Моя прекрасная няня

      День медленно переходил в сумеречный вечер, приобретая алые краски заходящего солнца. Многочисленные жители мегаполиса спешно возвращались домой к своему очагу, дабы провести последние часы уходящего дня вместе со своим семейным кругом. Молодежь – постоянный обитатель ночных улиц, наоборот, вырвалась наружу повеселиться. Совсем скоро клубы, бары и кабаки будут заполнены ими, и пьяные молодые люди будут предаваться прелестям ночной жизни, со всеми вытекающими оттуда последствиями. Но это будет ночью, а сейчас на дорогах большого города вереницей стояли машины в обычной для час пика городской пробке, где водители нервно жали на сигналы и громкими криками подгоняли впереди стоящие автомобили. В одной из них сидел мужчина, созерцающий уже вышедших на улицы группы юных людей. В свои молодые годы он не любил большие толпы, но единожды решил сходить в одно из заведений, где такие толпы собираются. Единственный раз, когда он посетил клуб, единственный раз, когда он выпил немного спиртного напитка. Это переменило его жизнь до неузнаваемости. Теперь в свои двадцать три года он имел сына пяти лет и жену актрису, которую кроме своей карьеры ничего больше не волнует. Даже ребенка она родила только потому, что в то время быть молодой мамой было модно, а значит, есть возможность карьерного роста. Но мода прошла, и ребенок дня нее перестал существовать, ведь она даже не замечала его, предпочитая дорогие клубы и вечеринки, взамен полноценного воспитания ребенка. Наверное, если бы не родители, мужчина еще тогда бы заставил эту девицу сделать аборт. Но они настояли на свадьбе и теперь помимо присмотра за ребенком, необходим присмотр за женой, которая является таким же ребенком.       Медленно переводя взгляд на зеркало, мужчина взглянул на серые уставшие глаза, взирающие на него из отражения; черные, обычно аккуратно причесанные, волосы были чуть взъерошены от задувавшего в открытое окно ветра. Хибари Кея, – а это был он, – спешил домой, но не к жене или к домашнему очагу, нет. Он спешил к очередной няне, которая позвонила буквально полчаса назад, с заявлением что увольняется. У пятилетнего сына Кеи, Акисе, няни менялись чуть ли не каждый месяц. Няни не выдерживали нрава ребенка и часто скандалили, а скандал обычно сопровождался разрушениями и синяками на женщинах. В принципе характер достался сыну от отца и частично от матери. Еще, будучи учеником школы, Хибари был главой Дисциплинарного Комитета и держал в страхе не только среднюю школу Намимори, но и весь прилегающий небольшой городок. Сейчас же, когда он является взрослым мужчиной, он поддерживался всё той же политики и конкурентов в бизнесе практически не бывало. Но, к сожалению, работа отнимала слишком много сил и свободного времени, которых не хватало даже на собственного сына.

***

      – Хибари-сан, я больше не могу сидеть с вашим сыном. Это не ребенок, это монстр! Он совершенно неуправляемый! – гневная тирада застала мужчину на пороге его дома. Немолодая женщина с недовольным видом сейчас стояла перед ним с чемоданом в руке и, брюзжа слюной, махала рукой, сжатой в кулак. – Ваш ребенок не обучаемый, не контролируемый и совершенно не умеет разговаривать со старшими. Была бы я на вашем месте – давно бы отдала его в интернат для несовершеннолетних детей с криминальными наклонностями!        Резкий выпад и довольно грузная туша распласталась на полу в прихожей. Теперь на ее теле на один синяк будет больше. Только удары Кеи намного сильнее ударов его сына, хоть они и сделаны одним и тем же оружием. Сын бывшего ГДК так же владел тонфа даже в пятилетнем возрасте. Когда-то Кея взял сына с собой в деловую поездку, которая довольно сильно затянулась. Что бы ребенок сильно не скучал, Хибари решил обучить ребенка владению тонфа, но впоследствии пожалел об этом. Ведь до этого разрушения в доме были незначительны.       Перешагнув через тушку бывшей няни, Кея прошествовал в гостиную. Не сказать, что увиденная картина его огорчила или вызвала какие-либо эмоции, скорее то, что он увидел, стало для него привычно: некогда висевшая на потолке люстра лежала на полу, осыпав несчетными количеством осколков персидский ковер, кожаный диван был перевернут, а журнальный столик потерял пару своих ножек и стеклянное покрытие. Одно из кресел, чудом уцелевших, стояло возле окна, когда его собрат порядком потрепанный валялся возле камина, с переломанными ножками и вывернутым на изнанку нутром. Запустив в волосы пальцы, мужчина набрал уже выученный наизусть номер.       – Няни для вас, я Вас внимательно слушаю, – пропел голос из динамика.       – Это Хибари, мне нужна новая няня.       – Н-но, Хибари-сан, последняя няня, которая подходит по Вашим требованиям ушла работать к Вам месяц назад, – голос на том конце провода задрожал. Тут уже все были осведомлены о характере как Хибари Кеи, так и Акисе Хибари.       – Она уволилась, – невозмутимости брюнета можно было позавидовать. Ведь в течении года он нанимает в этой конторе няню. И каждый раз они с трудом находили необходимого для него работника.       – Когда? – похоже, у собеседника бизнесмена началась паника, ибо дрожащий голос стал еще и визгливым.       – Только что. Чтобы в течение часа новая няня стояла на пороге, – разговор начал утомлять. Хибари не обязан отчитываться перед каким-то "травоядным". Но няня нужна была срочно, так как сегодня у Кеи деловой ужин с поставщиком, про который Кусакабе, – его заместитель, – напоминал ему каждый день, когда читал его расписание на предстоящий день. И вот сегодня ужин состоится через несколько часов. И вместо того, чтобы готовиться к предстоящим переговорам, он, Хибари Кея, должен разбираться с женщиной, которая совсем не справилась со своими обязанностями. Кстати о женщине. Быстро найдя в телефонной книжке номер своего заместителя, мужчина нажал на вызов.       – Кусакабе, пришли кого-нибудь, пусть уберут в доме и позаботьтесь о няне, – продиктовал Кея, когда на том конце трубки ответили.       – Есть, Ке-сан, – незамедлительный ответ и без лишних вопросов, как обычно. Именно этим отличался от него его заместитель.       Но главное сейчас не няня и не тот хаос, что творился в гостиной. На данный момент главное для него был его сын, который наверняка сидит сейчас у себя в комнате. Сколько это уже повторялось – неизвестно. Всякий раз, когда мальчик делал что-то подобное, отцу хотелось забить ребенка, но, посмотрев на свою плоть и кровь, весь пыл улетучивался, стоило только взглянуть на сына. Акисе был копией отца: такая же бледная кожа и черные, как смоль, волосы. Лишь глаза отдавали синим оттенком. Было жаль, что ребенок не понимает, как расстраивает отца своими выходками. И вот, мужчина в очередной раз перед дверью и не знает, что сказать своему чаду. Все же приняв неизбежную участь, Хибари толкнул тяжелую дверь. В отличие от гостиной, в этой комнате был полный порядок – все вещи аккуратно разложены по полкам, со вкусом расставлена мебель, а сам мальчик сидел на краю кровати, ожидая от отца нравоучений. Но мужчина просто сел рядом и, вздохнув, запустил в волосы пальцы.       – Отец… – первым нарушил тишину ребенок.       – Акисе, не нужно, – мужчина устало вздохнул. Сейчас главное не сказать лишнего, иначе ребенок совсем замкнется и вообще перестанет реагировать на что-либо, – просто не делай так больше.       – А ты останешься? – мальчик с надеждой взглянул на отца, но тот лишь покачал головой.       – Нет, через час придет новая няня она с тобой побудет, но обещаю, что на выходных мы сходим куда-нибудь. Ты, я и мама.       – Пап, ты, правда, считаешь, что мама вдруг неожиданно оторвется от своей звездной жизни и приедет к нам только для того, чтобы выйти с нами на прогулку?       – Я поговорю на этот счет с Мукуро, – пообещал Кея.       Отец и сын сидели на кровати и обнимали друг друга. Наверное, это и называется идиллией. Но всякой идиллии приходит конец и это настало, когда прозвучала громкая трель дверного звонка с последующим прибытием заместителя Кусакабе.       –Вводи.       Мужчина ушел и вернулся в комнату с невысоким шатеном, с огромными карамельного цвета глазами. Волосы парнишки были растрепаны, видимо еще ни разу не видели расчески, белая толстовка, джинсы и кроссовки – совсем обычный вид совсем обычного подростка.       – Ты кто? – Хибари недоуменно взглянул на прибывшего.       – Меня зовут Савада Тсунаеши, меня прислали из агентства «Няня для вас», – неуверенно начал паренек.       – Папа, это что, моя новая няня? – воскликнул Хибари-младший.