Endless

      В Нью-Йорке около пяти часов утра было найдено очередное обескровленное тело семнадцати летней девушки – Эллы Дженкинс. В переулке шныряли криминалисты, судмедэксперты и ФБР. К телу, накрытому белоснежной простыней с бледными кровавыми пятнами, подошла группа санитаров, чтобы погрузить в карету скорой помощи, и Аматея Джонс, - агент криминально следственного отдела, - поднялась на ноги, после чего размяла затекшую спину. И снова ничего. Те же разные отпечатки, что и на каждом предыдущем теле, тот же способ убийства и те же намеки на мотив.       — Хоть что-то нашла? – спросил Нейтон у своей напарницы и протянул ей стаканчик с капучино, от которого она любезно отказалась.       — Ничего, - покачала Аматея головой, поджав губы. Тяжелым, уставшим от работы взглядом она посмотрела на розоватое утреннее небо и задумчиво вздохнула, поставив руки по бокам. – Снова ничего. Убийцы либо слишком умные, либо им просто везет. Шестое тело и ни-че-го, - она с диким раздражением промусолила затертое до дыр слово и досадно пнула пустую бутылку из под пива.       Шум от стекла, прокатившегося по асфальту, больно ударил в голову агента, отчего она поморщилась. Нейтон запил из своего стаканчика пончик с сахарной пудрой и с набитым ртом промямлил:       — Ну, может, хотя бы после шестой жертвы мы узнаем, по каким параметрам эти маньяки выбирают жертв?       — Нет, это вряд ли, - ответила Аматея и присела на сидение своей открытой машины, - единственное, что их объединяет – это юный возраст. Ни цвет волос, ни внешность, ни даже вес или раса – ничего из этого не влияет. Они просто находят человека возрастом не старше тридцати лет и…выкачивают из него всю кровь.       — А, может, в городе завелся Дракула? – со смешком предположил Нейтон, что вызвало ответную улыбку на губах Аматеи, но настроение не подняло.       — Следствие идет слишком долго. Мы должны поймать убийц, кем бы они ни были, да даже если тем же Дракулой. Но как, если до сих пор не нашли ни одной улики? Надо будет сказать, чтобы увеличили патруль полицейских машин по городу в ночное время, особенно возле таких, - девушка обвела взглядом темный переулок, где из каждого угла несло сыростью, мусором и смрадом, - захудалых улиц.       Работники правоохранительных органов начали медленно разъезжаться, так как делать на месте преступления действительно больше было нечего. Нейтон сел на пассажирское сидение «Форда» Джонс, и Аматея тоже собиралась захлопнуть дверцу машины, но ее внимание привлек черный, полностью тонированный «Porsche», припарковавшийся рядом с переулком в том месте, откуда только что отъехала машина криминалистов. Из дорогой тачки вышли двое – светловолосый мужчина в строгом светлом костюме и черноволосый юноша, что был намного младше своего спутника. Они недовольно осмотрели место преступления, и светловолосый мужчина что-то сказал брюнету. Аматея чуть нахмурилась и уверенным шагом направилась к прибывшим, так как редкие свидетели убийств, - в основном это были наркоманы и алкоголики, случайно оказавшиеся в темных закоулках города, - часто упоминали черную дорогую машину, что подъезжала через какое-то время после убийства.       – Доброе утро, извините, - агент достала из внутреннего кармана черного пальто свое удостоверение и показала мужчинам, - я Аматея Джонс, ФБР.       Мужчины не подали никаких знаков растерянности или испуга, они наоборот были абсолютно спокойны, не считая некого раздражения в глазах темноволосого юноши.       — Доброе утро, мисс Джонс, - приветливо улыбнулся статный блондин, но, избежав формальной вежливости, имени своего в ответ не назвал, - чем мы можем Вам помочь?       — Мэй, в чем дело? - раздался сзади крик Нейтона, отчего Аматея в который раз устало скривилась.       Она повернула голову назад, уверила, что все в порядке и снова обратилась к мужчинам:       — Позвольте узнать, что вы здесь делаете? Раннее утро и, - она обвела глазами грязный переулок, – столь неприятное место не самый лучший вариант для прогулки.       Теперь брюнет начал колебаться, а вот его спутник все так же спокойно, с ноткой притворной обеспокоенности сказал:       — Мы увидели полицейские машины и скорую помощь по пути домой, вот и решили посмотреть. Вам ли не знать о любопытстве гражданских, но я полностью могу Вас уверить, мисс Джонс, что у вас нет причины для беспокойства, к тому же все интересное уже закончилось, так что, с Вашего позволения, мы поедем дальше.       У Аматеи эти типы доверия не вызывали и ей не хотелось отпускать их, однако веских оснований для задержания у нее не было, и не смотря на описание: «Черная тачка, дорогая такая», доказательств, что именно они колесят по местам преступлений, не было, ведь конкретно марку никто не назвал. А если бы кто-то ее и запомнил, то она бы все равно не смогла доказать, что это они, не зная номера подозреваемой машины. Они спокойно могли бы подать на нее ответный иск за ложное обвинение.       — Все в порядке? – слегка обеспокоенно спросил у агента Нейтон, когда она села за руль служебного автомобиля.       Джонс кивнула и вырулила на дорогу.       — Да, но что-то мне подсказывает, что они играют роль в этом деле.       Ее напарник усмехнулся и отогнул козырек от солнца, так как к шести утрам совсем рассвело.       — Я, конечно, очень доверяю твоей интуиции, она помогала тебе в еще более сложных делах, но… - он взглянул на Мэй, - ты того высоченного типа видела? Если бы он и был маньяком, то только Джеком Потрошителем. Хотя на Дракулу он тоже похож.       — И, тем не менее, клыков у него я не разглядела. Меня больше смутил второй. Он словно был… недоволен, - Джонс слегка нахмурилась и прикусила губу, - недоволен тем, что мы приехали на место раньше них.       — В любом случае, если они и причастны, то в скором времени мы узнаем об этом, - заключил Нейтон и включил радио.       Это было начало июня, а агенты, стажеры и следователи ФБР и думать не могли об отпуске, пока трое неизвестных совершали убийства на улицах Нью-Йорка. СМИ не сумели скрыть информацию, да и поначалу одно убийство не нагнало на население большого страха, за то в начале лета среди людей начала зарождаться паника за свои жизни. Полиция почти сразу скинула дело на федералов, так как не в их силах было разгадать преступление без зацепок и улик. В криминально следственном отделе тоже не обладали магией или экстрасенсорными способностями, и дело так и осталось стоять в тупике. Единственное, что они находили, так это новые обескровленные тела.       В голову шел только единственный логичный мотив – нелегальная продажа донорской крови, отсюда и дырки от толстых игл и полное отсутствие кровяной плазмы. Некоторые же начали думать на мутированное животное, сбежавшее из какой-нибудь лаборатории, в которой проводились незаконные эксперименты, но понятное дело, что животное никак не способно оставить отпечатков пальцев, а тем более бегать по мегаполису незамеченным. Это дело не давало агенту Джонс покоя. Она искала, копалась, проверяла все до каждого темного угла, не спала ночами, но не сумела обнаружить ничего. Дело действительно было не самым страшным, но настолько загадочным и хорошо продуманным, что не было под силу даже федералам.       Новую жертву обнаружили в нескольких километрах от прежнего места, и это стало единственным случаем, когда два убийства были совершены так близко друг с другом. До этого же тела находили в абсолютно разных частях города, что говорило о том, что жертвы выбирались случайно. Возможно, что убийцы просто ходили ночами по городу и, подметив себе человека с подходящим возрастом, совершали нападение. Версия с нелегальной продажей донорской крови была самой подходящей, однако как можно выкачивать кровь, не зная о болезнях и вредных привычках, ведь многие из жертв увлекались курением или на момент смерти находились под действием легких наркотиков. Вполне возможно, что убийцы не уточняли своим заказчикам, чью кровь они продают, но какой глупый человек позволит сделать переливание крови, даже не взяв ее на анализ. Это был замкнутый круг: предположения поднимались, но сразу отвергались логикой.       Следующей жертвой стал двадцатипятилетний юноша. Деньги, документы и даже телефон – все было при нем. Все, кроме крови. Бледное тело лежало рядом с мусорным баком. Убийцы даже не удосужились спрятать труп, что наталкивало на мысль, что они хотели, чтобы тело нашли. Возможно, им нравилось играть с федералами, ведь они наверняка знали, что следствие стоит в тупике.       — Может, действительно, Дракула? - слова Нейтона имели смысл, других мыслей уже просто не возникало.       — В таком случае, у нас целых три Дракулы, а может, и больше, - задумчиво произнесла Аматея, разглядывая проколы на запястьях юноши, так же на нем были свежие следы от побоев и побитые костяшки пальцев, что говорило о том, что он сильно сопротивлялся.       Агент поднялась на ноги, осмотрелась. Окна квартир сюда не выходили, а значит, что случайные свидетели вряд ли могли быть. Девушка вышла из переулка, втянула носом утренний воздух вместе с выхлопными газами и запахом убийства и огляделась по сторонам. Ее надежды оправдались, и она нашла камеру видеонаблюдения, прикрепленную рядом с проезжей частью. Она выхватывала тротуар, дорогу и кусок стены. Юноша умер в половине четвертого утра, камера выхватила его в три часа двадцать три минуты. Он шел по направлению к своему дому, но остановился напротив переулка, вероятно, его окликнули убийцы. Он посмеялся и завернул, а через семь минут его не стало. Мэй до последнего не теряла надежды, что они покажутся, выйдут из своей засады, однако они даже туда не заходили. Аматея вспомнила, что видела пожарную лестницу, а значит, убийцы попали в проулок именно по ней, так же и ушли. Они просто отлично знали местность, раз сумели не попасться под объектив камеры. Но к чему такие сложности, если они могли выбрать другое место, где нет видеонаблюдения?Девушка со злостью ударила по своему столу и откинулась на спинку офисного кресла. Она злилась на них, на себя, на этого парня, что вместо того, чтобы спать дома, он ходил по безлюдным местам.       — Я сказал ребятам, чтобы они проверили крышу и остальные улицы на наличие камер, - Нейтон подошел к задумавшейся девушке настолько тихо, что она вздрогнула от испуга. Мужчина посмеялся и присел рядом, - извини, не хотел напугать. Тебе бы отоспаться.       Аматея вздохнула, снова развернувшись к экрану.       — Как я могу спать, если по городу бегают сумасшедшие, которые изображают из себя вампиров? – она прижала холодную ладонь к горячему лбу, но тут же подскочила и почти поцеловалась с монитором. – Нейтон, смотри!       Напарник с удивлением посмотрел на агента и нагнулся вперед. Мэй поставила запись на паузу. В три часа сорок восемь минут к переулку подъехала знакомая черная машина, из которой вышли двое знакомых мужчин.       — Я же говорила, что они в этом замешаны, - сказала девушка Нейтону. На записи высокий блондин с юным брюнетом зашли в переулок, и вышли через несколько минут, после чего развернулись и поехали обратно. Мэй снова нажала на паузу, записала номер машины и отдала листок напарнику, - пробей мне этот автомобиль, нужно выяснить, чей он и адрес владельца.       Нейтон все сделал очень быстро и уже через час они остановились напротив большого дома, спрятанного за кронами деревьев в тридцати километрах от города. Черный «Porsche» стоял припаркованный возле гаража и последние сомнения исчезли.       — Жди меня здесь и слушай, машину не глуши, - Аматея включила прослушку, проверила патроны в магазине пистолета и вышла из автомобиля.       Дом стоил не один миллион, как и машина рядом, как и ремонт внутри, который можно было разглядеть сквозь панорамные окна. Девушка громко постучала в тяжелую дверь и открыли ей почти сразу. На пороге стоял черноволосый юноша, держа в руках старую книгу со стертым названием. Он посмотрел на гостью слегка раздраженно, больше недовольно, однако очень вежливым, приятным на слух тоном сказал:       — Добрый день, чем могу Вам помочь?       — Здравствуйте, Аматея Джонс, ФБР, - она показала свое удостоверение, которое брюнет уже видел, на что он кивнул.       — Да, я помню Вас. Так чем могу помочь?       Мэй посмотрела ему за спину и с доброжелательной улыбкой спросила:       — Позвольте мне войти?       Брюнет отошел в сторону, пропуская агента вглубь своего дома, и прикрыл за ней дверь. Девушка с тихим восхищением осмотрела его дом, она о таком могла только мечтать. Но дело было не в дорогом ремонте и антикварных вещицах, а что она, возможно, уже к завтрашнему утру раскроет это дело. Хозяин дома проводил Аматею до гостиной, предложил сесть на диван и поинтересовался:       — Может, чаю?       Девушка отказалась:       — Благодарю, но нет, - не смотря на проявление галантности и вежливости, Мэй прекрасно видела, что юноша ее появлению не рад и это волновало ее меньше всего на свете, - я бы хотела задать Вам несколько вопросов. Вы не против, мистер?…       — Ван Арт. Виктор Ван Арт, - подсказал хозяин дома колючим, немного даже скучающим тоном, - я хотел бы отказаться, но это будет крайне не красиво с моей стороны, поэтому, разумеется.       Агент на тонкую колкость фальшиво улыбнулась.       — Спасибо. Где Вы были между тремя и четырьмя часами утра?       Ван Арт заметно напрягся, однако он хорошо умел держать лицо, на котором не дрогнул ни единый мускул.       — Я был здесь, - спокойно ответил он, наигранно удивившись, - а что?       На этот раз улыбка Аматеи была искренней. Она усмехнулась и достала из кейса распечатанные фотографии с камеры видеонаблюдения.       — То есть, хотите сказать, что это не Вы, не Ваш друг и не Ваша машина? – она положила фотографии на стол напротив мистера Ван Арта, чьи брови сошлись у переносицы.       Брюнет откинулся на спинку дивана и проницательно посмотрел на свою нежеланную гостью.       — Скажу сразу, что убийства совершаем не мы, и это не мой друг, а мой отец.       — Я знаю, что убили несчастного мальчика не Вы, мистер Ван Арт, и не Ваш отец, однако почему я уже второй раз вижу вас на месте преступления? Вы как-то связаны с убийцами?       Виктор некоторое время молчал, а затем совершенно неохотно ответил:       — Нет. Но мы тоже пытаемся найти их.       Аматея удивленно изогнула бровь и скрестила руки на груди.       — Частные детективы? Можно Ваше удостоверение.       — Я не детектив. Это чисто собственный интерес.       Агент прикусила обветренную губу и в ее тон добавилась сталь.       — Понимаете ли Вы, мистер Ван Арт, что Вы легко можете стать сейчас подозреваемым? Благодаря фотографиям, я могу обвинить Вас и Вашего отца в соучастие с убийцами, ведь вы вполне можете заметать за ними следы, уничтожать улики, - Аматея с удовольствием наблюдала, как в карих глазах черноволосого красавца закипает злость. - Хотя признаюсь честно – задержать вас обоих мне придется в любом случае, но вы вполне можете избежать заключения в камере и суда, если сейчас будете со мной честны, - сказав правду. Мэй сразу же солгала – суда им было не избежать, когда дело будет закрыто.       Ван Арт тихо выдохнул, видимо, стараясь справиться с самообладанием, он был явно не тем, кому нравились конфликты.       — Повторюсь, мисс Джонс, это собственный интерес, и я бы посоветовал Вам оставить это дело. Если Вы продолжите его вести, то, возможно, погибнете.       Джонс нахмурилась и уже была готова положить узкую ладонь на кобуру, но сдержалась.       — В каком смысле? Это намек на угрозу?       Виктор устало скривился, словно этот разговор был ему в тягость.       — Скорее, предупреждение. Вы даже не представляете, насколько опасны те, кто делает это, и Ваша жизнь сейчас под большой угрозой.       — Неужели Вы так хорошо знаете убийц? – с хитрым прищуром спросила агент.       — Нет, но я знаю, на что они способны, и поэтому я советую Вам отказаться от расследования. Могу заверить Вас, что совсем скоро все это прекратится.       Аматея усмехнулась. Она поднялась с места, сделала несколько шагов и нагнулась вперед, отчего брюнет чуть опешил.       — Если так, то я привлекаю Вас, мистер Ван Арт, к этому делу. Раз Вы имеете понятие об убийцах, можете помочь мне прекратить эти преступления. А это мой долг перед страной, - она выпрямилась и махнула рукой вперед, - поэтому прошу Вас проехать со мной в офис. Там мы побеседуем с Вами более откровенно, а затем и с Вашим отцом.       Ван Арт хотел бы ей возразить, но он был достаточно умен, чтобы просто кивнуть, взять свои документы, сдать агенту свой телефон, чтобы у него не было возможности сообщить своему отцу о задержании, и отправиться в офис ФБР.       В комнате для допросов были только они вдвоем. Даже за двусторонним зеркалом никто не стоял. Такой была просьба Ван Арта, чтобы он мог спокойно говорить без лишних ушей. Аматея пошла ему на встречу, но аудио запись все равно шла, о чем Виктору, разумеется, не сказали. Уговорив Нейтона выйти, Аматея опустилась на стул напротив подозреваемого и всмотрелась в его преступно красивое лицо. Она попыталась вычитать эмоции – переживание, страх, но в его глазах только плескались кубики льда в коктейле с недовольством.       — И так, мистер Ван Арт, - начала Джонс, наигравшись в гляделки, - Вы сказали, что я могу погибнуть, если не оставлю это дело. Не могли бы Вы растолковать мне подробнее, чем так опасны психи, играющие в Дракулу.       Тонкие бледные губы брюнета дрогнули в усмешке, словно его рассмешило высказывание агента. Он поудобнее уселся на жестком стуле и выразительно посмотрел в глаза Аматеи.       — Я уже объяснил, что в отличие от Вас, имею понятие о том, кто эти… - он запнулся, поджал губы, - люди…. Это дело не уровень ФБР.       Аматея нахмурилась. Она терпеть не могла, когда на допросах с ней пытались играть.       — Вы вынуждаете меня отдать Вас под суд, мистер Ван Арт. Если Вы мне не расскажете все, что знаете о них, то я отведу Вас в камеру.       Виктор помолчал, ушел в свои мысли. Он размышлял несколько минут, глаза его смотрели в одну точку перед собой. Наконец, пробежавшись кончиком языка по пересохшим губам, он сказал:       — Они настоящие убийцы, опаснее гепарда, очень умные, в основном они совершают эти убийства ради развлечения. Я… «копал» на них. – Он снова замолчал, с интересом разглядывая симпатичное лицо агента. Ему понравились ее глубокие глаза и малиновые губы, но он и намека не подал, продолжая напускать своим взглядом ледяные шипы. – Мисс Джонс, в Вашем случае очень не разумно будет закрывать меня в камере. Мы можем быть очень полезны друг другу. – Аматея посмотрела заинтересованно и тогда брюнет продолжил. – У Вас есть, - он обвел руками помещение, - эта работа, следователи, лаборатория. У меня есть свои источники, возможности, связи. Если Вы так рветесь раскрыть это дело, то мы могли бы сделать это вместе.       В комнате повисла тишина. Аматея покусывала губы, обдумывая слова Виктора. У нее были сомнения, много сомнений, с другой же стороны, вряд ли был выбор. Ван Арт внушал вид очень умного и серьезного человека, действительно полезного, особенно для дела, что так долго стоит в тупике.       — Могу ли я доверять Вам, мистер Ван Арт? – спросила девушка, спустя несколько секунд, взглянув на брюнета из под ровной челки.       Взгляд Виктора неожиданно потеплел, лед растаял, в голос влился нежный бархат.       — Безусловно, мисс Джонс. Я могу поклясться, что не причиню Вам никакого вреда.       Губы Аматеи невольно дрогнули в улыбке. Она чуть более заинтересованно посмотрела на брюнета и улыбчиво спросила:       — Вы же не американец, верно? Вы как будто приехали из далекого королевства.       — Я переехал из Европы некоторое время назад, но никогда не жил в королевстве, - не очень охотно ответил брюнет, но заметно стал более дружелюбным по отношению к девушке.       В течении минуты они неотрывно смотрели друг на друга, Аматея внимательно изучала лицо Ван Арта, а он же, казалось, глядел глубоко в ее душу, словно бы читая ее, как раскрытую книгу, коей, впрочем, Мэй и являлась. Ее светлое лицо переливалось эмоциями и жизнью, что сильно отличало ее от Виктора, который был подобен одинокому леднику в далеком и таком недоступном океане. Смотря в его глаза, Аматея не видела ничего, кроме ледяной пустыни, не сохранившей ничего живого в каменном сердце. Это было так странно, она никогда в жизни не встречала людей с таким взглядом, хотя за годы службы в органах встречалась с множеством людей, сидела перед десятками на этом же самом месте и ничего подобного. Ей казалось, что Виктор не обычный человек, коих миллионы, он казался ей особенным. Парень загадка – а такие ей нравились.       — Что ж, - Джонс прервала приятную тишину первой, - тогда каков наш, - она четко выделила это слово, - следующий шаг.       Ван Арт поспешно отвел взгляд коньячных глаз в сторону и привычно сухим тоном ответил:       — Я знаю примерные места, какие могли бы посещать убийцы. Мы с отцом прочесываем клубы, сегодня я собирался в еще один.       Аматея чуть вскинула брови.       — Клубы? А откуда уверенность, что они посещают их? К тому же мы не знаем их возраста, если это взрослые люди, к тому же преступники, вряд ли они будут разгуливать по клубам.       От потока недоверчивых, в какой-то степени глупых вопросов Виктор неприятно поморщился, прикрыв два осколка льда отяжелевшими веками. Теплота из глаз в мгновение испарилась, теперь он смотрел на Аматею тяжело, устало, с раздражением, готовый, кажется, отдать все, лишь бы она сейчас исчезла. Из его голоса сочилось недовольство:       — У меня есть одно условие – если хотите работать вместе со мной, то не задавайте много вопросов, мисс Джонс, а просто будьте рядом и помогайте мне.       Характерная Аматея, привыкшая держать ситуацию под контролем, зло нахмурилась. Ван Арт по прежнему не вызывал у нее доверия, не смотря на временную договоренность и красивое лицо, но она верила, что он знает больше и может оказать огромную услугу и ей, и жителям Нью-Йорка. Она молча кивнула и, освободив Виктора от наручников, покинула вместе с ним помещение без окон.       Нейтон Филипс брюнету не понравился с первого взгляда. Он всем своим видом показывал, что у него нет желания общаться с жизнерадостным мужчиной, но Нейтон этого в упор не замечал, продолжая общение со своим новым «напарником». Аматея сперва не поняла, отчего Филипс такой приветливый, когда с подозреваемыми он общался всегда очень холодно и довольно грубо. При допросах он был эдаким «плохим копом».       — На самом деле я не доверяю ему, - ответил Филипс, стоя в стороне за сигаретой. Ван Арт ждал агентов рядом с их машиной, пока они курили чуть поодаль. – Слишком он мутный, мне такие не нравятся, но ни в коем случае нельзя, чтобы он считал нас враждебно настроенными, иначе следствие пойдет под откос.       Аматея усмехнулась, выдыхая густые клубы дыма с шоколадным запахом.       — Тактика твоего отца? Раньше ты ее не применял.       — Не было повода, - пожал плечами в ответ Филипс и придавил окурок носком ботинка.       Джонс курила медленнее, она затушила на половину недокуренную сигарету и вслед за напарником направилась к Форду. Ван Арт выглядел скучающим, в глазах его плескалось отвращение, причину которого Мэй не понимала, но он, как будто прочитав ее мысли, а быть может, непонимающий взгляд, пояснил:       — Курение такая несовременная привычка, к тому же имеет отвратительное амбре. Столь очаровательной девушке не идут сигареты, не находите?       Аматея ничего не ответила, лишь облизала горьковатые губы, но почему-то ей захотелось оправдаться перед ним, и порыв этот был настолько сильным, что она еле удержала язык за зубами. Чем это было вызвано, она так и не поняла. Может, слишком обидны были слова Ван Арта, а может, ей просто не хотелось, чтобы он был о ней плохого мнения, так как сердце одинокой девушки предательски колотилось от его ледяных глаз и красивой внешности. Аматея бросала, всегда курила мало, а теперь и вовсе хотела избавиться от этой вредной привычки, но иной раз стресс и усталость вынуждали ее прикуривать очередную сигарету из потрепанной пачки, купленной почти месяц назад. В основном она курила перед сном и вместе с Нейтоном, только он, а теперь и Виктор, знали об ее курении. Из-за аристократичного красавца захотелось выбросить пачку, но Джонс быстро выкинула эту мысль из головы, ведь в ее жизни не было места чувствам.       — Я думаю, сперва нужно еще раз съездить на место преступления, - сказала Аматея, резко свернув с дороги, по которой велел ехать Виктор, чем вызвала у него новую порцию недовольства, - а уже потом отправимся в клуб.       — Сразу видно, что ты не ходишь по клубам, там только к ночи начинается движуха, - усмехнулся Филипс, взглянув на напарницу. Он достал из кармана новую пачку крепких сигарет, прикурил, салон наполнил горький запах, от которого Ван Арт покривился, ну, точно светская дива, и открыл окно заднего сидения. – Ты же любишь домашние посиделки с чаем и подружками, или нет, постой, - он наигранно задумался, почесывая щетину на подбородке, - какой же чай, что это я так? Пять бутылок коньяка и вперед покорять статую свободы, да?       Залившись краской, Аматея ударила кулаком напарника в плечо и прибавила газу, лишь бы скорее заткнуть рот Филипсу. Он умел вставить слово в ненужный момент, ведь теперь Ван Арт смотрел на Джонс с еще большим раздражением, чем раньше. С одной стороны, ей было как-то наплевать, она хотела скорее раскрыть дело, с другой таких мужчин она еще не встречала. Если взять в сравнение Виктора и Нейтона, то это были две разные планеты, одно спокойное, ледяное озеро и бушующая река. Филипс был простым, не выделяющимся в толпе мужчиной, чье лицо не запомнится. Пройдя мимо него в толпе, даже не взглянешь в его сторону. С Ван Артом было иначе. Статный, высокий, бледный, галантный – женский идеал, и Аматея, разумеется, повелась на это как влюбчивая школьница на красавчика из старшего класса. Аматея склонялась к долгому воздержанию от плотских удовольствий из-за напряженной работы, а когда они подъехали к злосчастному переулку, где и намека не было на недавнее убийство, - даже мусорные баки были опустошены, - она и вовсе забыла о гормональном всплеске, возникнувшего яркой вспышкой где-то в груди.       — Мэй, а не легче вызвать следователей? – спросил Нейтон, после того, как женщина в бигудях, не заметившая ночью ничего любопытного, закрыла за ними дверь. – Так мы бы быстрее опросили всех живущих здесь.       Филипс был еще «зеленый», работал в ФБР только два года, а в напарниках с агентом Джонс оказался всего пару месяцев назад. Ей его подставили, чтобы она, как одна из лучших, научила его, каким должен быть настоящий агент. У Нейтона были отличные физические и умственные навыки, хорошая смекалка, однако он еще не понимал, а в большинстве случаев не знал о хитростях агента.       — Так мы поднимем лишний шум, - пояснила Джонс, - не стоит нагонять на людей лишнюю панику, многие даже не в курсе, что сегодня рядом с их домом случилось убийство.       Филипс учтиво кивнул и позвонил в следующую дверь. Им не везло очень долго. Многих в квартирах не было, не смотря на скорое окончание рабочего дня, остальные же просто ничего не видели и не слышали, что было и не удивительно, Аматея с самого начала подозревала, что свидетели вряд ли найдутся. Виктор ходил за ними с усталым видом, одним только взглядом показывая, что для него это пустая трата времени. Один раз он предложил все-таки оставить агентов это дело и позволить все сделать ему самому, однако Аматея напоминала ему не то упертого барана, не то глухую стену, которая и реагировать на его слова не хотела. Но удача им все-таки улыбнулась. Зрелая женщина долго не решалась открывать, угрожала полицией, на нее даже не с первого раза повлияли ордера Аматеи и Филипса, только через несколько минут уговоров она открыла дверь и впустила троицу в свою квартиру. Лила Ридэл, не предложив чая, осторожно присела в кресло напротив гостей. От нее веяло страхом, она явно опасалась за свою жизнь, после того как увидела то, чего ей видеть точно не стоило.       — И так, мисс Ридэл, - тихим, спокойным голосом начала Джонс, всеми силами пытаясь выглядеть как можно более доброжелательно, - повторю, что мы из ФБР и бояться Вам нечего, мы наоборот хотим защитить Вас и всех, кого нам под силу. И Вы можете помочь не только нам, но и всем, кого тоже могут убить, если расскажете, что Вы видели.       Женщина еще какое-то время колебалась, заламывая чуть сморщенные от возраста пальцы. Вид у нее был усталый, потрепанный, очевидно жизнь давалась ей нелегко, отсюда и вытекали небольшие проблемы с психикой и страх.       — Я возвращалась с работы, - не смотря на возраст, голос у нее был приятный, с легкой хрипотцой, - у меня была ночная смена в магазине. Я работаю неподалеку в круглосуточном маркете, Вы, наверное, видели его, когда ехали? Ох, извините, - Лила виновато опустила голову, - когда я волнуюсь, я очень много говорю, - она перевела дыхание и уже более уверенно посмотрела на агентов, - так вот. Я возвращалась с ночной смены, шла с другой стороны улицы, ко второму подъезду, оттуда ближе до моей квартиры. Сначала я услышала звуки борьбы. Один парень дрался с тремя молодыми людьми. Я их толком не разглядела, сами понимаете – темно, раннее утро. Но среди них точно была девушка с короткой стрижкой.       Аматея быстро записала в блокнот новые сведения, что убийцы это два мужчины и одна девушка с короткой стрижкой.       — А остальные? Вы разглядели их?       Ридэл чуть напрягла память, свела брови у переносицы.       — Один из них был очень высокий, второй пониже. У меня не очень хорошее зрение, больше я не разглядела.       — Хорошо, - кивнул Нейтон, пока Джонс продолжала скользить карандашом по бумаге, - что было потом, как они его убили?       В темном туннеле мелькнул яркий луч надежды. Фактов о внешности было не много, но это уже дало большой прогресс. Лила не спешила отвечать. Она недоверчиво посмотрела на Аматею, опустила голову, снова до хруста заломила пальцы.       — Мисс Ридэл? – Джонс заметила слезы на глазах женщины. – Успокойтесь, пожалуйста. Прошу, расскажите нам, что случилось дальше.       — Знаете, мне очень не хочется попасть в психиатрическую лечебницу, у меня муж и двое детей.       — Мы поверим Вам в любом случае, - еще более спокойно сказала агент и протянула свою руку к ладони Лилы. Она сжала ее, пытаясь доказать, что все в порядке, - пожалуйста, от Вас зависят множество жизней. Может, у следующей жертвы тоже есть семья, дети. Мы хотим помочь, это наша работа.       Ридэл помешкалась несколько секунд, а затем тихо, словно опасаясь лишних ушей, заговорила:       — Один из них, тот, что был пониже, прижал его к стене и… - хватка Аматеи стала сильнее, - и укусил его за шею! Прямо как… вампир. А девушка укусила его за запястье, и через несколько минут он упал замертво! Они пили его кровь, я клянусь вам!       Джонс с окаменевшим лицом отпрянула назад и взглянула на Нейтона, что был удивлен не меньше, чем она сама. За то Ван Арт оставался все таким же спокойным, как и все это время. Быть может, его глаза и могли выдать истинные эмоции, но Аматея не могла заглянуть в два осколка льда, хотя и сидела рядом, так как Виктор задумчиво смотрел в маленькое окно, выходящее в сторону шумной дороги.       — Пожалуйста, - буквально взмолилась женщина, уже не сдерживая испуганный плачь, - не принимайте меня за сумасшедшую. Я клянусь, что это было взаправду, я абсолютно здорова и никогда не видела ничего подобного.       — Мы Вам верим, мисс Ридэл, - уверил ее Филипс и, положив подбородок на сцепленные пальцы, спросил, - почему Вы не вызвали полицию?       — Я вызвала. Это я вызвала полицию, но не сразу. Я очень испугалась, что они могут меня убить, а еще то, как они его убили…       — Вы испугались, что попадете в клинику, - закончила за нее Аматея, - что было потом? Они Вас заметили?       Лила покачала головой.       — Надеюсь, что нет. Я тихо ушла и заперлась здесь. Даже мужа не хотела отпускать на работу. Это все, что я могу вам сказать. Главное, верьте мне, я правда не сумасшедшая!       — Разумеется, - Джонс поднялась на ноги и оправила пальто, - Вам не о чем беспокоится, обещаю, что о Вас никто не узнает.       Хозяйка квартиры сумела немного успокоиться и даже вспомнила о чае, однако незваным гостям пора была ехать. Они поспешно покинули квартиру и уже через пару минут мчались по улицам Нью-Йорка.       — А Вы не выглядите удивленным, - с легкой улыбкой на устах сказала Аматея, взглянув на Виктора в зеркало заднего вида, - неужели Вы верите в вампиров?       Ван Арт сел равнее и устремил темные глаза на агента.       — Мне показалось, что Вы поверили той женщине. Конкретно я этого не отрицаю, однако придерживаюсь мнения, что сперва стоит увидеть своими глазами.       Выразительные глаза девушки с пушистыми черными ресницами устремились вперед, на дорогу. Она задумчиво кусала губы, чуть покачивая головой.       — Я не знаю, что думать. С одной стороны это бред. Какие вампиры? Это просто в голове не укладывается. Но с другой… - агент замолчала и припарковалась у кафе. Есть не хотелось, у нее и в мыслях не было заказать свой любимый кофе, она остановилась, чтобы подумать, сложить все по полочкам. – Я не знаю, верить ли ей, - снова заговорила она, развернувшись к мужчинам, - может, ей показалось, она же сама сказала, что было темно и у нее проблемы со зрением. Может, они просто сливали кровь, а она под впечатлением и адреналином запомнила все так, как будто они пили его. Я бы, наверное, тоже подумала, что увидел настоящих вампиров.       — Я сообщу Коннору о свидетеле, - Нейтон достал сигарету и прикурил, - разумеется, что я не скажу о вампирах, жалко эту женщину, ее же действительно могут посадить в палату к свидетелям Иеговы и Наполеону. Давай я за руль? Подброшу тебя до дома, тебе стоит отдохнуть.       — Нет, спасибо, - агент покачала головой и потерла пальцами горячий лоб, - мне еще нужно заехать в офис, хочу кое-что проверить.       Нейтон чуть прищурился, и тогда Аматея невзначай глянула в сторону их «напарника», улыбнувшись ему. Филипс понимал эту храбрую девушку без слов. Он развел плечами, глубоко затянулся и решил отдохнуть сам.       — Мистер Ван Арт, - Виктор вопросительно посмотрел на Джонс, - давайте я отвезу Вас домой, а Вы уже сами отправитесь в клуб со своим отцом, сегодня от Вас было не так много пользы, как Вы нас уверяли с утра. Я бы поехала с Вами, но у меня и правда дела.       — Как Вам угодно, - сухо ответил ей брюнет и снова опустил глаза на электронную книгу.       Перед тем, как завезти Ван Арта домой, пришлось покататься по городу: жена Филипса попросила купить продуктов, которые находились в трех разных магазинах. Припарковались у дома Виктора они уже вечером. Аматея устало откинулась на спинку водительского сидения и размяла затекшие плечи. В висках покалывало, клонило в сон, а температура тела стремительно поднималась. Джонс понятия не имела, когда и как умудрилась заболеть, да и думать об этом было некогда. Агент развернулась, посмотрела на юношу и слабо улыбнулась.       — Я позвоню, когда мне что-то от Вас понадобится, - сказала она брюнету и, заглянув в его глаза цвета шоколада, протянула руку к его лицу.       Брюнет взглянул на нее с удивлением, чуть отпрянув назад, но тонкие женские пальцы с аккуратными ногтями все-таки коснулись теплыми подушечками его острой, невероятно холодной скулы.       — Что Вы делаете? – спросил он, на что Аматея улыбнулась сильнее.       — У Вас очень красивые волосы, - ее голос перешел на интимный шепот, она привстала на колене, поддалась вперед и утонула пальцами в густых мягких волосах цвета воронового крыла. Виктор сделал резкий вдох, и Джонс боязливо отдернула руку, - Вы мне тоже звоните, если что-то станет известно.       Ван Арт, казалось, с трудом перевел дыхание, словно прикосновения девушки опалили его огнем. Он пробежался кончиком языка по сухим губам и так же негромко заметил:       — Не слишком умное решение оставлять подозреваемого бес присмотра, мисс Джонс.       — Вы же сказали, что я могу Вам доверять. Вот и оправдайте мое доверие перед федеральной службой, мистер Ван Арт, - Аматея села обратно на сидение и завела мотор автомобиля. – Доброго Вам вечера.       — И Вам тоже, - брюнет покинул машину и направился к своему дому, в то время, как на экране спутникового навигатора он отображался красной точкой.       Микрочип, оставленный в его волосах, работал исправно и очень хорошо передавал сигнал, не смотря на густую шевелюру. Вряд ли он стал бы мыть и так чистую голову, а от простого приема ванны чип не перестал бы работать.       Аматея победно ухмыльнулась вслед юноше и тронулась с места на пару километров. Ждать пришлось не долго - через десять минут спутник зафиксировал передвижение Ван Арта. Джонс тронулась за ним. Около получаса они катались по городу, а затем Аматея заметила, что дорога очень знакома. Виктор, который должен был прочесывать клуб, приехал на место преступления и сейчас двигался ко второму подъезду. Как только он скрылся за железной дверью, код от которой был написан сверху, Джонс вышла из автомобиля. Пистолет был наготове, девушка передвигалась очень тихо. Силуэт юноши остановился на пятом лестничном пролете, где была квартира Лилы Ридэл. Аматея с самого начала знала, что этому странному типу не стоит доверять, он проявил себя сразу же, и у агента не было сомнения, что Ван Арт отправился устранить свидетеля. Дверь в квартиру была приоткрыта. Сняв пистолет с предохранителя, агент осторожно вошла и сразу же обнаружила на полу тело взрослого мужчины со свернутой шеей. Ее сердце пропустило сильный удар, а из дальней комнаты донеслись шаги. Аматея сразу же отправила данные о местоположении в отдел ФБР, и спряталась за дверью кухни. Шаги приближались, Виктор вошел в помещение, присел на корточки рядом с телом Лилы Ридэл, и тогда Джонс, не задумываясь, нажала на курок. Пуля прошла насквозь, пробив точно ниже легких и выше желудочного тракта, не задев ни единый орган, чтобы его можно было спасти и отправить под суд. А вот семью Ридэл было уже не вытащить с того света и девушка винила в этом себя, потому что это она привела убийцу на след этой семьи. Но в этот момент случилось то, чего Джонс никак не могла ожидать: тело брюнета должно было рухнуть на пол, точно к трупу Лилы Ридэл, однако вместо этого Ван Арт развернулся к ней с недовольным лицом и поправил испортившийся пиджак.       — Ваши действия крайне неразумны, мисс Джонс, - его голос был настолько безэмоциональный и холодный, что у Аматеи до тошноты все больно скрутило внутри.       Она испуганно пробежала глазами по Виктору и выпустила еще несколько патронов, но те только заставляли юношу морщиться от боли. Тогда агент не придумала ничего другого, кроме как повалить хлипкий буфет, который упал между ними с ужасным грохотом и звоном бьющейся посуды, и побежать вон из квартиры, на ходу набирая номер Коннора Конли – ее начальника.       — Коннор, срочно подкрепление! – кричала она, сбегая вниз. - Пускай едут быстрее, я скинула данные Бланке, пожалуйста, скорее!       Толчок и телефон полетел, разбиваясь на множество осколков. Аматея упала бы следом, если бы ее не схватила крепкая рука и не прижала к холодной стене. Джонс с ужасом заглянула в ледяные глаза Виктора и брыкнулась, отчего он стиснул ее сильнее до жуткой боли в запястье и лопатках. Ван Арт был зол, агент с отчаянием подумала, что сейчас он ее убьет, однако он только глубже заглянул в ее глаза и одними губами произнес:       — Спи.       Перед глазами помутнело, тело обмякло. И без того уставшая, больная голова стала невероятно тяжелой, как и опухшие от недостатка сна веки. Аматея упала в руки Виктора, провалившись в глубокий сон, и снова обожгла его ледяную мертвую кожу своим больным жаром. Брюнет приложил холодную ладонь к ее пылающему лицу и понес к своей машине.