Сливовое вино, любовь и капелька удачи

Слива распустилась раньше времени - в самом начале марта, под проливным дождем, и это было настоящее чудо. Белые грозди, только-только развернувшие нежные лепестки, покачивались под натиском ветра, от влаги тяжелели и клонились к земле. Разглядывая в окно цветущее дерево, Ибо кусал губы и лихорадочно думал. Времени было в обрез. Опытным путем он уже давно выяснил, что семилистники расцветают первыми, буквально на несколько часов, а затем опадают белыми хлопьями на землю. Сколько было упущено возможностей, пока Ибо не сообразил, что искать надо без промедления? Даже подумать страшно, а потому, он размышлял не дольше минуты. Последний цветок - восьмой по счету - и невероятная удача у него в кармане! Самое главное не опоздать! Сбежать с уроков вышло играючи - притворился больным; согнувшись в три погибели, проковылял на выход. А за оградой припустил так, что пятки сверкали - дождь усилился, грозясь побить все цветы раньше, чем Ибо доберется до парка. Он бежал, задыхаясь и отфыркиваясь от дождевых капель, умоляя небожителей дать ему хоть немного времени. Если он сегодня не найдет этот проклятый семилистник, все его труды будут впустую! И вот где он теперь - едва держится на скользких ветвях, балансируя, чтобы не грохнуться на землю и не свернуть себе шею. Печальная будет история, если вместо феноменальной удачи он получит совершенно тривиальный перелом. Ибо вздыхает и тянется за самой дальней веткой, тащит ее к себе, заполошно пересчитывая лепестки на ближайшем соцветии. Шесть, шесть, пять, на следующем вообще восемь! Ни одного семилистника! Да быть не может, что на всем чертовом дереве не распустилось ни единого цветка с семью лепестками! Ибо стискивает зубы, чтобы не разрыдаться в голос от досады. Если он сейчас не найдет… Нет, об этом помыслить страшно. Его отъезд в Корею давно согласован, не пройдет и нескольких месяцев, как он будет в Сеуле. Сегодня - его последний шанс. Он мокрый насквозь, волосы облепили лицо, а держать равновесие получается все хуже, отяжелевшая от воды одежда так и тянет вниз. Густой сливовый запах, под дождем ставший только плотнее, почти не дает продохнуть. Кто и когда рассказал ему о сливовом вине, которое способно принести сумасшедшую удачу, Ван Ибо не помнит, слишком много лет прошло и воспоминания давно поблекли. Да и какая разница, если эта легенда зажгла в нем такой огонь, что любой мог позавидовать? Волшебное сливовое вино стало для него мечтой, а затем и целью. Может, легенда врала, но тогда почему все семилистники, что он собирал столько времени, не увяли? Даже те, что были сорваны много лет назад, выглядели все так же свежо, да и запах сохранили. О, небеса, да почему же так холодно?! - Сливовое вино, сливовое вино, - шепчет он, и тело чуть-чуть согревается. Вижу цель - иду к ней, вот каким девизом Ван Ибо живет последние восемь лет. Сейчас он на финишной прямой, поворачивать просто некуда, а за спиной давно потухли все мосты. Но рассуждать о достижении целей, конечно, здорово, только продрогшее тело плохой союзник. Мышцы ноют от напряжения, озябшие от ледяной воды пальцы почти не слушаются, а живот подводит от голода - сегодня он только завтракал, а солнце неуклонно опускается за горизонт. Время утекает, как дождевая вода сквозь пальцы, оставляя после себя легкий привкус паники. От резкого движения - Ибо отпускает ветку, позволяя ей с хлестким звуком выпрямиться - кеды скользят по коре. Он зажмуривается, предвкушая болезненный полет, но ничего не происходит - нога цепляется за едва заметный выступ на дереве, позволяя сохранить равновесие и достоинство, а не шлепнуться вниз, отбивая копчик до искр в глазах. И почти сразу же рядом раздается мелодичный голос, от которого по спине бегут мурашки: - Кажется, буря загнала на дерево милого котенка. Тебе нужна помощь? Ибо не нужна ни помощь, ни компания - он скрипит зубами, дотягиваясь до следующей ветки. Ему позарез нужен семилистник, и он не уйдет, пока не осмотрит каждую гроздь. Дважды. С его места почти невозможно разглядеть случайного доброхота, только широкий купол зонта в ярких цветах. Среди темно-серой, с зелеными оттенками, парковой поляны, этот зонт кажется возмутителем спокойствия, и от зефирно-розового пятна перед глазами начинает мутить. - Может, все-таки помочь? Ты что-то потерял? - от радушного голоса хочется вздернуться на этой же сливе, чтобы не бесил. “Уйди, уйди!” - молитва не помогает, хозяин отвратительного зонтика наворачивает круги вокруг дерева, словно пытаясь получше разглядеть Ибо среди зеленых ветвей, усыпанных белыми цветами. - Дай угадаю, ты ищешь семилистник? - раздается мягкий смешок, и от неожиданности Ибо едва не срывается вниз. - Неужели хочешь сварить сливовое вино? - С чего вы взяли? - мямлит, смутившись. Откуда этот странный чувак вообще в курсе про семь лепестков? О сливовом вине и своей мечте Ибо никому не рассказывал - слишком рано понял, что люди в большинстве своем готовы высмеять все, чем ты дорожишь. Язык, конечно, развязывался пару раз, но он давно научился фильтровать информацию, что получают от него окружающие. Странный парень, чьего лица не разглядеть за пеленой дождя, просто не мог узнать. Если, конечно, сам не пришел к сливе с той же целью. В ответ незнакомец только смеется, и этот теплый звук прокатывается по спине приливом дрожи. Зато пальцы перестают трястись, да и ледяной ветер не так больно кусает за голые щиколотки. Парень, караулящий его под деревом, словно мысли читает, когда заявляет: - Похвальное желание, немногие в наше время помнят про зелье, что может принести удачу. Итак, сколько цветков у тебя уже есть? - Семь, - рассеянно бормочет Ибо, оглядывая последнюю ветку. Если сейчас он ничего не найдет, то все будет кончено. В Корею он, конечно, уедет, возможно даже пройдет кастинг, но все остальные мечты развеются, как дым над водой. Ван Ибо трудолюбивый и старательный, как говорят учителя, но особыми талантами похвастаться не может. Сливовое вино - его единственная надежда на успех. Глаза начинает подозрительно щипать. - Ух ты, - зонтик совершает полный оборот в руках странного незнакомца, когда тот смеется, запрокидывая голову, - а ты упорный. Ну, что у тебя там? Кажется, он искренне заинтересован в том, чтобы Ибо нашел последний цветок, вот только - какой печальный сюрприз - на сливе нет ни единого семилистника. Пусто, ничего, полное зеро. Ибо горестно вздыхает, когда до конца осознает масштаб трагедии, и отпускает ветку. С тихим шорохом осыпаются на землю ненужные больше цветы. - Ничего нет, - шепчет он одними губами, даже не надеясь, что внизу его услышат. Зонтик поворачивается вокруг своей оси еще пару раз, а затем незнакомец опускается на корточки, разглядывая землю под ногами. Ван Ибо глубоко наплевать, что он там делает - хоть нору себе роет, - глаза сами закрываются от усталости и грусти, тяжелым ярмом лежащих на плечах. Он так устал - бесконечные тренировки, подготовка к экзаменам и репетитор по вокалу, каждый день распланирован по минутам. Отдых в ближайшие несколько лет ему не светит вовсе, и от этого на душе становится только гаже. Но дрема мигом слетает, когда он слышит восхищенное: - Ничего себе, целых семь лепестков! Ты, кажется, именно такой искал? Ибо срывается с места так быстро, что в глазах темнеет, но белый цветок, зажатый в пальцах странного парня с дурацким зонтом он видит до рези в глазах отчетливо. - Отдай! - на вежливость нет времени, но Ван Ибо сам себе поражается - звучит очень грубо. Тянет руку, с трудом сдерживая нетерпеливую дрожь, но незнакомца этим не пронять. Ибо, застыв, во все глаза смотрит, как тот подносит цветок к лицу, чтобы вдохнуть легкий аромат, рассматривает в тусклом свете оттенок лепестков. Дразнит. Вот только разглядеть его получше в полумраке не выходит - незнакомец, стоя вот так близко, остается темной лошадкой. Да и какая разница, как он выглядит? - Отдай, - повторяет Ибо, чувствуя, что вот-вот расплачется. Он не отдаст семилистник никому, даже если придется лезть в драку. Кажется, его дрожащий от отчаяния голос имеет эффект - зонтик крутится, разбрызгивая воду, дождь и не думает утихать. Капли оседают на его лице, но то - досадная помеха, не более. Его одежду и так придется выжимать, в кедах хлюпает, а горло уже начинает саднить. Простуда подкрадывается на мягких лапах, издалека грозя высокой температурой и ломотой в костях. - Совсем не милый котенок, когда показывает зубы, - вздыхает незнакомец, протягивая ему цветок. Ибо хватает его, как жадный ребенок, скрупулезно пересчитывая лепестки, и в груди взрывается фейерверк. Семь! Один из лепестков чуть меньше остальных, выглядит слабым и помятым, наверное, поэтому он его и не заметил. - Спасибо, - неохотно бормочет Ибо, прижимая к себе сокровище. В голове столько мыслей, но все они исчезают, когда незнакомец мягко уточняет: - И что будешь делать дальше? - Сварю сливовое вино, - это очевидно, но радость Ибо омрачается недоумением: что этот странный парень забыл в парке посреди проливного дождя? Чего пристал-то? И почему в тихом голосе слышатся подозрительно-насмешливые нотки? - А рецепт где возьмешь? В Байду*? - нет, насмешка ему не почудилась, над ним действительно смеются. Вот только незнакомец, пряча лицо за краем зонта, подтрунивает не над его желанием сварить сливовое вино. Он удивлен, что Ибо собирается сварить его сам. Насупившись, Ван Ибо молчит. Мама учила не разговаривать с подозрительными типами, что будут ошиваться вокруг, но этот парень явно знает гораздо больше, чем Ибо. Может, стоит попытать удачи? Пока он раздумывает, незнакомец поворачивается спиной, с явным намерением уйти. Ибо тайком оглядывает его - он старше и выше, но такой же тонкокостный, как он сам. И растерянность накатывает приливной волной, сбивая с ног. Он был так сосредоточен на поиске семилистников, что не подумал о конечном результате. Сливовое вино надо еще сварить, а он понятия не имеет - как. Кеды скользят по раскисшей земле, когда он торопливо догоняет незнакомца - его яркий зонт словно маяк в ночи, не дает сбиться с курса. - И что вы предлагаете? - Я? - тихий смешок пробивается сквозь шум дождя, и Ибо жмурится. Звук чужого голоса ласкает слух, наполняет изнутри странным теплом. - Ну, есть пара идей. Скажи, на что ты готов для достижения своей цели? У тебя же есть цель, правда? В противном случае, вся эта возня со сливовыми цветами бесполезна. Он поворачивается и ждет, но лицо все еще скрыто за стеной дождя и тенью от зонта. На краткий миг у Ибо появляется предчувствие, что его испытывают, а правильный ответ всего один. - На все, - слова вырываются изо рта раньше, чем он успевает осмыслить их, но это чистая правда. Пропадать в танцзале до поздней ночи, сварить сливовое вино или заключить сделку с демоном, - без разницы. - Отыщи верховного мага, он тебе поможет, - тихий шепот кажется отзвуком дождя, иллюзией, но нет, незнакомец совершенно серьезен. Ждет, барабаня пальцами по ручке зонта, и никуда не уходит. Ибо чуть отступает - сливовое вино из легенд это одно, а волшебство - совсем другое. Отыскать мага? Что за бред! Но даже если задуматься: как вы предполагаете это сделать? Бродить по улицам, спрашивая прохожих, чтобы за очередным поворотом обнаружить дружелюбные объятия психиатрической бригады? Что-то в этом духе он и бормочет, отыскивая пути к отступлению, но странный парень смеется: - Достаточно подумать о том, что хочешь его найти. А затем - следовать за первым же знаком, что встретится тебе на пути. Небо раскалывается пополам, ослепляя взрывом молнии, а когда Ибо, наконец, открывает глаза, рядом с ним никого нет. Яркий зонт тоже исчез, но нет времени задуматься, как именно добрый самаритянин с дурацкими советами успел так скоро слинять. Дождь усиливается, пропитывая волосы и одежду, но Ибо улыбается - широко и радостно. Цветок сливы слабо пульсирует в ладони. Теперь у него есть шанс.