День, когда падёт стена

Слегка посапывает. Пытается перевернуться на бок, но кандалы, вплотную обхватывающие его тонкие запястья, не позволяют сделать лишних движений. Заунывный скрежещущий звон отменно выкованного металла неприятно проезжается по ушам в кристально чистой тишине. Наблюдать за спящим - не самое интересное занятие, что можно себе придумать, как способ увлекательно провести свой досуг. Елозит на неудобной жесткой кровати. Мне надоедает сидеть с выпрямленной спиной подобно малолетней пигалице, которую заперли родители в женском пансионате для освоения женских премудростей. Всё же доску к спине не приколачивали. И книги на макушку тем более не укладывали в громоздкую композицию. Упираюсь локтем в колено, тем самым подпирая ладонью подбородок. Скука. Подавляю заманчивое желание смачно и тягуче зевнуть. Хронический недосып, общая усталость из-за нехватки времени на элементарный отдых и удручающая тишина, разбавляемая мерным дыханием мальчишки действуют на меня получше любого снотворного. Лишь на секунду прикрываю глаза, как улавливаю краем уха слишком осторожные шорохи. Ага, проснулся, значит. - Как спалось, принцесса? - снова выпрямляюсь, глядя на заспанное лицо Эрена. Его ожоги почти затянулись - необыкновенная сила позволяет ему отлично регенерировать в течение коротких сроков. - Капрал? - садится на кровати, морщась, наверное, от боли в затекшем теле. Еще бы. Продрыхнуть целые сутки в одном и том же положении без возможности сладенько потянуться и перевернуться на другой бочок, подтягивая под себя ножки и плотнее кутаясь в теплое одеяльце. Пора привыкать к новой жизни, мальчик. - Нет. Матушка твоя, с бидоном молока, - ну умнее вопроса нельзя было задать? Или умение превращаться в титана отражается на его умственных способностях? Не отвечает, судорожно вздохнув. Отворачивается. Кажется, только что я цепанул его за живое. - Не развешивай тут сопли. И без тебя тошно, - все больше нездорового интереса вызывает мальчонка. Один Ками только знает, что у него в душе и в парочке незамысловатых извилин таится. Впрочем, как и у многих из нас. Мрак или свет прошлого призраками, прикованными к своим хозяевам неразрывными цепями, носятся по пятам за ними, не позволяя ни на секунду забыть о боли или радости. Даже во сне они приходят дивными видениями, заставляя мучиться от всего того, от чего так жаждут поскорее удрать. - Извините, сэр! - отвечает уже бравенько. Собрался всего лишь за какие-то жалкие крохи времени. Похвально, малыш. Возьму на заметку. - А теперь, поделись со мной, что планируешь делать со своей силой, с которой ты никак не можешь совладать? - в упор смотрю на него. А вот решимость Эрена прямо пропорционально тает на глазах. - Только не говори, что ничего не помнишь, - скрещиваю руки на груди в ожидании адекватного ответа. - Помню, но... - Стыдливо заминается. Длинные узловатые пальцы сжимаются в кулаки. С неким наслаждением наблюдаю, как немного отросшие, с забившейся грязью, ногти впиваются в стертую, но ещё не утерявшую розоватый оттенок, кожу ладоней. - Продолжай, - хмурюсь в знак недовольства. Бросает короткий взгляд в мою сторону и тут же переводит его на свои руки. Слегка покручивает кисти в разные стороны. Амплитуда совсем слабая, но тихий, даже немного успокаивающий, звон добротно выкованных, с легким налетом грязно-рыжеватой сеточки ржавчины, звеньев натянутой цепи. Даже я залипаю на пару секунд, тупо уставившись на источник ласкающего слух звука. - Ну! - силой выталкиваю себя из коматозного состояния, заодно одергивая мальчишку. - Я предполагал, что могу превратиться, причинив себе боль. Но это не так. Предполагал, что это возможно только в ситуациях, когда моим близким грозит опасность... Но я теперь сам ничего не понимаю. - Волнообразная речь. С тихого и робкого тона переходит на более тревожные и волнительные нотки. И к концу короткой исповеди снова стихает. Страсть так и горит ярким пламенем в молодом, полном силы и желания мстить, теле. - И? - приподняв бровь, продолжаю буравить Эрена тяжелым взглядом. Забавно наблюдать, как его коробит, как виновато бегают глазки в страхе посмотреть в мои. Так легко его стушевать. - Простите? - прокашлявшись, выпрямляется. И потерянный маленький мальчик с печальным взглядом голодной псины бесследно исчезает. - План действий? - переспрашиваю, как саморазумеющееся. - Что собираешься делать со своим телом? Недоуменно клипает огроменными глазами. Секундная заминка, тайм-аут, тишина. Только легкий шум нашего дыхания не позволяет обволакивающей немой пелене поглотить нас целиком. - Отставить свои больные фантазии, - ах, ну да, - ну да. Возраст такой, гормончики шалят, не позволяя спать спокойно. Да и каждое слово теперь воспринимается двусмысленно. Знаем, проходили. Густо краснеет. Некрасиво покрывается розоватыми пятнами, с каждой секундой приобретая более яркий оттенок. Значит, я правильно понял ход мыслей Эрена. - Простите, - опускает голову. Отдаю голову на съедение титанам, он сейчас готов провалиться сквозь землю от стыда. - Простите- простите, - грубо кривляю его. Раздражение в моём голосе становится всё более явным, что причиняет ещё больше дискомфорта мальчишке. - Я… Я не знаю, что мне делать с этим. – Всё так же бегает взглядом по своим скованным рукам, боясь поднять его чуть выше, чтобы, не дай Ками, пересечься со мной. Создается впечатление, что поймав мой взгляд, он просто умрёт от стыда. И пусть мои глаза ничего не выражают, он прекрасно поймёт, о чём я сейчас тут думаю. – Но я готов стерпеть любые тренировки. Всё, что мне прикажут. Моя судьба больше не принадлежит мне. Я уже это не раз вам говорил, - замолкает, плотно поджав тонкие губы. Неловкая тишина виснет между нами. Его ответы достойны похвалы. Но не каждый, кто горазд на громкое и красивое слово, сможет быть таким же на деле. Смелости и глупости юнцу не занимать. Вечно куда-то устремлённый взгляд раскосых глаз, слегка раздутые тонкие ноздри, упрямая линия очерченных губ. Всё это даже очаровывает. И придаёт ему какого-то особого шарма. Да, в моих рядах полно смелых и умелых людей, не жалеющих своей шкуры ради оставшейся кучки людей. Но ведь среди неё живут их близкие и родные люди. И только это толкает их на подвиги. Только это заставляет их быть сильнее. Вынуждает смотреть самой смерти в глаза, лезть в её пасть, карабкаясь до глотки, чтобы поскорее упасть в бездну тьмы. А этот несносный молокосос… Есть у него что-то такое, ради чего в его глазах не затухает болезненный блеск. Ради чего он готов на любое содействие, лишь бы ему позволили вылезти на передовую. Всё же, я считаю, что это не смелость и героизм. А он, просто-напросто, пришибленный дурак. Отсиживал бы свою костлявую задницу в рядах полиции, и не знал бы горя. До тех самых пор, пока бы титаны не разбили всю человеческую крепость, созданную ещё сотню лет назад. Ну, а потом бы сдохли уже все. Что уж тут таить? - А ты интересный, - закидываю ногу на ногу, ловя мимолётный взгляд на себе. - Я рад, что не вызываю хоть у вас отвращение, - кривится, отворачиваясь. - Почему ты так считаешь? А твои дружки? – Я знаю, как заставить человека сделать то, чего мне так хочется. Пялится на меня так, что ещё мгновение, и глаза просто повываливаются из орбит. - Откуда… - Дурацкий вопрос. Твоя подружка там чуть всех не изрезала на кусочки. Как её там… Аккерман, - задумчиво, растягивая слог, намерено дразня мальчишку, лениво так отвечаю. – Или ты этого не помнишь, а, Эрен? – подаюсь вперёд, обхватывая ладонями колено. – Не помнишь, можешь не отвечать. Твой взгляд красноречивее слов, - хочется растянуть губы в ухмылке, но всё же сдерживаюсь. - Не помню, - тихо произносит. - Бесишь, малолетка, - все эти кокетливые и жеманные жесты, мимика, слова, интонации. Всё. Раздражает до весело пляшущих чёртиков в клубах паров, исходящих от раскалённых котлов. Больше ничего не говоря, встаю со стула, приготовленного к моему приходу. Ощущаю тяжёлый взгляд на своей спине. – На сегодня всё, - бросаю через плечо прощальную фразу, и выхожу из камеры. Тут же на подходе охрана, которая снова запирает за мной двери. Мрачное эхо стонущей тяжёлой двери тут же отбивается от каменных стен, освещённых тусклым пламенем давно зажжённых факелов. Звон связки ключей разбавляет заунывную песнь скрежещущего заржавелого металла. Удаляюсь, вслушиваясь в мерный ритмичный стук сбитых каблуков собственных сапог. Где-то там, за спиной, уныло проворачиваются ключи в замочной скважине. Где-то там Эрен снова остался сам с собой, снова и снова переосмысливающий капитальный переворот в своей жизни, который уже не позволит ему просто так расхаживать по улицам. Мой визит мне не дал ровным счётом ничего. Лишь послушал смущенное бормотание подростка, не умеющего во всех смыслах совладать с собственным телом. Хотя, я нагло солгу, если скажу, что мне это вся болтовня была неинтересна. Пусть, информации сегодня в минусах, зато смог поговорить с ним, отметить особенности его поведения. Типичный мальчик в период полового созревания. Меняющееся настроение каждые несколько минут, неуместная стыдливость, какие-то двусмысленные домыслы в тех местах разговора, где я бы и не подумал об этом, если бы не подмечал его странное смущение. И пусть он действительно раздражает меня своими манерами поведения, неумением совладать не то, что со своим телом, со своими эмоциями и чувствами. И, чёрт его побери, он один из тех, кто смог обратить на себя моё внимание…