Две стороны

      За тысячелетия, прожитые среди демонов, ангелов и людей, он никогда не ощущал себя более зависимым, чем сейчас. Его желание вернуться в Эдем напрямую завладело им, но контролировать эмоции оно стало лишь тогда, когда средство для его достижения - Вики - оказалась так близко, в Аду. Все начинается и заканчивается в твоем сознании. Чему ты даешь власть, то имеет власть над тобой. Убеждает себя, что все это нужно лишь для конечной цели, а какая она - за века позабыл. Позабыл, зачем ему в Эдем, зачем все эти усилия, терзания собственной окаменелой души. Он помнит лишь, что когда-то хотел туда попасть, помнит, что был там, но будущего в Эдеме не видит.       Что делать в Серебряном Граде королю Ада? Там не будет случайных половых связей, дорогих костюмов, элитных напитков, веселого времяпрепровождения. Там будет лишь он и его свет. Самаэль вновь примет свою истинную форму, не подвластную даже для понимания для других созданий. Ту форму, взглянув на которую, сгоришь заживо. Весь свет вселенной Шепфа поместил в своего сына - Самаэля, всю тьму - в Фенриэля. Но так оказалось, что свет не всегда добро, а тьма - зло. После низвержения Сатаны в Ад пропал и свет, зажигающий звезды. Теперь они только гаснут...       — Останься со мной, пожалуйста.       Видимо, его воздействие сильно повредило нейронные части мозга Вики, что она выдает такое. Даже до своей ошибки он и не рассчитывал от нее такое услышать, но она все равно говорит это. Остаться с ней рядом - сделать огромный шаг на встречу, но возникает вопрос: как себя сдержать? Рядом с ней он словно мальчишка, у которого встает даже от дуновения ветерка. В ней его возбуждают вещи, которые ранее невозможно было опошлить: тонкие пальцы, перелистывающие страницы книг; невероятно милая улыбка а-ля "ты меня не знаешь и никогда не узнаешь"; взгляд самой настоящей охотницы, что просто еще не пробудилась. Черт, да когда она вслух произносит его имя, в штанах становится настолько тесно, что ни одно другое извращение от любой девушки так не возбудит.       И он продолжает себя убеждать, что это все для дела. Убеждать, что потеряет к ней интерес сразу после того, как овладеет. Убеждать, что легко сможет оставить после достижения цели. Но он не учел одного: она приняла его игру, собираясь соблюдать правила. И пока что победа за ней, как бы хорошо он ни нарушал свои же условия.       Сатана лишь коротко кивает на ее просьбу, проводя по своим волосам рукой, зачесывая их назад. Сняв с себя пиджак, вешает его на стул, обходит кровать. Ложится напротив Вики, кладя руку под голову. Она повторяет его действия, ложась точно так же. Между ними полтора метра расстояния и километры сомнений с обеих сторон.       Она такая милая, лежит и невинно хлопает глазками, не придавая этому значения больше, чем нужно. Для нее он высокий, величественный, красивый и опасный, одним словом - Сатана. Для него она прекрасная, невинная, смелая с другими, но такая робкая с ним - средство для достижения цели. Сатана не умеет любить.       — Почему ты не приходил? — осмелев, спрашивает она.       Как тебе сказать, Вики, чтобы не травмировать и без того расшатанную психику? Развлекался со своей женой, выполнял супружеский долг, пытался отвлечься. Сатана не врет. Но она смотрит на него с такой надеждой в глазах, что ранить ее резкими словами совсем не хочется.       — Давал тебе время побыть одной, разобраться с собственными мыслями.       — Я разобралась. — по-детски наивно отвечает Вики.       — И что ты поняла? — удивленно приподнимает бровь.       — Что я не хочу быть одна. — ее голос звучит тихо, будто она боится в этом признаться. — А еще я ощутила какое-то странное чувство, неведомое раньше. Как будто все внутренние органы сжались, в горле застрял ком и горький-горький вкус, что не запить водой.       Он понимает сразу, ведь чувствовал тоже самое совсем недавно. Вот только она смогла признаться самой себе и ему в этом, а он даже сам не разобрался в собственных ощущениях. Помимо роста, пола, силы, возраста и других факторов, перевешивающих в его сторону, был еще один, в котором он уступал. Честность с самим собой. Вики была намного сильнее в этом, потому что не врала себе.       — Это ревность, Вики.       Румянец тут же покрывает ее щеки, она пытается спрятать хотя бы часть лица за подушкой, вжимаясь в нее сильнее. Из всех тем, что они между собой обсуждали, тема чувств и отношений всегда оставалась нетронутой. Вики было стыдно даже думать о таком рядом с ним, понимая, что он никогда не захочет ее. Даже Люцифер как-то раз, чтобы посильнее уколоть, сказал: "я не сплю с непризнанными". Его отец к этому вопросу подходит наверняка серьезнее.       А ему было стыдно за себя. За то что позволил ей увидеть спектакль, что устроила Лилит. Крайне глупо заставлять кого-то ревновать намеренно, но еще глупее привязывать к себе, а потом делать выбор не в ее пользу. Пока он свято верил в то, что ее невинность нужно сохранить до того, как она признается ему в любви, его мозг проецировал свои картинки.       Лежа на боку, она демонстрировала все свои достоинства и изгибы, сама того не подозревая. Грудь плавно поднималась и опускалась на каждых вдох и выдох, ресницы подрагивали. Она так близко, стоит только руку протянуть... протянуть, намотать на кулак ее волосы и увлечь в горячий поцелуй. Попробовать ее на вкус и словить самые долгожданные стоны в своей жизни. Еще чуть-чуть ее неосознанных соблазнительных движений, и он бросит затею вернуться в Эдем.       — Ты никогда не выберешь меня, да? — грусть в глазах и в голосе, но эта смелая девочка уверенно держит улыбку на лице, спросив как бы невзначай.       — Что? — привести в замешательство Сатану нужно уметь. — Почему ты спрашиваешь?       — Что я здесь делаю? Я только мешаю и доставляю неудобства. Может, мне правда лучше вернуться в школу.       — Вики, если ты хочешь вернуться, я не смею тебя держать. — сжимает кулак до побеления костяшек, пряча его в волнах мягкого одеяла. — Я расскажу тебе кое-что, но ты должна пообещать, что ты не поставишь под сомнения мои слова.       — Обещаю.       — У меня есть брат. Ты уже встречалась с ним - Ангел Фенцио. — на лице девушки застывает неподдельное изумление. — Он всегда был более правильным, ну или пытался таким быть. Когда я пал, Фенриэль тоже покинул Эдем, не желая оставаться там в одиночестве. К правлению склонности у него не было никогда, поэтому он скрыл свою природу, приняв облик обычного ангела. Занял роль Престола, чтобы не вызывать подозрений, спокойно жил долгие годы. Но потом пристрастился к земле, стал все чаще спускаться туда. Молодая девушка родила от него сына, которого он забрал на небеса, но, узнав об этом, серафимы "спустили" его на роль школьного учителя. Через десять лет эта девушка умерла, попав в школу. Ей предложили простить все грехи и повысить до серафима, если она согласится убрать с дороги один мешающий фактор - тебя. — Вики понимала все, что он говорит, даже без называния имен. — Они знали, кто ты, знали, что ты нужна мне. Тебе нельзя было оставаться в школе, мои демоны уже не справлялись с твоей защитой. Ты здесь, потому что любой ангел пожелает убить тебя, якобы делая доброе дело. Мой брат посодействовал в твоем попадании сюда, наверно, почувствовал вину.       Он говорил, не уточняя, что именно ангелы знают и хотят предотвратить. Вики стала целью, ничего не делая. И все же Шепфа сполна наделен иронией, раз дает таким слабым такие непосильные задачи. Почему бы было не возложить эту ношу на жену Сатаны, на какую-нибудь другую сильную личность? Сделал Вики гранатой, дав в руки собственную чеку.       — Я не смогу так. — Вики в отрицании замотала головой. — Не смогу без тебя. Зачем ты даешь мне надежду? В конце и ты меня предашь.       — Вики... — Сатана возвращается в сидячее положение, подвигается ближе к девушке. — Иди ко мне.       Пелена слез застилает глаза, обида рвет грудь. Лишь бы снова чувствовать его прикосновения, снова окунуться в этот омут с тысячей чертей и поприветствовать их, снова ощутить себя в тепле и безопасности. Вики говорит ему очень весомые слова, но, на деле, он нуждается в ней куда сильнее. Ведь она прошла весь этот путь одна, а он до сих пор ждал ее. Миллионы лет его душа жила, чтобы встретить ее.       Брюнетка подвигается ближе, падая в объятия. Сатана приподнимает девушку, усаживая к себе на колени. Снова. Она кладет голову на его плечо, опаляя дыханием кожу на шее, прикрывает глаза. Рука мужчины непроизвольно сжимает такое желанное бедро девушки, но тут же ослабляет хватку, опомнившись.       На все его действия Вики податливо отвечает теплотой своего тела. Такая близость впервые заставляет почувствовать нечто большее. Она открывает глаза, поднимает голову, смотря на него. Сатана из последних сил пытается сохранить контроль, чтобы не прижать ее животом к кровати, отымев как следует. Заглядывает в ее голубые глаза с опаской.       Поддавшись влечению, Вики чуть наклоняется вперед, опускает взгляд на его губы. Какого это, целоваться? Впервые она хочет узнать это. Сатана не отстраняется, но и не приближается, ждет дальнейших действий от нее. Брюнетка приближается еще, между их губами пара миллиметров. Последний жалкий глоток воздуха. Последняя тонкая нить терпения лопается.       Хватая девушку за талию, прижимает к себе и с жадностью впивается в губы. Вики охотно отвечает ему, приоткрыв ротик и впуская его язык внутрь. Он все делает настолько умело и искусно, что, будь Вики чуть опытнее и развращеннее, представила бы, какие еще вещи он умеет вытворять этим языком. Большие ладони начинают блуждать по спине Вики, оглаживая позвонки.       Через пару десятков секунд она понимает, что нужно делать, поэтому отвечает на его требовательный поцелуй. Неуверенно кладет руки на плечи Сатаны, подвигаясь максимально близко всем телом. Возбуждение мужчины достигает предела, но в какой-то момент, представляя все это, он вновь вспоминает, что она девственница. Это все неправильно и может все испортить. Вновь внемлет себе, что желание попасть в Эдем сильнее, чем желание завладеть этой девушкой.       — Нам нужно остановиться, — шепчет он в губы, отстраняясь.       Вики вспоминает о жене, о его статусе, о том, кто она. Снова беспомощность и обида, снова горький привкус ревности. Осторожно слазит с колен мужчины, отодвигаясь на край кровати. Сегодняшней ночью она точно не уснет, вспоминая, как глупо и опрометчиво поступила.       — Прости.       — Мне не за что тебя прощать, Вики, — ласково говорит мужчина, что звучит для нее успокаивающее. — Ты сейчас на эмоциях и сама не знаешь, что хочешь. Думаю, тебе нужно поспать.       Воспитательные процессы, забота и волнение. Отец у Вики уже есть, но Сатана с удовольствием стал бы папочкой. Он выполнял бы эту роль лучше всех. Уокер настолько невинна и чиста, что в его извращенные мысли только и лезут грязные сцены с ней. Снова щенячий взгляд, уставленный на него, означающий, что она что-то собирается попросить. Эти глазки должны смотреть на него снизу вверх, когда пухлые губки обхватят его головку. Они должны наполняться слезами лишь в том случае, когда воздуха становится настолько мало, а вдохнуть не представляется возможным из-за занятой глотки.       — Я без тебя не усну.