Just stay close to me

Когда они посвящают себя работе, время летит настолько быстро, что всегда кто-то из них должен его контролировать. Порой приходится даже обычную воду по комнатам разносить, чтобы те не забывали пить. И уж что в этом случае говорить про еду? Чонгуку не до еды и воды. Тэхёну, кстати, тоже. Неделя прошла с того момента, как Юнги вернулся с задания и теперь Чонгук из комнаты не вылезает вовсе. Строит план, изучает каждый гребаный миллиметр. Тэхён же ему помогает и одновременно с этим работает над вторым планом. И Чонгук не жалуется. Он занят своим делом, ему комфортно с Тэхёном и за неделю к его присутствию он привык настолько, что они в этой комнате порой и засыпают вместе, только один за работой за столом, а другой на диване. И вот во всю эту атмосферу как-то совсем не вписывается еще один человек, хотя по идеи он должен быть тут на всех правах. Чонгук соврал бы, если бы сказал, что теперь у хёна все те же права, как и раньше, потому что нет, это не так. Сердцу все равно не прикажешь полностью оттаять и довериться хёну не на 70%, а на 100. Что же по этому поводу думает Юнги? Ох, он много чего думает и чем ближе подкрадывается новая неделя, тем всё серьезней его мысли. Они с Чонгуком за всю неделю спали вместе лишь раз, в тот день, когда помирились. Причем…именно спали. Просто сон. Юнги тогда не посмел бы себе чего-то большего. Но прошла ведь неделя! Они и раньше уматывались работая, строя планы, чертя схемы, выезжая то в один пункт, то в другой. Но как ни крути они вдвоем всегда находили время друг для друга. И что же слышит Юнги теперь? - Прости хён, нам с Тэ нужно закончить поиски необходимого оружия. - Прости хён, но я очень занят. - Хён, мне сейчас даже поесть некогда, не то что с тобой побыть. - Ты не сможешь остаться, хён, потому что на диване сегодня сплю я, пока Тэ следит за монитором…и нет, ты не можешь следить за этим сам, потому что не разбираешься ничерта. - Нет хён, Тэ помочь тебе не может, потому что он нужен мне. Я видел, что Чимин-и и Джин-хён свободны более менее, попроси помощи у них. - Я не поеду с вами, у меня работы много. - Нет, я завтракать не пойду, но буду рад, если ты попросишь кого-нибудь занести мне еду сюда. Неделя идет как гребаный месяц! Юнги чувствует как дни тянутся независимо от того, что и сам он занят работой. Каждая фраза Чонгука заставляет злиться и чтобы эта злость не вышла за рамки, старший идет и забивается в работе. Именно он берет на себя большую часть встреч с теми, у кого находится то, что им надо. Те же самые вещества для Тэхёна не купить в обычном магазине. Но они всегда предусмотрительны. Лиц их никто не видел из-за масок, а убивать их никто не собирается из-за того количества денег, которое им перечисляется. Так что, пожалуй, эти встречи еще самое безобидное и Юнги уж лучше будет приезжать на них, чем думать о том, что его Чонгук медленно становится не его. Это больно. Он понимает, что в этом виноват сам, но вот как теперь всё исправить…не понимает.

***

Чимин всегда относил себя к тем самым людям, которые придут на помощь другу, где бы он ни был. Да что там…Чимин знает, что за своих и убить готов, хотя раньше этого не делал, зато видел. Но у каждого человека, есть та самая частичка, пропитанная ядом. В каждом человеке есть гниль, которую уже ничем не вытравить, не удалить. С ней ничего не сделать, поэтому остается только смириться. Несмотря на их работу и то, что они сами по себе уже какая-то гниль, Чимин знает, что именно в нем скрывается и как это проявляется. Парень сидит в машине с Юнги и всё тем же Джином, который вообще-то ехать сегодня не собирался, но Джун насильно выпихнул его из дома и сказал что-то вроде: - Проветрись. Ты перестал давать разумные советы, а нам нужен твой трезвый мозг. Чимин вникать не стал. Не особо его это волновало, потому что с ним в машине Юнги. А с Юнги нет Чонгука…уже неделю его даже на горизонте нет. Пару раз сам Чимин заглядывал к младшему, но тот всегда либо занят один, либо занят с Тэхёном и парень не стал их тревожить, хотя довольно часто посещал эту комнату, чтобы побыть с кем-то, но в относительной тишине. Но и все это его не расстраивало, а даже наоборот, радовало. И понимая свои чувства, Чимин с уверенностью может сказать, чем именно наполнена та самая темень в душе. Всё ведь дело в Юнги. Всегда было, есть и кажется всегда будет. Именно влюбленность в этого красивого, но порой неадекватного парня и превратило душу Чимина в ту, которой сполна насытились бы черти. Со временем эта влюбленность стала настолько сильной, что Чимин перестал быть тем добрым пареньком. По крайней мере не к Чонгуку точно. Он притворяется, делает что-то, что может показаться добрым поступком, но это ведь действительно все напоказ. К Гуку он не может относиться хорошо…просто не может. Хотел бы, честно, но не может. Потому что для Юнги только Гук и важен. Только на него он смотрит, только о нем думает. И всё. На Чимина Юнги плевать! И это задевает с такой силой, что Чонгук автоматически становится врагом номер один…ну ладно, возможно не номер один, но где-то в топ 10 он точно попадает. И вот сейчас, когда Чонгук отстранился от Юнги настолько, что тот беснуется, хотя и виду не подает, Чимин видит перед собой ту самую цель, к которой не видит тех же препятствий, что раньше. Осталось дело лишь за тем, чтобы расположить Юнги к себе. Они разговаривают, причем довольно много, но это все по работе, не более и пора бы предпринимать новые попытки, а то мало ли…Чонгук внезапно решит, что ему не хватает старшего и тогда гонщик придет к самому началу, откуда придется стартовать вновь. Он не против новых гонок, даже если они идут с самим собой или с друзьями, но когда это одна и та же дорога, то со временем даже пейзаж начинает надоедать. И лучше бы в этот раз дороге не повторяться. Именно поэтому Чимин готов рискнуть и помчаться в сторону обрыва. И всё будет зависит от того, насколько хорошо он справится: либо обрыв, либо вовремя успеет повернуть. - Как и договаривались, я высаживаю тебя возле торгового центра, а мы едем на встречу? – уточняет Чим у Джина. - Я всё еще против торгового центра. – хмурится старший. - Лишь в том месте работает тот, кто нам надо. - Это так странно. Мы могли бы заказать этот нож у какого-нибудь поставщика. – тут Джин кривится, потому что обычно они и забирают деньги у всех этих людишек, но в этот раз обстоятельства иные и им нужно быть готовыми ко всему, а Чонгук сразу дал понять, что без всего этого оружия не обойдется. – Или же мы могли встретиться где-то еще. Но в торговом центре…у продавца ножей…Хосок свихнулся или да? - Он не такой чистенький, как может показаться. Доверяй Хо больше, тот не стал бы посылать сюда, если бы не был уверен. - И то верно. Машина тормозит чуть поодаль от торгового центра и Джин тут же выпрыгивает, кидая: удачи. До места встречи они едут молча. Когда с делами покончено и Юнги возвращается в машину, Чимину приходит сообщение от Джина, что тот слегка задержится и им придется подождать. Парень сам не верит тому, как хорошо складывается этот день. Юнги снова зависает в своих мыслях и кажется не возвращается в реальность, даже тогда, когда они тормозят. Но сегодня Чимин готов рискнуть и этот момент подходит как нельзя лучше. - О чем задумался? – голос полностью выдергивает сознание Юнги из раздумий и тот обращает свое внимание на водителя. - Ни о чем. - О Чонгуке, верно? У Юнги кажется даже глаза темнеют. Чимин же старается довольно не улыбаться. Он знает, на что давить. - Не лезь туда, куда не просят. – Юнги не рычит, но кажется уже к этому близок. Чимин знает, чего добивается, даже если после придется пожалеть. - Полагаю, ты не мог не заметить, что он всю неделю провел с Тэхёном. Юнги молчит, но его кулаки сжимаются. Чимин все еще жуть как доволен реакцией, потому что это ему и нужно. Ему сейчас нужна злость старшего. Стоит усвоить, что Чимин мазохист. - Он ведь простил тебя, да? Тогда почему же Тэхён к нему сейчас ближе? Чимину даже все равно на то, что злость Юнги может быть направлена не на Чонгука, а на самого Тэ, который вообще тут ни причем и за эту неделю тот открыто к Чонгуку не подкатывал, чтобы можно было ревновать. Но Чимин не ангел, а из его головы уже давно пробились невидимые рожки. Он дьявол и Юнги это видит. Юнги знает. Старший не должен вестись на провокацию, но ведется. На этот раз парень уже рычит: - Какое тебе дело? - Переживаю. – улыбается парень. - За кого? - За тебя. Им хорошо, а ты страдаешь. – каждое слово, как красная тряпка и в глазах сейчас столько злого пламени, что еще чуть чуть и оно сожжет здесь все. Джин появляется очень вовремя. Выводить Юнги в машине окончательно не самое лучшее решение. Когда же они приезжают, Джин смотрит непонимающе на то, с какой силой парень хлопает дверцу машины и уносится в дом. Зато ухмылка Чимина тоже без внимания не остается. Старший давно кое-что подозревает, но говорить об этом пока рано. Он лишь надеется, что никто из них не натворит того, о чем будут сожалеть позже. Зря надеется, потому что Чимин уже готов творить, но не сожалеть.

***

Юнги зол. Конечно же зол! Чимин ведь на славу для этого постарался. Эта та самая злость, которую нужно скрывать, усмирять, игнорировать. Благодаря ей наружу прорывается тот монстр, которого Юнги ненавидит, которого хотел бы уничтожить в себе, но…как он может? Этот монстр часть его самого. Юнги быстро минует лестницу и идет в сторону комнаты Чонгука. Но он останавливается возле двери. Впервые на ней он видит табличку, покрытую золотистым цветом и с инициалами Чонгука. Он знает, кто ее сделал. Такими вещами могли бы заняться только двое. И если Чимин мог страдать подобным от скуки, то Тэхён делал потому что мог, потому что умел, потому что хотел. И Юнги не сомневается…для Чонгука тот сделал это, потому что и мог, и умел, и хотел. Кровь закипает с новой силой, а в глазах пламя покрывается льдом. Это намного страшнее. Чонгук описывал однажды. Он рассказывал, что видел разные стадии злости Юнги и та, когда в глазах появляется этот самый лед, крайняя. Именно в таком состоянии парень может сотворить что угодно и хорошо, если Чонгук не попадется под руку. Другим не достанется, потому что Юнги не настолько псих (хотя Гук глубоко в душе пожалуй поспорил бы с этим). Зато младшему…сполна. Юнги дергает ручку, собираясь войти, но дверь…закрыта. Юнги в недоумении. - Какого хрена?? – шипит он. - Он у Тэхёна. Я только что проверял. Думаю, они очень заняты…работой. – голос Чимина. Такой противный, пропитанный все тем же ядом. Юнги, опять же, где-то глубоко в душе, понимает, что парень врать не станет и те действительно заняты работой, но слова звучат так, что хочется пойти туда и разнести к чертям все. Юнги уже собирается это сделать. Но мимо Чимина пройти не получается. Рука сама тянется к горлу и прижимает к стене. Взгляд безумца направлен в, какого-то черта, такие же потемневшие глаза. В них нет страха, слез. В них нет того, что было всегда у Чонгука, когда Юнги выходил из себя. Эти глаза другие. Они наполнены огнем, чертями, страстью и…таким же безумием. Разве может человек наслаждаться тем, что его душат? И Юнги знает, что один точно может. Одна рука гонщика хватается за руку на горле, но отстранить не пытается, лишь сжимает. А вторую тот укладывает на грудь и медленно опускает ниже, пока, пусть и с трудом, но не достает до ширинки. - Ты что творишь? – рычит Юнги, но сейчас ему любопытно, что хочет сделать этот наглый мальчишка, который раньше не посмел бы себе такое позволить. - А на что похоже? – хрипит тот, но все еще не просит отпустить и Юнги давит чуть сильней. Рот парня открывается, а глаза закатываются и это зрелище кажется таким…возбуждающим, что Юнги ловит себя на одной интересной мысли…он готов спустить себя с цепей не на Чонгука, а на Чимина. И эта мысль кажется лучше и правильней. Хотя бы потому что Пак стоит перед ним и выглядит пиздец сексуально и одновременно с этим раздражающе. Жуткая смесь для безумца. Юнги убирается руку с горла, но перемещает ее на волосы, оттягивая и открывая доступ к шее, по которой бежит капелька пота. Да, здесь действительно жарко. Он впивается в шею зубами и больно кусает, но Чимин какого-то хрена стонет. Возможно, от боли, но этот стон все равно получается возбуждающим и с гортанным рыком Юнги утягивает парня в свою комнату, которая к счастью не так далеко находилась от их местонахождения, а то Юнги не уверен, что смог бы долго себя сдерживать и плевать на тех, кто мог это увидеть. Дверь в комнату старший захлопывает, прижимая к ней Чимина. Но тот кажется не против. Смотрит голодным взглядом и как будто пытается показать доминирование, но с Юнги такое не прокатит. По крайней мере, не с этой частью Юнги, которая готова вытрахать из парня всю душу. Чем он и займется через несколько минут, а пока. - Ты меня так раздражаешь. И все бы ничего, но слишком уж много болтаешь. Я знаю отличное применение твоему ротику. Чимин ухмыляется и эта чертова ухмылка только с большей силой распыляет в Юнги то, что уже почти вырвалось наружу. Пора справиться с яростью, бьющей внутри. Чимин не сопротивляется, когда его грубо опускают на колени. Более того, он сам растягивает ремень и ширинку. Юнги не удивлен и пока не доволен, но как только Чим проводит рукой по члену, а затем заглатывает его, старшему начинает нравиться, вот только… - Неплохое начало, но… Чимин уверен, что не сможет в ближайшее время глотать. Юнги все еще зол и в такой же мере возбужден. Как же вовремя Чимин появился на горизонте. - Эти губы созданы, чтобы сосать, ты так не думаешь? – хрипит парень и гонщик стонет, пуская по члену вибрации. Это заставляет Юнги зарычать и вбиваться в горло с еще большей силой. Длится сие удовольствие не так долго, по мнению Юнги, зато для Чимина как будто час прошел. Горло саднит, а в теле усталость. Но затем младший поднимает глаза и такой вид старшего пускает по телу ток, а внутри прибавляется адской энергии. Чимин готов продолжать. Юнги поднимает его и довольно сильно кидает на кровать. Чимин лишь ахает от неожиданности, а затем не медля сам же начинает раздеваться. До этого старший никогда не снимал с себя одежду, но туманность слегка рассеивается и он четко понимает, что и сам стягивает с себя брюки и нижнее белье. Чимин же уже ждет его раздетый, красный. Волосы взъерошенные, а в глазах такая похоть, что не будь Юнги всё еще в безумном состоянии, обязательно решил бы, что перед ним дьявол, самый настоящий, из ада. Старший придавливает Чимина к кровати своим телом и еще секунду смотрит в эти темные глаза, с проблесками адского пламени и целует. Губы у Пака пухлые, сладкие. Даже чересчур сладкие. Юнги такие не любит. Но на это сейчас плевать, главное выплеснуть ту злость внутри. Они кусают губы друг друга и Чимин не боится получить за это, хотя рык Юнги явно обещает, что будет больно не только губам. Зализывая ранку крови на губе старшего, гонщик слегка пропускает момент, когда горячая и грубая рука опускается ниже, задевая сосок. Чимин стонет и даже для монстра этот звук услада для ушей. Юнги не собирается медлить, устраивать какие-то прелюдии. Ему все равно на это. Ему и на Чимина все равно. Главное утолить голод монстра и наконец-то освободиться от жуткой ярости. - Я не буду с тобой нежен. – грубо и с хрипотцой говорит Юнги, приподнимаясь и осматривая тело, что так извивается под ним. - Мне не нужна нежность. Трахни меня. Сколько еще раз Юнги сорвется с цепей рядом с этим грязным мальчишкой? Резко перевернув парня на живот, Юнги проводит по округлым половинкам рукой, осознавая, что глупо было не замечать такую прелесть раньше. А потом резко бьет, оставляя после этого красный след ладони и звонкий вскрик и стон. Опомниться младшему не дают, потому что Юнги несколько раз проводит рукой по члену и входит. Чимин соврет если скажет, что не был готов. К срыву Юнги он готов уже несколько дней и возможно именно поэтому ему не так больно, как могло бы быть, но… - Черт. – шипит он жгучей боли. Но вместе с этим боль приносит какое-то удовольствие. Чимин определенно и совершенно точно мазохист. А Юнги лишь в радость. - Боже, ты такой узкий. – очередной рык срывается с его губ и Чимина ведет от этого сильнее, чем от чего-либо еще. - И это всё на что ты способен? – пусть и со стоном, но младший говорит. - Тебе значит мало? – шлепок, а затем Юнги делает толчок резче, чем до этого и Чимин кричит. - Молчать. – приказывает старший и зажимает ему рот, продолжая вбиваться в податливое и такой возбуждающее тело. Один приглушенно стонет, второй рычит, иногда заглушая рык, покусывая кожу парня. И это удовольствие длится, кажется, вечность и в то же время оно заканчивается быстро. - Кончай. – шепчет Юнги Чимину на ухо и тот стонет снова и гораздо громче чем раньше. Юнги ухмыляется, входя по самое основание и с очередным толчком Чимин кончает. Старший на пределе и не обращает внимание на то, каким чувствительным сейчас стал Чимин. Ему все еще не до чувств младшего, потому что его монстр вот вот сможет освободиться. И спустя несколько ярых толчков внутрь младшего изливается и Юнги. Они вместе падают на кровать, тяжело дыша. На то, чтобы прийти в себя у старшего уходить не меньше 10 минут. На то, чтобы осознать, что он натворил, еще 10 минут. На то, чтобы возненавидеть Чимина также сильно как и себя у Юнги уходит пара секунд. А младшему всё равно, что думает о нем старший. Гонщик добился того, чего хотел и теперь ему слишком хорошо.

***

Хосок всё еще знает больше, чем должен. Черт его дернул выйти из комнаты, чтобы по-быстрому спуститься на кухню за банкой пива. Какого ж хрена было в его голове? Нет, чтобы сидеть за этими гребаными бумажками… И вот он стал свидетелем тому, как Юнги запихивает в свою комнату Чимина и нужно быть полным идиотом, чтобы не понять с какой целью и какие черти плясали в глазах обоих. Хосок сидит на кухне с этой самой банкой пива и ему хочется выпить чего-то покрепче. Он не ошибся, атмосфера в доме и правда до жути отвратная несмотря на то, что неделю назад Чонгук и Юнги помирились. Легче от этого не стало и Хо думал, что дело в том, какие дела у них намечаются и что все просто сосредоточились на работе. Но видимо дело далеко не в этом. Юнги трахается с Чимином буквально прямо сейчас. Чонгук всю неделю зависает с Тэхёном и сейчас Хо не уверен, что дело лишь в работе, потому что у Чимина и Юнги до этого тоже вроде как была всего лишь совместная работа и если бы ни эта случайность, вряд ли хоть кто-нибудь узнал. Хосок сейчас слегка теряется. Он Чонгука знает дольше, чем всех остальных и всегда беспрекословно ему верил и вставал на сторону младшего чаще, чем даже на сторону Юнги, но тем не менее…если Юнги изменяет, не факт, что не изменяет Чонгук. - Не мое это дело. – шепчет парень сам себе, допивая пиво. – Не мое. – повторяет он и выкидывает пустую банку. До своей комнаты он проходит очень быстро.