Сердце Короля

      — Нет! Роберт, не смей этого делать! Роберт Гордон Барнс, приди в себя! — кричал Дэвид, пытаясь достучаться до сознания своего друга, которого они не сумели уберечь. Он стал жертвой. Тони опасался, что в опасности может оказаться Дэв, но он вновь просчитался. — Не смей, Бобби!       Они боялись приблизиться к Толстяку, опасаясь, что любое резкое движение спровоцирует его. Бобби Страж с геном оборотня, но это не защитит его от падения с высоты тридцати этажей. Никого бы это не сумело спасти, особенно, когда твоим сознанием повелеваешь не ты. В таком состоянии ты уязвим. И они срочно должны придумать, как вытащить Бобби, потому что терять его они не собираются.       Но они не успели ничего придумать. Не успели ничего предпринять.       Бобби сделал шаг в пустоту.       — Не-ет!!!       Ранее…       …Мое солнце уснуло на диване за чтением в ожидании моего возвращения. Каждый раз я пытался уговорить его пойти со мной, но он лишь молча улыбался и оставался здесь, в своей квартирке, никогда ее не покидая. Странный он. Ведь больше всего на свете я желал забрать свое солнце с собой.       Но он оставался здесь.       А я уходил один.       Свое время мы теперь всегда проводили спокойно. Мы могли часами лежать в объятиях друг друга. Дни перестали быть яркими на какие-либо события, но он был и есть мое главное и яркое событие. Остаться в его теплых объятиях как можно дольше — вот все, чего я только желал. Остаться с ним, если я не могу забрать свое солнце с собой. Но каждый раз мне приходилось уходить, а он терпеливо ждал моего возвращения.       И сегодня.       Я присел на колени рядом с ним, осторожно, стараясь не разбудить, забрал книгу, что почти выпала из его рук, закрыл и положил на столик. Рукой убрав упавшую на глазу челку, я не мог оторвать глаз от него. И никогда бы не смог. Я любил в нем буквально все. И не было недостатков, потому что когда любишь, то любишь не за что-то, ты любишь и принимаешь своего возлюбленного целиком, таким, какой он есть. Так же и у меня. Я любил наблюдать за ним. Его лицо было расслабленным и спокойным — сниться что-то приятное. И так не хотелось тревожить его сон.       Я бы мог вечно смотреть на то, как он спит.       Только пусть бы он был со мной рядом.       -..в, — тихо прошептал он, просыпаясь и жмурясь от моих мягких поглаживаний по его щеке. Он был таким нежным и безмерно любимым. — Ты пришел.       Я раскрыл объятия, и он тут же в них упал, уткнувшись своим носиком в мою шею. Я ощущал на коже его горячее дыхание. Он словно пытался впитать в себя мой запах. Я не знал, чем таким приятным я для него пах. Хотя нет, знал. Он сам как-то сказал, что ему нравится, что от меня пахнет шоколадом и цитрусом. Но у меня нет ни одного шампуня, геля или туалетной воды с подобным ароматом. Этот запах, как сказал мне мой ангел, мой личный. Так пахнет мое тело, моя магия. Моя душа. И он всегда с наслаждением вдыхал его, мой запах. Ластился ко мне словно котенок.       Маленький черный котенок.       Не выпуская его из объятий, я стал покрывать каждый сантиметр кожи, что мне был доступен, мягкими поцелуями, чувствуя его отклик. Осторожно подхватив его на руки, удерживая за бедра, я направился в сторону спальни, не забывая о поцелуях, где мягко опустил свое солнце на постель. Отстранившись, я наблюдал за своим котенком. Растрепавшиеся от сна и моей руки волосы, что столь приятно пахли лавандой и солнцем. Прищуренные от удовольствия глаза цвета сапфира. Мои любимые глаза, которые я не обделил вниманием, оставляя легкие, словно перышко, поцелуи на закрытых веках. Каждый раз я погружался в него все глубже. И каждый раз я видел дно, но также каждый раз погружение все больше оттягивалось. И, казалось, конца просто нет.       Да и не хотелось.       -..в, милый, тебе уже пора уходить, — тихо и с явным сожалением прошептал мой ангел, коснувшись рукой моей щеки, мягко поглаживая ее большим пальцем.       — Что? Но почему? Я только к тебе пришел…       Я не понимал, что происходит. Не понимал, почему он прогоняет меня, ведь я так ждал того момента, когда могу вернуться. Да и он был рад моему появлению. Мой ангел сам не желал, чтобы я уходил.       Так почему?       — Я бы хотел, чтобы ты остался здесь, со мной, как можно дольше, — он закрыл глаза, чтобы я не увидел боли в них, но я увидел. Моему солнцу тоже плохо, но я так не желал видеть эту боль в его глазах. Он не должен страдать. Только не он, — но тебя ждут. Иди. Я буду тебя ждать здесь, как всегда.       — …с, я вернусь. Я вернусь.       — Я знаю…       Спустя четыре дня после дела в отеле…       Его сон прервал настойчивый стук в дверь. Во входную дверь. Это не Тони. Помнится, в тот первый день, когда он вернулся в ОЗСЛ, Док стучал в дверь спальни. Да и в следующие разы было ровно так же. Такую же привычку стучать имел именно Бобби, когда приходил всех будить. Сначала в дверь Тони, потому как тому всегда было чуть больше времени нужно, чтобы собраться, затем в его, Дэвида, дверь, и последним он будил Криса.       Крис…       Вот только теперь многое изменилось.       — Чего тебе? — хмуро спросил Дэвид, открывая дверь и окидывая взглядом всегда свежего и бодрого по утрам Роберта.       Удивительный человек. Насколько бы поздно он не ложился спать, на следующее утро он не просто мог встать в любую рань, но и выглядеть при этом просто до раздражения хорошо. Помнится, на это часто жаловался сонный Тони. Но почему-то сейчас Дэвид понял Дока как никогда хорошо. Ему самому хотелось вновь залезть в кровать и провести там еще несколько часов. Хотя, помнится, раньше его такие желания не захватывали.       — Приводи себя в порядок, и встречаемся в комнате отдыха, Тони ознакомит нас с новым делом, которое нам поручили генералы, — спокойно сообщил Бобби, в свою очередь рассматривая хмурого теперь по утрам Дэва.       Сколь многое изменилось. Прежде Дэвид просыпался по утрам столь же бодрым и свежим, как и он сам. Вот только теперь он выглядит даже хуже Тони в свои самые неприятные дни.       — Дай мне десять минут, и я буду в порядке.       — Жду снаружи.       Ровно через десять минут, как и обещал, Дэвид вновь появился на пороге квартирки. Выглядел он теперь не в пример лучше. Никакой утренней щетины, растрепанных волос и мятой одежды. Сейчас он был больше похож на себя прежнего. Лишь пустота в глубине глаз говорила, что он другой. Но Бобби был рад уже и тому, что Дэв теперь вновь с ними разговаривает. После того, что произошло в отеле, они опасались, что это только ухудшит положение дел, но, благо, все обошлось. Хотя Кэп и не стал обсуждать то, что произошло с ним там, когда напал призрак. Они понимали, что лишь иллюзия Кристофера могла остановить его, сделать беспомощным. Но настаивать на разговоре они не стали, не желая задевать подсыхающие кровоточащие раны Дэва.       Придет время — а они надеялись, что оно все же придет — и Кэп сам расскажет обо всем, что его гложет, поделится своей болью, что сжирает его изнутри, позволит им помочь, облегчить его груз.       Только бы это время пришло.       В довольно просторной комнате отдыха было все необходимое для спокойного отдыха в одиночку или компанией. Центральное место занимал небольшой журнальный столик, на котором стоял график с водой и несколько стаканов. Вокруг него образуя этакий квадрат стояли по часовой стрелке диван, кресло, диван, кресло и диван цвета зрелого апельсина. Прямо напротив входной двери находилось большое окно, что делало комнату светлой. По углам стояли горшки с цветами, а на стенах висели картины с морскими пейзажами.       Достаточно умиротворяюще.       В комнате к их приходу уже находился Тони, внимательно просматривающий документы в руках. Он заметил их появление, но не сразу отвлекся от изучения бумаг, что сегодня утром ему передал генерал. Эдвард был бы и рад сам все объяснить, но после произошедшей ошибки с распределением поступающих запросов, они с Дедом занялись этим сами, тщательно просматривая и прорабатывая каждый из них, а также взялись за изучение прошлых, чтобы все перепроверить и быть уверенными, был тот случай единственным или подобные ошибки были и прежде.       — Итак, к нам поступило несколько дней назад сообщение о странных случаях суицидов в одном городе, — начал Тони, откладывая в сторону бумаги. Ему не нравилось это дело. Очень не нравилось. Он, конечно, не Дэвид и не Крис, будущее предсказывать не умеет, но это не отменяет того факта, что у него насчет этого дела очень плохие предчувствия. А ведь буквально через две недели у него с Китти назначена свадьба. Они выбрали эту дату еще тогда, когда Крис был жив. Столько всего придется изменить, но отменять это событие они не желали. Тони помнил слова Криса, его последнее желание. И он бы не хотел, чтобы из-за него мы отменили свою свадьбу. Это больно, конечно, черт возьми, потому что Док желал видеть Малыша на своей свадьбе. Но, черт возьми… Черт возьми, он желает, чтобы и это дело закончилось без потерь. — Сообщение датировано тем же днем, когда мы отправились в отель «Триплет». Было принято решение сначала все тщательно все расследовать, чтобы выяснить, действительно ли это что-то странное по нашей части. Потому генералы отправили туда группу из четырех следователей.       — И что они выяснили?       — В течении двух месяцев в одном городе покончили с собой около двух десятков людей. Городок достаточно маленький, потому такое количество суицидов за такой короткий срок для него слишком странно. Слишком много. Жертвами, назовем их так, стали люди разных возрастов, уровней жизни, половой и расовой принадлежности. Всех их объединяет лишь одно — способ смерти. Все они пропадали на день, а затем их находили мертвыми. Каждый из них спрыгнул с самого высокого здания в городе, местного бизнес-центра.       — Проблема в этом здании? — предположил Бобби.       — Нет, оно просто стало средством для осуществления цели, скажем так.       — Тогда в чем причина? Они что-нибудь выяснили годное?       — Ну, можно сказать и так, — задумчиво произнес Тони. — Каждый из опрошенных называл причиной их смерти некоего призрака, что поселился в проклятом особняке.       — Они ходили туда?       — Нет, — покачал головой Док, — Большой Босс запретил им соваться в предполагаемые места обитания нашего нарушителя.       — И что это?       — По предположению Романски, словам жителей того города и всему, что сумели выяснить наши следователи это, скорее всего, может быть призрак. Но Эдвард так же не исключал того, что это может быть и что-то посерьезнее. Никого и ничего нельзя сбрасывать со счетов.       — И что требуется от нас?       — Еще раз перепроверить всю собранную информацию, переговорить с теми, кого не сумели опросить, проникнуть в особняк и разобраться с тем паршивцем, что гробит людей.       Несколькими часами позже…       Город, в котором произошло столько самоубийств, показался парням довольно милым. Вежливые и дружелюбные жители не производили впечатления замученных жизнью людей, которые бы так легко прощались с жизнью. Условно город можно было бы поделить на две части. Спальный район, полный детей, мамочек и пожилых людей, и этакий бизнес район с торговым центром, парочкой компаний, магазинами и тем самым тридцатиэтажным зданием, что за эти два месяца прославился отличным местом, чтобы закончить жизнь.       Они переговорили со всеми, с кем только могли. Родственниками, друзьями, коллегами и просто знакомыми жертв, потратив на это два дня, но и вынеся из всего этого информацию, что причин заканчивать свою жизнь не было ни у одного из погибших. Все они славились тем, что любили свою жизнь, свою семью, были если не отличными, то очень хорошими работниками, душевными друзьями и просто милыми в общении людьми.       Но факт оставался фактом.       Все они покончили с собой.       И каждый из опрошенных советовал им посетить проклятый особняк.       Что в нем особенного?       Правда или просто вымысел местных жителей, рожденный страхом перед неизвестностью, но как раз где-то около двух месяцев назад какие-то странные люди посетили этот особняк и, по словам все тех же местных жителей, провели какой-то ритуал, что вызвал к «жизни» дух жившего когда-то там богатого аристократа, что умер лет двести назад. И с тех пор этот дух мучает их город.       Правда или нет, но проверить все-таки стоило.       Вряд ли, правда, это именно призрак этого несчастного аристократа, двести лет прошло, как никак, тот дух давно уже упокоился. А вот что-нибудь вызвать или кого-нибудь убить, наделив дух, полученный в ходе насильственной смерти, в ходе ритуала огромной темной силой, вполне могли. Существование ведьм или религиозных фанатиков никто не отменял. Как раз последние чаще занимались такой чертовщиной.       Потому на третий день пребывания в городе они отправились в этот особняк, получив от местных его точное местоположение. Тот находился за городом, немного в отдалении. Когда-то красивое здание, несколько раз потерпевшее попытки привести себя в порядок, сейчас являло собой печальное зрелище. Обшарпанное, с облупившейся краской, лишь наполовину целыми окнами двухэтажное большое здание. Главный вход был расположен под этаким карнизом, держащемся на колоннах. Кругом было пусто и тихо, все живое и разумное обходило это место стороной. Но это была их работа, потому стоило зайти внутрь.       Внутри было не лучше. Все та же разруха, валяющийся под ногами мусор и остатки мебели, слазящая со стен краска и штукатурка. Местами можно было заметить то, что осталось от прежнего убранства особняка. Лепнины на стенах. Одинокий чудом уцелевший предмет мебели. Прямо напротив входа была красивая когда-то лестница, ведущая на не более уцелевший второй этаж.       Не стоит задерживаться надолго в этом месте, потому стоит как можно быстрее все здесь осмотреть.       — Бобби, за тобой второй этаж, а мы осмотрим все здесь. Только будь осторожен, мы понятия не имеем, что здесь может водится на самом деле.       — Хорошо, если б только насекомые и крысы, — усмехнулся Бобби, поднимаясь по лестнице.       Тони здраво рассудил, что в месте, где может обитать существо, что заставляет людей покончить с собой, не стоит оставлять Дэвида наедине. У того слишком много причин, чтобы стать легкой жертвой для этого. Бобби же со своим волком не грозит ничего. Уж Бёрн точно сможет защитить их Толстяка от подобного.       Так думал в тот момент Тони, отправляясь осматривать первый этаж вместе с Дэвом.       Но он ошибся.       Обследование первого этажа ничего не дало. Никаких следов проведения ритуалов или убийства. Если такое и происходило здесь, то либо не на первом этаже, либо следы были тщательно уничтожены. Во всяком случае, им не удалось ничего найти, потому они понадеялись, что Бобби повезло больше.       Они ждали, когда он спустится к ним. Но шли минуты, а Бобби все не было. Как не было и ни единого звука со второго этажа.       — Бобби!       Тишина.       — Роберт Гордон Барнс! Если это твои шутки, то не смешно! Не время для этого сейчас!       Вновь тишина.       — Бобби! — на этот раз крикнул Тони, пока они спешно поднимались на второй этаж.       В груди поднималась тревога. Но хотелось думать, что Бобби просто решил пошутить. Раньше бывало такое. И это было бы лучшим исходом, чем совершенно пустой этаж.       Без единого следа Толстяка.       Они обошли каждую комнату, пытались увидеть или почувствовать хоть что-то, но находили лишь пустоту.       И монетку Бобби, что была его талисманом. Он всегда носил ее с собой в кармане, иногда, когда нервничал, перебирал ее пальцами. Сам он бы ее точно никогда не выбросил, потому что это был подарок его сестры Алекс, что выкупила эту монетку у старьевщика, когда узнала, что Бобби будет работать в ОЗСЛ и уедет от них. Алекс подарила ее, чтобы где бы Роберт ни был, у него всегда была память о его семье, чтобы он всегда знал, что они рядом и безмерно его любят и ждут.       — Черт, оно схватило Бобби, — раздосадовано и даже разъяренно выдохнул Тони, сжимая монетку в руке.       — Дерьмо! — выкрикнул Дэвид, впечатывая кулак в ближайшую стену. — Нам нужно попытаться найти его до того момента, когда он пойдет на ту крышу. Мы не можем допустить, чтобы с ним что-то произошло.       — В голову просто не укладывается, как его могли схватить!       — Какое сегодня число? — внезапно спросил Дэвид.       — Шестнадцатое, — растерянно ответил Тони.       — Вот теперь точно дерьмо, — схватился за голову Кэп и, увидев растерянный взгляд Тони, объяснил: — Начиная с сегодня ближайшие три дня Бобби уязвим для любых видов ментальных атак или контроля разумом. В эти дни его волк настолько слаб, что и защита Бобби практически исчезает.       — Черт, — пронзило Дока осознанием ошибки. Он так боялся, что пострадает Дэвид, считая его самым уязвимым в данной ситуации, что даже не проверил защищенность Бобби. Черт! — А ты откуда узнал об этом?       — Пару дней назад наткнулся на него за отметкой в календаре трудных для себя дней. Я спросил, что он делает, и он охотно все объяснил. Только я совершенно об этом забыл, как и о том, какое сегодня число, — в голосе Дэвида чувствовалась невероятная вина. — Какие же мы идиоты! И нас еще считают сильнейшими в ОЗСЛ. Может, мы и сильны, но мозгов это нам точно не добавляет.       — Нам нужно что-то делать, а не заниматься самокопанием, а точнее самозакапыванием, — резко произнес Тони, понимая, что сейчас главное действовать, если они хотят спасти Бобби.       — Да, нужно найти его.       Весь оставшийся день они провели в попытках отыскать Бобби, но все было тщетно. Его словно не было в этом мире, словно он… был мертв. Но такого просто не могло быть, они бы точно почувствовали. Толстяк жив, но либо находится в месте, что им недоступно, либо им просто мешают его почувствовать и найти. Оба варианта были очень неприятны, потому что лишали их возможности обнаружить Бобби до того, как уже ничего изменить будет нельзя.       — Что у тебя? — поинтересовался Дэвид, входя в номер, который они снимали в этом городе. Такой себе простой мотельный номерок, каких сотни по всему миру. Все они однотипны, отличаясь только лишь внутренним стилем.       — У меня ничего, — вздохнул Тони, отбрасывая книгу, что читал до появления Дэвида, в изножье кровати, где уже и так были парочка фолиантов и исписанные листы из записной книги. Такими же захламленными были стол и соседние две кровати. На стене же, что была свободна от картин и прочих мелочей, были прикреплены распечатки, вырезки и заметки, которые составил Тони на основе информации, которую он перепроверил уже, казалось, по сотню раз. — Ничего, кроме уверенности, что это демон.       — Демон? — уточнил Кэп, подходя ближе к стене и изучая все то новое, что было добавлено на стену рукой Тони.       — Да, — кивнул Док, подходя к Дэву и срывая один из листков, что он распечатал из одной оккультной книги в Сети. Там было какое-то неясное изображение, явно являющее собой попытку автора отобразить облик описываемого демона. — Очень неприятный тип. Он не заключает сделок и не убивает людей. Своими руками, я имею в виду. Демон выбирает жертву и, подкрепляя все своей силой, внушает ей желание покончить с собой. Потому все и происходит не сразу. Объясняет исчезновение жертв на сутки. Ему нужно время для того, чтобы склонить к самоубийству человека, у которого, объективно говоря, для этого причин попросту нет.       — И какой для него в этом прок? — поинтересовался Дэвид, изучая переданную Тони распечатку. Скажем так, способности к изображению у автора были так себе, посредственные. Или же он просто никогда не видел этого демона своими глазами. Но если вся информация правдива, а она, во всяком случае, очень подходит под их случай, то автор произвел хорошую исследовательскую работу. Стоит отдать должное. Но рисует он все равно ужасно. — Кроме удовлетворения от наблюдения за смертью людей. Хотя ведь он мог бы и сам их тогда убивать. Я просто не понимаю.       — А прок для него в том, что этот демон питается энергией своей жертвы. Отчаяние, душевная боль и все в таком же ключе. Энергию от всех этих чувств он и поглощает, особенно, когда человек уже совершил самоубийство. Помимо энергии он поглощает и их души. А ведь в таком случае они с большей долей вероятности оказываются неупокоенными. Эти души и питают демона, при жизни, пока он готовит их сознание к самоубийству, и после смерти.       — И наш Бобби может стать одной из таких душ.       — Может, — кивнул Тони, — но мы ведь этого не допустим.       Вот только в тот день ничего так и не получилось. Они не смогли найти ни единого следа Бобби, проведя всю ночь в тревожном ожидании, буквально сходя с ума. Казалось, стоит отвлечься или уснуть хотя бы на минуту, и они найдут лишь тело Роберта. От падения он не застрахован, тем более в свои самые неблагоприятные дни. Во власти демона. Он не будет сопротивляться. Не будет пытаться спасти себя. Бобби даже не будет осознавать, что с ним происходит.       Его спасение зависит от них.       Попасть на крышу тридцатиэтажного офисного здания оказалось не так уж и сложно. Показать на первом этаже секретарю удостоверение, открывавшее любые двери, и доступ ко всему зданию и согласие на сотрудничество со стороны сотрудников было у них в руках. Вот только им дела нет до всего того, что творилось в здании, в компаниях, что занимали этажи. Они даже не смотрели на обстановку вокруг. Да, дорогая современная обстановка, но плевать на все это.       Главное — успеть.       Главное — спасти Бобби.       Дверь на крышу открылась ключ-картой, что вручил им секретарь на первом этаже. Сказав, что это этакий ключ от всех дверей. Не соврал. Все двери на их пути легко открывались. Помнится, в том первом деле с Кристофером, они оказались тоже в офисном центре. И тогда Малыш ждал в машине, координируя каждое их движение. Но в тот раз они гнались за Охотником. Теперь же они спешат на помощь. И никто не координирует их действия. Давно уже нет. Теперь только они сами отвечают за свои шаги.       Дверь распахнулась. Яркий свет на мгновение ослепил, после являя взору до боли знакомую фигуру на краю крыши.       — Бобби!       Он стоял по ту сторону перил, не двигаясь и ни на что не реагируя. Можно было ощутить исходящую от него демоническую энергию, что полностью подавляла энергию самого Роберта, которая в эти дни оказалась и так слаба. Словно перед ними стоял самый обычный человек. Но ведь на самом деле это было не так. Он Страж, один из сильнейших, постоянно увеличивающий свой уровень. А еще всегда жизнерадостный, жизнелюбивый, оптимистичный человек, что бы не происходило. Он всегда стремился держать в своих сердце и душе Свет. В его жизни не просто нет причин, чтобы закончить свою жизнь, но и просто стать жертвой этого демона.       Такого не должно было произойти.       Только не с Бобби.       — Нет! Роберт, не смей этого делать! Роберт Гордон Барнс, приди в себя! — кричал Дэвид, пытаясь достучаться до сознания своего друга, которого они не сумели уберечь. Он стал жертвой. А они не смогли вовремя это остановить. — Не смей, Бобби!       Они боялись приблизиться к Толстяку, опасаясь, что любое резкое движение спровоцирует его. Бобби Страж с геном оборотня, но это не защитит его от падения с высоты тридцати этажей. Никого бы это не сумело спасти, особенно, когда твоим сознанием повелеваешь не ты. В таком состоянии ты уязвим. И они срочно должны придумать, как вытащить Бобби, потому что терять его они точно не собираются.       Но они не успели ничего придумать. Не успели ничего предпринять.       Бобби сделал шаг в пустоту.       — Не-ет!!!       Тони бы не успел вовремя среагировать при всем желании, но Дэвид оказался быстрее. Док наблюдал, как подскочивший к краю Кэп, успел схватить за руку Бобби. Мышцы напряглись, от резкого рывка Дэвид чуть сам не улетел вслед за Толстяком, но второй рукой схватился за перила, вложив свою магию, дабы иметь силы удержать не такого уж и легкого Роберта, тем более он даже не пытался помочь, обессиленно повиснув, не осознавая происходящее вокруг.       Тони рванул к ним, желая помочь, но именно в этот момент появился тот самый демон. По его сценарию в этот момент все его жертвы уже лежат внизу на асфальте, а сам он поглощает их души, кормится энергией, но здесь ему помешали. Демон чувствовал, что с новой жертвой что-то не так, но он сумел взять над ним контроль, с трудом, но направить сознание в сторону желания покончить с собой. Потому он и отбросил сомнения.       И вот ему помешали.       Так просто он не оставит все это.       Вместо одной будет три души.       — Черт! — выдохнул Тони, не зная, что ему стоит делать. Броситься к Дэвиду и помочь вытащить Бобби? Или разобраться с демоном?       Долг и чувства боролись в нем, буквально разрывая душу.       Рука Бобби в захвате Дэвида дернулась, и Кэп опустил взгляд вниз. Пустой взгляд Роберта стал растерянным, а потом он поднял взгляд вверх, удивленно и непонимающе глядя на Кэпа.       — Дэв? — позвал Толстяк друга, оглядываясь.       Он висел на огромной высоте, удерживаемый от падения лишь титаническими усилиями Дэвида. Бобби пытался понять, как он оказался здесь.       Пытался вспомнить.       И он вспомнил дело о самоубийствах. Вспомнил, как они приехали в город, два дня потратили на перепроверку всех полученных данных. А затем отправились в тот проклятый, по словам местных, особняк. Они разделились, чтобы быстрее проверить все. Бобби понимал, почему Тони разделил их именно так. Ведь сломленный Дэвид мог стать легкой добычей. Вот только… Бобби, забегавшись, забыл о днях, что были для него неблагоприятны.       Днях, когда он уязвим и ослаблен.       Бобби шел из комнаты в комнату, задумчиво играясь монеткой. Но везде было пусто. В последней комнате, уже собираясь уходить, на выходе он наткнулся на странные следы. Среди мусора валялась брошка, которая никак не вписывалась в окружение. Слишком новая, еще блестящая. Значит, кто-то был здесь. Но куда он делся позже? Что с ним произошло?       Бобби хотел уже уйти, когда внезапно закружилась голова. Словно туман в мыслях. Думать было слишком тяжело. Хотелось позвать на помощь, потому что ярким было осознание, что один он не справится. Вот только Толстяк не смог издать ни звука. Кто-то обхватил его сзади, словно куда-то потянул. Сознание померкло. А уже следующим он увидел стену перед собой, а подняв голову вверх, Дэвида.       Роберт ни черта не понимал.       — Док! — крикнул Кэп, привлекая внимание сомневающегося парня. — Займись демоном! Я вытащу Толстяка! Все будет в порядке!       Тони не успел кивнуть, принимая приказ к действию, когда демон двинул рукой, и Дэвида сорвало с крыши.       — Дэв!!!       Сердце Тони ухнуло вниз вместе с ними, но он не мог себе позволить эмоциям взять верх в этот момент. Он должен уничтожить демона, как и приказал Кэп. Нужно верить в Дэва. Он сказал, что все будет в порядке, значит, все будет в порядке. И пусть это лишь слепая вера. Пусть. Пока Тони не увидит их тела, значит, все в порядке.       Ему нельзя подпускать к себе эмоции, особенно боль и отчаяние, вину, иначе демон одолеет его.       Потому никаких эмоций.       Легко бороться с демоном, что влияет на твои чувства, приумножая негатив, когда внутри пустота. Словно и не человек он вовсе. Робот или кукла. Неживое существо, без единой эмоции.       Один удар, в который он вложил все то, что чувствовал сейчас, но запрещал, пока все не будет кончено — и демон уничтожен.       А теперь можно и позволить эмоциям взять над тобой верх, захлестнуть с головой. Когда ты, испытывая дикий страх, отгоняя с внутреннего взора картины мертвых разбившихся тел его друзей, подбегаешь к краю, едва не перелетая через перила. Смотришь и пытаешься рассмотреть внизу хоть что-то, на самом деле страшась увидеть. Потому что их смерть его уничтожит, оставит лишь выжженный пустырь. И ничто не прорастет на этой почве.       Больше никогда.       Но внизу не было ничего и никого, как бы он не всматривался.       — Что ты там рассматриваешь? — раздался знакомый голос позади.       Тони на мгновение закрыл глаза, готовясь ко всему, чего бы он не увидел. Но позади у самой двери, что вела вниз, стоял Дэвид, упираясь руками в колени, словно пытаясь отдышаться. Адреналин сходил на нет, заменяясь слабостью. Рядом же с ним сидел Бобби, устало и с извинением в глазах улыбаясь.       Живы.       Они живы.       — Черт!!!       Наружу вырвался истеричный смех. Облегченный.       Живы.

* * *

      — Вы нашли его? — прохаживаясь перед троном, вопросил Варноа, оглядываясь на своих доверенных демонов, которых поставил во главе Совета. Им он поручил заняться поимкой предателя Шишио.       Варноа Кор все еще не мог отпустить ситуацию с позором перед своими подчиненными. Шишио выставил его пустышкой, подделкой, куклой, что временно посадили на трон во главе Ада. Он отдавал себе отчет, что настоящей силой Короля не обладает, как и все его предшественники были лишены этого. Многие тысячелетия с исчезновения Короля все и так считают, что Его сила и сигел исчезли навсегда.       Но вот он увидел две разрозненные части сигела у этого мерзкого предателя. Варноа так же ощутил и часть силы Короля, которой обладал словно своей собственной этот демон.       И ему хотелось не только схватить и отомстить Шишио, но и завладеть силой Короля. Этот… трофей был слишком желанен для него. Овладей он сигелом и даже той половиной силы, Варноа смог бы укрепить свои позиции во главе Ада. Никто и ничто не смогло бы оспорить его власть и силу.       Но сначала следовало поймать наглеца-беглеца.       — Нет, — произнес один демон, готовый принять на себя гнев короля из-за такого ответа. — Наши солдаты выслеживали его каждый раз, но победить его так и не удалось. Он сбегал каждый раз. Нам известно о его ранении. Оно ослабит Шишио, сделав легкой добычей.       — Так почему он до сих пор не передо мной на коленях?!       — Прошу прощения, мой король. Последняя попытка его отловить закончилась уничтожением гнавшегося за ним демона-твари. Даже в таком состоянии он все равно опасен. Но судя по полученным от нашего шпиона данным, Шишио ослабел и потерял сознание... но его спас Страж.       — Спас?! Страж?!       — Да. Они столкнулись прямо перед нападением демона-твари. Шишио спас Стража, а тот спас его в ответ.       — Где он сейчас?! — гневно спросил Варноа, усаживаясь на свой трон, глядя на своих подчиненных свысока.       — Его след потерян, но с уверенностью могу сказать, что Шишио под защитой Стражей на их территории.       — Продолжить охоту на Шишио, включив в список Стражей, что помогают ему скрываться. У вас же есть информация или описание внешности спасшего его Стража?       — Да, — поклонился докладывающий о ходе охоты демон.       — Тогда вы знаете, что вам необходимо делать. Приступайте.