Безумный сон

      С Дарьей мы никогда не были неотъемлемой частью класса, но после пережитых экзаменов впервые решили разделись с одноклассниками радостный момент. Вооружившись палатками, спальниками и прочими нужными походными мелочами, мы начали свой путь до ближайшего леса. Но полноценным лесом он был лишь в наших молодых мозгах, всего лишь небольшой островок, выросший среди пшеничного поля, что колыхался под манипуляциями ветров недалеко от нашего поселка. Конец июня в этом году выдался жарким, и после жалких пары километров половина одноклассников уже просили привал, чтобы наконец приложиться к бутылке с ледяной родниковой водой.       Мальчишки, разделившие между собой подготовленные запасы алкоголя, обсуждали свои гениальные умы, которых хватило лишь на изощренное списывание в туалетах. Кто-то, заранее предсказывающий пересдачу, готовился сместить восемьдесят процентов воды в организме на этиловый спирт от безысходности. Остальные же просто желали провести время вдали от нервного ожидания результатов и взвинченных родителей, мечтающих видеть своих детей в ряду студентов ВУЗов.       Прежде чем прийти на нужное место, нам предстояло пересечь овраг, выстланный колючими сорняками и невысокими кустами, что при любом удобном случае цеплялись за футболки. Все восемнадцать человек стонали почти в унисон, мечтая, как можно скорее скинуть с плеч походные рюкзаки.       - Слав, я уже жалею, что мы решили согласиться на этот праздник жизни. – кряхтя, обратилась ко мне Дарья.       Никогда не нравилось имя, что решили дать родители, желающие отделить меня от всей остальной «серой массы». Тогда они думали, что «Мирослава» станет украшением для девочки с кудрявыми темными волосами и глазами цвета раскаленного песка. Только они не учитывали, что у русских людей вместе с кровью по сосудам циркулирует еще и лень, поэтому для всех, кроме семьи, я стала Славой.       - Да, я сейчас на все плюну и поставлю палатку прямо в этом овраге. Я настолько устала, что лисы дружно посочувствуют и будут обходить стороной.       С Дарьей нас связывала крепкая и долгая дружба, берущая свое начало со старшей группы детского сада. Но, как и любой другой человек, приподнявший «розовые очки», понимаю, что после школы людей редко что продолжает связывать, и дальше каждый идет своей тропой. Я хотела запечатать в памяти последние дни, проведенные в компании подруги.       - Наконец-то пришли! – завопил во все горло от радости наш заводила.       Место было идеальным для уютных посиделок у костра, сопровождавшимися рассказами и воспоминаниями о школьной жизни, пролетевшей в одно мгновение. Мы поставили палатки полукругом, чтобы каждый мог смотреть на город, что показывался у горизонта разноцветными высотками. Наш островок, возвысившийся над пшеничным полем, находился в близости от аэропорта, и каждый раз, когда над головами пролетал самолет, каждый глубоко вздыхал, мечтая поскорее окунуться во взрослую жизнь.       Когда заросли травы, в которых затерялись наши палатки, постепенно утоптались под нашими ногами, мы с Дарьей подключились к девочкам, что нарезали овощи и готовили закуски к горячительным напиткам на импровизированном столе. Мальчишки возились рядом, собирая упавший хворост или ломая сухие деревья, что вполне сгодятся для вечернего костра.       - Слав, решила уже куда будешь поступать? – заинтересовалась Полина, еще одна отличница помимо меня, пока та ловко орудовала ножом.       Пожалуй, этот вопрос нужно было задавать не мне, а моим родителям, которые с восьмого класса таскали по репетиторам, лишь бы хватило баллов для поступления в медицинский. К сожалению, душа лежала к преподавательству, но разве кто-то будет слушать?       - Думаю, может получится пробиться в мед, на бюджет было бы еще лучше. – говорила с такой интонацией, словно выбрала этот путь, как только начала ходить.       Сумерки сгущались, приходилось напрягать зрение, чтобы не отрубить себе пол пальца, и не подать его же вместе с сосисками, предназначавшиеся для жарки. Благо, обошлось без жертв, и когда костер уже полыхал по всю силу, выбрасывая горящие искры в небо, мы уселись в кружок с наполненными стаканчиками в руке. Лишь бы не просили сказать речь...       - Ребята, будет неправильно, если мы не попросим нашу старосту сказать пару слов! - предложил Илья, поднимая стакан с водкой и соком над головой.       Все одобрительно заверещали, хлопая и свистя. Так мне и пришлось подняться с нагретого места:       - Если честно, то мне грустно, что наши дороги с завтрашнего дня расходятся, хоть мы особо никогда и не были дружным классом. Но важнее то, что нам было весело, и надеюсь, что пережитые года надолго останутся у нас в памяти. – кто-то зашушукался, вспоминая нелепые моменты, кто-то грустно вздыхал, а кто-то радостно улыбался, понимая, что больше никогда не сядет за школьные парты. – Хоть и банально, но я желаю, чтобы в жизни все нашли место, где они будут счастливы. – я подняла стакан вверх, и все присоединились. – За окончание школы!       Я никогда не была великим мастером воодушевляющих речей, но толпа дружно подхватила настрой, и за пару глотков стаканчики осушились до дна. Кто-то включил музыку, и те кому в голову успел ударить алкоголь, поднялись с мест и задвигались в пьяном ритме. Это был момент, принадлежавший только нам, людям, переходящим во взрослую жизнь, полную потрясений и изменений. Но сейчас каждый думал лишь о том, чтобы напитки не заканчивались, а ночь длилась бесконечно.       «Мирослава, детка, не пей, не уподобляйся своим недалеким одноклассникам – заботливо дала наставления мама, перед моим уходом»       Прости, мама, но сегодня я буду делать то, чего желаю. Наполнив стакан очередной порцией дешевой мешанины и выпив содержимое, поморщилась от непривычных ощущений. Чем слабее жгло горло, тем быстрее отключался мозг.       - Слав, притормози. Для человека, который первый раз пробует алкоголь, это – слишком. Но я ее уже не воспринимала, наполняя стакан очередной раз. Надоело быть все время в       стороне, поэтому, когда я окончательно перестала воспринимать окружающую действительность, пополнила ряды дергающихся под музыку пьяных ребят.       А потом в голове остались лишь я и полыхающий костер, танцующий вместе со мной…       Не смотря на все количество выпитого алкоголя, утро я встретила с ясной и трезвой головой. В палатке было душно и светло, и, стараясь не разбудить сопящую под боком Дарью, торопясь вылезла на свежий воздух. Хоть солнце стояло уже высоко, но носки сразу же пропитались утренней росой, заставляя поежиться от наступившего холода. Слабо дымивший остер, словно пытался продержаться как можно дольше, отдавал оставшееся тепло последним уголькам. Есть своя прелесть в том, чтобы быть первооткрывателем этого утра. Никого не слышно и не видно, казалось, можно вечно наслаждаться пробуждением природы ото сна.       Стоп, никого не слышно?       До меня доносились только пения проснувшихся птиц, шелест листвы и где-то вдалеке подал свой знак поезд, держащий путь в какой-нибудь город. Рядом со мной стояла палатка девочек, но ни дыхания, ни сопения не слышно. Со стороны нашей палатки раздались звуки возни и недовольное кряхтение, наверняка Дарья тоже проснулась от нехватки кислорода.       - Слав, ты рядом? – осевшим голосом окрикнула подруга, медленно выбирающаяся из нашего ночлега.       - Даш, мы долго не спали?       Раздумывая и что-то бормоча себе под нос, она добралась до бутылки воды. Лишь после осушения доброй половины содержимого, ответила:       - Нашла что спросить. Мне кажется начало уже светлеть и все решили разойтись. – потом она замолчала с глупой улыбкой на лице. – Никогда не забуду, как ты дергалась бок о бок с Илюхой.       Чувство смущения захлестнуло с головой, а желание забить рот подруги остывшими сосисками поднялось до небывалых высот. Но я отвлеклась… Почему никого не слышу? Под недоумевающий взгляд Дарьи я ходила от одной палатки к другой, прислушиваясь к каждому шороху, который, по сути, должны издавать одноклассники. Чувство паники пока что поднялось лишь до щиколоток.       - Мирослава, мне это не нравится. – настороженно сказала Даша, не отрывая от меня взгляда.       Возможно, это покажется абсурдным, но с каждой проверенной на звуки палатки, паника поднималось все выше. И наконец, не услышав постоянного храпа моего соседа по парте, пугающее чувство усилилось.       - Даже Егора не слышно, а ты же знаешь, что у него проблемы, из-за которых он постоянно храпит. – обратилась я к подруге, которая и без моего странного поведения была на грани срыва.       Ее тоже испугала тишина.       Набравшись храбрости, я расстегнула створки ночлега, где должны были спать три закадычных друга: Егор, Илья и Максим.       - Ну что там? – испуганно промямлила одноклассница.       Но я не ответила, распахивая следующую палатку.       - Слава, перестань так себя вести!       Были осмотрены все семь палаток, что так хорошо устроились среди деревьев.       - Никого.