александр и Наташа все ещё не принимают Галфа, но тому это и не нужно. Всё что его волнует: любовь Мью, ведь, как бы грубо это не звучало, он действительно не их папа и не чувствует к ним ничего.       Ночью, когда Мью будет думать, что Галф спит, он тихо шепнет:       — Спасибо, что вернулся. Пусть и таким.       А когда тот заснёт, Галф улыбнется и шепнет в ответ:       — Спасибо, что дождался.