Искушения на пути взросления

      Не помню, что было дальше, но проснулась я в чей-то комнате, на чей-то кровати, в чьих-то объятиях. Солнечный свет, пробивающийся сквозь шторы, ослепил меня. Еле приподнявшись на локтях, я почувствовала резкую головную боль. Голова казалась тяжелой. В горле будто застрял ком, подступала тошнота. Я прикрыла рот ладонью и замерла. Вроде всё нормально. Кажется, не тошнит. Протерев глаза и прищурившись, я наконец смогла разглядеть, где нахожусь. Это была спальня Ви. Что-то пошевелилось под одеялом. Я почувствовала, как меня крепко обняли за талию. Опустив глаза, я заметила, что на мне нет верхней одежды, а чья-то рука обвивала меня. Я резко одернула одеяло, и оно сползло. Только не он. Нет, нет. Ну почему я такая везучая? Нет… Владельцем руки оказался никто иной, как сам Тэхен. На нём тоже не было одежды, кроме боксёров. Я тоже была лишь в одном нижнем белье. О Боже! Что случилось этой ночью?! Почему я ничего не помню? Я оттолкнула руку Ви, отчего тот проснулся. — А, ты проснулась? — пробормотал он, прищурившись, посмотрел на меня и снова прикрыл глаза. — Что произошло? — прошептала я дрожащим голосом. — Почему мы без одежды? Ви наконец открыл глаза и приподнялся. Он посмотрел на меня внимательно, скользя взглядом по всему моему телу, ухмыляясь. — Ауч, мне обидно, что ты забыла эту ночь. Обычно ночи со мной бывают незабываемыми, — промурлыкал он, положив ладонь мне на колено. Мурашки предательски пробежали по коже. — Мы что, с тобой… того?! — дрогнул мой голос. Я прикрыла лицо ладонью и провела по волосам, пытаясь успокоиться. — Ты что, реально ничего не помнишь? Это надо исправить, — сказал он, и я не успела опомниться, как он прижал меня к матрасу. Одной рукой он провёл по бедру, другой — по щеке. Его лицо приблизилось настолько, что я могла ощутить его прерывистое дыхание. Он смотрел прямо в мои глаза, не давая отвернуться, будто следил за моей реакцией. Я затаилась, ожидая, что произойдёт дальше. Но через минуту он так же резко отстранился и упал рядом, прикрыв глаза локтем, защищаясь от солнечных лучей. Я быстро поднялась с кровати, шатаясь и пытаясь сохранить равновесие, кое-как собрала свои вещи и выбежала из комнаты. Забежала в ванную напротив. Я захлопнула за собой дверь ванной и повернула замок. Сердце колотилось так сильно, что, казалось, его стук отдавался в стенах. Я прислонилась к прохладной плитке и глубоко вдохнула. Что это было? Почему он так себя вёл? Почему я ничего не помню? Подошла к зеркалу, включила воду и плеснула в лицо — это немного помогло прийти в себя. Моё отражение смотрело на меня с испуганными, но горящими глазами. Волосы растрёпаны, на шее — еле заметный след… Господи. Вдруг раздался стук в дверь. — Эй, ты в порядке? — послышался голос Тэхена. Уже не игривый, а тихий, будто задумчивый. — Послушай… я не хотел тебя напугать. Просто… ты сама тогда… — Что я? — прервала я, голос всё ещё дрожал. Он вдруг замолчал. — Мы все были не в себе. Ты была в стельку пьяна… Ты упала прямо в коридоре и чуть не ударилась головой о лестницу. Я подхватил, ты не просыпалась. Раздела себя сама. Наверное, было жарко. Я нахмурилась. — А ты? — Я? Я устал. Просто лёг рядом. Повисла пауза. Я молчала, вглядываясь в своё отражение. Могло ли это быть правдой? Не дождавшись моего ответа, через минуту его шаги удалились. А я всё ещё стояла перед зеркалом и не знала, что делать. Вода стекала по ладоням. Мне казалось, я до сих пор чувствую его руку — тёплую, тяжёлую, настоящую. Всё было слишком реально. И всё равно — какая-то щель между мной и этим утром не закрывалась. Как будто я смотрю на себя со стороны. Не изнутри. Я не знала, чему верить — словам Ви, своим догадкам, или этому следу на шее. Когда я вышла из ванной, коридор был уже пуст. Ни шагов, ни голосов. Только тихий гул отопления и скрип половиц под ногами. Спустившись вниз, я оглядела комнату. Воздух внизу был тяжёлый, пахло перегаром, пиццей и чем-то подгоревшим. Кто-то сопел на диване, кто-то храпел в спальне. Джей-Хоуп тихо перебирал гитару на веранде. И вдруг — я почувствовала чей-то взгляд. Я обернулась. В конце коридора, в проёме кухни, стоял Джин. С чашкой в руках. Его волосы были взъерошены, под глазами — синяки. Он смотрел на меня молча, не моргая, не двигаясь. Я вдруг почувствовала, как застываю на месте. Он что-то знает? — Привет, — выдохнула я неуверенно. Он медленно подошёл ближе и поставил чашку на стол. — Вот выпей. Как себя чувствуешь? — спросил он негромко. — Не очень, — честно призналась я. — Голова гудит, будто внутри гвозди. Он кивнул и отвернулся. Нависла тишина. И только звук гитары нарушал эту утреннюю тишину. Позже Джин подвез меня до дома. Затем попрощавшись уехал. Ни поцеловал, ни обнял. И я осталась стоять одна. Возле подъезда. Так и стояла в думках, пока не начался дождь. *** Я шла из одного корпуса в следующий, закутавшись в куртку до самого подбородка. За окнами серое небо плавно сливалось с голыми ветвями деревьев. Ветер поднимал со ступеней сухие, ломкие листья. Город казался каким-то чужим, ускользающим. Сеул в ноябре был особенно одиноким. На занятиях я так и не смогла сосредоточиться. Я сидела рядом с Джином, как всегда. Он ничего не сказал. Ни одного вопроса, ни намёка. Только иногда его рука нервно сжимала ручку, а взгляд задерживался на моём профиле чуть дольше, чем нужно. Я отворачивалась к окну. Над кампусом кружились воробьи — нервные, беспокойные, как и я. После пар я не выдержала и догнав его у беседки, первой начала разговор. — Джин, что с тобой происходит? Ты со вчерашнего утра сам не свой. Может поговорим уже? — скрестила я руки у груди. Было прохладно. Уже через неделю начнется декабрь, и он дает о себе знать. Джин снял с себя куртку и накрыл мои плечи. Посмотрев на небо он задумчиво выдал: — Мина, ты так и не ответил на мой вопрос. И я уже не знаю кто я для тебя. Думаю ты тоже не знаешь. Но это не повод играться с моими чувствами, — он посмотрел на меня и поймал мой взгляд. — Тебе нравится Ви? — Что? С чего ты так решил? — Я первым задал вопрос, ответь пожалуйста. — Я не знаю, — честно ответила я опустив голову. — Ты с ним спал? — вдруг прямо задал он вопрос, чем загнал меня в тупик. Я ошарашено посмотрела на него. — О чем ты? — Я видел вас вчера. И в тот день, после экзаменов. В тот раз я закрыл глаза, старался об этом не думать. Я столько лет был рядом с тобой… и вдруг появляется этот америкашка и портит всё! — его голос стал резким, раздражённым. Я вздрогнула. — Джин… — прошептала я. — Ответь. Вы с ним спали? — повторил он, глядя в упор. Его глаза были полны боли. Он не кричал. Он просто стоял и смотрел на меня так, будто я предала его. — Я… — у меня пересохло во рту. — Я ничего не помню. Клянусь. Мы просто… я проснулась рядом с ним, и… мне было плохо. Я не знаю, что случилось. Правда. Он сжал челюсть. Его кулаки сжались. — Он сказал тебе, что вы ничего не делали? Я кивнула. — Он сказал, что я отключилась. Что он просто лёг рядом. Что я была пьяна. — А ты ему поверила? — холодно спросил Джин. Я замолчала. Сердце било в горле. Мельком в памяти всплыли прикосновения, его дыхание, его рука на моей талии… и щель между мной и этим утром. — Я не знаю, — наконец прошептала я. — Чёрт, Мина… — он провёл рукой по лицу. — Как ты можешь быть такой наивной? Ты вообще себя слышишь? Ты не помнишь — но веришь ему? А мне… ты даже не рассказала. Я подняла глаза. — Потому что я сама ничего не понимаю! Потому что мне страшно, Джин. Я боюсь, что что-то случилось, но я не хочу это знать. Понимаешь? Я просто хочу забыть всё это. Он сделал шаг ближе. — А ты думаешь, я могу всё это забыть? Ты хоть представляешь, что я чувствую, зная, что ты спала в его постели? Что я люблю тебя, чёрт возьми, а ты… Я застыла. Эти слова — «я люблю тебя» — прозвучали как выстрел. — Ты… — прошептала я. Он отвёл взгляд. — Забудь. Всё это глупо. Я сам глупец. — Нет, подожди, — я схватила его за руку. — Не говори так. Я… просто не знаю, что чувствую. Всё так запутано. Я будто не я в последнее время. Всё сыпется. Он посмотрел на наши сцепленные пальцы. — Я ждал, что ты посмотришь на меня по-другому. Что когда мы впервые… ты поймёшь. Но, похоже, это ничего не значит. По крайней мере, для тебя. Я покачала головой. — Нет. Это значит. Джин… та ночь… ты для меня… — я запнулась, потому что слова не складывались. Он мягко освободил руку. — Всё, Мина. Давай просто немного отдохнём друг от друга. Я не могу быть рядом, делая вид, что всё в порядке. Потому что мне — больно. Он развернулся и пошёл прочь. Я стояла, глядя ему вслед, не в силах пошевелиться. Ветер сорвал с деревьев последние листья и швырнул их мне под ноги. Сеул пах сыростью и ноябрём. А внутри всё будто провалилось.