Однажды осенью

      — Антонова! — Майский, как обычно, с пинка влетает в морг. — Ну сколько можно сидеть на работе-то! Дети поди забыли, как мать родная выглядит!       — Дети отправились на осеннюю смену в лагерь, — сдержанно отвечает Валя. — У них каникулы.       — Ну не дети, — тот машет рукой так, словно муху отгоняет. — Муж тогда. — Валя вдруг замирает, в её руках подрагивает пробирка, и это не ускользает от внимания Майского. — Эй, ты чего?       — Серёж, я вообще-то развелась.       Майский на секунду замирает, потом смеется, а потом смотрит на всё ещё серьёзное лицо Вали.       — Не понял, это, что, шутка такая? — видя, что на лице Вали нет ни тени улыбки, продолжает: — Как развелась?! Когда развелась?!       — Две недели назад, — голос Антоновой подрагивает, она опускается на стул и кажется вот-вот заплачет.       — Валюш… Я ж не знал, прости.       Сергей неуклюже подходит ближе и нерешительно замирает. Он не знает, что сделать дальше. Кладет свои руки ей на плечи, хотя они и тянутся зарыться в её мягкие волосы, но он терпит, даже старается почти не дышать.       — Серёж, да мы ремонт начали. Ты что думаешь, я детей просто так отправила? — теперь в её голосе отчетливо проскальзывают истеричные нотки. — Я сама не могу его никак закончить, времени не хватает. Нанять тоже не могу — кредит за машину ещё не выплатила, а с нашей зарплатой… — она горестно машет рукой.       — Эээ… Валюш, — Сергей почесал голову, обдумывая услышанное. — Ну давай я тебе помогу.       — Чем ты мне поможешь? — она резко вскидывает голову и непонимающе смотрит на него.       — Ну… это… ремонт типа… — Он опускает то, что никогда не делал ничего подобного, разве что руководил у друга, как клеить обои, да, и не стоит вспоминать, что они отвалились через месяц. — Вместе быстрее справимся.       — Серёж, правда поможешь? — её глаза загораются такой надеждой, что Майскому кажется, он сейчас вспыхнет от этого огня.       — Ну да. Ремонт так ремонт. Вряд ли это сложнее, чем за преступниками гоняться.

***

      Как выяснилось, Серега погорячился. Нет, он уже почувствовал подвох, когда Валя подошла к Гале, сделала ангельские глазки и попросила отпустить и её, и Майского на пару дней сделать ремонт. Во взгляде Гали мелькнуло еле уловимое сочувствие, но Серёга не понял, к чему это… Пока не приехал к Антоновой.       — Валюша?.. — он замирает уже на входе. — Это… что?       — Ремонт, — невозмутимо отзывается Валя, пропуская Сергея в квартиру.       — Что? Во всех комнатах?!       — Нет, детскую ещё не успела начать, закончу тут, потом перейду туда.       Сергей шокировано смотрит на старые обои, что обрывками разбросаны по полу, на свежие следы штукатурки, а ещё куда бы он не ступил, обязательно натыкается на инструменты.       — Серёж, осторожнее! — кричит Валя. — На шпатель не наступи.       Тот сначала чешет голову, потом ухо, потом ещё раз смотрит на Антонову и на всякий случай уточняет:       — На шпа что?       Та вскидывает на него удивленные глаза.       — Шпатель, — до неё, кажется, начинает доходить, и она, посмеиваясь, спрашивает: — Серёж, ты чего? Не знаешь, что это?       — Ну я это… — тот теряется, но старается не показать виду. — Я его просто по-другому называл.       — И как же? — поднимает одну бровь Антонова.       Серёга быстро оценивает глазами вещь, которую увидел впервые в жизни, ну, а может и видел, когда рабочие делали ремонт у него, но никогда не интересовался ни названием, ни функциональным назначением этого самого «шпа что», и лихорадочно придумывает, как бы его обозвать.       — Это лопатка!       Это ещё что! Они так и не заходят в квартиру: Антонова заехала захватить скидочную карточку и повезла Майского в магазин стройматериалов. Сергей почувствовал себя спокойнее. Что он, обои не выберет, что ли? Потому он почти не слушал лекцию Вали, так, лишь обрывки слов, а сам любовался этой женщиной, в которую влюблен с самой первой встречи.       — … плюс бумажных обоев в том, что они лёгкие… — он смотрит, как её волосы слегка развеваются из-за открытого окна, — … минус — они тонкие… — а эта ручка, что сжимает руль, так и хочется прикоснуться к ней губами, поднимаясь выше и выше, — … ну или другие, главное, чтобы красиво было. Ты понял?       — Да! — говорит он, абсолютно не понимая, о чём речь, но решает, что в магазине сообразит. Или просто походит рядом с Валей, а она пусть выбирает. Вот только Антонова, оказавшись в магазине, резко тормозит.       — А ты куда? — укоризненно смотрит на него.       — Ну так… — он снова чешет голову. Что она там говорила в машине?       — Говорю, иди выбери покрытия для стен, — она тычет рукой в сторону зала. — А я за краской, это туда. — Вот тут Майскому становится страшно.       — А мы не вместе пойдем?       — А сам, что, не справишься? Помочь же хотел, — насмешливо говорит она, и мужское самолюбие одерживает победу.       — Да без проблем, Валюш, ты же говоришь сейчас с профи, у которого ты не представляешь сколько этих ремонтов за плечами, — он подмигивает и идёт в отдел.       Сколько у Сергея ремонтов он и сам не представляет. Вернее, он ни одного не представляет. Потому что ни разу не принимал в этом участие. В новую квартиру пригласил рабочих, появился там от силы раза два, а в детстве его как-то особо и не привлекали. Но он не мог ударить в грязь лицом перед любимой женщиной, а потом пошёл выбирать.       «Что там Валя в машине говорила? Бумажные обои слишком тяжёлые и толстые вроде. Не, ну толстые не подходят, стену увеличим раза в полтора… Интересно, а толстые это насколько толстые?. Ай, ладно. Посмотрим другие варианты. Она ещё вроде и про потолок говорила… Так-так… Ага, потолочные плиты, хм, судя по виду, клеить их просто, но смотрятся так себе… Да и клеить не хочется. Лучше, наверно, обойтись покраской потолка. Да! Точно. ДСП на стены… Нет, у самого такое, мыть постоянно надо, Валюше не подходит… О! Пластик! Хотя нет, это скорее на балкон… Отделка по дереву… Хм, честно говоря, выглядит стрёмно… Ещё есть какой-то тянучий и липкий материал, на ткань чем-то похож… Даже не знаю, как это называется, может ценник найду…»       — Могу я чем-то помочь? — Майский подпрыгивает от голоса консультанта за спиной.       — Да! — со счастливой улыбкой оборачивается он. — Девушка, нам бы ремонт сделать! Нужно что-то на стены, не знаю что… — она фыркает, с пониманием смотрит и ведёт Майского куда-то вглубь зала.       Но даже это показалось Сергею цветочками по сравнению с вакханалией, происходившей потом в квартире! Выяснилось, что штукатурить потолок не так-то и просто. Майский понятия не имел, как это делается, но Валя, к счастью для него, и к несчастью для собственной квартиры, показала ему, что нужно делать. Сразу после этого она ушла в другую комнату готовить клей. Когда она вернулась… Валя, конечно, любила всё белое и пушистое, но определенно не свою комнату, которая сплошь покрылась белыми кляксами. Серёга тоже превратился в белого и пушистого, а ещё злобно ругающегося и выплевывающего изо рта остатки противной массы. Под смех Вали он заявил, что это бесполезная работа и можно ли ему сделать что-то другое. Та пожала плечами, вручила ему краску и отправила на кухню.       Спустя пару часов Антонова закончила убирать последствия Серёжиной штукатурки и решила проверить, как продвигаются дела у коллеги. Что ж. На этот раз Майский справился. Покрасил. Правда помимо потолка в краске были ещё подоконник, на котором стояли банки, запасные кисточки и другие инструменты, стол, на котором стоял табурет, табурет, на котором стоял Майский, и, собственно, сам Майский. Правда в отличие от вождей индейских племён, которые рисовали красные полосы на своих лицах, у Майского полоски были белые, отчего Сергей немедленно получил позорную кличку «Бледнолицый».       На просьбу Вали закончить на сегодня с ремонтом она молча указала на обои. Намёк был понят верно: пока не поклеят хотя бы одну стену, о сне можно забыть. Ну все же в школе ходили на уроки труда? Что сложного: взял полоску, намазал клей, приклеил? Затем следующую? И так далее. Поэтому, самоуверенно отстранив Валю, Сергей в одиночку подхватил «полоску» обоев… и был немедленно ею накрыт, как куполом. Осталось только крикнуть «Я в домике» и спрятаться тут до окончания ремонта.       Вторая попытка увенчалась успехом. Ну или Сергею так казалось. Пока не появился первый пузырь. Потом второй. Не особо заморачиваясь, он взял первый попавшийся острый предмет, и под пронзительный крик Вали: «Стой!», ткнул в пузырики. Кажется, это было стратегически неверно, по крайней мере крики Вали явно были не от радости.       В третий раз «операция» прошла успешно. Даже обои приклеились почти ровно. Окрылённый своим успехом Майский сделал пару танцевальных па, снес с пути рулон обоев, угодил в тазик с клеем и упал, купаясь в нём сам и устраивая мини бассейн на линолеуме Антоновой.       — Майский! Воду тащи! Отмыть надо!   «Наверно, так тоже делать не следовало», — подумал Серёга, отмывая остатки клея с пола, пока тот не успел засохнуть.       — Ну Майский, ну помог, — не переставала ворчать Валя. — Я бы уже сама всю комнату закончила, а тут приходится…       — Валюш, да сейчас всё сделаем, — улыбнулся Серёга. — Во всей комнате поклеим твои обои…       Желая показать масштаб предстоящей работы Сергей раскинул руки в стороны, сбивая с ног Валю с ведром воды. Ведро упало первым, разливая остатки воды по ещё влажному полу, а следом полетел Майский, попытавшийся поймать падающую Валю. В результате он приземлился аккурат в лужу, а Валя упала на него сверху.       — Ну Майский, — со смехом заявила она, глядя на него сверху вниз. — Ну прям работник года!       — Ну, прости Валюш, — виновато отозвался он. — Не делал я ремонт.       — Да поняла я.       Она всё ещё лежала на нем, хотя по всем правилам хорошего тона ему бы следовало подняться самому и поднять с пола Антонову. Но вместо этого он коснулся её лица, заправляя выпавшую прядку волос за ухо. Она смотрела на него своими внимательными глазами, в которых плескались игривые нотки. Майский осторожно провёл пальцем по щеке, подбираясь к губам и, не встретив сопротивления, притянул к себе Антонову за подбородок, сливаясь с ней в поцелуе.       Он целовал сначала мягко, а потом всё более страстно, зарываясь второй рукой в её волосы. Валя отвечала тем же, видимо, не желая отдавать ему всю инициативу. Холодная вода на полу приятно остужала пыл двух возбужденных тел, что сейчас так яростно целовались, сдаваясь в плен неожиданно нахлынувших чувств.       — Мне кажется, надо перебраться в более уютное место, — прошептал Майский в перерывах между поцелуями, отчаянно хватая воздух, которого катастрофически не хватало. Валя скептически осмотрела покрытого следами от штукатурки и краски Майского и хмыкнула ему в губы.       — В таком виде могу предложить только душ.       — Идет, — кивнул Сергей, поднимаясь с полу и хватая на руки Антонову.