Белые области

- Специальный агент Мэтью Вуд, - представился Мэтью толпящимся в коридоре копам. Никто и не подумал пропустить его, пришлось показать значок. В участке, куда доставили Джека Хоакина и Аманду Кирк, все стояли на ушах. Предполагалось, что они поймали самого старину Святого Эльма, или, как минимум, его две трети. Вуд не был настроен также оптимистично, как остальные, но следовало признать: в делах наконец-то наметились подвижки. Доу обнаружился в своем насквозь прокуренном кабинете. Он быстро печатал на клавиатуре, очередная сигарета тлела в банке из-под «Нескафе». - Ты что-то задержался, - бросил он, едва взглянув на Мэтью, - их уже четыре часа, как допрашивают. - И как результат? - Пока все глухо. Медбот еще в больнице взял кровь, следы «белых областей» подтвердились, - хмуро ответил Доу. В глубине души он прекрасно понимал, почему блондинчик не торопился. Он бы тоже не стал подрываться на столь тухлое дело, да долг звал, - их нашли в переулке возле мусорных контейнеров, без сознания. Сначала доставили в больницу, и уже оттуда переправили сюда. Последнее, что они помнят – это вечер допроса Мартингейла, говорят, сели все вместе в машину, чтобы ехать домой, а дальше – провал. Оба выглядят паршиво, есть следы эмоционального шока и повреждения мозга, серьезность которых еще выясняется. Возможно, их пытали в виаре. - А Мартингейл? – Вуд осмотрел потертое, засаленное сотнями задниц кресло и не стал садиться, отошел к окну. Приоткрыл его, чтобы хоть немного справиться с дымовой завесой в крошечном кабинете. - Ничего. Как в воду канул. А ты мне кое-что обещал, помнится, - Доу раздавил окурок в импровизированной пепельнице, отвлекшись от монитора и перестав печатать. Мэтью окинул его взглядом: опять не надел голограмму, все в той же мятой рубашке, или, возможно, другой, но столь же изжеванной и серой. На лице - отпечатались признаки недосыпа и вчерашнего виски с содовой, который детектив любил пропустить по пятницам. Кто же знал, что сегодня придется срочно выходить на службу. Но его, конечно, подорвали из кровати самым первым, шефа Саммерса – спустя еще полчаса. - Я помню, - подумав секунду, отозвался Вуд, - что обещал. - Поделиться информацией по делу Адама Пирса и «Белых областей», которое ты ведешь, и которое, похоже, напрямую связано с нашим маньяком, - не выдержал Доу. Он уже неделю мариновался, или даже больше, Вуд не отвечал на звонки и притворялся очень занятым. И сейчас, когда появилась возможность прижать его к стенке, не следовало упускать ее. - Я почти на сто процентов уверен, что знаю, кто похитил Пирса, - Мэтью коснулся кончиками пальцев сломанного пластикового окна, которое он только что с трудом перевел на проветривание. За стеклом мелькали огни проезжающих мимо машин. Кто-то подлетел с сиреной, под мигалками: ночь только начиналась. Разноцветные огни легли на лицо Мэтью отблесками рождественских гирлянд. - Помните, мы обсуждали с вами «Хадаль», игру, в которой умирали по-настоящему? Доу кивнул. - Мистера Хоакина и мисс Кирк похитили неизвестные в голограммах, имитирующих демонов из этой игры. Тот, кто отдал им приказ, был связан с «Хадаль», но все подозреваемые слишком богаты и влиятельны, чтобы просто так вломиться к ним без серьезных улик… Похитив Пирса, логичнее всего будет держать его в виаре, чтобы не тратить ресурсы на охрану и не вызывать подозрений, если он попытается сбежать. Запереть где-то на хорошо защищенном сервере без доступа к внешней сети… Личный мотив был у многих, Адам успел насолить практически всем, кто с ним пересекался… но миллиардеры никогда не станут рисковать своим положением только из-за личного мотива. Поэтому первым делом я начал копать под его семью и совладельцев «Белых областей». - Я чертовски заинтересован, продолжай, - Доу застыл на кресле, подперев подбородок рукой. Он действительно слушал Мэтью, затаив дыхание. Тот выглядел как опрятный и вежливый стажер, созданный для того, чтобы гонять его в хвост и в гриву, заставляя приносить кофе из автомата. Но говорил такие вещи, которые отзывались звоном в ушах. Если он рассказывает о деле Пирса… значит… ему действительно нужна помощь, и он согласен на кандидатуру Эдварда Доу, самого обычного копа! Значит, лучшие умы ФБР уже сломали мозги и отступились от этого дела, повесив все на Вуда, талантливого и амбициозного виар-сталкера. - Увы, там я ничего не нашел, Хэмильтоны оказались чисты как слеза младенца. Я заглянул в их закрытое виар-пространство и сделал там небольшую ревизию на предмет следов пленника. Но ничего не нашел, кроме стандартного набора пикантных игрушек. В них никого не пытали, не удерживали, выход и пребывание – тошнотворно-безопасные. Я никогда бы не получил ордера на обыск, как вы понимаете… но у меня свои методы работы. Для обыска в виаре ордер не требуется, а еще я вхожу и ухожу так, что никто и не заметит. - У полиции нет такого оборудования, - вздохнул Доу с сожалением. - Зато у меня – есть. Единственный минус, мне нужно подобраться максимально близко физически. И если с Хэмильтонами не возникло проблем, я отыскал их сервер и напросился в гости как друг семьи, то с кое-кем другим это не провернуть… И тут мне нужна помощь копа, который окажется достаточно смелым, чтобы нарушить парочку законов о частной жизни. Сможет вызвать кавалерию в случае моего успеха… и даст знать полиции, если я провалюсь, и меня прикончат. В конечном итоге, вы ничего не теряете, мистер Доу. Если я облажаюсь, получите железные доказательства преступления, а если нет… пожалуй, вас при любом исходе увенчают лавровым венком, как одного из тех, кто раскрыл самое громкое дело в истории Сейнт-Эльм-Сити. - Стой-стой-стой, ты это серьезно? – Доу нашарил стаканчик с кофе, делая глоток, чтобы промочить как-то разом пересохшее горло, - и к кому мы должны вломиться? - К Тони Харрикену, создателю «Эго». Эдвард закашлялся, подавившись, и Вуду пришлось метнуться к нему, чтобы похлопать по спине. - Дышите, детектив, все нормально? Доу, весь красный, пытался прекратить кашлять, но кофе явно пошел не в то горло. - Ты хоть понимаешь, на кого хер наточил? Харрикен, помимо сраных голограмм, подозревается в том, что владеет частью бизнеса одного из мескалиновых картелей! Сейчас он благополучно снес себе память и якобы не при делах, но мы-то знаем, на кого он работал, пока не пришел к успеху! Если хочешь связаться с ним, лучше вырой заранее себе могилу. - Я в курсе про картель и все остальное. У Харрикена есть офигенный мотив для мести, «Белые области» очистили ему почти двадцать лет памяти и обрекли на то, чтобы стать овощем в самое ближайшее время. Если мескалиновый Тони похитил Адама Пирса, картелю придется постоять в стороне, или будет настоящая бойня: Пирс нужен правительству, «Белые области» - одна из центральных программ, это новейшее средство для коррекции целых штатов, основа безопасного будущего. Стоит ли какой-то неудачник того, чтобы развязывать гражданскую войну? Любая война сильно вредит бизнесу. - У «какого-то Тони», - передразнил детектив, - миллиарды и толпа личной охраны, высок шанс стать трупами даже до вмешательства картеля. Нас размотают на раз-два, а затем похоронят в бочках с кислотой. Или ты думаешь, будет как в фильмах, когда злодей типа приходит к герою в особняк, а он там сидит один, в компании дворецкого? Давай так: я сочту все это неудачной шуткой, и мы вернемся к нашей чертовой работе. Окей? - Это не шутка, мистер Доу. - Ты хоть знаешь, что со мной сделает шеф, если ты погибнешь? – вызверился Доу, - какого черта ты лезешь в дело, которое может стоить тебе жизни? В реале? Ты, со своими дорогими игрушками, сидел бы там, где ты сейчас, и не рыпался: расследуй кибербуллинг для богатых детишек, или что ты там расследуешь, пока нахрен не сдох! Мэтью тяжело задышал от этой речи и заметно поморщился, как будто раскусил что-то кислое. - Выходит, я в вас ошибся? Доу показалось, что он на волоске от того, чтобы выхватить удар в морду, тот самый, на который считал специального агента попросту неспособным. - Вечно вам всем приходится доказывать, что я способен на нечто серьезное… - прошипел между тем Вуд, похожий теперь на ощетинившегося белого котика. Даже такой злой, он не казался угрожающим, только милым, - а хотите… хотите увидеть подтверждение моих намерений? Вы спрашивали о моем лице. О том, как я выгляжу без голограммы. Прозвучало почти зловеще, особенно когда Вуд уперся ладонью в стол прямо возле детектива, заставляя чуть развернуться к себе на стуле. Доу напрягся: этот разговор уже зашел слишком далеко, если шеф Саммерс узнает, что он так себя вел с его драгоценным федералом, что посмел даже дышать в его сторону, он точно даст ему пинка под зад. - Чего вы так захлопали глазами, детектив? Страшно стало? – Вуд моментально просек замешательство, казалось, он даже улавливает и отсчитывает слишком ускорившийся пульс. - Мой облик и биография – одна из тайн, не подлежащих разглашению, по крайней мере, не с таким допуском, как у вас, - вкрадчиво продолжил Мэтью, наслаждаясь ситуацией и тем, что детектив потеет на стуле, явно не зная, как выйти сухим теперь, когда вода уже захлестнула его по горло. - Я тень, призрак, меня не существует в реале… - Вуд поднял правую руку, демонстративно медленно двигаясь. Задрал манжету рубашки, открывая узкий белый браслет голопроектора. Поддел его пальцами, заставляя кольцо из умного полимера растянуться и соскользнуть с кисти. Браслет лег на стол прямо перед Эдвардом Доу. Сейчас, так далеко от владельца, голограмма не могла работать и не работала. Доу поднял глаза: вот он, ответ, который он так жаждал, откровение, что тщетно пытался отыскать, и бесился от невозможности получить разгадку простой на вид головоломки. Мэтью Вуд почти не изменился. Остался таким же светловолосым и сероглазым, никуда не исчезли даже более темные ободки на радужках и несколько вкраплений черного: Доу смотрел очень внимательно. Слегка обкусанные бледные губы, густые темные ресницы, как будто подкрашенные тушью. Из новенького появились только веснушки, рыжие, совсем немного, они ржавой крошкой обсыпали взволнованно-алые щеки и курносый нос федерала. - Это не голограмма, я правда так выгляжу, - усмехнулся Вуд, - если хочешь что-то спрятать, оставь это на самом виду, детектив. Можете поискать второй голопроектор, если хотите. У вас есть рамка, или предпочтете старый добрый контактный обыск? - Иди ты к черту, - выдохнул Доу, раскапывая самый неглубоко похороненный окурок из пепельницы. Сигареты закончились, - все равно твой план – полное говно, нас прихлопнут, а я уже запланировал, что буду делать на пенсии. - Если мы закроем это дело, на пенсию вы уйдете как минимум капитаном. Город будет считать вас героем… Вы будете почти как Бэтмен или Супермен. Подумайте, детектив. Только не тяните с решением, время не ждет. Тик-так, тик-так, - Мэтью выразительно постучал пальцем по пустому запястью, - а я пока займусь нашими подозреваемыми. - А как в этом замешан Мартингейл? – Доу задал давно мучивший его вопрос. Чего они так носятся с самым обычным клерком, если даже убивал – скорее всего не он? - Узнаете, если дадите согласие на участие в деле, - ну конечно, чего еще следовало ожидать. Скормив ему часть приманки, Мэтью расчетливо утаил в кармане самый жирный и сладкий кусок. За Вудом уже закрылась дверь, а Эдвард Доу так и продолжал гипнотизировать взглядом белое кольцо его голографического браслета. Вот так просто, да? Кто-то может выглядеть вот так без всяких голограмм? Проклятые богатеи, подумал Доу, допивая остывший невкусный кофе. Проклятые богатеи. Чин капитана маячил перед ним фата-морганой, заставляя здравый смысл пасовать. Этот выскочка был прав, чего он добьется, если упустит это дело? Такая звезда сияет тебе только раз в жизни, и если ты так глуп, чтобы упустить шанс, то и оставайся прозябать на задворках, за нищую зарплату. Доу вбил запрос на поиск по базе адресов всей недвижимости Тони Харрикена и корпорации «Эго».