Сердце Короля

      День накануне свадьбы был полон хлопот. Нужно было успеть закончить последние приготовления. Они, конечно, не планировали делать торжество слишком пышным и помпезным, но все же планировалось, что свадьба будет двойной.       Но все пришлось менять. От сценария проведения до мелких деталей.       Вчетвером они договорились встретиться ближе к часу дня, чтобы обговорить все то, что нужно знать каждому. Собрались в комнате отдыха, когда Китти и Тони выкроили свободное время в беготне и подготовках. Катарина испытала истинное наслаждение, когда села в кресло, расслабленно вытянув ноги. Даже на миссиях она так не выматывалась как сейчас, бегая и проверяя все, чтобы в нужный момент все было сделано идеально.       Они с Тони и так прекрасно знали, что от них требуется, как и генералы, что будут исполнять роль отцов на торжестве. Оставалось только уточнить все то, что требуется от шаферов. Да, именно шаферы, так как изначально вместо традиционной подружки невесты Ангел желала видеть шафера. На их свадьбе их роли, понятное дело, будут исполнять Бобби и Дэвид. Кэп станет хранителем обручальных колец и помощником жениха. А вот Роберт будет делать все то, что обычно требуется от подружек невесты. Он будет помогать в подготовке Китти.       — Тони, Роберт, оставьте нас с Дэвидом наедине, — попросила мягко Ангел, пересаживаясь к Кэпу на диван. — Мне нужно с ним поговорить.       — Хорошо, родная, — кивнул Энтони, оставляя на губах любимой краткий мягкий поцелуй, — буду ждать тебя в столовой.       Китти кивнула, провожая взглядом своего жениха, который уже завтра станет мужем. Как же это прекрасно звучит. Но не стоит на это отвлекаться, потому что не ради того, чтобы придаваться своим эмоциям, она решила остаться с Дэвидом наедине. Ей было просто необходимо поговорить с ним, попытаться разобраться в том, что он чувствует, попытаться помочь. Хоть чем-нибудь. Она ведь уже однажды потеряла возлюбленного, пусть и, глядя в сегодняшний день, не так сильно она его любила, как сейчас своего жениха, и точно не так, как любит Дэвид. Именно любит. Нет прошлого времени для того, что он ощущает.

      Любовь жива после гибели ее носителя, не убить ее.

      — О чем ты хотела поговорить?       — Дэв, — вздохнула Ангел, пытаясь собраться с мыслями и придумать, как начать столь тяжелый для сидящего рядом блондина разговор. Не хочется затрагивать раны на его душе, но об этом просто нужно поговорить. С парнями, Китти знала, после возвращения, как, впрочем, и сразу после произошедшего, Дэв не говорил об этом. Но ему стоит поговорить обо всем, что терзает его душу хотя бы с ней. Ведь она не осудит, лишь поймет и внимательно выслушает, попытавшись найти способ помочь. Она будет его психологом. — Я бы хотела поговорить о Крисе, Дэв.       — Вот как, — судорожно сглотнул Дэвид, отведя взгляд и пробежавшись по соседнему дивану взглядом. Каждый раз. Каждый раз упоминание его имени рождает в душе боль. Потому что он хотел бы сейчас обнимать свое солнце, а не говорить о нем. — Что именно ты хочешь услышать?       — Все то, что ты будешь готов мне сказать, — мягко произнесла Ангел, беря руки Дэвида в свои, облекая поддержку в словах материальным прикосновением. Ее внимание привлекло правое запястье, где когда-то гордо красовалась живая метка Духовных Супругов. Но теперь оно было перебинтовано, скрывая от чужих взглядов отныне мертвую метку. — К примеру, я представляла, что пусть и не двойную свадьбу, но точно что Кристофер будет стоять рядом со мной в этот важный для нас с Тони день, как и ты. Ведь Док хотел сделать тебя своим шафером как своего лучшего друга, в то время как я решила изменить маленькую часть свадебной традиции, потому что хотела, чтобы этот светлый ребенок помог мне подготовиться к самому главному событию в моей жизни. А это кольцо на твоем пальце, такое же, как и висит сейчас на цепочке…       — За две недели до смерти Малыша я устроил банальный романтический ужин, устроив все на балконе его квартирки, где сделал Крису предложение, — грустно улыбнулся Дэвид, погружаясь в воспоминания того дня, когда он сделал шаг в сторону того, чтобы они с Крисом стали еще ближе друг для друга. — И он согласился, — перед глазами пронеслось воспоминание счастливых глаз его солнца, как Крис бросился в его объятия, пытаясь сдержать слезы счастья. Он носил свое помолвочное кольцо, часто касаясь его пальцем или, забываясь, оставляя легкий поцелуй. Он светился счастьем. — Мы хотели чуть позже рассказать вам всем об этом, просто как-то все не было времени, а потом… потом исчез смысл. Все, что осталось от него, это вещи в его квартирке и кольцо. И боль. Поначалу она была просто адской, но теперь она стала тянущей, дающей жить чуть легче.       — Как ты справлялся все эти месяцы? Ты ведь не вернулся домой.       — Не вернулся, — спокойно кивнул Дэв, — потому что не хотел делать больно родителям. Я был не в том состоянии. Скажем так, я был в слишком хреновом состоянии. Содому приходилось тщательно следить за мной, а потом стало немного легче. Насколько может стать легче умирающему.       — О, Дэв, — ей было жаль Дэвида. Китти понимала, что словами невозможно описать то, что съедает все эти месяцы Кэпа. Но также хорошо она понимала, что жалость здесь не поможет. Жалость — это то, что очень часто разъедает человека изнутри. — Что же изменилось?       — Когда во мне появилось больше осмысленности, чем горя, я смог осознать, что вижу его во снах.       — Это объяснимо. И лучше сны, чем галлюцинации.       — Я не знаю, лучше это или хуже. Но во снах он был не таким, как если бы я сам его придумал. Он был… собой. Пусть и странный. Крис постоянно ожидает моего возвращения, всегда знает момент, когда мне необходимо уходить. В моих снах он настолько живой, словно я ухожу в тот мир, где он сейчас. Вот только я узнал о том заклинании, что использовал Коулсон. Оно уничтожает душу. Не оставляет и шанса, что можно попытаться вернуть к жизни. Но каждый раз, когда я вижу его в своем сне, я вновь начинаю верить, что все можно исправить, что он всего лишь потерялся и ему нужно помочь найти путь домой. Путь ко мне. Он слишком реален. Я начинаю сходить с ума, потому что даже в реальности я начал ощущать его присутствие рядом. Его объятия, его прикосновения, его тепло. Он словно всегда рядом, просто мне не дано его увидеть.

Мне к тебе не прикоснуться, но я чувствую тебя в каждом ударе пульса. Ты мой дар и муза, и пусть явно мне не преодолеть эти пространственные ямы. Но через миллионы лет вечных скитаний, сквозь тайны, - все это может стать явью... Мне не достать до твоей звезды. Только снами могу сокращать между нами расстояние. Знаешь, кто-то тобой отравлен, и этот кто-то без тебя просто безумный странник. Ему тебя не хватает крайне. Время рубя, балансирует на грани. И я готов пройти шквал испытаний, чтобы стать одной каплей в твоем море.

      — Быть может, ты правда его чувствуешь? — предположила Ангел.       — Что?       — Дай мне свою руку, — попросила Китти.       Дэвид настороженно и растерянно смотрел на Ангел, а она лишь мягко улыбалась в ответ, терпеливо ожидая. Кэп противиться не стал, послушно протянув через мгновение свою правую руку. Он прекрасно понимал, что именно она, а точнее метка на ней, привлекла интерес Китти. Она мягко обхватила его запястье двумя руками и закрыла глаза, призывая свою силу. Дэв не сразу понял, что происходит и что желает увидеть Ангел, ведь, по его мнению, там не было ничего.       Внезапно он увидел темное пятно, что плотными черными плетями обхватывало его запястье. Мертвая связь, с болью понял Дэвид. Вот, значит, как это выглядит. И что она желает увидеть? Подтверждение того, что и так понятно.       А тем временем Китти словно стала распутывать хрупкие на вид обожженные нити, пока что-то не привлекло ее внимание. Это что-то также привлекло и внимание Дэвида.       Крошечный, словно зернышко, осколок связи. Светлый и мягкий, до боли знакомый Дэвиду, потому что он напоминал о Кристофере. Даже став демоном, Малыш не перестал олицетворять собой Свет.       Его личное солнце.       — И что это значит?       — Что угодно, — грустно вздохнула Китти, потому что, правда, это могло обозначать что угодно. От возможности, что Кристофера можно вернуть, до факта, что после обмена внутри Дэвида осталась частичка Кристофера, которая теперь будет единственным, что осталось от его души. И эта частичка будет помогать Дэву держаться наплаву. — Я не хочу дарить тебе несбыточных надежд. Возможно, внутри ты сохранил частичку Кристофера, и теперь, живя в тебе, она дарит тебе утешение, являясь во снах. Возможно, эта частичка — единственное, что осталось от Кристофера во всех мирах.       — Я понял, — спокойно кивнул Дэвид, принимая такой ответ. — Не стоит грустить, Ангел, у тебя завтра свадьба, ты станешь счастливейшей девушкой. Ты должна улыбаться.       — Но я хотела, чтобы в этот день Кристофер улыбался рядом, чтобы улыбался ты.       — Ты сама сказала, что его частичка находится во мне. А значит он будет рядом. И я буду счастлив за двоих, обещаю.       На том и закончился разговор. Китти нужно было спешить, проверить последние детали перед завтрашним днем. Дэвид еще несколько минут задумчиво сидел в комнате, обдумывая слова Катарины и то, что он сумел увидеть. И ощущал мягкое прикосновение к плечу.       День свадьбы…       В просторном зале, украшенном цветами и воздушными шарами, в два ряда стояли стулья, на которых сидели гости. В первых рядах сидели самые близкие, а дальше в основном сотрудники ОЗСЛ, которые в тот день были свободны. У алтаря с цветочной аркой стояли мистер Марш, что выполнял в этот день роль венчающего священника, Тони, что старался не нервничать слишком сильно, и Дэвид в роли шафера. Кэп держал в руках алую маленькую бархатную подушечку с золотыми обручальными кольцами. Они были простыми, без каких-либо особенных украшений, но все равно прекрасны и очень ценны для двух любящих сердец, что сегодня станут одним целым. Дэв осматривал зал, полный переговаривающихся в ожидании гостей, и думал, что сам хотел подобного. Стоять нервно и ожидать появления человека, который станет его супругом в конце церемонии.       Но он стоит здесь один.       Перестань думать об этом, хотя бы сегодня. Тебе нужно улыбнуться, ведь твои друзья сейчас обручаться, не омрачай их праздник. Ведь ты обещал. Им тоже нелегко. Ты сам вчера видел слезы Китти, а сегодня грустный взгляд, брошенный на тебя Тони. Сегодня их день, и они должны улыбаться. Они должны быть счастливы.       Включилась музыка, все гости замолчали и повернулись ко входу, где открылись двери и, поддерживаемая Эдвардом под руку, вошла Китти. Дэвид бросил взгляд на Тони и улыбнулся. Жених расплылся в глупой улыбке восхищения, глядя на свою невесту.       Китти была одета в простое белое платье, которое выглядело на ней просто восхитительно. Это тот случай, когда человек прекрасен в любой одежде, даже в самой простой на чужой взгляд. Светлые волосы Ангела были собраны в красивую, но сложную для описания, прическу, которая открывала ее лицо и выгодно подчеркивала скулы. Заметив взгляд Тони, Китти мягко улыбнулась.       Эдвард провел невесту к жениху, вкладывая тонкую кисть Китти в уверенную руку Тони, и занял свое место со стороны невесты, бросив лукавый взгляд на Александера. На этом торжестве они были по разные стороны. Сбоку от Китти встал Бобби, что все утро помогал Ангелу в подготовках к торжеству.       Мистер Марш начал свою речь, измененную версию всеми известной свадебной клятвы, адаптированной под жизнь Стражей. Дэвид приблизился к будущим супругам, встав напротив Шефа, когда речь стала подходить к нужному моменту с согласием и обменом кольцами.       — Согласна ли ты, Катарина Элизабет Герберт, стать супругой Энтони Алана Мюррея?       — Да, — со счастливой улыбкой кивнула Ангел, глядя лишь на своего возлюбленного.       — Согласен ли ты, Энтони Алан Мюррей, стать супругом Катарины Элизабет Герберт?       — Да, — не менее счастливо кивнул Тони.       — Тогда данным мне правом я объявляю вас мужем и женой, можете поцеловать друг друга и обменяться кольцами, — объявил мистер Марш, отступая назад.       Дэвид протянул подушечку с кольцами вперед, дождавшись, пока новоиспеченные супруги заберут обручалки, и отошел в сторону. Он наблюдал, как Тони и Китти обменялись кольцами, не переставая счастливо улыбаться. Как сомкнули губы в поцелуе под громкие аплодисменты гостей.       Он наблюдал за их счастьем, ощущая мягкое призрачное объятие. Словно кто-то обхватил его плечи одной рукой, вложив в его руку свою мягкую теплую ладонь.       Дэвид ощущал его присутствие рядом, растворяясь в этом чувстве, позволяя себе расслабленно улыбаться.       Возможно, он все-таки сходил с ума, но совершенно не был против.