И вечности мало

Энзо подошел к ним и Клаус напряженно кивнул ему, передавая в руки конверт, вынутый из кармана. Затем вопросительно взглянул, на что Энзо лишь пожал плечами. Клаус протянул вперед ладонь. Всё ещё есть невидимая стена. Над ними ярко светило солнце, буквально слепя глаза. Вокруг них был лес, ветер едва-едва касался деревьев. Воздух стоял. Эдме заметила что-то в стороне и крепко-крепко сжала его руку. Он увидел, наконец. Увидел своего отца, который и не отец вовсе. Майкл бесшумно возник перед ними, оглядывая совершенно диким взглядом. — Ну привет, — произнес Клаус, сжимая зубы. Майкл хищно ухмыльнулся Гибрид скользил взглядом по колу из белого дуба у него в руках. Сейчас нужно будет сделать самый быстрый рывок в своей жизни. И у него есть самая железная мотивация: девушка, стоящая рядом, смотрела на него с бесконечным доверием. Так же, как смотрела, когда он вгрызался клыками в её шею посреди пустынного кладбища, когда он вонзал кинжал в её грудь, окропляя кровью брачное ложе, когда он протягивал ей кубок с зельем сна. И на ум пришло древнее-древнее воспоминание. И Клаус в одну секунду поддался шепоту бессмертной памяти. — Твой отец когда-нибудь найдёт нас здесь? — неожиданно серьёзно спросила она. Клаус перевел недоуменный взгляд на жену, выпустившую из рук книгу, которую до этого читала, утопая в большом кресле. И с чего это ей захотелось затронуть такую тему? Он небрежно пожал плечами. — Майкл не мой отец, во-первых. А, во-вторых, он всегда нас находит. Она нахмурила брови. — И что ты будешь делать, когда он придет сюда. Клаус был раздражен. Они сидели в просторной гостиной замка, проживая очередной спокойный день. Он рисовал что-то в альбоме, а она читала. И тут она завела тему, ту, на которую он не хотел говорить и даже думать об этом. Впервые за много лет он не чувствовал страха. Так к чему ворочать страх вечной угрозы, уснувшей в душе? Клаус отложил альбом, встав и подходя к ней, рывком поднимая на ноги. В её глазах страх. Тот страх, которого не было, когда она впервые увидела его вампирскую сущность. — Не смей бояться, — процедил он. — Слышишь? Я сделал тебя своей, я пообещал тебе быть рядом. И я защищу тебя. Всегда. Любой ценой. Он всегда был готов дать защиту тем, кто ему дорог. Чтобы они не вскакивали посреди ночи от кошмаров, вызванных страхом, как он. И ей он в первую очередь поклялся. Поэтому сейчас она знала, что с ней ничего дурного не случится. — Здравствуй, Никлаус, — Майкл не двигался с места, выжидая. — Вижу, ты получил, что хотел. И ты сделал самую грандиозную ошибку. Самое страшное для первородного гибрида — обрести слабость. Клаус на секунду вздрогнул. Даже сейчас, спустя тысячу лет, слова этого чудовища больно режут по сердцу. Всем первородным известно, как опасны слабости. И для Клауса всегда самым важным было не обретать их. А сейчас его единственная слабость часто дышала рядом. Да только вот он не был готов пожертвовать ей, хотя всегда сам же считал, что уязвимые места нужно прижигать. Плевать. Плевать на слова Майкла, это ничего не значит. — Ты готов к смерти? — всё его существо выражало ликование. — Пошел ты, — только и смог прошипеть Клаус. Майкл перевел взор куда-то в сторону. — Хильда, прошу! Высокая черноволосая женщина возникла рядом с ним и подняла руку, принимаясь бормотать какие-то заклинания. Вот она, та самая ведьма. Когда она заканчивает, Майкл делает приглашающий жест. Дескать, проходите, путь свободен. Что-то спирает дыхание Эдме. Она дёргает за руку Клауса. — Постой. Я… — Потом всё скажешь. У нас вечность впереди, — прошептал он, сделав уверенный шаг вперед. А дальше всё произошло слишком быстро. Так быстро, что сливались секунды до и после. Да только вот для Эдме происходящее растянулось, будто само время остановилось и прошла вечность дольше её сна. В один миг Клаус оказывался за границей. Тотчас позади Майкла и ведьмы выскочили Деймон с Бонни и со спины набросились на этих двоих. Да только вот Майкл, даже не сопротивляясь, разразился дьявольским хохотом, а ведьма снова шептала неизвестные даже Беннет заклятия. Они все дураки, раз так недооценили их. Чисто дети малые. Клаус вдруг ощутил жжение. Что-то горячее. Солнце. Немилосердные лучи сжигали. И он чувствовал это, как никогда раньше. Эдме громко вскрикнула. Он видел пламя на кончиках пальцев. И оно стремительно рвалось дальше. Солнце сжигает первородного вампира. И он не может сдвинуться с места. Майкл обвел их всех вокруг пальца. Его оружие — не кол. Где-то в параллельной вселенной Бонни безуспешно пыталась остановить незнакомую им ведьму с жутким светом в глазах. Деймон шокировано выпустил Майкла, который отошел на несколько шагов и наслаждался зрелищем. А слева из леса медленно вышла женщина в белом и подняла в странном жесте две руки, тоже принимаясь четко выговаривать заклинания. Её появление вызвало недоумение присутствующих и черты Майкла перекосилось от бешенства, а сил его подруги было недостаточно, чтобы одновременно направлять на бессмертного первородного лучи солнца, и остановить ту женщину. Обратить своей магией энергию солнца под силу практически никому и требует это колоссальных затрат даже самой большой силы. Клаусу уже было всё равно. Он смотрел на Эдме. Ужас искажал её лицо, она видела, как тот, кому отдала себя без остатка, горел у неё на глазах. И не в её силах было остановить проклятое солнце. — Клаус! Нет! Она тянула к нему руки, но её обжигал огонь. — Тише, не плачь. Всё будет хорошо. С тобой всё будет хорошо, — обещал он. Но она не об этом думает. Всё её существо изнутри горело вместе с ним. Пламя уничтожало надежду, которая не оставляла даже в бессрочном сне. А он улыбался горько. Стоило ждать пятьсот лет, чтобы найти и сразу утратить. Это время могло быть их. Он сам виноват, что они потеряли его. Клаус знал, что это конец. Через несколько мгновений от него останется пепел. И в предсмертные секунды он стремился запомнить её черты, чтобы унести их в мрак небытия. — Клаус, не оставляй меня! — её крик останется с ним в вечности неизвестности. Как странно, он был уверен, что бессмертен. Хотя нет. Он предполагал подобный исход. Он знал, что рискует. И сейчас он не жалеет об этом, как ни странно. Перед тем, как огонь полностью поглощает его, она видела, как губы его беззвучно произносят то, на осознание чего ему понадобилось пятьсот лет. Три слова. Те, которые она была уверена, что за целую вечность не услышит от него. — Я тоже тебя люблю, — срывающимся голосом прошептала она. И не оставалось ничего кроме догорающего тела на дороге, а потом и оно стало черным пеплом. Эдме упала на колени. И истошный крик её прорезал время и пространство.

***

Деймон ничего не мог сделать, смотря, что происходит. Деймону резал слух крик отчаяния той, что только что потеряла всё. В этом крике он слышал и их предсмертный колокольный звон. Первородного гибрида уничтожили. Ведьма, обладающая достаточной силой. Как просто. Краем глаза он заметил, как женщина в белом растворилась в лесу. Кем бы она ни была, она не спасла Клауса. Та, что стояла рядом с Майклом, тотчас же бросилась за ней в чащу. Деймон совсем не понимал, как так вышло, что они всё ещё живы? Ах да, им, возможно, останется ещё несколько часов. Он смотрит на опустившиеся плечи Бонни, которая не смогла спасти друзей. — Ты не виновата, Бон-Бон, — тяжело дыша говорит он. Она качает головой. Кто, если не она? Лишь она со своей силой могла бы остановить чёртову ведьму. Но у неё не получилось. Энзо медленно подошел к ним, сочувствующе смотря на Деймона, протягивая ему полученный от первородного конверт. Да, Деймон сейчас же пойдёт и разбудит Елену. По крайней мере, у них будет немного времени, чтобы попрощаться. Он видел в стороне Майкла, задумчиво смотрящего на то, что осталось от сына и его жены. Что ж, охотник победил, чёрт бы его подрал. Из леса к ним со всех ног бежали Стефан и Кэролайн. Стефан без слов тотчас обнял брата. Кэролайн же медленно опустилась на колени рядом с в голос рыдающей Эдме возле кучки пепла. Касалась кончиками пальцев. А в глазах, кажется, стояли слёзы. Всё, что от него осталось. Он сделал это. Пошел навстречу своему страху, чего никогда не делал раньше, как она ему сказала. И что же? Деймон вдруг заметил, что Майкл задвигался. Поднял кол, шел в сторону Эдме, подкрадываясь со спины. Потребовалось мгновение, чтобы Деймон определил для себя кое-что и принял решение. И вот уже через секунду он бросился наперерез Майклу, подхватывая Эдме и на вампирской скорости исчезая, оставив охотника непонимающе озираться. Оказаться возле машины, засунуть её кричащую и ничего не понимающую внутрь, следом запрыгнуть на соседнее сидение и гнать, что есть мочи — единственное, что он всё ещё мог сделать. И, возможно, это ещё не конец.