НЕЛЮБОВЬ

      Когда он впервые задумался, о том покинет ли его страх живущий в нем под ребрами, и стиснутый в вены внутривенно, Миндже уже начинал делать первые шаги. Его малыш рос, а Тэхён не мог избавиться от мрака прошлого. Растерзанный жалостью к себе, наблюдая за спящим сыном, ещё крохотными но так много значащим для папы, Тэхён прочитал одно выражение.       «Организм человека полностью обновляется за семь лет»       Тэхён хотел, как можно быстрее прожить эти семь лет, чтобы избавиться от прошлого, чтобы очиститься каждой клеткой. Слова Чхоля после того представления на открытии его клуба не давали покоя месяцами. И после рождения сына, он раз за разом вспоминал ту ночь и содрогался в рыданиях. Ночные кошмары не покидали его, как и рвотные позывы, когда больной разум подкидывал ему воображаемое в провалах памяти. Он ничего не помнил, но очнулся он грязным и испачканным как никогда. Тогда слова Чхоля не успокаивали, а только добивали. «Теперь я понимаю почему Чонгук так одержим тобой. Думай о малыше, тебя хотели многие, но аргентинец занёс плату за всех, и только он сам насладился тобой. Потом позволил своему другу просто немного поиграть»       Тэхён боролся с этим столько лет, и отгонял от себя лица, что запомнились во время его выступления, а сегодня в Сеуле, один из них стоял перед ним. Надо было дождаться Чонгука, надо было наплевать на Чимина и держаться за своего личного губителя.       На него смотрит достаточно взрослый мужчина, возможно ровесник Чхоля, и он уверен, его рассматривают как товар Сэма. — Вы ошиблись. — Уверенно отвечает омега, но пройти ему не дают. — Тебя не спутать.

Альфа шаг за шагом прижимает его с стене. — Приглушённый свет, зачарованные тобой глаза присутствующих, омежка в кружевах.       Тэхён пытается отодвинуть его от себя, но альфа тянет его на себя схватив за талию. Грязными, грубыми руками ведёт по телу. — Ты думаешь тебя так легко спутать? — Мужчина тянется к шее омеги, — Я столько раз закрывая глаза представлял твои грациозные движения, гибкость твоего тела и запах… — Руки убери… — Тэ делает шаг в сторону, точнее он пытается это сделать. — Сэм всегда умел выбирать, и возвышать особенных, жаль, что в тот вечер на тебя можно было только смотреть.       Тэхен слышит какой-то шум со стороны. — Тэхен. — О, господин Чонгук рад нашей встречи, и с вашей игрушкой оказывается я имел честь ког… — Мы спешим при всем уважении… Тэхен иди в машину.       Казалась пришло спасение, казалось все обошлось пока пристегнувшийся Чонгук не спросил. — Ты с ним спал?       Тэхён давно принял свою роль в его глазах, и смирился с этим, но его нападки удивляли каждый раз. Хотелось крикнуть ему в лицо — нет Чонгук, я с ним не спал, я надеюсь, что я с ним не спал, он просто был одним из них когда я потерял себя, он был в той комнате когда меня губили. Губили из-за тебя. — Нет. — Единственное, что от него слышит альфа. — Он только, что говорил… — Ты все слышал, ты там стоял и слушал пока он меня лапал? — Он был одним из твоих клиентов, скольких ты обслуживал вообще? Сколько тебе мать твою на самом деле лет?       Тэхен не верит своим ушам, и впервые решает спросить. Не ради оправданий, а из-за интереса. — Что про меня и Сэма тебе рассказал мой отец? — Правду. — Ту где я… — Мы не будем об этом говорить Тэхён. Ты больше не влезешь в мои мысли. Сэм сдох и этого мне достаточно.       Тэхён издаёт смешок. Как они могли это провернуть он все ещё не мог понять. То, что сделали Юра и Чхоль не вписывались ни в какие мыслимые суждения. Тэхён не мог, и не хотел как-то возражать на этот бред Чонгука. С его правдой открывались тайны многих, в том числе и его родителей. Единственное, что Тэхён отвечает, это сухое — Ясно.       Как назло вся трасса была в пробках, казалось они едут вечность, Тэхен не мог спокойно сидеть, его то бросало в жар то в холод. На мгновение он подумал, что течёт, его запах усиливался а тело изнывало, а что-то внутри отчетливо и болезненно требовало ласки. Он потянулся к выключателю нагревателя и как в сопливых милых мимишных дорамах коснулся Чонгука, когда тот потянулся к телефону на держателе. — Тебе не здоровится? — Чонгук обхватил его ладонь почувствовав ледяной холод, но омега резко дёрнул руку. — Ты сегодня был по особенному груб. — Ты сам виноват! — Чон пристально следит за скручивающимся на сиденье омегой и четко осознаёт, что тому реально плохо, но это ведь его не касается, верно?       Тэхён уверен он сошёл с ума, когда повернувшись к альфе тихо спрашивает, — Кто такой Ликси?       Чон серьёзным лицом следит за дорогой и отводя взгляд к боковому зеркалу так легко и непринуждённо отвечает, — Феликс. Мой омега.

«Мой омега. У тебя есть омега. Твой омега»

      Что ты делаешь Тэхен, что с тобой происходит, от чего так паршиво, что тебя так бьет в выражении «мой омега». Кто он для тебя? Забудь, вычеркни его из своей жизни, из головы, отработай свои деньги и отпусти. У него есть свой омега, это не ты сладкий, ты никогда им и не был. Неужели ты все еще влюблён?       Он знает, что любит, да, страшно признаваться но он любит, будь все проклято но эта гнилая любовь в нем не кончается. Кто сказал, что разбитое сердце, не продолжает гореть и прогибаться под теми же чувствами, что его разбили? Кто сказал, что унижение, насилие, и шантаж — убивают любовь?       Кто?       Скажите, кто нибудь скажите Тэхёну, как перестать любить, если он полюбил не за что-то, а просто чтобы любить. Любовь разная, и если она за что-то, или от чего-то, то ты знаешь когда настанет её конец. Но это не случай Тэхёна. Он все ещё любит его одного, каждый день и каждый вечер, как умеет только он, искренне — с ненавистью и с жалостью к себе, с одним человеком на всю жизнь, любить и ненавидеть до конца. Да, Тэхён иногда думает о мести, думает как заставить Чонгука пройти через тот же ад, что и он, но в эти мгновения перед ним возникает Миндже. Омега знает, что он раз за разом выбирал бы этот путь, ради рождения его ангела, ради одного вздоха запаха своего малыша. Чонгук получил свою порцию мести, он лишил себя сына. Один день рядом с сыном, приносит Тэхёну несравнимое счастье, и радость в стократ большее всех его потерь, и страданий. Лэй говорит ему, что он себя не любит, раз не может разлюбить и выкинуть такого человека как Чонгук. Но он ошибается, любовь Тэхёна не больше и не меньше, его ненависти к этому человеку. Его любовь, не признает прощения и жизни рядом с Чонгуком, его любовь равна к избавлению от него. Тэхён даже решил, что она не заслужила и его оправданий. — Он полная противоположность тебя.       Вот так сидеть с Чонгуком и говорить о его омеге, ни это ли безумие. Тэхёну даже становится смешно, и он решает подшутить, вспомнив прошлое. — Когда-то ты искал в других меня, и шептал ты мое мерило Тэ. — Когда-то ты играл лучше чем сейчас. Сейчас же… — Играешь ты со мной? — Мы квиты.       Тэхен очень надеется, что Чонгук счастлив, надеется, что этот Феликс или Лекси, стал для него тем, кем когда-то был сам Тэхён. — Завтра сообщество устраивает приём, и ты должен впервые появится в лице наследника Кима, и моего союзника. — Меня там не будет. Я не хочу туда идти.       Чонгук знал, что рано или поздно ему придётся хоть раз выйти в свет вместе с Тэхёном, в качестве союзников. Чтобы избежать ненужных вопросов в прессе, и недопонимания среди партнеров. То, что акции Ким Убина перешли в руки Чона, со стороны должно было выглядеть — приятельской сделкой. Минхо удачно перенёс на завтра, давно намеченное мероприятие и Чонгук, сразу же после разговора с партнером решает взять с собой Тэхёна. Он знает, что Чимин будет в ярости увидев его там, да и ещё в этот вечер будет кое кто, важный для Чонгука, но Тэхён должен там появится, прежде чем исчезнуть. — Тебя не спрашивают Ким Тэхен, я говорю, а ты делаешь, забыл?       Чонгук изменился, он стал другим, и только слепой не заметит его изменений. Эти пять лет после Сеула, для Тэхёна были полны счастливых дней и спокойной жизни. До болезни Миндже, он жил как все нормальные люди и даже помогал тем кому повезло меньше чем ему. Чонгука же эти года изменили в корне, поменяли всего. Даже голос его стал чужим и другим. Иногда, у него хочется спросить — какой ты сейчас? Потому что его нет, он будто и не живет, не есть, не спит, и не существует. Порой кажется его держит только эта месть к Тэхёну. Смешно же? А Тэхену для счастья нужно прожить в этом аду всего-то неделю, и Чонгук будет в прошлом. Думая об этом и представляя свою жизнь далеко от Сеула, омега даже не заметил как они доехали, пока не обнаружил себя раздетым в ванной, и не почувствовал озноб по телу. Непонятно откуда взявшийся озноб не проходил и под горячим душем, он еле стоял на ногах принимая душ и переодевшись. Когда он медленно дошёл до постели, то на прикроватной полке его ожидала бархатная коробка, от знаменитого бренда нижнего белья и записка от альфы. Чонгук велел ему надеть на себя непривычное для него кружевное бельё и ждать альфу в постели. Тэхен подумал, что это ему мерещится, это было так не похоже на альфу, но вспомнив случившееся сегодня в кабинет, Тэхён понял, что этот человек уже давно не тот Чонгук, которого он знал.       Долго не думая Тэхён надевает на себя кружева и сразу же ложится под одеяло, несмотря на раннее время, он слишком устал, слишком болен. И только в темноте комнаты он вспоминает о произошедшем в кабинете — он реально стал шлюхой, что раздевается по указанию и по пальцу идёт сосать. Для стремления нужна цель, и у него она сейчас слишком высока и ценна, чтобы рисковать.

***

      Чонгук возвращается поздней ночью. — Ты сделал, что я просил? — Мне не здоровится, отложим твои игры на завтра. — Шепчет омега, показывая из-под одеяла макушку. — Какую он там песню назвал, напомни?       Чонгук проходит в комнату и присаживается на кресло у окна. — Тот альфа с парковки, твой клиент, о какой песне он говорил? Давай, сладкий, поднимайся…       Тэхен ничего не понимает, он садится на кровати укрываясь до горла одеялом, но все ещё чувствуя холод, что пронизывает все тело, и думает о невозможном. Неужели альфа хочет чтобы он станцевал перед ним?       Тэхен как-то говорил, что причинить боли больше чем в тот день на пляже Чонгук уже не сможет, но нет, он снова превзошёл себя. Хоть и мысленно натаскивать Тэхена в тот вечер, когда его бесчувственной куклой подняли на сцену и в танце содрали с него жизнь, было слишком жёстким ходом. Он в то утро проснулся, абсолютно пустым, и испугался как никогда в жизни, он и сегодня не уверен, тронули ли его, или нет. Он все ещё ничего не помнит кроме начала, но так отчетливо чувствует эту боль, эти руки и голоса, и собственный голос в немом крике. — Приглушённый свет… — Тихо шепчет альфа выключая свет и зажигая свечи.       Чонгук сходит с ума по нему, и умирает представляя, то как Тэхён танцевал перед десятками людьми, голым, в одном белье.       Тэхён и дернуться не успевает когда альфа подходит к нему, и тянет его на себя. Одеяло летит куда-то в сторону, куда и здравый смысл этих двух убитых друг в друге людей.       Чонгуку нравится то, что он видит, его стройное тело, мягкая кожа без единого изъяна, карамельная сладость с запахом плюмерии в этом белье сводит его с ума, и он прижимает его к себе за талию. — Как он там говорил — лучший трек для соблазна?       Уже заранее подсоединившем к голливудским колонкам телефоне, он включает трек и отбросив мобильник в сторону, рассматривает омегу с головы до ног. Довольно облизывается и чуть ли не рыча произносит. — Милый омёжка в кружевах…       Тэхён так и стоит на месте, пытаясь понять происходящее, когда альфа возвращается к креслу у окна. — Давай, покажи и мне своё грациозное тело.       Воспоминания режут разум, пока Тэхён вспоминает как его пичкали наркотой в тот вечер, и отправили на съедение. — Что ты застыл, — Откидывает ногу на ногу, расслабляя галстук и смотрит на растерянного омегу в ожидании.       Тэхен делает шаг к нему, голова будто в тумане, а мысли там в клубе Чхоля, где перед ним сидит не Чон Чонгук, а чужие альфы, и он один полураздетый, с мыслями о Миндже.       Отдаленно слышится голос Чонгука. — Хочешь зрителей побольше, меня одного недостаточно? — Не надо. — Единственное, что он может произнести, прежде чем отдаться музыке.       Чонгук не видит в каком он состоянии, не видит, что омега перед ним в агонии, он видит лишь желанное тело, что так завораживает, возбуждает заставляя забыть обо всем. Тот альфа говорил с таким восхищением от том, что Тэхён вытворял у этого урода Сэма, что Чонгук не смог совладать собой. Тэхён был, есть, и должен быть его, весь, с головы до ног. — Танцуй Тэхен. — Холодно и предупреждающе, будто говорит -повинуйся сладкий или же пожалеешь.       Тэхен же попадает в ту ночь, отключает разум, меняет выражение лица, и переключив нужную музыку, он начинает своё шоу. Шоу на выживание. Не изменено лишь одно, на кону как и всегда, его ангел, за улыбку и за возможность засыпать рядом с Миндже он сделает возможным невозможное.       Находясь в каком-то трансе, он начинает двигаться, несмотря на пустоту разума, тело всё помнит, помнит и повторяет утончённые, заученные движения сводя альфу с ума. Плавными движениями Тэхен выгибает спину, его застенчивый взгляд сменяется бесстыдной смелостью и он превращается в искусителя. Оторваться почти невозможно, он словно рассыпается перед ним, открываясь в каждом движении и в каждом изгибе. Несмелые, воздушно четкие движения сводят с ума, Тэхён неповторим это факт, альфа чувствует, что скоро сорвётся, жадно и запретно возьмёт. Невыносимо смотреть и грезить о нем под собой, о стонах с этих блядских губ.       Тэхён на мгновение поднимает глаза и видит такой же взгляд как у них, когда-то любимый смотрит так же как те монстры, как глупо он думал, что те кошмары позади.       В его движениях слишком много страсти и подчинения, в его движениях слишком много запретного, слишком много Тэхена неприкосновенного, безудержного, слишком красивого и нежного, унижающего за свою похоть и желание его испортить. Такого Тэхена нужно запретить или закрыть и запереть, нельзя его оставлять. Чонгук прикован, он не мыслит, не дышит, он лишь смотрит вспоминая как дышать, он опустошён, время замерло. Страсть в глазах Тэхена уничтожает, лишая рассудка, его запах, упругое тело, да все в нем кричит, я совершенство, проиграл ты — я выиграл сражение Чон. Но он порочный, этот Тэхен незнакомый, совсем другой и необходимый подчинить и приручить, тела умеют чувствовать сильней и Тэхён говорит в этот раз без тайн до последней капли.       Когда кружась в танце и растворяясь в движениях, Тэхён оказывает рядом с ним, Чон не выдержав тянет его на себя целуя и заламывая руки. Невозможно оторваться от него, невозможно насмотреться на него, Тэхён, весь с головы до ног невозможен. Чонгук в этот раз не хочет спешить, в этот раз хочется хоть на одну ночь забыть кто перед ним и насладится этим человек, кто неизменно сводит с ума стирая всем границы. — Тэхён…       Хочется звать его по имени и каждой клеткой знать, кто именно рядом с ним, ластится к нему, и течёт для него. Чонгук поднимает его за подбородок и целует, будто впервые за последние пять лет.       Тэхён не видит кто перед ним, он чувствует лишь руки, что его ласкают, руки, что губят, альфа тянет его к постели а Тэхен окончательно срывается. — Мне плохо… — Тэ…       Чонгук обеспокоено поднимает на него взгляд, они стоят посреди комнаты и омега содрогаясь всем телом, буквально кричит. — Нет.       Тэхён не в силах терпеть эту боль, что это такое? Он не выдерживает, альфа хватается за него пытаясь удержать. — Тэхён? — Чон не понимает, что происходит? — Не трогайте, не трогайте прошу… не надо… — Тэхен держится за живот и почти падает когда альфа тянет его на себя. — Мне больно, я не могу… — Тэхён, где болит, смотри на меня не отключайся… Тэ, ты меня слышишь?       Не слышит, хрупкое тело омеги расслабляется и обмякает в руках альфы, альфы, что в ярости кричит его имя, и придерживает его прижимая к себе, и не осознаёт, что происходит. Он зовёт на помощь, приказывает чтобы вызвали врача а сам укладывает его на постель и не отходит ни на шаг. Смотрит и не понимает, что произошло, он же был в порядке, танцевал и вдруг, а вдруг ли? Он ещё в машине, по дороге домой говорил, что не в порядке, и когда Чонгук вошёл жаловался на самочувствие. — Почему терпел? — Чон задаёт вопрос в никуда, сам же зная все ответы.       Тэхён не терпел, он говорил, повторял раз за разом «я не в порядке». Будь все проклято, Чонгук снова проебался с ним, и снова зверь врывается из-за него.       Чон ждёт приезда Сандыка, звонит Джину и просит приехать, чтобы побыл с омегой. Джин сам просил позвонить если, что-то понадобится Тэхёну. Он так и лежит без сознания, периодически мычит и дёргается, но дёргающие веки не открывает. Что с ним происходит, неужели он и в самом деле болен?

***

      Тэхен всегда был чувствительным, возможно Чон перегнул палку и его состояние это просто стресс. С ним же ничего страшного не случилось, это же не болезнь? Невыносимо видеть его таким еле дышащим, больным. Чонгук бесится из-за тревоги, что поселяется в нем, ведь прекрасно известно где у него болит, но он не вылечит, его это не волнует, перед ним простоя шлюха, чьи болезненные вздохи и стоны безразличны. Только, вот сердце сжимается да так, что жизнь теряет все краски оживляя в памяти прежнего Тэхёна. Прежнего беззащитного, тёплого и своего. — Гук волноваться не из-за чего, твой омега физически здоров. — Он не мой омега. — Он потерял сознание из-за переутомления, я думаю причина тебе прекрасна известна. — За спиной Сандыка, он видит как омега шевелится открывая глаза, а Джин гладит его по лбу и шепчет. — Тихо Тэ, это я, — А тот облегченно кладёт голову обратно на подушку. Хорошо, что он позвал хёна, Джин всегда умел находить нужные слова. — Чонгук, ты меня слышишь? — Сандык поправляя очки поворачивает голову за альфой и видит что омега, всё ещё морщится от спазмов и беспокойно переводит взгляд на взвинченного друга.       Он впервые видит Чонгука таким, таким после смерти Минсока. — Ты уверен, что он здоров? — Как я и говорил причина тебе ясна Чон Чонгук. Я пятнадцать лет в медицине, от мальчика исходит запах альфы, хоть он и не твой омега, но запах твой, дорогой мой… В то время как он сам теряет свой собственный феромон и… — Что? Как это, он теряет свой феромон? — Послушай я не психолог и могу не так понять, но если этот мальчик все же тебе дорог не причиняй ему больше вреда. — На что ты намекаешь? — Он зло шипит на врача, — Перестань ходить вокруг да около, я тебе плачу не за твоё мычание и умение подбирать слова. — Нужно дождаться анализов, я связался с господином Ли, у которого Тэхён обследовался последние годы. Если я правильно понял его слова, то что-то в сегодняшнем дне вызвало у него воспоминания которые его мозг блокировал, воспоминания которые лишили омегу течки и когда упал барьер у него… — Он из-за течки такой? — Позже я отвечу на все твои вопросы… Я сделал обезболивающее, к утру он должен восстановиться. Гук, я уверен его проблема в голове, как бы ты не буравил меня взглядом мне нечем ему помочь. Я скину тебе номер доктора Ли можешь поговорить с ним сам.       С ухода врача прошло уже пару часов, но Тэхен лежит так же безжизненной куклой, слабо кивая на болтовню Джина, что пытается как то его отвлечь и по мнению Чона делает только хуже. Чон так и не сумел подойти к ним, он устроился на другом конце комнаты, у рабочего стола, делая вид, что в работе, краем глаза наблюдая за ними. — Теперь ты доволен? — Джин выкипал. — Не шуми. — Чон и так чувствовал себя паршиво. — Ты не можешь пойти со своими документами в свой чертов кабинет?       Чон злится, его бесит это состояние омеги, такого хочется жалеть и прижать к себе а Чонгук решил, что будет ломать и добивать. — Ты идиот Чонгук, твоя тупая месть убивает вас двоих, а ты все продолжаешь. Он теряет запах, ты понимаешь, что это такое?       Альфа меняется в лице, смотрит на комок в постели, со спины он выглядит ещё меньше, ещё теплее, и слабее. — Он теряет запах убивая омегу внутри… Ты играешь с ним, а он высоко держа голову убивает себя.       Чонгук не может это слушать, он резко встав идёт к выходу, а за спиной, до него доходит такой тихий, ранимый, и пронизанный болью голос. — Джин, не надо, он тут не причём. — Тэ, прости, что разбудил.       Чонгук застывает на месте прислонившись к двери, и откинув голову.

«Он теряет запах, убивая омегу внутри»

— Тэхен, зачем ты это делаешь?       Чонгук будто бы видит его слёзы, что текут по скулам, его руки что сжимают одеяло, и продолжает подслушивать не в силах убраться прочь. — Джин, не преувеличивай, я всегда болезненно провожу течку. — Он пытается приглушить всхлип стирая слёзы. — Прекрати Тэхён, не надо придумывать, просто промолчи уже.       Тэхён за это время в Сеуле, успел закалиться и видимо окаменеть, внутри ничего не тревожит, раньше в такие дни его разрывало от понимания того, что он бесплоден. После родов он заставлял себя посещать психолога, он неустанно продолжал бороться с тем, что грызло его внутри. Советы психолога были абсурдны, ему велели делится с тем, что сидело в нем. Будто рассказав миру, что он бесплоден, что он бракованный, ему станет легче. Легче ему больше не станет никогда, он больше не познает счастье рождения ребёнка, Миндже не станет кому-то братом, они оба обречены быть только друг у друга. Только сейчас подглядывая на Джина, хочется поделиться. Все эти годы он крутил в голове слова Чхоля, о том как ему повезло быть бесплодным, ведь его теперь можно было трахать бесконечно долго кончая в него, ведь он неспособная родить подстилка и ничего больше.       Тэхён, думает о своей жизни с момента как Джек открыл ему правду о Чхоле. Столько воспоминаний, столько боли, потерь, ненужной правды, от которой ему хочется, просто не быть. Тэхён думает о прошлом, и замирает весь мир, а что если он откроется Джину? — Хочешь я заберу тебя к себе? — Джин подглядывает на него в надежде услышать — да хочу.       Чонгук за стеной все слышит и понимает, что никуда он его не отпустит, и делая вид, что ничего не слышал вступает в комнату. — Нет, я в порядке, хён. К утру все пройдёт. — Тэхён смотрит на Чона и боится увидеть в нем жалость. — Езжай, я позабочусь, о нем. — Слова Чонгука удивляют всех, и даже его самого. — Я сам справлюсь, оставьте меня просто одного. — Тэхёну срочно надо побыть одному.       После этого разговора Тэхён ничего не помнит, он не помнит как Джин попрощался с ним пожелав спокойной ночи, он не помнит как Чонгук, просидел рядом, пока он не заснул, он просто уснул, спасаясь от собственных мыслей.

***

      Чонгук долго думал прежде чем решился набрать номер доктора Ли. Он не хотел ничего узнавать, не хотел снова тонуть в наивных глазах омеги. Но утонул после разговора с доктором Ли, утонул в собственной слепоте. Ли подробно разъяснил, почему и как умирает омега внутри Тэхёну, он так легко и непринужденно объяснил, сказав легко и просто — (Тэхён бесплоден господин Чонгук, причиной послужило изнасилование, из-за этого он и теряет свой феромон).       Чонгук застыл на месте, завис и вовсе перестал дышать, и мыслить. Он не мог понять, о чем ему говорит Ли, что это все означало. Было сложно это слышать, а ещё сложнее принять, и поверить. Перед глазами возник Тэхён на пляже, его заломленные руки, следы на коже и его крики. Чонгук в тот вечер изнасиловал его, взял грубо кричащего, молящего о смерти омегу и поставил ему метку. Чонгук слишком четко помнил о том, что шёлковый платок на запястье, скрывает не только шрам от ожога, но и метку. Метка была поставлена, но на омеге чужого запаха не было, он убивал себя внутри, топтал своё природное начало.       Тэхен, это настрадавшийся, беззащитный омега, его сама судьба наказывает, а Чонгук в свою очередь его ещё и добивает сам собственноручно. Он же видел сколько боли было в его глазах в их первую встречу после разлуки, видел в каком он состоянии пришёл к нему в ту ночь когда альфа торговался его телом, видел каким взглядом он на него смотрел в то утро когда он… Чону впервые хотелось спрятаться от своих мыслей, он не понимал, что дальше делать, когда в последнее время смыслом жизни было — уничтожение Ким Тэхена. Как быть, если уничтожать больше не кого, он уже разбит, омега и так уже на дне собственного сознания, убивая собственное я. Усмирение внутреннего зверя, для альфы всегда причиняло массу боли и терзаний, а Тэхен убивает его. Слабый и невинный мальчик, тот кто спускаясь с трапа ворвался в его жизнь, давно погиб, может его вовсе и не было, а Чон всего лишь стирал с земли его напыщенную оболочку. Доктор Ли говорил, что ему можно и нужно помочь, только омега сам должен этого захотеть, он сам должен открыться и принять то, что произошло и только после принятия этой правды он сможет двигаться дальше. Чонгук нуждался в его правде, может услышав историю Тэхёна, его зверь внутри успокоится и оставит омегу в покое, может тогда он сумеет его отпустить и простить.       За это время, засыпая рядом с ним Чонгук понял, что он все ещё не избавился от чувств к омеге, не любовь так ненависть, и не разобрать, что из них губительнее, и навсегда. Вечность.       Чонгук не находит себе места, не может успокоиться, и держаться подальше от постели, где спит Тэхён. Тихо и медленно наступая, он идёт к постели, на ходу снимая футболку, и ложится рядом с горячим телом, чувствуя еле уловимый запах Тэхена. В комнате горит один тусклый светильник, но разглядеть лицо омеги не заставляет труда, он тяжело дышит, подкусывает свои искусанные губы, его все ещё чуть мокрые ресницы дрожат, омега не спит или может Чонгук разбудил его своим вторжением. — Не надо. — Еле слышно шепчет Тэхён, а альфа удивлённо смотрит на него, неужели его запах все ещё успокаивает его, неужели все ещё исцеляет омегу.

«Твой запах мое исцеление Гуки»

      Он впустил свой феромон неосознанно, зверь сам решил. — Все ещё помогает? — Когда он чист…       Тэхёну бы сказать ему — да Гук помогает, только когда в нем нет чужих феромонов, когда ты не трахаешь меня, будучи пропитанный чужим запахом.       Только Тэхен, и к этому сумел привыкнуть. — Ты как? — Тебе не обязательно это делать, Чонгук. — Не обязательно делать вид что он волнуется, беспокоится, не надо показывать Тэхёну как могло бы быть, особенно сегодня когда он признал свою ничтожность.       Альфа двигаясь ближе, и какой-то легкой нежностью тянет к себе Тэхена, укладывая его голову на груди. — Чонгук. — Омега хочет соскользнуть, но ему не дают. — Тэхен, расскажи, что было, кем был тот человек на парковке? — Ты сам все знаешь… — «Он мой клиент»       Тело омеги дрожит, ему все ещё больно и страшно, Чонгук чувствует страх, что исходит от него, возможно это вовсе не из-за прошлого, возможно барьер разрушен из-за того, что Чон устроил в кабинете. — Расскажи почему ты стал… Почему ты не можешь иметь детей и…       Тэхён перестаёт дышать. Истерика накрывает его полностью, лишая возможности спокойно переварить эту новость. Откуда он узнал? Как? — Ты? — Твой врач, я связался с Ли… — Да как ты посмел, — Тэхён вырывается в его руках и скользит на пол с постели. — Какое тебе дело до моего состояния, не можешь одну ночь перетерпеть оставив меня в покое? — Я просто… — Чон наступает на него, боится, что тот упадёт, снова потеряет сознание. — Что ты просто, что? — Ищешь ещё один рычаг для моего уничтожения, тебе мало того, что есть? — Я хочу знать когда и как ты стал… — Бракованным? Это слово ты ищешь? — Тэхён. — Чон ловит его и прижимает к себе, обнимает. Вот так впервые. — Что, совесть замучила? Или рад, что это сделала со мной, та встреча с тобой в Лондоне? Это не из-за тебя, расслабься Гук, у меня были палачи куда искуснее тебя.       Тэхён не позволит ему себя жалеть. Это не Чонгук сломал его, его сломала собственная слабость.       Тэхёну страшно, что ещё Ли успел ему рассказать. Ясно одно, о Миндже он промолчал, и это успокаивает. Надо как-то обыграть, надо как-то показать Чонгуку, что он бесплоден, не из-за родов, а из-за…       Чонгуку кажется тоже не по себе. Когда он тянет омегу обратно в постель и поднимает на руки, Тэхён думает, что о нем заботятся. Проклятое наваждение и игры его больного разума. Тэхён боится, что альфа не успокоится, и начнёт рыться, в его прошлом. — Мне нечего рассказывать. — Шепчет омега, еле ощутимо касаясь до голого торса альфы.       Впервые за столько времени он рядом, вот так просто рядом, он впервые так спокойно чувствует его запах и хочет рассказать обо всем наболевшем, о том куда его бросил единственный родной человек. — Я хочу знать, что за черт с тобой происходит, почему ломаешься?       Ломаешься? Тэхён пару раз повторяет это слово про себя, и думает, вот как он выглядит со стороны когда упирается, когда хочет оставить все внутри, чтобы его призирали и уничтожали но не жалели, главное чтоб не жалели, мама ведь запретила. — Ты просил о встрече с мужем я все устрою.       Тэхён просил и просит его устроить встречу с Убином, у них остались незаконченные дела. До отъезда он должен решить судьбу омег, что все ещё работают в его клубе. И приостановить вывоз сирот с других стран.       Тэхёну смешно, с ним снова торгуются. Но он должен встретиться с Убином и решить вопрос с клубом Чхоля, где все ещё заперты десятки омег. — Устроишь? — В ответ кивают. — Я узнаю кто был этот альфа с парковки Тэхён, я получу полный отчёт о твоём состоянии у Ли. Если эта чертова правда поможет нам избавиться друг от друга я пойду до конца, и ты это знаешь. Просто расскажи.

***

      В комнате полумрак, в комнате их смешанные запахи и успокаивающее тихое дыхание альфы в унисон с тревожно тяжёлыми вздохами больной омеги, и пусть все закончится сейчас, пусть сегодня все просто перестанет быть, пусть узнает все, пусть презирает и оставить в покое, выкинет и вычеркнет. Тэхен устал верить в себя, устал бороться и разучился подниматься, разучился собирать себя по кусочкам, и если сможет, то он расскажет все с пометкой я не помню как меня губили, но я никогда тебя не забывал Гук. И да, он открывается, оголяет свою душу и раны. И да, он знает, что эту правду в будущем разыграют против него ещё больнее, но он выдержит, ведь больнее не бывает. Главное скрыть существование Миндже.       Так же лёжа на груди альфы, и скручивая в руках одеяло, и все крепче сжимая кулаки в надежде удержать слёзы еле слышным голосом произносит. — Я не помню…       Тишина. Но альфа знает, что скрывает этот голос омеги, что таится в этом выражении. — Я ничего не помню Чонгук.       Альфа чувствует как он сжимается в болезненных спазмах, и начинает медленно гладить по спине. Роды лишили его возможности иметь детей, но причиной стала та ночь. После той ночи, его омега отвернулась от него. Сеансы с психологом всегда раз за разом приводили его к этому дню. Эту правду он и откроет, этой истории хватит для удовлетворения, не понятно откуда взявшей любопытства альфы. — Меня вывели на сцену, включили ту же музыку, что и ты сегодня. — Рука Чонгука замирает на его талии. (Что и ты сегодня) — Я начал танцевать оголяясь… Наверно это выглядело так же как и сегодня. Я видел их лица, они просто сидели и он говорил просто один танец.       Тэхён не хочет плакать, ему даже не больно говорить о том вечере, он больше не тот кем был. Единственное его желание сейчас, это избавиться он этого человека рядом. — В памяти лишь танец, а потом руки, что скользят по телу. «Я помню, что звал на помощь, и кричал в темноту. Гук, а ты помнишь как говорил когда-то, что услышишь меня, где бы я не был? Но нет Чонгук, ты не услышал. А может я и не звал, может я устал звать тебя, безответно» — Тебя накачали наркотой, что ещё он от тебя хотел, что ещё блядь Тэхён, если ты и так был его… Что он ещё от тебя потребовал, предварительно накачав? — Тэхен? — Омега отодвигается от него и устраивается к нему спиной, Чон кладёт руку ему на плечо и… — Не трогай. — Что было на утро? — Я очнулся в номере отеля. Один. Голый. Грязный. Встать я не смог, потом вновь пусто, дальше больница… и — Омега усмехается, — Потом произошедшее в тот вечер привело к моему бесплодию. Сначала это сказал Сэм, а потом и мой лечащий врач подтвердил его слова.       Тэхён не соврал ни единого слова, только в конце приплюсовал конец другого дня. — Ты после этого, и оказался в Сеуле?       Тэхён и забыл, что для альфы, Сэм давно мертв. Он забыл, что никто не знает, что Чхоль и Сэм имеют одно лицо. Тэхёну остаётся только согласиться, с выводами альфы.       Чтобы было, если бы Чонгук узнал, о том, что Тэхён согласился на тот танец, ради сохранения жизни, что зарождалась в нем, после надругательства над ним Чонгука…       Кричать, ругаться, биться головой об стенку, чтобы не делать, эту боль что внутри омеги не заглушить. Теперь Чонгук знает какой он слабый, знает как он не сумел уберечь себя, он жалкий слабак. Теперь Чонгук знает, хоть об одном его дне рядом с Чхолем.       Чонгук чувствует всю его боль, чувствую каждую царапину на теле омеги, чувствует и не выдерживает. Он встаёт с постели, что-то крушит, что-то выкидывает в окно и видит как омега закрыв руками уши и лицо, лежит недвижно боясь открыть глаза. — Тэхён? — Опускается возле постели, и проводит по лбу убирая его руки с лица. — Сэм тогда сказал, что я везунчик, раз мне теперь не надо бояться, что залечу.       Чонгук вспоминает свою ярость и то как орал на него из-за той пластины противозачаточных. Как кричал, что такой как он не родит от него и…       После, каждый день и даже сегодня утром, Тэхён при нем же принимал эти таблетки, раз за разом.       Ему плевать на Тэхёна, он мстил ему как умел, унижая и нагибая как и где хотел, но рядом с ним, он сам превратился в того, кем с детства боялся стать. Им вместе не быть, как не любимыми так и врагами. Они губительны друг для друга в любых из ролей.       Чонгук снова забирается на постель, ложится рядом, не смея трогать. Тэхена под наркотиками не мыслящего и не понимающего, что происходит заставляли танцевать, а после брали в номере отеля, лишая его возможности иметь детей. Чонгук делал так же, только омега с ним был в сознании, и неизвестно, что хуже. «Прости»

***

      Тэхен проснулся в постели один, альфы рядом не было, так и лучше, вчерашний день был длинною в год, последствия которого ещё не раз ворвутся в его повседневность. Стало ли ему легче, рассказав все альфе? Возможно да, легче стало и понимание того, что он добился встречи с Убином, говорило о том, что оно того стоило. Осталось прожить рядом с Чоном каких-то три дня, и он избавится от него и от этого места. Его состояние нормализовалось, цикл течки всегда приносил ему дискомфорт на сутки и отступал. Вчера его свела с ума не только течка, но и альфа в унисон с прошлыми кошмарами. Думать о прошедшей ночи не хотелось, больше вообще не хотелось думать о том, что было. Он теперь грезил только о будущем с Миндже и другом, если Лэй останется с ними.       Сегодня он встал не стой ноги, сомнений не было. Приняв вызов с незнакомого номера он услышал голос Минхо. Альфа говорил, так как будто они давние друзья, приглашал на вечер и говорил о сюрпризе, а в конце произнес непонятное — прости. Омега терялся в мыслях не понимая, зачем Чонгук решил вообще взять его с собой на этот вечер.       Тэхён готовил себе кофе, когда заметил Чонгука, судя по его внешнему виду и о его собранных назад волосах, он пришел с пробежки. — В пять часов вечера тебя будет ждать машина, и делай вид, что мы просто… знакомые. — Я не хочу идти на этот вечер. — Ты должен там быть. — Когда я смогу поехать к Убину? — Завтра утром. — Кто устраивает сегодняшнее мероприятие, и кто там будет? — Тэхён должен подготовить себя к людям, которых может там встретить. — Минхо. Там будут все мое окружение которое ты знаешь.       Тэхён усмехается. Минхо. Надо же? А Чонгук бесится из-за того, что омега удивляется услышав имя Минхо. — У вас после были встречи?       Вопрос альфы удивляет. — Ты о том, спал ли я с ним после?       Чонгук умело уходит с этого разговора. — Ко мне там не подходи не при каких обстоятельствах, ясно. Я буду не один. — Будешь со своим омегой? — Тэхён отпивает свой кофе. — Буду. — Тоже тянется к чашке с кофе, и делает глоток.       Чонгук злится, а сам не понимает из-за чего. С Минхо у них давние разногласия хоть они и партнёры, что объединившись поставили всю промышленную индустрию Кореи на колени. Утренний звонок Минхо вывел его из себя, особенно когда он настоял на том чтобы, Тэхен посетил его вечер. Минхо говорил, что сам Тэхён отказался когда тот его просил, и это говорило о многом, омега снова с кем-то путался за его спиной. Альфа был взбешён из-за своей зависимости от такой личности как Тэхён. Несмотря на то, что он сам ещё вчера решил использовать это мероприятие и представить Тэхёна как своего союзника и наследника Убина, разговор с Минхо вывел его из себя. Получалось он все ещё связан с этим альфой тоже. Какую бы боль в прошлом омега не перенёс, он по прежнему ничтожество, что все ещё продолжает дурачить людей, омега чьи ошибки ничему не учат. Тэхён сам бросает себя на съедение связываясь с такими как Минхо, а в прошлом как этот Сэм, так к чему потом строить из себя жертву. — Приведи себя в порядок, представь что это твой прощальный вечер.       Со вчерашней ночи, Чонгуку было не по себе, вчерашний вид омеги и его история не покидали его разум. Чонгук не жалел его нет, да и омега не позволял этого делать, вот с утра же огрызаясь, с гордо поднятой головой. Только он может не имея за спиной ничего, вот так гордо смотреть сверху вниз на весь мир. Наверное Чонгук когда-то в это его умение и влюбился. Но несмотря на его уже бодрое состояние, трогать его не хотелось, точнее хотелось ещё с утра, когда он весь такой горячий ластился рядом, но он теперь боится снова привести его в то вчерашнее состояние. — С кем я туда поеду. — Один. — К чему этот цирк? — В прессе возникают вопросы по поводу перехода его акций мне. Мы должны всем показать наши дружеские отношения. — Знали бы они, насколько они дружеские. — Тэхёна веселит это ситуация. — И на сколько глубокие. — Подмигивает Чонгук, и поднимается с места, ещё раз глотнув с кружки омеги. — Как ты себя чувствуешь? — Как твоя шлюха. — Улыбается. — Язва.       Когда жизнь прижимает тебя к стенке, не давая возможности пошевелится, приходится все свернуть в шутки, ибо ты сойдёшь с ума. Тэхён решил отшучиваться до конца, пока не покинет Сеул, превращая в шутку всю свою жизнь. — Не опаздывай, ровно в пять.