Антилюмион

Бог любит троицу. (Но это не точно)

Гермиона сидела у его постели. Глаза свободной женщины полнились слезами счастья. Люциус тоже всплакнул бы, но он был занят трапезой: кроме каши, к которой он пристрастился со страшной силой, на подносе лежало аппетитное, просто огромное зеленое яблоко, поблескивая восковыми боками и маня, как запретный плод. Он обратился в слух и вынужден был вдобавок осмысливать персону мистера Уизли, предупредительно обозревающего мир за окном. — Я трансгрессировала с тобой в Лондон, вызвала скорую помощь. Когда тебя госпитализировали… — Почему к магглам? — справедливо осведомился Люциус. — Потому что в Мунго пришлось бы слишком долго объясняться. Мы ведь не вели публичную жизнь. — Продолжай, — напомнил он снисходительно, как будто не сам перебивал. — Как только я удостоверилась, что ты в безопасности, помчалась в Гринготтс, — продолжила Гермиона, — оформлять бумаги. — Ну вот, муж умирает, а жена уже пляшет на хладном трупе. Думала, не придется спрашивать моего согласия? Уизли оглянулся, не веря своим ушам. Эти двое и впрямь пикировались, как старые супруги. Даром что Гермиона так убедительно ворвалась вновь в его жизнь. Объявила, что все время, проведенное с Малфоем, было посвящено поискам выхода из сложившейся ситуации. Да вдобавок закрепила свои права на не очень-то сопротивляющегося Рона таким потрясающим сексом, что он еще сутки пробыл как во сне. И, что странно, не собирался из него возвращаться. К дементорам во мрак канули все изыскания относительно их чувств в прошлом. Ушли, пришли… Он был так счастлив, что любимая, родная Гермиона вернулась! А то, как она себя вела, не оставило ни единой причины усомниться в ее искренности. И правда, что эти двое могли делать вместе, когда они — Рон и Гермиона — созданы друг для друга. — И я оказалась права! Нас развели в одностороннем порядке по моей просьбе. Господа гоблины сказали, что не видят препятствий, что брак заключался в виде сделки сторон с условием. Все условия соблюдены и они не в праве советовать или перечить. — В таком случае, господин Уизли, вы можете забрать мисс э… Грейнджер и счастливо оставить меня в покое. Я все еще слаб. Он отер губы салфеткой и подкатил глаза, изображая обморок, еле будучи в силах дождаться, когда эти двое выйдут. Нелепый эпизод совместной жизни с этой интересной и совершенно не подходящей ему особой дал господину Малфою многое. Он определился со своими чувствами, испытал любовь, излечился от душевной хвори, возникшей в стенах Азкабана. Вновь переродился полностью благодаря внезапному разрыву отношений. И был готов вступить в новую жизнь. А пока новая жизнь наступать не спешила, он повел дела из больничной палаты, пользуясь ноутбуком. Осень в этом году не хотела сдаваться, из окна открывался чудесный вид на парк при госпитале и зефирные, совсем летние облака в подслеповато-голубом небе. Портативные компьютеры практически сравнялись в мощности со стационарными, а в удобстве — перещеголяли. Лечить его больше не пытались, только наблюдали за состоянием. И скромные внимательные взгляды «наблюдательницы» доставляли ему самое настоящее удовольствие. — Сегодня вас выписывают, — отрапортовала она с некоторым сожалением. — Вы удивительный, необычный человек, мистер Малфой. Я буду по вам скучать. Ведь вы так и не открыли свои тайны. — Вы преувеличиваете, мисс Джонс, — он окинул ее одним из любимых высокомерных взглядов. — Ох бросьте, — внезапно она сняла личину профессионала и распустила свои волосы, рассыпавшиеся по плечам крупными пшеничными локонами, с легким привкусом флирта. — Мне давно не восемнадцать. Два брака доказали мне, что мужчины применяют довольно стандартные уловки. — Два брака… — Люциус почесал кончик носа. — Спрашивайте. Сегодня я отвечу на один неформальный вопрос, а потом посмотрим, будут ли следующие. Я занятой человек. — Мне интересно, — она покраснела, — татуировка на вашем левом предплечье… Я заметила, что это место всегда холодное. Руки горячие, а она как лед. Это не может быть связано с нарушением кровообращения. Татуировки слишком поверхностны, — она запнулась. — Смотришь на нее — и сердце переворачивается. Почему? — Очевидно, потому, что оно у вас очень доброе и мягкое. Или вы настоящая волшебница. Но этот вопрос формально не один. Вы не соблюдаете условия нашего договора. И я вынужден выставить следующие, соблюдать которые будет легче. Я предлагаю встретиться, скажем, в субботу вечером в пабе Биг Чилл. Послушаем музыку, выпьем, потанцуем и, если интерес сохранится, то я постараюсь рассказать, что это на самом деле…