День, когда падёт стена

Мы потеряли много бойцов и времени. Двое раненых солдат едва ли держались в седлах, но мы обязаны были покинуть поле незавершенного боя и вернуться хотя бы этим составом к основной группе, если их, конечно, еще не разнесли в клочья. Перетягиваю крепче ремни на чужом седле, чтобы теряющий сознание разведчик не свалился во время шального конского карьера, грузнущего в глубоких снежных сугробах. Одним махом оседлав свою кобылу, привязываю чужую лошадь к своей. Оглядываюсь через плечо на предмет готовности солдат тронуться в путь. В эти минуты страшного затишья, все в спешке смогли проверить обмундирование и сменить затупившиеся клинки на новые, облегчая себе и своим лошадям ношу. Рассматривать, насколько серьезны раны у нас не было времени. Из подолов наших плащей смастерили крепкие жгуты, чтобы перетянуть ими повреждения прямо поверх форменных одежд – секунды промедления, и мы снова могли бы попасть в адскую облаву. Выдохшиеся лошади мотают длинными мордами с пенящимися розовыми ртами, а грива, подобранная морозными порывами ветра, неприятно бьет в лицо – настолько близко прижимаюсь к взмыленной шее, перенося весь вес максимально вперед, чтобы облегчить спину животного для ускорения темпа. Вокруг тихо. Лишь хруст снега, храп коней, перезвоны амуниции и редкие стоны раненых в полубреду нарушают белоснежную идиллию вокруг. Серое небо местами пропускает скупые лучики спрятавшегося солнца. Хочется бросить повод, отпуская кобылу в вольный путь, вскинуться руками вверх и подставлять лицо покалывающему кожу ветру. И наслаждаться красотой бескрайних свободных полей, не очерченных хмурыми, не радующими глаз, стенами. К счастью, до основного состава мы сумели добраться без приключений. Они уже успели перегруппироваться после ухода моего фланга и оставшиеся пару километров ехали воссоединенными. Никто не задавал лишних вопросов, завидев количество и состояние выживших. Но я рад, что с ними ничего не приключилось – мы выполнили свою миссию. Если бы это была обычная разведка, мы бы рыскали в том лесу в поисках погибших, стараясь вернуть хотя бы нашивки их близким, чтобы было что похоронить. От этой мысли больно защемило в груди – сейчас, не как раньше. Все это прекрасно понимают, и ставить из-за этого под удар еще живых, лелеющих надежду целовать своих жен и баюкать сыновей страшными, но такими занятными историями про титанов, свыше сил любого из кого-либо участвующих в операции. Мой фланг равняется с центральной частью построения. Ловлю на себе взволнованный взгляд мальчишки – совсем дурак, да эмоции на его лице сможет прочитать даже самый отсталый в мире человек. Слегка киваю, со стороны это выглядит так, будто зарываюсь подбородком в ворот-стойку казенного плаща. Облегченно выдыхает клубом пара в морозный воздух и, кажется, улыбается краешками растрескавшихся обветренных губ. Еще совсем дитя. Шпорю лошадь, отъезжая немного вперед, чтобы не видеть это лицо, одновременно так привлекающее мое внимание и так раздражающее подобием сопливого романтика. Ханджи сосредоточенно шьет толстенной иглой, периодически отвлекаясь на флягу с жутким пойлом, которое вливают побелевшему солдату в качестве местной анестезии. Разбитый наспех лагерь на месте назначения, отмеченного на карте, едва ли растянули холщовые палатки, как на расчищенной от снега земле, расстелили парусину и уложили одного из раненых. Лекаря не было. Зато майор неплохо знает медицину с точки зрения патологоанатома – значит, может хоть чем-то помочь (например, добить бедолагу). Второй боец же отделался глубоким порезом бедра и сильным шоком. Пока Зое колдует над вставшим одной ногой на радугу, накладываю новый жгут парню и перед тем, как протянуть запасную флягу солдату, делаю из нее глоток. Адским пламенем выжигает носоглотку до проступивших на глазах слез. Морщусь и отдаю пойло более нуждающемуся в нем. - Отчет будет длинным, - захожу в палатку, где у одной из ее опор стоит Смит. В раздумьях поворачивает голову в мою сторону и не сразу внимает словам. - Ты прав, - его взгляд фокусируется на мне спустя несколько секунд. Ура, Земля-таки докричалась до Марса. – Но сейчас у нас нет времени на бумагу – необходимо обследовать башню пока светло и что-то думать дальше. Например, о том, чтобы уже к утру вернуться обратно в штаб. - Нам не хватит этого времени, ведь… - Я перебью вас, ребят, - севший от накатившей усталости голос Ханджи прерывает наш разговор. Оборачиваюсь и первое, что попадает в поле зрения – окровавленное лицо, одежда, руки… Жуть. Ее взгляд красноречиво опущен вниз. - Не жилец? – Вздыхаю с горечью – чем больше утрат, тем тяжелее становится тащить на своем горбу эту непосильную ношу – ответственность перед близкими погибших. Нет суда страшнее, нежели застывшие, полные слез гремучей смеси надежды и скорби, глаза матерей, жен, дочерей. Утвердительно кивает. Прядь каштановых волос, плохо заправленная за ухо, падает на ей на лицо, скрывая сверкнувшую искрой слезу. - Я пойду, - так же, не глядя на нас, не спрашивая разрешения командира быть свободной, покидает нас. Только подол палатки и окровавленные следы на входе говорят о том, что пару мгновений назад здесь стояла та Ханджи, которую еще никто не видел. Снова перевожу взгляд на командира. Он не выглядит удивленным, скорее еще больше озадаченным. - Мы не вправе терять наших людей, - изрекает скорее самому себе. Хмурится и тут же разглаживает пальцами широкие брови. – Ривай, собери людей. Кто-то останется на посту, остальные пойдут вместе с нами обследовать маяк. - Давайте еще поднажмем, - злополучный люк, на который нам указала майор, не поддается напору. Узкий коридорчик не позволяет всей толпой его вынести, поэтому периодически меняемся друг с другом, чтобы немного восстанавливать силы, которым нам так нужны. - Постойте, - Эрен привлекает к себе внимание всех присутствующих. – Майор, вы… помните, где то место? - Тебе память, что ли, отшибло? – беззлобно, скорее раздраженно фыркаю, убирая взмокшую челку со лба. - Я… я не очень помню, что там произошло, - Йегер виновато опустил голову. - Что ты к ребенку придираешься? – Зое помассировала лицо ладонями. - Разделимся, - Ирвин вмешался в наш разговор. – Я останусь здесь, мы попробуем все же отпереть этот чертов люк, а ты иди разберись с тем подвалом. - Поняла, - Зое повела нас за собой вниз. В тот самый злополучный подвал. - Эрен, ты совсем ничего не помнишь? – она участливо спрашивает, глядя на мальчишку. - Мне кажется, меня кто-то звал, - он игнорирует мой сканирующий взгляд, смотря лишь себе под ноги. – Там были голоса, но я ничего не мог разобрать. Будто они… на другом, неведомом нам, языке говорили. А потом… было слишком больно, - мимолетно касается ладонью груди, но не опускает руку, а ощупывает местоположение ключа. И только после этого поднимает голову, чтобы посмотреть мне в глаза. - И что дальше? – не нахожу ничего лучшего, чтобы поинтересоваться, что же все-таки там произошло. - Больше ничего не помню, - виновато мямлит под нос, тут же сутулясь с верой в то, что он сейчас бесполезен. - Тогда мы разделились. Сейчас же пойдем вместе и попробуем разгадать ту тайну, - майор ободряюще похлопала его по плечу, хотя ее улыбка вовсе не смотрится убедительно – слишком уж вымучено выглядит лицо женщины. - Спасибо, - благодарно улыбается в ответ и снова повисает тишина, разбавляемая стуком каблуков сапог и капающим подтаявшим где-то конденсатом. Неприметный вход, ранее расчищенный во время визита Зое с мальчишками. Дверь немного заклинило, поэтому приходится приложить чуть больше усилий, чтобы она, наконец, поддалась нашему напору. Звуки сверху почти стихли – слишком высокий этот маяк. Лишь глухие стуки время от времени раздаются. Зажигаем припасенный факел и погружаемся в недра малоизведанного помещения. Запах застарелой сырости неприятно забивает нос, а мысль о том, что здесь, возможно, десятками лет никто не убирался, наводит ужас. - Ты что-то чувствуешь сейчас? – легко касаюсь продрогшими пальцами локтя Эрена. - Нет, - отрицательно машет головой. - Может, мы недостаточно далеко зашли? – Зое осматривается вокруг, подсвечивая тускловатым пламенем огня почерневшие кривые стены. И внезапно коротко вскрикивает. - Что? – в один прыжок оказываюсь рядом, держа руку на эфесе. - А, ничего страшного, просто головой ударилась, - она неловко засмеялась, потирая свободной рукой ушибленный затылок. Взгляд Эрена метнулся на женщину, а потом чуть в сторону. Подобно заведенному, он проходит мимо нас. - Эрен, ты что-то слышишь? - переглядываемся с майором, но Йегер не внимает нашему вопросу. И продолжает идти дальше, будто знает путь. Держа наготове мечи, осторожно следуем прямиком за ним. Тихая речь доносится из его уст. Пытаюсь сконцентрироваться, чтобы услышать, что он там бубнит. - Я, кажется, встречала в старинных книгах этот язык, - Ханджи тоже сначала вслушивается, а потом бросает попытку понять, что же все-таки Эрен говорит. – Кажется, не…цкий. Ме-цкий? Немецкий. Вспомнила, - лицо озаряет искренняя улыбка. - Ладно, не важно, нельзя его упустить, - изначально достаточно просторный подвал сужается и уровень потолка все ниже и ниже. Едва ли не ползем по промерзшей земле следом за мелькающей перед носом задницей парня. Останавливается и садится, принимаясь стаскивать с себя плащ. Рукой останавливаю дернувшуюся вперед Ханджи, ловя на себе недовольный взгляд поверх поблескивающей оправы очков в пламени факела. Прикладываю указательный палец к своим губам, показывая этим знаком, что обсудим все немного позже. Он продолжает сидеть к нам спиной, немного наклонившись вперед. Одной рукой упирается в землю, скребя ногтями промерзший грунт, вторая же согнута в локте. Кажется, он держит в ней ключ. Громкий крик пронзает барабанные перепонки, а резкий выпад худого тельца вперед вынуждает действовать. Орет, не жалея неокрепших связок, срываясь на писклявый фальцет. Переворачиваю сотрясаемого дикими конвульсиями Эрена на спину. - Зое, посвети сюда, - указываю на Йегера, который едва ли не выбивает единственный источник света из рук майора взбрыкнувшей ногой. Пытается содрать с себя этот сраный ключ, но тот, словно литой, прилип к коже. Извивается смертельно раненой змеей в попытках разодрать свою грудь, пробороздив пятерней первую порцию кровавых дорожек. - Сядь ему на ноги, я один его не удержу, - приказываю Ханджи тоном, не терпящим возражения. Она и сама прекрасно понимает, седлая мальчишеские колени. Крики становятся лишь громче, а желание хорошенько вмазать Эрену, чтоб заткнулся хоть на секунду, крепнет с каждым повышенным децибелом. - Больно, - вымученно произносит, всего лишь на мгновение мазнув по мне вполне осознанным взглядом перед тем, как провалиться в бессознательное состояние, резко обмякая под нашими с Зое телами. Ошарашенные, сидим, не шелохнувшись. Осторожно касаюсь ворота разодранной окровавленной рубашки, отводя его в сторону. Глазам своим не верю – ключ, который только что чуть ли не сросся с его кожей, снова был в нормальном состоянии. Убейте меня семеро, что за фигня здесь происходит? Легкое свечение где-то впереди (не оттуда, откуда мы пришли) привлекает мое внимание. - Сиди пока так, - бросаю майору через плечо и ползком (уже плевать на то, что руки безнадежно испачканы) передвигаюсь дальше, пока не упираюсь в тупик. Ну, не могло же мне показаться. Обшариваю ладонями всевозможные выступы, впадинки на предмет посторонних вещей. И так до тех пор, пока пальцы не касаются холодного куска металла, едва ли проступающего в земле. Уподобившись вонючей псине, начинаю рыть, наплевав на то, что грунт совсем мерзлый, и что это явно не пойдет на пользу моим рукам, особенно в тот момент, когда ощущение горячей жидкости на коже становится слишком реальным. Остервенело гребу плохо поддающиеся комки, сопровождая это все слишком грязными ругательствами. Бинго. Небольшая шкатулочка, которая, видимо, своим торчащим краешком отбликовала в скупых язычках пламени факела. Возвращаюсь обратно. - Что это? – майор подсвечивает мне, чтобы можно было лучше разглядеть найденное. Она заперта и там есть небольшая замочная скважина. Осеняет, и я тянусь к Эрену, на груди которого покоится с виду безобидный ключ. К общему удивлению, он легко отпирает ларец, в котором… еще один ключ? - Я уже ничего понять не могу, но знаю одно, мы на верном пути, - она пытается улыбнуться, но вместо этого выходит жуткий оскал. - Нам срочно нужно вернуться наверх. Мне все это очень не нравится, - бросаю взгляд на обмякшее тело Эрена. – И место это мне тоже не нравится. Все слишком просто. Все слишком запутанно, - обдумываю, как бы нам побыстрее покинуть этот странный подвал…