Бу!

Кровь Джо вчера сумел остановить только часа через два. К своему счастью — Трейси призывами срочно ехать в больницу довела его почти до инсульта. Но вроде обошлись ватными тампонами с перекисью и рыбными палочками из морозилки. Правда с утра голова болела, а в памяти всё крутились и крутились фразы, произнесенные скрипучим голосом. А ведь раньше Джо «Маленький домик» любил — добрая, жизнеутверждающая история. Теперь детская любовь совершенно выдохлась. Джо тяжело вздохнул. Повезло ведь родиться в сумасшедшей семейке. Впрочем, вряд ли его прадед знал, что за дом покупает. Трагическая случайность. Джо нервно хохотнул. Мистическая случайность. В Мэне. В сраном Мэне. В сраном Скаухегане. Году в шестьдесят восьмом в Скаухеган Бетт Дейвис приехала. Вот было событие. Всем событиям событие. А ведь Джо легко мог бы переплюнуть десяток Бетт Дейвис, если бы узнали тайну мистического Джо-оборотня — сперва на главной площади в клетке бы выставили, а потом на костре у церкви сожгли добрые соседи. А миссис Пигглз бы дровишки подкидывала. Сырые. Чтобы горел и в дыму, выблядок, задыхался. Джо поперхнулся смехом: кухонная дверь, ведущая на террасу, внезапно распахнулась. — Бэт? — Рука дернулась, хлопьев в миску выспалось слишком много, несколько штук перевалилось через край. Джо посмотрел на часы. Начало восьмого. — Привет. Что-то с Бу? Заболела? До Джо не сразу дошло — на Бэт надето что-то не то. Точнее, то, но на такое он в семь утра на своей кухне никак не рассчитывал. Короткая джинсовая юбка — из тех, что не скрывают, а подчёркивают, — и топик на тонких бретельках. Белья под топиком не наблюдалось, а на улице было прохладно. Джо сглотнул. До появления Бэт он держал в руке ложку. После появления Бэт ему стало не до хлопьев. Он положил ложку. — Ну как, Стейнбек, нравится? — На правой ноге Бэт, над босоножкой, болтался браслет. Джо старался смотреть на него, а не на топик. Хватило позора в подсобке. И вообще Джо умел делать выводы. — Бэт, ты слишком гонишь лошадей, — прозвучало сдавленно и как-то неубедительно. Джо понял, что сидит в заляпанной кровью футболке. Сменил вчера три, эта была последней, пострадала меньше всего. Босоножки приблизились. джо просто захлопнись молчи у тётки не выдержали нервы — Да что ты, я их ещё притормаживаю. Ну а что, симпатичный мужчина живёт один. — Бэт обошла стол, виляя бёдрами — Джо все же не сдержался, поднял глаза, но старался смотреть на лицо. Не ниже. Чётко на лицо. Смотри на лицо, Джо, мать твою. Бэт иронично улыбнулась. Джо показалось, что ирония неуместно злая, но кровь уже успела отлить от мозгов — думать становилось всё тяжелее. Это потому что на улице прохладно. Бэт взяла со стола ложку и зачерпнула сухих ломких хлопьев из миски. — А я симпатичная женщина, живу одна. Чего ждать? Жуй. Она впихнула ложку Джо в рот и теперь задумчиво смотрела, как он пытается хлопья пережевать. Острые края врезались в нёбо, слабая боль чуть отрезвила. Что-то тут было не так. Но может, он… просто отвык? Да и не привыкал особо — женщины никогда не были настолько сильно в нём заинтересованы. Нет, не то, а если… Бэт с размаху опустилась на его колени, Джо подхватил её за талию, чтобы не грохнулась на пол, и тяжело выдохнул. Села Бэт удачно. Или неудачно. Тут как посмотреть. Можно, например, посмотреть на её призывно раскрытые губы. А у него полон рот хлопьев. Сглотнуть, как нарочно, не выходило. у неё глаза коричневые джо глаза это не бэт твою мать джо блядь Всё произошло быстрее, чем Джо успел понять. Что-то пронизывающе проскользило между рёбер, вошло в глубину. Бэт продолжала улыбаться. Внутри стало тепло, а потом тепло нестерпимо. Джо опустил глаза. Увидел сперва загорелые бедра, а потом рукоятку египетского кинжала, торчащую между рёбер. И Бэт тянула её на себя. Не-Бэт. Он скинул суку с коленей — не-Бэт ударилась головой о соседний стул, коробка с хлопьями опрокинулась. Жар вгрызался в тело жадно. Оголодавшим животным. Оголодавшим лосем. С дырой в шее. — Чего, потрахаться захотел, младшенький?! Нужен ты кому! Миссис Пигглз захохотала, поднимаясь с пола. Джо парализовало. Он чувствовал, как раздвигаются границы боли — от живота шире и шире, и шире. Трейси в башке рыдала, но не давала отключиться, выпасть из секунды. Вот уж хер. Вот уж тварь. На Джо были тяжёлые рабочие ботинки — собирался докосить траву. Джо на них смотрел. На ботинки. Нечёткие, как в дымке — как в очках заляпанных смотришь… Джо уплывал, кровь дошла до пояса джинсов. Он врезал миссис Пигглз по челюсти ботинком — голова запрокинулась, что-то хрустнуло, смех перервался, она поплыла по краям. Сухонькая старушка, сухонькая сгорбленная старушка в модном в пятидесятые платье в мелкий цветочек и в очках-кошачьих глазках насмехалась над ним. Ибизан спрятался. Помощников не было. Была только миссис Пигглз, Трейси в башке и Джо. И кинжал. Валялся где-то на полу. Кинжала Джо не видел, он видел миссис Пигглз. Джо, кажется, плакал, а может, и нет. А может, просто зрение мутилось, оттого что кровь всё бежала и бежала. Бежала и бежала. джо тащи её в египетскую комнату джо пожалуйста! Джо кивнул. Джо сделал вид, что всё в порядке — это была вторая великая способность Джонатана Стейнбека, которую он в полной мере осознал только сейчас. Джо попытался перекинуться в Колина — не вышло, не вышло сосредоточиться, всё внимание увязалось вокруг дыры в боку. Пульсировала. Наливалась. Выливалась. Джо согнулся и схватил миссис Пигглз за отвратительно сухие лодыжки. И потащил. Старая тварь верещала и дёргалась. Юбка завернулась — Джо стало отвратительно. Джо отвернулся. Джо успел протащить тварь до лестницы чудовищными судорожными рывками, отдирая старческие хваткие руки от ножек мебели, а свои ноги отдирая от пола, когда Трейси истерически заверещала: надевает браслет! Джо заторможенно поднял слипающиеся глаза. Браслет был обычным серебряным, незамкнутым — простеньким. Джо даже успел разглядеть тиснение. Черепа или что-то вроде. Он было отпустил старушечьи ноги, шагнул, но, конечно же, не успел. Браслет наделся. Миссис Пигглз помутнела, как мутнеет свет, проходя через бутылочное стекло, а потом стала ею. Огромной бабой. Огромной дикой бабой в кожаной жилетке. В улыбке бабы не было переднего зуба, зато на щеке был шрам. Баба начала вставать, и в принципе Джо понял, что он умрет минуты через три. Она его придушит, огромная баба в кожаной жилетке. Джо отступил назад всего шажок — роковой, — под щиколотку ударила ступенька. Упал на лестницу и сжался, как всегда сжимался. Кровь текла свободно и красиво. Кровь уже пропитала джинсы до колена, в человеке не могло быть столько крови, наверное, вытекала ещё и кровь Трейси. Джо нелепо мелко хохотнул: нашёл собрата по разуму, нашел такого же, только вот нюанс — собрат хочет вырвать ему хребет вместе с разумом. Собрат без разума. Боль была где-то там, за горизонтом, очень далеко, а вот жжение… Жжение было здесь и сейчас. Хотелось забраться внутрь и вцепиться в собственные кишки, вытянуть через дыру… Ведь если подуть, оно же пройдёт, да? Мама же дула на коленку, правда? — Бу! Боишься, выблядок?! — Новая миссис Пигглз довольно растягивала безгубую улыбочку. Джо прошептал, с трудом разлепив спекшиеся губы: — Жил-был Маленький Домик… Маленький Домик молчал. Молчала и прекрасная женщина-лампа с прекрасным плафоном в вытянутых к потолку руках. Она так грустно смотрела, а потом вдруг разжала деревянные пальцы и плафон грохнулся бабе Пигглз на голову. Та покачнулась, врезалась плечом тумбу. Прекрасная женщина нагнулась с деревянным высоким скрипом и грустно-смертельно вцепилась в бычью шею скрюченными пальцами. Баба захрипела. Джо чуть-чуть воспрял, Джо чуть-чуть поверил. И тут же вдребезги, как плафон, одну из деревянных рук сломали по запястью, швырнули в лужу его крови подрагивающую изящную кисть. Помутилось. Но Джо увидел — прекрасная женщина вцепилась оставшейся рукой в браслет, сдернув его с руки вместе с кожей. Распрямилась. Застыла. В уцелевшей руке, высоко-высоко, вместо плафона держала браслет, как француженка факел. Миссис Пигглз расплылась, а потом сплавилась в себя, старую и как будто немощную. Джо отодрался от ступеней. Функционировал непонятно на чём, явно не на крови, вытекло слишком много — будь кровь не кровью, а бензином, машина не завелась бы. Голова совсем отупела, Трейси жалобно извинялась-извивалась. Джо вцепился миссис Пигглз в запястья и потащил по лестнице вверх. Она кусала ему руки. До костей прокусывала. А когда не кусала ему руки — кричала и кричала, извивалась и извивалась, и била затылком в рану, но Джо что-то тащило вверх. Что-то ужасное. Не дом. Ярость папашика Стивена тащила вверх, такая ярость, от которой в глазах всё стало розовым, под цвет стен Октагона. Джо дотащил старуху до двери египетской комнаты. Двери распахнулись, вобрали-сожрали сухонькое трепыхающееся тельце, закинутое внутрь в последнем рывке. Следом влетел ибизан. Оскалившийся, роняющий слюну бешенства. Не Йорик. Точно не Йорик. Никогда он Йориком не был. Глупая кличка. Джо закрыл створки и привалился к ним спиной, сполз на пол. А потом, похоже, Джо погрузился на самое дно лосиного озера, потому что кровь всё текла. Он больше совершенно ничего не чувствовал — ни дома, ни Трейси, ни ран.

***

Джо открыл глаза в машине. В своем додже. Посмотрел вправо и увидел Бу — та рыдала и крутила руль. А ещё она кричала, но Джо никак не мог понять что. На заднем сиденье бешено лаял и метался ибизан — его Джо слышал отчего-то прекрасно. Джо показалось, что это тупой сон — в реальности Бу не смогла бы достать до педалей. А еще он был весь мокрый, от груди и ниже, почему-то мокро-липкий, ледяной. И Джо почти не чувствовал ног и очень плохо чувствовал руки. Сказал сухим голосом, подчиняясь логике сна: — Что за имя — Бу? Посмотрела на него бешеными глазами. Детское лицо с бровями галочкой было перепачкано слезами и кровью. А может, это просто кетчуп. Они, наверное, едут к… — Брукс! Меня зовут Брукс! Бу — это я сама придумала! Джо снова опустился на дно озера.

***

Сперва Джо услышал равномерный шум, в голову ударило — он во Флориде, лежит у моря. Сейчас откроет глаза и увидит солнце. Вместо солнца Джо увидел потолочные длинные лампы, а вместо флоридского бриза его накрыла тяжёлая, вжимающая в матрас боль. Из бока что-то торчало. Джо вспомнил про кинжал и скосил глаза вниз. Не кинжал. Трубка. Была воткнута между рёбер и уходила вниз, за край металлической кровати. Его рука на одеяле выглядела белой и… как куриная лапа она выглядела. Или как грабли, такие с длинными тонкими подвижными полосами, листву ими гребут. Джо попробовал сжать пальцы в кулак. Не вышло. Выше запястья рука отчего-то была замотана бинтами. Поверх боли — странная, вроде сильная, а вроде и не его — навалилась слабость и еще страшно захотелось пить. Джо повернул голову влево, это оказалось неожиданно сложно, мышцы как в желе превратились. Бэт сидела в кресле и спала, подперев голову рукой. Последний раз, когда он видел Бэт… она… Джо дернулся, в бок вгрызлась боль. доброе утро говнюк это правда бэт не дергайся а то сдохнешь она тут давно сидит за тебя принцессу волнуется — И тебе привет, Трейси. Бэт дернулась, всхрапнула как лошадь и открыла глаза. В первую секунду она явно не поняла, где находится, и испуганно шарила глазами по палате. Потом наткнулась на взгляд Джо. — О чёрт, Стейнбек, красавчик, ну ты как? Джо кашлянул перед ответом. Отдалось волной спазма в груди. Во рту было хуже, чем на дне птичьей клетки. — Нормально. — Бэт недоверчиво скривилась и принялась почему-то расчесывать пальцами волосы, стараясь их… взбить? — Давно я тут валяюсь? — Давненько. — Судя по её серому осунувшемуся лицу «давненько» она отдежурила от и до. — Дней пять. Все ждали, что ты, ну… — Умру. — Она кивнула и отчего-то отвела глаза. Джо хотел было по привычке ощупать лицо — проверить, всё ли нормально, — но сил не было даже руку поднять. К чёрту. Он должен был умереть — помнил кровавый след на лестнице. Свой. Кровавый след. Когда слизень ползет по дереву, за ним остается мокрая противная дорожка… Маленький Домик и правда помог. При такой кровопотере не выживают. Джо прикрыл глаза, но вместо приятной темноты под веками прыгали и мерцали разноцветные точки. Видимо, Бэт за него и правда волновалась, если… я надеялась у тебя что то в башке вправится но нет — Имей в виду, шериф таскается сюда каждый день. Ждёт, когда очнешься, чтобы мучать расспросами. — Джо снова открыл глаза. Это получилось с трудом, на лбу выступила испарина. Шериф. Прекрасно. Теперь его ждет шериф и разбирательства по медицинской страховке. Может, лучше было бы помереть. — Ты сам помнишь, что случилось? — Бэт зачастила вопросами, как тогда, в магазине, но теперь спрашивала не напористо, а мягко. — Это были воры? Ты их запомнил? Это просто в уме у меня не укладывается… если бы Бу не пришла раньше, ты бы, наверное, там умер. — Бэт судорожно сглотнула и попыталась взять себя в руки, не вышло — голос вибрировал. — Она тебя довезла до города, представляешь? Я понятия не имею, откуда она умеет водить. Её потом остановил полицейский, и уже сам поехал. Я его видела вчера — до сих пор рот открытым держит. Джо ничего не ответил. Он с трудом перевернул руку ладонью кверху и посмотрел на Бэт. Сперва не поняла, что хочет, удивленно пялилась на подрагивающие бессильные пальцы, а потом быстро сжала ладонь. — Я очень за тебя волновалась, Джо. скажи что тебе очень приятно давай давай ну — Как ибизан? придурок — Это кто? — Не дождавшись, пока заторможенный от обезболивающих Джо — надеялся, что от них — сформулирует ответ, сообразила сама: — А, собака. Она отказалась уходить из дома. Мы сперва её к себе взять хотели… Бу ходит к ней утром и вечером. Гуляют. В общем, я рада, что она под присмотром и занимается чем-то полезным. — Бэт помолчала. Джо куда-то уплывал, но ради разнообразия это не было потерей себя, ради разнообразия это была просто темнота. Он заставлял себя слушать торопливые слова Бэт и пытался сообразить «под присмотром» — это она про Бу или про собаку? — Ты, наверное, устал. Попробуй поспать, я загляну вечером. Бэт убрала руку — тепло пропало — и принялась собирать сумку, успела оккупировать столик у кровати — бутылка с водой и салфетки, и книжка, и даже фольга, в которую, видимо, заворачивала бутерброды. Впрочем, Джо не был против такой оккупации. Глаза у Бэт были и правда другие — не коричневые, мутно-серые, некрасивые, но выразительные. — Не хочешь потом как-нибудь в кино сходить? — Джо с трудом пропихнул вопрос через сжимающееся от боли горло. Вроде, кто-то просил его задать. Трейси?.. А может, Джо сам себя просил его задать. Бэт вскинула голову и улыбнулась. Бутылка с водой жахнулась на пол, Бэт даже взглядом за ней не проследила. Нет, всё же глаза красивые. Получше, чем у той. Джо дёрнул ногой, попытался прогнать воспоминание сидящей на своих коленях не-Бэт. — Да, даже не сомневайся. Я тебя туда на аркане потащу, если ты передумаешь. Бу в меня такая упертая. На ужасы пойдём. Чтоб клин клином. — Она махнула рукой, показала как клин будет вбивать. Джо постарался улыбнуться, но не вышло, лишь чуть губа дернулась. я уж почти смирилась с братцем дебилом а ты встал на пусть исправления аллилуйя — И, Бэт… — Джо с трудом шевелил языком, борясь с накатывающим волной сном. — Купи сигарет, мне надоело себя мучить.