Под прикрытием

— Думаю, он был не очень хорошим человеком, Уолтер, — осторожно сказал Стерлинг, видя, что парень на грани нервного срыва, — откровенно говоря, плохим человеком он был. Дерьмо, а не человек. Ему впереди, кроме пожизненного срока ничего не светило. Или свои же прирезали бы. Или загнулся бы от наркоты. Или… — Хватит, Лэнс, — сказал Уолтер, утирая нос и смаргивая слёзы, — пожалуйста, хватит. Нам надо забрать у него флэшку. Он посмотрел на труп, лежащий в луже крови и у него наконец-то сработал рвотный рефлекс. Уолтер наклонился вперёд, судорожно зажимая руками рот. Лэнс перехватил его за спину поперёк талии, развернул, и аккуратно прислонил к стенке. Беккет сполз вниз, возводя голубые глаза к потолку. Нервное возбуждение спало и теперь он чувствовал, что находится на грани обморока. — Не смотри туда, — сказал Лэнс, — сейчас я её возьму. Стерлинг снял с Ривареса флэшку, стараясь не запачкаться кровью, а потом как следует обыскал его карманы. Конечно, грабить мёртвых не самое приятное занятие, но Лэнсу приходилось делать и не такое. На столике с препаратами была медицинская скатерть и Стерлинг взял её, чтобы накрыть тело, не надо было Уолту на такое смотреть. Кроме револьвера и тюбика со смазкой он нашел у Ривареса айфон последней модели, украшенный стразами. — Уолт, посмотри, у него бабский телефон… Уолтер… Лэнс обернулся и увидел, что Беккет уже немного пришёл в себя и снова надел красное платье. Растрепанные волосы, как ни странно, лежали очень красиво и наводили на мысль о долгих занятиях любовью. Голубые глаза сверкали из-под чёлки, а щеки раскраснелись от недавних слёз. Чтобы было удобнее, подол он замотал вокруг талии и это только подчёркивало его изящество и стройность, а из-под подола выглядывали просто бесконечно длинные ноги в чёрных кружевных чулках. Теперь он выглядел ещё более сексуальным, просто охуенно сексуальным, хотя Лэнс раньше думал, что это просто невозможно. — Что? — спросил Уолт, почувствовав его взгляд. — Я так плохо выгляжу? Ну извини, Лэнс, больше ничего нет. — Ты прекрасно выглядишь… Ты такой красивый… Черт, я опять возбудился… Уолтер, хочу как можно быстрее снять с тебя всё это и трахать, пока ты не кончишь, как ненормальный. Голубые глаза округлились от изумления. — Прости… Прости, Уолтер, — Лэнс взял себя за виски и постарался сосредоточиться. — Думай, Лэнс, думай… Конечно же это всё из-за той дряни, что он мне вколол. Я под действием наркотика и не могу себя контролировать. Стерлинг нервно заходил по комнате. При одной мысли о том, что недавно делал с ним Беккет, по его телу бежала горячая волна, бросало в жар и он никак не мог с этим справиться. — То, что ты сделал, чтобы спасти нас, Уолтер… Я не знаю… Но это было прекрасно! Я всегда мечтал о таком, представлял себе… Не думал, что произойдет именно так… Тебе наверно трудно было пойти на такое, может даже противно… — Не трудно и не противно. Вообще давно хотел это сделать. Теперь округлились глаза Стерлинга. Он резко остановился. — Уолт, а тебе случайно ничего не вкололи? — с подозрением спросил он. — Нет, но… мне тоже трудно себя контролировать. Беккет подошёл ещё ближе, приподнялся на цыпочки, обхватил шею Лэнса и прижался губами к его губам. На такое невозможно было не ответить. Стерлинг наклонился вперёд и непроизвольно, одним рывком приподнял его ягодицы, усаживая себе на бёдра, вжимая в пах. Беккет обнял ногами талию Лэнса и прижался ещё теснее, потираясь, вытягиваясь и нежно обводя его лицо руками. Оба были возбуждены до предела и чувствовали это. Уолтер разорвал поцелуй и посмотрел на Лэнса сверху вниз так, как будто хотел сказать ему что-то очень важное. — Лэнс, это цепи нейронов активируют гипофизальные клетки и они вырабатывают адренокортикотропный гормон. В крови резко повышается уровень адреналина и кортизола, понимаешь? Срочно необходимо высвободить вазопрессин, чтобы повысить скорость реакции и дофамин, чтобы… Стерлинг так удивился, что чуть не уронил Уолта на пол. Глядя на его изумлённое лицо, Беккет вздохнул и продолжил уже гораздо тише: — Ладно, забей… Чтобы снять стресс, нам было бы неплохо заняться сексом. Прямо сейчас... В это время Кимура сидел наверху, в нескольких метрах над ними, на открытой веранде, среди веселящихся криминальных элементов, и чувствовал, что никак не может расслабиться. Его чуйка, которая никогда не подводила (так он называл свою интуицию), подсказывала ему, что встреча, которую они так долго готовили, может закончиться очень и очень плохо. Поэтому он почти ничего не пил, не колол и не нюхал, чтобы быть начеку. Поворочавшись на диване своим грузным телом, он поднялся и, сказав коллегам «я скоро вернусь», отправился вниз, в подвал. Ему надо было проверить, что там делает Риварес и поторопить его. Горячий испанец был увлекающейся натурой и мог совершенно забыть о деле. Спустившись в коридор возле плотно закрытой двери, он обнаружил там двух охранников, которые прислушивались к доносившимся из-за неё звукам. — Что случилось? — с недовольством спросил он. — Диего не выходил? — Нет, не выходил, — сказал один охранник, — наверно увлекся допросом. Парнишка так стонет, аж сердце разрывается слушать. Босс сегодня прям в ударе. Кимура прислушался. Из-за двери доносились глухие ритмичные стоны и звуки как будто шлепков или пощёчин. — А с чего вы взяли что это тот парень? Может это Стерлинг стонет? — Ну нет, Стерлинг стонать не будет, — с невольным уважением сказал второй охранник. — Это же сам Лэнс Стерлинг. Внезапно из-за двери донесся протяжный стон уже другим, более низким голосом, переходящий во вздохи и странное хлюпанье. Кимура, который уже взялся за ручку двери, побледнел и медленно отпустил её. — Ну нахрен, — сказал он охранникам, — агония наверное, не могу на такое смотреть. Пусть Диего сам разбирается, скажите ему потом, чтобы шёл побыстрее наверх. Он ушёл по коридору с твёрдым намерением побыстрее напиться, чтобы забыть ужасные звуки, доносившееся из-за двери. Конечно, Лэнс засранец, и много всем крови попортил, но, по мнению Кимуры, нужно было всё-таки оставаться людьми и убивать своих врагов быстро и безболезненно.

***

Когда Стерлинг обнял Уолтера, то его охватило такое чувство уюта, как будто они сидели на солнечной веранде в итальянском кафе, а не находились в смертельной опасности в подвале, в котором почти ничего не было кроме пыточных инструментов, рядом с ещё не остывшим телом наркобарона. Тут не нашлось никакой мебели кроме небольшого диванчика, стоявшего возле входа, но Лэнсу с Уолтером его вполне хватило. Стерлинг обнимал теплого, сонного Уолта и чувствовал, как в его голове проясняется. Возвращались спокойствие и уверенность. Он же Лэнс Стерлинг, он справится! Суперагент слегка потормошил своего напарника. — Уолт, просыпайся, — он улыбнулся, глядя как тот потягивается и смотрит на него мутным от пережитого наслаждения взглядом, — пора идти спасать мир! — Ещё пять минуточек, Лэнс, — пробормотал Уолтер, но постепенно сонная пелена спадала с него, — сейчас я что-нибудь придумаю… мы непременно найдём выход… У Стерлинга в голове внезапно сложился прекрасный план побега из этой тайной комнаты. — Предоставь это мне, Уолт, — небрежно сказал он. — Я забрал у Ривареса револьвер и с его помощью нейтрализую охранников в коридоре… Все гости на вечеринке уже либо напились, либо закинулись наркотой, так что выбраться из дома нам не составит труда. А там рукой подать до моей машины. Супертачка Лэнса была набита всяким оборудованием и, в случае необходимости, из неё можно было даже задать координаты для точечного ракетного удара. Если бы им удалось до неё добраться, то флэшка с базой данных будет в полной безопасности и задание можно считать выполненным. Но в своём плане Стерлинг не учёл один фактор. Уолта. — В каком смысле нейтрализуешь? — Беккет посмотрел на него блестящими от праведного гнева глазами. — Надеюсь ты не собираешься их убивать? — Боже, Уолтер, — Стерлинг вздохнул, — ты так и не понял, что со злом иногда приходится бороться жесткими методами. Но напарник смотрел на него таким пронзительным взглядом, голубые глаза так блестели из-под растрепавшейся чёлки, что он не выдержал, чмокнул его в губы и со вздохом сказал: — Ну хорошо… Будем действовать по твоему плану. Уолтер сразу оживился и начал исследовать содержимое комнаты. Стерлинг искоса наблюдал за ним, поглаживая свою модную микроскопическую бородку. Он был уверен, что всё равно им в итоге придется воспользоваться его планом. Но ещё один вопрос не давал Лэнсу покоя. — Уолтер… — осторожно спросил он, — а почему ты тогда сказал, что давно хотел это сделать? Мне… мне необходимо это знать. — Видишь ли, Лэнс, — рассеянно сказал Беккет, рассматривая на просвет содержимое одной из ампул, лежавших на столике, — у меня постоянно повышен уровень окситоцина во время нашей совместной деятельности. Это вызывает ряд изменений в гипоталамусе и… — Черт! — рявкнул Лэнс. — Представь, что ты говоришь с нормальным человеком! Беккет обернулся и серьезно посмотрел на него. — Проще говоря, я люблю тебя, Лэнс. И тут Стерлинг учудил такую штуку: он вскочил с дивана, порывисто обнял Уолта, обцеловал всё его лицо, вплоть до кончика носа, а потом ещё и покружил возле себя, крепко держа и не выпуская из рук. Беккету показалось, что он попал в какой-то обнимательный вихрь. — Ух ты, — только и мог сказать он, глядя на него с восхищением, когда Стерлинг наконец-то опустил его на пол возле себя, — вот это обнимашки! Прямо как в дораме «Корейская любовь». Где ты только этому научился, Лэнс? — Хм… мне казалось, что я их сам только что придумал, — суперагент уже немного успокоился после наплыва эмоций, но ощущение счастья и тёплого солнышка внутри всё ещё не покидало его. — Знаешь, Уолт, всё-таки в обнимашках что-то есть… — Ты правда так думаешь, Лэнс? — Уолтер не выдержал и изобразил победный жест. — Воу, теперь мы идеальная команда! Он крепко обнял его, прижимаясь всем телом и, прошептав: «я мистер Обнимашкин», приподнялся на цыпочки и нежно поцеловал в губы. Лэнс понял, что ещё немного и он снова завалит Уолта на тот самый диван. С неимоверным усилием воли он разорвал поцелуй и, слегка охрипшим от желания голосом, спросил: — Итак, Уолтер, каков твой план? Беккет сразу посерьезнел. — План очень прост, но для его выполнения нам придется немного потрудиться. Он подошёл к стене комнаты, указывая куда-то вверх. — Поскольку воздух здесь очень свежий, я сразу решил, что должна быть хорошая вентиляция. Прямо над ним действительно находилось вентиляционное отверстие. — Судя по всему, система вентиляции проходит через весь дом и заканчивается где-то на улице. Нам надо только незаметно проползти по ней, и мы окажемся во дворе, а там уже недалеко до твоей машины. Стерлинг снова вздохнул. Уолтеру видимо никогда не приходилось ползать по вентиляциям, поэтому план и казался ему таким простым. — А что ты предлагаешь делать с охранниками? — спросил он. — Если они забеспокоятся и захотят проверить, что здесь происходит? — Это самое клёвое, — глаза Уолта заблестели, — здесь я прикреплю стальную нить, она очень прочная и хорошо растягивается в длину. А вот здесь будет закреплён пакет, который разорвётся при открытии двери. Охрана заходит и — бум! — на них сверху падает белый порошок, похожий на снег. Они на секунду растеряются и будут смотреть по сторонам, а в это время непроизвольно его вдохнут. Ну, а дальше… дальше, я думаю им не захочется нас преследовать. Когда Уолтер произнёс «бум!», он широко раскинул руки и теперь стоял перед Лэнсом с видом фокусника, который ждёт аплодисментов. Парень был абсолютно голым, но совершенно забыл об этом. Челка по-прежнему сексуально падала ему на лоб, а брови вопросительно приподнялись в ожидании реакции Лэнса, делая его взгляд невероятно кокетливым. Стерлинг в последний раз с сожалением вспомнил о своём простом и понятном плане. Но с Уолтером никогда не получается просто. — Прекрасный план, Уолт, — вслух сказал он, — ты хорошо всё продумал. Будет очень эффектно. Но всё в очередной раз пошло не по плану.