День, когда падёт стена

Расчетливый холодный ум, настойчивость, хорошие навыки игры по-взрослому и, конечно же, шальная улыбка удачи, помогли Смиту в короткие сроки амнистировать сначала ребят на верхнем уровне, а позже, приложив побольше усилий, освободить особо опасных под его подпись. Если говорить своими словами, то под его голову – случись что, командира ждет эшафот с отшлифованными работой до блеска лезвиями гильотины. Ривая он решил еще подержать за решеткой во избежание рецидивов с его стороны. ** - Здесь древние письмена, - Ханджи вертела в руках полный ключ, - и здесь написано явно что-то важное, - сделав загадочное лицо, она вскочила со стула и понеслась к стеллажам личной библиотеки в поисках чего-то определенного. Эрен с Армином молча наблюдали за отрывистыми движениями женщины, все еще не веря, что их вот так просто выпустили. Оба явно понимали, что в этом замешан командир, но вот что он пообещал тем ублюдкам взамен – одному Ками только известно. Майор достаточно быстро нашла искомое в том бардаке, что творился на полках и вновь вернулась к ребятам, ожидающим её за столом. - Это дневник моей тетки, которую мне не привелось своими глазами увидеть. Но когда я была совсем молодой, эх, - сделала паузу, театрально закатив глаза при воспоминании о юных годах, - мне отец отдал эту книженцию. Тогда она мне казалась бесполезной штуковиной, потому как здесь одни закорючки старого наречия когда-то свободных от гнета титанов народов. Да, не народа, а народов, - прочитав на лицах парней удивление, она повторила еще раз для пущего убеждения, что здесь нет ошибки. – Но теперь они могут очень нам помочь. Я долго изучала эти символы, есть кое-какие источники с расшифровками. Их не так много, да и всего не все успели записать. И тетка тоже свою лепту внесла. Женщина с неприсущей ей трепетностью осторожно открыла дневник, любовно разглядывая чудные на вид каракули, которые гордо именовались письменами. Мальчишки внимательно слушали увлекательные истории майора, впервые открывая её совсем с другой стороны. Казавшаяся чумной, сейчас она была вполне адекватной и спокойной. Легкий румянец на худых щеках и нездоровый блеск в глазах выдавали её вспыльчивую натуру. «Золото однажды кругом разольется, Раскрасив алым белый свет. Росточек нежный ввысь взовьется, Неся в себе спасительный рассвет» За окном светало, а троица не спала. Майор устало выводила строки на небольшом клочке бумаги. - Бред какой-то, - Эрен протяжно зевнул, удерживаясь от соблазна положить голову на стол и сладко засопеть. А ведь совсем скоро построение, и ребята не могли его проигнорировать – сейчас им нужно образцовое поведение. Или хотя бы такое, чтобы на них как можно меньше обращали внимания. - Почему же? – Ханджи строго посмотрела на паренька поверх очков. - Загадка на загадке, - Армин сидел, подперев рукой потяжелевшую голову. – Мы разгадали эти символы, но может где-то допустили ошибку? Смысл слишком… - Верно мыслишь, это аллегория, скорее всего, - Зоэ перебила его, чтобы продолжить свою мысль. – Любой дурак сможет перевести старые письмена, имея под рукой необходимую вспомогательную информацию. Но не каждый поймет их назначение. Сейчас это просто странный стишок, не так ли? – она нервно усмехнулась. – В общем, идите-ка вы отдохните хоть немного и приведите себя в порядок, иначе нам снова достанется. А я продолжу. До встречи. Мальчики согласно кивнули и, медленно переставляя ноги от усталости после бессонной ночи, поплелись в сторону казармы. Тишина и мерное сопение сослуживцев ласкали слух, поэтому, без сил оба рухнули на свои койки, не тратя время на то, чтобы, по меньшей мере, разуться. ** - Что ты мне притащила? – Ривай без особого интереса разглядывал примятую бумажку, исписанную скачущими круглыми буковками. - Загадку, - Зоэ вальяжно расселась на жесткой кровати. Спать хотелось нещадно. После утреннего построения сил не осталось вообще. Пока ребят отвели тренироваться на выжженный солнцем полигон, майор, сославшись на работу с документацией, тут же улизнула со внутреннего двора административного здания разведкорпуса. - Это какие-то бредовые стишки, - мужчина хмыкнул, пробежавшись глазами по корявым строчкам. – Смеешься надо мной? - Нисколько, - Ханджи поправила очки, - читай еще раз. Я его уже наизусть заучила. - Это даже странно звучит, с твоей-то дырявой памятью, - капрал не преминул подколоть женщину, на что та не то улыбнулась, не то оскалилась. – От меня требуется расшифровка этого бреда? Разве аналитическая работа на не твоих плечах? – он нахмурился, прикусив губу во время очередного прочтения несчастных четырех строчек. - Я не буду высказывать сейчас тебе свою версию, иначе могу сбить твой поток мыслей. Может, что-то ты предложишь свое. - Значит, будешь с этой бумажкой бегать по всему корпусу и тыкать ее под нос каждому, чтобы узнать его мнение? Не глупо ли? – мысли беспорядочно метались в голове, никак не складываясь во что-то единое. - Нет, я не могу доверять всем, - Зоэ улыбнулась, слегка наклонив голову в сторону. - Взрослеешь, - унтер-офицер как-то мрачновато усмехнулся. – Если это все, не мешай мне медитировать, - махнул рукой, жестом показав, что не особо желает продолжения непродуктивного диалога. - Если какая мысль придет в голову, ты знаешь, что делать, - она тоже не могла долго задерживаться, чтобы не вызывать лишних подозрений у охраны, приставленной Его Величеством. Уж слишком шатким было положение разведотряда, чтобы позволять прежние вольности. Ривай остался снова в одиночестве, сжимая меж пальцев клочок бумаги. Неприятные предчувствия пожирали изнутри – рваные ошметки информации, что приносили ему коллеги, не удовлетворяли любопытство и жажду участия в этой неразберихе. Шов перестал гноиться и постепенно затягивался. Каждый вечер Майк приводил с собой врача, который тщательно осматривал пациента, смазывая хирургическую рану целебными мазями, и накладывал новые повязки. Ему не терпелось уже встать и нормально ходить. Боли почти не осталось. Быть может, потому что все благополучно заживало, а может, пропитанные лекарствами бинты приносили временное облегчение своим обезболивающим эффектом. Младший офицер не настолько понимал в медицине, чтобы разбираться в причине облегчения своего состояния. Единственное, что вполне устраивало во время уже долгого заключения - его не сильно достают бредовыми разговорами. Посетителей у него не так уж и много, и баловали они его своим коротким присутствием не так уж и часто, чтобы заставить скучать своей болтовней. Все было коротко и по делу. С другой стороны, это слишком настораживало. Тот же Ирвин не мог позволить себе сказать лишнего, когда совсем рядом находились королевские стукачи, ловящие звук каждого шороха их движений, какие уж тут задушевные беседы? Не время об этом думать, но мысли о перевороте становились более навязчивыми. Культ трусливого короля, сидящего вечно взаперти, скрывающегося за могучими спинами военных, уже порядком надоел. Городская полиция только и знала, что прожигать свое жалованье в кабаках и придираться исключительно к слабым. И никто не принимал в расчет вышестоящих над пешками "серых кардиналов", в руках которых сейчас необъятная власть. Ближе к вечеру подали ужин. Серая масса, именуемая кашей, пара кусков черного подсохшего хлеба и воду. Скудно, конечно, но Риваю не привыкать – на воле кормили не намного лучше, воспринимая разведчиков не больше, чем цепных псов. - Посетитель, - капрал отвлекся от ковыряния ложкой в жестяной миске и вскинул голову, никак не ожидая того, кто сейчас стоял рядом с охранником. – У вас полчаса, - мужчина отпер камеру и втолкнул Йегера внутрь, тут же звеня ключами в замочной скважине. - Приятного аппетита, - слабо проблеяв, Эрен стоял на месте, как вкопанный. - В ногах правды нет, падай уже где-нибудь, - пробурчал мужчина, скрывая за маской раздражения, самое настоящее удивление. - С-спасибо, - тот слабо кивнул и сел на самый краешек койки, опустив глаза на чужие руки, сжимающие миску. - И как такого сопляка могли посадить на второй уровень? – усмешка проскользнула в голосе мужчины, но лицо по-прежнему было непроницаемым. – Ты ж и мухи не обидишь. - Был виноват, сэр, но уверяю вас, мы много чего смогли достать и узнать, - понизил голос до шепота, а заговорщицкая улыбка расползлась на тонких губах. - Тоже мне, шпион. Ты мне скажи, ты это видел? – отложив еду в сторону, Ривай вытянул из-за пазухи бумажку, что передала ему Ханджи. - Видел. Мы целую ночь сидели над последней строчкой, потому что там были вытерты некоторые элементы символов, и пришлось почти наугад искать их в дневнике майора, вернее, ее тетки, сэр. - Прекрати «сэр-кать». Мы не на полигоне, не на вылазке. Ни к чему, - унтер-офицер недовольно фыркнул, - И что думаешь по этому поводу? – тут же вернулся к теме. - У меня никаких идей, - честно признался Эрен, опустив голову вниз. – Майор Ханджи говорила, что может знает, как трактовать эти слова, но не более. - Безнадежная женщина, - Ривай вздохнул и внимательно посмотрел на поникшего мальчишку. И без того костлявый, исхудал дальше некуда – еще бы, на втором уровне заключенные не заслуживают даже глотка воды с болотной тиной, не говоря о мало-мальски нормальной еде. А могло ведь быть намного хуже – сейчас бы голова мелкого недотитана украсила кол на главной площади Шиганшины. Голос зазывалы разносился бы далеко, а вокруг столпотворение зевак, воспевающих славу короля, спасшего жизнь мирному населению, прихлопнув опасность, грозившую им внутри «надежных» стен. - Сядь ближе, - не то приказ, не то просьба. Йегер внимательно посмотрел на мужчину, но все же послушался и подсел совсем вплотную. Капрал подтянулся на руках вверх, принимая более удобное положение. – Наклонись ниже, - немного рассердившись на мальчишку, который, кажется, искренне не понимал, чего от него хотят. Едва ли он сделал неловкое движение вперед, как в его губы впился жесткий рот, втягивая в глубокий поцелуй. Слабо простонав, Эрен чуть не свалился на мужчину, но все же удержался, отвечая тем же. Постепенно грубый запал сошел на нет, оставляя место неторопливой чувственности. - Нас могут увидеть, - Йегер попытался прекратить сладкую пытку, но сильные руки его удерживали на месте, не отпускали. - У нас еще есть время, не шуми, - без капли привычного раздражения в голосе, младший офицер в упоении вылизывал податливый рот немного напряженного молодого солдата, ощущая, как тесно становится в штанах. – Давай поиграем, - оторвавшись от заалевших, призывно блестящих от слюны, губ, он метнулся руками к своему поясу. - Вы что? – округлившиеся глаза почти невинного юнца позабавили мужчину. - Без проникновения, придурок, - скупая улыбка мазнула по лицу Ривая, на секунду преображая его серую безликость до неузнаваемости. - Мы же не одни тут, - раздосадовано прошептал парень, чувствуя нарастающее напряжение между ног при взгляде на жилистые руки капрала, ловко справляющиеся со своей одеждой. - Меньше болтай, и придвинься еще ближе, - прошипел младший офицер и схватил мальчишку за руку, тут же кладя ее себе на обнажившийся пах. Не растерявшись, Эрен с уверенностью обхватил пальцами чужой член, а другой рукой полез к своей вздыбленной твердости – возникшая ситуация завела с пол-оборота. Шанс быть застуканными слишком высок, адреналин гонял кровь по всему организму, усиленно стуча в висках бешеным пульсом. - Хорошо же как, - сквозь сжатые зубы выдохнул Ривай и тут же поперхнулся воздухом, когда влажные губы мягко коснулись чувствительной головки и сжались плотным кольцом, выбивая из легких все остатки кислорода, отчего на секунду потемнело в глазах. Узкая ладонь легла на темный затылок, зарываясь пальцами в мягкие волосы. Осмелев, неумелыми движениями, Эрен чуть быстрее задвигал головой, стараясь заглотить как можно больше, ощущая одобрительные поглаживания затылка. В особо острые моменты растекающегося плавленой сталью по сосудам удовольствия, Ривай сильнее сжимал растрепанные каштановые прядки, шелком стелившиеся меж его узловатыми фалангами. Замутненный взгляд остановился на руке солдата, исступленно ласкающего себя. Широкая ладонь мальчишки двигалась быстро и резко вдоль ствола, иногда торопливо оглаживая большим пальцем блестящую головку, надавливая на крошечную дырочку и тут же стирая новые капельки проступающей смазки. Зажмуренные до слез на подрагивающих ресницах глаза, алый рот, в недрах которого утопал его собственный член, рваные движения руки вокруг – всего этого хватило, чтобы пальцы на ногах свело в приятной судороге, а внезапное поглаживающее прикосновение прохладных пальцев к поджавшимся яичкам стало финальным аккордом. Йегер и не попытался отстраниться, принимая все, что накопилось за время длительного воздержания мужчины. Тот с силой сжал волосы замершего паренька, слегка подрагивая с каждой новой порцией изливаемого семени до тех пор, пока не обмяк, откинувшись назад и переводя дух. Расслабленно приоткрыв глаза, наткнулся на знакомый щенячий взгляд, в котором все можно было прочесть и без слов. Потянулся рукой к чужому, все еще крепкому стояку, и грубовато обхватил его. Стоило ему сделать парочку жестких движений, как мальчишка не менее щедро, чем он сам, кончил в ладонь. - Нагнись, - хриплый шепот впервые раздался после случившегося. Эрен послушно подался вперед, надеясь получить поцелуй от капрала. Тот чистой рукой забрался под куртку, отведя в сторону одну полу… и, как ни в чем не бывало, вытер испачканную ладонь о подкладку. - Постираешь, - кивнул унтер-офицер, отвечая на безмолвный вопрос паренька в недоумевающем взгляде. Когда тот, поджав хвост покинул камеру, Ривай доел безнадежно остывшую кашу, и полностью удовлетворенный, решил, что в данный момент нет лучшего варианта, чем немного вздремнуть.