День, когда падёт стена

Главным ЧП на повестке дня оказалась полностью разрушенная стена пустующей тюрьмы. Вернее, не совсем пустующей. Почти. Разложившись на широком заднем дворике штаба, примяв рукой крошечные деревянные постройки, мирно дрыхнет гигант. Смоляные пряди, блестящие в лучах полудневного солнца, мягко застилают собой лицо. - Буйствовал? – смотрю на Ирвина, тут же переводя взгляд на полуразрушенное здание. - Нет. Просто спал, - пожимает плечами. Всё было бы не настолько трагично и эпично, если бы перед спящим Эреном не выстроилось две баррикады – по одну сторону молодые кадеты, готовые в любой момент извлечь свои клинки, чтобы дать отпор не то другу, не то врагу. По другую… Где-то я этих детишек видел уже. Рвано обстриженные по плечи волосы развеваются на ветру, который ну никак не спасает от адской жары. Заостренный кончик лезвия меча смотрит в сторону трусливых подростков, готовых поджать хвостик и уползти в норку. Её воинственная поза впечатляет. Надеюсь, в бою её пафоса и самоуверенности не поубавится. От таких солдат есть прок. На шее, несмотря на несносную жарень, реет тёмно-алый шарф. Как символ чего-то очень важного для нее. Сталь во взгляде. Что-то притягивает, манит. И одновременно отталкивает. Слишком пустой взгляд. Или, быть может, мне только со стороны так кажется? Рядом возле девушки стоит нечто белобрысое и невероятно женственное. Но всё же, кажется, это парнишка. Или мне просто пора к окулисту. Менее смелое. В глазах страх. Стоит немного позади подруги. Но всего лишь на пару сантиметров. Неужели, настолько труслив, что жмётся за её спиной? - Отставить панику! Разойтись всем, - не дожидаясь, что там скажет командир, громко и чётко выговариваю каждое слово, заодно разрывая цепочку напряжения, возникшую во дворе. Кадеты тут же, обрадовавшись команде, судя по тому, как они оживились, почти одновременно отдают честь, гулко ударяя кулаками себя в грудь. Хоть чему-то их в этой грёбанной академии научили. Лизать задницы чинам, выше их. Жалкие и ничтожные. Топчутся в собственной гнили трусливого существования. Но девчонка на мой приказ не реагирует. Лишь переводит убийственно опасный взгляд в мою сторону. Вызов? Простите, девочкам подгузники должны менять женщины. Я умываю руки бить какую-то там девицу, возомнившую себя пупком земли. Блондинистый щенок мельтешит, переминаясь с ноги на ногу, поглядывая на подругу, которая так и не опускает свой клинок, переводя его кончик теперь в мою сторону. - Неясно выразился? Да ничего я ему не сделаю, - вскинув брови, делаю медленные шаги вперёд. Тонкие губы девчонки сжимаются в тонкую ниточку. Кажется, и вовсе сейчас пропадут. - Не позволю, - угрожающе шипит, так и не поняв, что я действительно не собираюсь причинять вреда титану, который даже не подозревает о том, что прямо перед его мирно дрыхнущей рожей разыгрывается целая комедия, над которой бы задумался и сам Шекспир. Подхожу вплотную, встав с правой стороны от отчаянной. Ладонь на костлявом плечике, затянутом в форменный жакет. Крепко, насколько позволяет моя сила, сжимаю пальцы. Вздрагивает и, закрыв на пару секунд глаза, медленно опускает оружие. Короткий скрипящий звук скользнувшего острия клинка о грубое каменное мощение. Смотрю вниз, разглядывая поблескивающую на солнце сталь. Перевожу взгляд на дорожную кладку. Задерживаюсь на маленьких трещинках, сквозь которые пробиваются нежные молодые травинки, тянущиеся в сторону света. - Так-то лучше, - снова смотрю на её профиль. Огорчена. Зла. Проиграла. Но в моем голосе прозвучало не успокоение. А, наоборот, какое-то кисло-приторное злорадство. Проиграла лишь моим словам. Рука соскальзывает с её плеча, как только я делаю первый шаг вперед, приближаясь к Эрену. Ни капли страха. Но вот гнева здесь предостаточно. Переведи бы это в эквивалент дешёвого хлеба, то половину населения человечества, что ещё способно жить, можно было бы спокойно прокормить. Впритык к лицу. Ощущаю жар спокойного дыхания, исходящего от спящего монстра. Мне не нужно оборачиваться, чтобы с уверенностью сказать, что за мной сейчас все наблюдают, набрав в рот воды. Готовые в любой момент вступить в бой, если Эрен снова выйдет из-под контроля. С добрых пару минут ничего не делаю. Просто рассматриваю. Никогда так вот спокойно не стоял перед огромным гадом и не вглядывался в его тупую рожу. Протягиваю обе руки, чтобы прихватить огромную прядь волос, мешающую моему изучению. Но едва ли касаюсь, как тяжёлые веки резко распахиваются. Первые пару секунд зрачки неосознанно кружатся, пытаясь сфокусировать зрение. Имею возможность даже рассмотреть удивительно богатую на цветовые вкрапления радужку. За спиной слышу звук обнажаемых клинков. Спокойно, детки. На вас и так памперсов не наберёшься. Резко подрывается с земли, садясь. Оглядывается. Встряхивает головой, прежде чем посмотреть на меня. Боковым зрением замечаю, как огромные жилистые пальцы с лёгкостью бороздят каменную кладку, оставляя глубокие следы. Так вот кого нам надо в поля на работы. Больше толку будет. Тупой взгляд скотины, заведённой в угол сарая для забоя. Ничегошеньки не понимает. Но и вреда не собирается причинять. - Эй! – машу ему рукой. Тест на адекватность. Встрепенувшись, фокусирует заспанные глазки на мне. Не движется. Замер. И что дальше? Молниеносный рывок, и я зажат в огроменных пальцах. - В порядке всё! – кричу с высоты нескольких метров, понимая, что сейчас этот титан даже не осознает своей силы. И не будет дебоширить. А вот сотоварищи мои так не считают. Кажется, теряю сноровку. И уважение среди коллектива. Не дался бы я так просто в руки монстру. Уж больно ценю свою жизнь и репутацию. Что больше? Не знаю, наверное, последнее как-то в большей степени преобладает. Ну а что за кайф жить трусливой сволочью, греющей свою очаровательную попку на сеновале, мечтая о том, как бы кому присунуть да пожрать перед сном. - Слышишь меня? – облокачиваюсь на фалангу крепкого пальца, разглядывая лицо землистого цвета. С интересом разглядывает меня, прежде чем коротко кивнуть. – Умница. А теперь… Какого хрена ты тут вообще творишь, а? – Достаточно ему будет превратиться в человека, как тут же поработаю над его прелестным мальчишеским личиком, чтобы не вздумал творить подобную хрень. Виновато опускает взгляд. Понимает, зараза всё, что ему говорят. А ответить… - Язык проглотил? – уже немного спокойней проговариваю. По крайней мере, хоть беседа и односторонняя, но Эрен меня понимает. Испытующе рассматривает меня, немного сильнее сжимая в кулаке. Но не больно. Очень аккуратно. Его разум в полном здравии. Ну, это если вычесть тот самый момент, что он совсем не осознает, что во сне превратился в чудовище. Зашибись, просто. В следующий раз перемочит половину штаба, опять же, не осознавая самого себя, а потом очнётся… А на мозгах гипс. Если вообще после такого ему кто-то позволит носить огромную задницу на этой сраной земле. Собираюсь ему отдать приказ. Не менее пафосный и эпичный, чем мои мысли, клубящиеся дымом в голове, ощущаю жар на своём теле. Большое тело титана охватывает лёгкая дрожь. Он ещё и обратное превращение не умеет контролировать. Да какой толк от этой ходячей горы, которая в любой момент может превратиться в кучку тлеющего пепла? Его пальцы сами собой разжимаются. И если бы не моя молниеносная реакция, то моему позвоночнику было бы сейчас несладко. Мягко приземляюсь, ожидая, когда тросы вернутся в исходное положение. Гигантское тело опадает совсем рядом, сотрясая всё вокруг. Кажется, кому-то сейчас очень жарко внутри этого здоровенного куска мяса. - Надо достать его оттуда, иначе у нас сегодня будет жестковатый и жилистый шашлык из мальчатины, - отдаю приказ хоть кому-то, и сам вырываюсь вперёд. Отчего у меня столько желания помочь какому-то недомерку-мутанту, по воле судьбы ставшего фантомом надежды на спасение. Мираж раскинувшегося оазиса посреди пылающей на дикой жаре пустыни. Шейные позвонки. Немного левее, чтобы не задеть его. Со смачным, чавкающим прогнившей влагой, звуком, вонзаю остро заточенные клинки в дымящуюся плоть. Мерзость какая. Чёткими движениями вырезаю кусок кожи вместе с хитросплетёнными волокнами мышц. Тягучие, зараза. И хоть бы кто помог. Сейчас же, по завершению внеплановой операции, заставлю тут приводить всё в порядок. Вижу цель. Обвитый жилами Эрен лежит, не двигаясь. Кукла. - Вылезай, - неохота мне лезть в эту гниль и доставать его оттуда. Но, кажется, не слышит меня. Без сознания. За сегодняшнее он будет отрабатывать уборщиком до конца своей жалкой жизни. И пусть только оставит где соринку, дерьма не оберётся. Спрыгиваю немного ниже, чтобы суметь подхватить его за предплечья. Тяну на себя вверх. Плохо поддаётся. Немного пригибаюсь, чтобы одной рукой ловко выхватить крошечный ножик из голенища сапога. Перерезаю бурые волокнистые путы, вытягивая Эрена наружу. Получилось, наконец. Тяжёлый, уродец. И огромный. И в кого такой удался? Использую привод, чтобы побыстрее свалить с тлеющего тела. Клубы дыма поднимаются выше. Плавятся в воздухе, в котором носится запах свежей гнили. Это стоит немедленно продезинфицировать. А вдруг это заразно? Опускаю бездыханное тело на землю. Но не успеваю выпрямиться, как к нам направляется та самая парочка, что встала на защиту друга. Похоже, что друга. Оглядываю свою безнадёжно испорченную одежду. Тут и стирка-то совсем не поможет. - Не трогай, - делаю замечание девушке, упавшей на колени перед мальчишкой. - Он мой друг, - дерзко отвечает мне, снова возвращая взгляд к бездыханному телу. – Эрен, - кладёт руки ему на плечи, легко встряхивая. - Мать твою, да что ты делаешь? Оставь его в покое. Неужто не видишь, что у него ожоги? – меня она раздражает своей глупой настойчивостью. И нарушением субординации. - С ним всё будет в порядке? – а я совсем и забыл о присутствии сопливенького на мордашку блондинчика. - Всё будет в порядке, - меня опережает командир. – Я распоряжусь, чтобы его отнесли в другую камеру и прислали к нему врача. Так что спектакль на сегодня окончен. Всем разойтись по своим постам. – Вот она, мудрость командующего человека. Без понтов. Без лишних слов и ненужных эпитетов. Перевожу бесстрастный взгляд на девушку. Недовольно поджимает губы, но медленно встаёт с колен. Почти синхронно вместе с другом отдают честь и, часто оглядываясь через плечо, уходят восвояси. Эта девочка, несомненно, сможет повести за собой жалкие остатки людей на борьбу с теми, кто всё равно, рано или поздно, одержит над нами верх. Подхожу к мальчишке, чтобы взять его на руки. Но на плечо опускается тяжеловесная ладонь. - Не утруждайся, - мягкая улыбка Ирвина. Это великолепный человек, который стоит того, чтобы им восхищались. И даже я не исключение. Неуверенно киваю, а он проходит дальше и, нагнувшись корпусом вперёд, осторожно поднимает тело, похожее сейчас больше на груду тряпок, чем на человека. Командир ловит мой слегка растерянный взгляд и снова улыбается. Просто молчим. И идём в сторону полуразрушенного штаба. Украдкой поглядываю на лицо Эрена, покрытое свежей корочкой проступившей сукровицы из полопавшейся кожи от сильных ожогов. Плотно сомкнутые глаза, приоткрытый рот. И даже сейчас его широкие чернявые брови сведены к переносице. Что же этот малец пережил? Что заставило его прийти в разведотряд? Глупость? Обстоятельства? Кажется, становится только интересней. - И давно так? – киваю в сторону тела, которое аккуратно прижимает к груди командир. - Ханджи, как я понимаю, долго тебя искала, - пожимает плечами. - Как это произошло? - Он всё это время просто спал. Прямо во сне. И проснулся только тогда, когда уже ты тут был. Так что несем только материальные убытки. В целом, всё хорошо – никто не пострадал, кроме него самого. Но меня беспокоит этот мальчик. Он совсем не умеет контролировать себя. - Читаете мои мысли, - согласно киваю. – Но, быть может, стоит этим заняться вплотную? Попробовать научить его обуздать свое тело. И заодно, научиться самим управлять этой смертоносной машиной. - И то верно, - командир редко бывает не согласен с моим мнением. - Тогда я сейчас к себе. Сами справитесь? – взглядом указываю на Эрена. - Не беспокойся, капрал. – Ирвин останавливается, поворачиваясь ко мне лицом. – Вечером жду отчёт. Отбиваю кулаком в грудь, кивая головой в знак понимания приказа. И под пристальным взглядом, прожигающим мою спину, удаляюсь к чёрному входу, из которого удобней попасть к себе в кабинет. Ну что за день.