Я просто хочу чувствовать.

      Стоило мне покинуть маленькое помещение, где обычно прятали швабры с вёдрами, я, наконец, смогла вздохнуть используя всю грудную клетку. У меня просто не получалось представить, что могло произойти, найдя нас Андромеда. Как она бы объяснила происходящее? Или сделала бы вид, что просто ничего не произошло, а затем стёрла память? К счастью, мне не придётся узнавать этого.       Оглянувшись на Драко, поправляющего вылезшую из брюк рубашку, я вновь поразилась тому спокойствию, которое так умело скрывало все его истинные чувства. В памяти вновь возник образ его лица, которое находилось так близко к моему. Но в тот момент, стоя в подсобке, мои мысли были заняты совершенно другими вещами, хотя, я не скрою, какая — то часть меня хотела того, чтобы страха попросту не было и я могла расслабиться. Почувствовать себя полностью защищённой. — Ты как, Грейнджер? — подал голос Малфой, заметив мой пристальный взгляд, направленный на него. Тут же вернувшись к реальности, я попыталась улыбнуться и посмотрела куда — то вбок.  — Я в порядке. Просто задумалась. — Да уж, тут точно есть над чем поразмыслить, — кивнул слизеринец, подходя к парте и опираясь на неё руками. — Признаюсь, я до последнего не хотел верить в то, что моя тётка способна на такое. Только сейчас всем словам Снейпа я услышал её личное подтверждение, — зло «выплюнул» Драко, вытирая со лба проступивший пот. — Я сожалею, что так вышло, — осторожно прошептала я, подходя ближе к нему и садясь на стул рядом. Мальчишка не заслужил того, чтобы все его родственники либо исчезли из его жизни, либо превратились в злодеев, желающих смерти всему и вся. — Ты ни в чём не виновата, — усмехнулся Малфой, поворачиваясь ко мне и грустно улыбаясь. — Ты ведь могла столько раз сказать мне о том, что замышляет Андромеда, но ты не сделала этого… — Ты бы мне просто не поверил. — Думаю, в этом ты права. Сомневаюсь, что я смог бы поверить в то, что тётя сбрендила и решила воскресить могущественного тёмного волшебника с помощью крови в твоём дружке, — протянул слизеринец, закидывая волосы назад и резко опуская взгляд. Было в нём, всё — таки, что — то магическое, притягивающее и непонятное. Было что — то кроме того, что он показывал всем остальным. Возможно, Северус не ошибся, сказав, что иногда Драко ненавидит даже самого себя. — Но, Грейнджер, знаешь… Я правда благодарен тебе за то, что ты не говорила мне, но с другой стороны, — мальчишка усмехнулся, резко замолчав. — С другой стороны, сейчас я нашёл ответ на некоторые твои действия и вопросы. Понял, что же так пугало меня в отношении Андромеды к Волан-де-Морту. — Нам нужно что — то сделать с той информацией, которую мы подслушали, Малфой, — отвлекая его от размышлений о прошлом, сказала я, вновь оглядываясь по сторонам. В который раз убеждаюсь, что МагГонагалл не ошиблась со своим заявление о том, что «война всё ещё не отпускает меня». Я вижу врагов во многих людях и, к сожалению, редко ошибаюсь со своими прогнозами. Иногда мне хочется, чтобы всё оказалось ложью. Но… Сейчас не время раскисать. Задумчиво взмахнув головой, я решительно поднялась со стула и посмотрела на Драко. — Пойдём. — Чем тебя не устраивает этот кабинет? — протянул Малфой, всё — таки отодвигаясь от парты и возвращая её в прежнее положение. — Дамблдор не зря говорил, что в Хогвартсе даже у стен есть уши.       Ловко ведя слизеринца между витиеватыми коридорами, я пыталась понять, как можно отыскать анимага — филина. Поставить перед Хогвартсом сову, которая постарается перехватить письмо из Америки или же идти напрямую к Андромеде, прихватив с собой пару капель сыворотки — правды? Последний вариант отметался мною сразу, но я просто не могла не позволить себе пару секунду насладиться невозможной властью над этой пугающей женщиной. На самом деле, я была бы не против просто привести Блэк к Минерве для того, чтобы та излила директору душу, но, в конце концов, умея трезво оценивать ситуацию, я понимала, в каком плачевном положении окажусь, если той удастся противостоять сыворотке. Ведь это не редкость. — Выручай — комната? — спросил Драко, останавливаясь передо огромной стеной и легонько прикасаясь к ней рукой. — Неплохой выбор. Под его пальцами стена резко начала раздвигаться, открывая нам обоим проход в комнату, так полюбившуюся многим ученикам за время учёбы в Хогвартсе. Единственное, что всё ещё заставляло меня сожалеть — так это то, что никто не встал на защиту Выручай — комнаты, когда её решили превратить в огромным склад. Сколько тайн она сохранила в своих стенах, сколько разговоров и поцелуев навеки осталось спрятанными среди высоких колонн и сводчатых потолков, сколько моих собственных слёз впиталось в эти полы, теперь покрытые густым слоем пыли. — Нужно связаться с Снейпом, — резко качнув головой, сказала я, доставая из кармана мантии осколок зеркала и задумчиво вертя его в руках. Сейчас это был просто ничем не примечательный кусок стекла, так что вряд ли кому — то в голову пришло бы считать это ценной вещью. — Уверена? — спросил Малфой, садясь рядом со мной и вглядываясь в небольшой осколок. — А ты бы хотел остаться в неведении, когда на тебя собираются начать охоту? — язвительно ответила я, взглянув прямо на него. Покачав головой, Драко отвернулся, что — то пробурчав себе под нос.       Осторожно поднеся зеркало к лицу и подув на него, я не почувствовала ничего, что могло бы дать мне понять, что всё это сработало. По всей видимости, со стороны мои действия были больше похожи на бред и именно поэтому Малфой, хоть мальчишка и старательно это скрывал, усмехнулся, прикрывая лицо спадавшими волосами. Спустя пару секунд тоже ничего не произошло и я, вновь дунув на зеркальную поверхность, повертела осколок в руках. — Право, Гермиона, я уже всё понял! — воскликнул голос Снейпа, словно взявшийся из ниоткуда. Изумлённо подпрыгнув, я взглянула вглубь зеркальца, отчётливо видя там лицо профессора, спокойно пьющего горячий кофе. — Неужели вы и дня без меня не можете?! — У нас важная информация, — вставил Драко, головой втискиваясь в небольшое пространство, чтобы увидеть говорящую голову мужчины. — Классная штука, кстати. Сделаете мне такую же? — Заткнись, Малфой, — в изнеможении подняв брови, воскликнула я и изо всех сил отодвинула слизеринца от осколка. — Профессор, сегодня мы увидели нечто довольно интересное. — Моя тётка разговаривала с филином и просила его найти Вас и убить, — вновь заговорил Драко, одаривая меня язвительной улыбкой, граничащей с флиртом. Резко отвернувшись, я вновь посмотрела на Северуса, недоумевающего смотревшего на меня. — Гермиона, объясни, что у вас там происходит, а то со слов этого болвана я совершенно ничего не понимаю. — Андромеда сегодня тайно встречалась с филином в Хогвартсе около кабинета Зельеварения, — начала говорить я, косо поглядывая на мальчишку, скучающе смотревшего себе на ноги. — Нам с Малфоем пришлось убирать этот кабинет от Антимагического зелья, а дверь осталась приоткрытой, так что мы сразу услышали в коридоре шум. Я почти уверена в том, что птица была анимагом, потому что размеры его были чуть больше, чем у любого среднестатистического филина. — Я почти уверен в том, что это незарегистрированный анимаг, но всё же постараюсь проверить этого филина в реестре. Сможете описать что — то интересное? — заинтересованно спросил Снейп, доставая из кармана новенькой мантии блокнот. — У него было белое пятно прямо между глаз, словно его в детстве ударили и теперь там не растут перья, — вставил своё слово Драко, а я поняла, что не заметила этого. Хм, всё — таки, от него можно извлечь хоть какую — то пользу. — Блэк знает о том, что я жив? — Да. — Это, признаюсь, меня совершенно не радует, но и с этой проблемой мы тоже сможем справиться. Убить меня не удастся, но нервы эти двое мне потрепать смогут, — недовольно признался профессор, качая головой. — Так, давайте договоримся: никто из вас не пытается предпринять ничего, что может понести за собой ущерб вашему здоровью. Хорошо? Особенно это относится к тебе, Гермиона, потому что, судя по прошлым годам, у тебя часто возникают довольно… интересные идеи. — Знаете, Снейп, я тоже частенько придумывал множество новых идей, которые несли за собой боль и страдания, — усмехнулся Малфой, но, по всей видимости, сразу понял, что его действия не впечатлили профессора Зельеварения. — Мы постараемся не влезть в неприятности, — кивнула я и тут же увидела, как резко потух мой осколок зеркала, снова просто превращаясь в отражающий предмет.       Сидя в молчании, я раздумывала о том, почему этот «некто» может помогать Андромеде в её странном и безумном порыве. Неужели в мире магии и впрямь ещё остались люди, считающие, что пришествие некоего «недо-спасителя», чьё желание изменить мир заканчивается на всепоглощающей власти, могуществе и непоколебимом уважение, сможет «помочь» нашему сообществу. Неужели эти волшебники не понимают, чем закончится приход нового «командира»? Неужели всем так хочется вновь погрязнуть в страхе и боли, которая преследовала многих магов в течении десятилетий? — Я думаю, нам всё же стоит что — то предпринять, — вновь заговорил Драко, оглядываясь на меня и задумчиво начиная прокручивать в пальцах палочку. — Мы ведь слышали профессора Снейпа, — усмехнулась я, понимая, что никого из нас этот словесный запрет не мог остановить. — И что ты планируешь делать? — Я думал, теперь мы будем делать всё вместе, — изгибая бровь, начал ворчать слизеринец, изобразив на лице некое подобие обиды. — Ты больше не хочешь работать в одной команде с слизеринским хорьком? — Малфой, — покачав головой, прошептала я, понимая, что если я продолжу вместе с ним заниматься этим делом, то подобные «шуточки» будут часто меня преследовать. — Я уже семнадцать лет Малфой, — саркастически протянул мальчишка, изредка поглядывая на меня. — Скажи хоть что — то, чего я не знаю, — цитируя мои слова, задумчиво пробормотал слизеринец, настойчиво продолжая выводить меня из себя. — Что МЫ собираемся делать? — избегая язвительных высказываний, ответила я, делая явный акцент на том, что предпринимать что — то мы будем совместно. — Вот так — то лучше, — удовлетворительно пожал плечами Драко, закидывая платиновые волосы назад и вставая с пыльного пола. — Думаю, мы могли бы поговорить с самой Андромедой. — Ты с ума сошёл? — внезапный всплеск эмоций из — за того, какую глупость сморозил Малфой, явно испугал даже его самого. — Ну, а почему нет? Спросим, не замышляет ли она чего. Да ладно, Грейнджер, прекрати так на меня смотреть. В конце концов, я её племянник, неужели не могу просто пару раз пошутить? Ей не обязательно сразу понимать, что к чему. — Ты будто реально не веришь в то, что у Андромеды Блэк есть провидческие способности, которыми она прекрасно умеет пользоваться, — истерически рассмеялся я, смотря прямо в глаза Драко, теперь уже возвышавшиеся надо мной. Подавая мне руку, мальчик ловко поднял меня на ноги, дожидаясь, пока я отряхну мантию от пыли. — Я знаю её дольше, чем ты, — заметил мальчишка, продолжая внимательно изучать меня. — Да, её способности могут казаться великолепными, но она тоже не всесильна. Любой хороший окклюмент сможет противостоять ей. — Помнишь то зелье, что мы варили у неё на занятии? — Что? — сразу же переспросил Драко, изгибая бровь. — Причём тут это? — Зелье Мопсуса или Мопосово зелье — зелье, дающее провидчески способности и усиливая их у тех, кому они были даны от рождения, — расплываясь в тяжёлой улыбке ответила я, следя за реакцией слизеринца. Понимая, к чему я веду, мальчишка громко чертыхнулся, ударяя кулаком по огромной конструкции, состоящей из наваленных стульев и старых парт. — Чёрт возьми, как я сам до этого не додумался, — процедил Малфой, закатывая глаза и потирая переносицу. — Это, определённо, усложняет наше с ней взаимодействие. — Вот именно, — грустно поддакнула я и, недолго помолчав, продолжила. — Знаешь, я думаю, нам нужно поспать, прежде чем решать, что делать дальше. — Сомневаюсь, что я усну после всего произошедшего, — поджав губы ответил слизеринец, старательно раскачивая нижний стул, служивший в этой «постройке» краеугольным камнем. Осторожно положив свою руку поверх его, я, неловко улыбнувшись, ответила: — Ты зеваешь уже последние полчаса. Думаю, тебе стоит поспать пару часов.       Улыбнувшись в ответ, Малфой всё же убрал свою руку в карман, не прекращая с вызовом смотреть мне в глаза. Сколько мы простояли так, изучая друг друга и не пытаясь отвернуться? Не знаю, но мне, почему — то, было совершенно неинтересно. Уже стоя перед собственной кроватью мои щёки позволили себе загореться, вспоминая тот твёрдый взгляд серых глаз, скользивший по моему лицу.       Всё, что я испытываю — просто невозможно описать. То чувство невообразимого комфорта, смешанного с неуверенностью и каким — то счастьем просто из — за того, что тебе удаётся отыскать в этих молчаливых глазах что — то успокаивающее и настоящее. Что — то искреннее. Что — то, чего я никогда не видела в глазах Рональда просто потому, что он сам по себе другой.       Рон — это ходячая эмоция. Чаще всего всё то, что он чувствует, тут же проявляется на его лице и в голосе, яро доказывая, что он не намерен оставаться в сторонке. Он — горящее пламя, которым я уже умею управлять. Мальчишка и сам напоминал мне нечто похожее на огонь, чего только стоили эти рыжие волосы.       Но, к несчастью, в пламени Рональда не было ничего непонятного, загадочного. Всё было понятно, как день. Дует «ветер» раздражения — Уизли начинает пылать, заставляя гореть всё на своём пути; стоит появиться чему — то успокаивающему — гриффиндорец уже похож на пламя от свечки, которое просто освещает путь, не причиняя никому вреда.        Но Малфой… С кем можно сравнить Его? Он похож на бурлящий океан, покрытый огромной толщей льда, пробить которую способен лишь массивный корабль. Эмоции Драко, его смех, каждая капля его улыбки — всё это напоминало мне воду, которой так не хватает умирающему путнику в горящей пустыне. Кажется, этого мальчишку просто невозможно понять. В одну секунду из спокойного и усмехающегося слизеринца он может превратиться в каменную статую, которую не стоит тревожить.       Подделка эмоций это просто его конёк. Сам этот факт казался мне неоспоримым. Ему ничего не стоило улыбнуться, в то время как в сердце и душе могла осваиваться ледяная корка, ничего не стоило начать возмущаться, хотя ничто в его самолюбии не было задето. Он настолько свыкся с образом самодовольного засранца, что ему уже трудно было представить себя без него.        Но в последнее время, я стала видеть и другую сторону Драко Малфоя. Сторону, которая привлекала меня. И дело было не в его внешности или фразах, которые он говорил, дело было в тех эмоциях, что ему удавалось пробуждать во мне. Будь то ссора, заставляющая моё сердце содрогаться от воспоминаний об этом, или же мирная беседа, которой в других обстоятельствах просто бы не случилось. Я видела настоящего Малфоя в беседке, когда он ударил кулаком в стену, видела его настоящего утром, когда он прикоснулся к моей щеке губами… Из всех этих лёгких, малозначительных моментов и складывался, словно спичечный домик, мой образ Малфоя. И этот образ затмевал все предыдущие годы, когда он и впрямь показывал себя трусливым хорьком, которому частенько не доставало внимания.       Тёплое одеяло, прижавшее меня своей тяжестью в матрац, не долго старалось, прежде чем я окончательно уснула, погрузившись в царство Морфея. _________________________________ Резко просыпаясь, словно от холодного душа, вылитого куда — то в область головы, я пыталась осознать, где я и что вообще здесь происходит. Сонные мысли, совершенно не желавшие выстраиваться в какой — то «единый» ряд, заставляли ощущать меня ещё более потерянной, хотя, как мне казалось, это было просто невозможно. Пытаясь понять, что же заставило меня так сильно испугаться, я слегка приподнялась на локтях и внимательно осмотрела пустую комнату, залитую закатным солнцем. Никого… Это было как минимум странно, ведь в это время девочки частенько собирались в общей комнате, желая перетереть как можно больше «костей» за вечер. Я знала, что Джинни тоже частенько участвовала в таких беседах и не одобряла этого, но разве можно остановить девчонку, которой так хочется послушать, что же говорят про здешних парней? Вечер… Уже вечер, а я всё ещё не придумала, как разобраться с тем, что нам удалось услышать. Ну почему мысли всегда уходят из моей головы именно в тот момент, когда они так сильно нужны? Ответа на этот вопрос, как ни странно, у меня тоже не возникло. Рассерженно отбрасывая одеяло, я поднялась с кровати, осматривая себя в зеркало и усиленно протирая глаза. Да уж, внешний вид определённо оставлял желать лучшего, а мешки под глазами, казалось, только увеличились после дневного сна. Думать, думать, думать… Принятие верных решений всегда было моей сильной стороной, но сейчас… Сейчас словно всё вставало против меня, принимало в штыки любое моё решение и каждое действие имело сильнейшее противодействие. В таких условиях соорудить что — то было просто невозможно. Как найти зарегистрированного анимага? Ответ прост — нужно отправиться в Министерство, подать заявку, описать, объяснить причину своего интереса к этой персоне. Можно ли мне сейчас появляться там? Нет. Определённо нет. Мой приход не только никто не оценит, на меня ещё и могут напасть. В конце концов, самолично приходить в «логово врага» — идея не самая лучшая. Значит, остаётся только один вариант: найти того, кто сможет помочь в данной ситуации. Прокручивая в голове все возможные варианты, я и сама не заметила, как часы пробили девять вечера. Ничего себе, уже так поздно… И вдруг, вместе с последним ударом огромного колокола, в моей голове появилась самая удачная и в то же время не самая удобная мысль. Человек, который работает в Министерстве. Человек, которому можно доверять, несмотря на то, что многие сейчас повернулись ко мне спиной. Человек, чьё уважение я заслужила. Артур Уизли. Но отец Рональда работал в совершенно другом отделе, его вряд ли смогут допустить к реестру анимагов. Но разве так сложно попробовать? Осталось лишь сказать Малфою, которому придётся принять мою идею, ведь других у нас… Попросту не было. В конце концов обращаться к самой Андромеде было настолько же глупо, как и говорить ей, что мы знаем о её планах. Придя к выводу, что, в конце концов, никакого иного варианта у меня нет, я быстро подхватила на плечо сумку и, накинув на себя куртку, вышла из спальни. Мне не хотелось терять ни одной секунды, казалось, что чем больше времени сейчас мы упускаем, тем сильнее Блэк сможет навредить всем нам. Ловко сбегая по ступенькам в гостиную, я поняла, что в данный момент мне срочно нужно сделать две вещи. Первое: сообщить Минерве о том, что я снова собираюсь уйти из Хогвартса в ночь и объяснить ей, что сделать свои дела завтра у меня просто не выйдет. У меня определённо получится придумать какую — то отмазку. Тем более, она ведь сама просила «просто предупреждать». Второе: сказать Малфою о том, что у меня появилась отличная идея. Сомневаюсь, конечно, что этот мальчишка одобрит её, ведь его семья уже давно ненавидит всех Уизли, считая их просто недостойными того, чтобы считаться чистокровными волшебниками. Но ведь Драко должен понять, что кроме Артура у нас нет другого помощника. Вдруг столкнувшись с неизвестно откуда взявшимся Гарри, я, опешив, замерла на месте, тупо пялясь в его очки. Уж очень неожиданно он вырос передо мной, заставляя меня, от неожиданности, напрочь забыть о всех целях. — Привет, Гермиона, — улыбнулся Поттер, ласково проводя по плечам. Вздрогнув от этого прикосновения и словно вновь приходя в себя, я, хлопнув ресницами, улыбнулась в ответ другу. — Ты выглядела такой… озабоченной, что я подумал, надо дать тебе немного отдышаться. Резко вспомнив о цели своего движения, я, сдвинув брови, изобразила лёгкую злость. — Гарри, неужели ты не понимаешь, что нельзя отвлекать сосредоточенных людей? Ты можешь сбить их со всякой мысли. — Оу, прости, — тут же покачал мальчишка головой, посмеиваясь. — Надеюсь, я не выбил тебя из колеи? — Нет, всё в порядке, — кивнула я, пытаясь обойти гриффиндорца. — Мне пора, Гарри. Я правда очень тороплюсь. — Это связано с… ней? — заговорщицки поинтересовался Поттер, не давая мне протиснуться между ним и диваном. — Ну же, Гермиона, ответь. — Мне правда некогда. Давай потом это обсудим? — Ну хоть что — то ты выяснила? — слишком явный интерес парня слегка напрягал меня, ведь, как мне казалось, кто — кто, а Гарри уж точно не будет радоваться возможности снова ввязываться в войну. — Ничего серьёзного, мне просто нужно решить парочку вопросов, — быстро ответила я, стремясь как можно быстрее оказаться на «свободе». — С Малфоем, — мгновенно добавила я, надеясь на то, что это отобьёт у моего друга такую напористость. — Он знает? О том, что происходит? — брови Поттера взлетели к волосам и, казалось, поднялись бы ещё выше, если бы это было возможно. — Гарри, я же сказала, что это не связано с ней, — буркнула я, недовольная тем, что пришлось соврать другу. В конце концов, ему ведь совершенно необязательно знать о том, что я начала доверять слизеринцу? Теша в себе эту надежду, я всё же прошла мимо Поттера и ловко выбежала за дверь, надеясь, что теперь никому не взбредёт в голову занять меня ещё одной нудной беседой. Стараясь ни с кем не встречаться, я почти бегом добиралась до грифона, который открывал проход в кабинет директора. Мне, почему — то, было немного страшно идти к Минерве, потому что я понимала: она вряд ли одобряет всё происходящее сейчас. Начиная от общения с Малфоем и заканчивая прогулками. Тем более с Драко. Тем более ночью. Но так ли важно то, что происходит между мной и ним? Я ведь даже сама не знаю, что между нами происходит. Жгучая, почти болезненная ненависть, напоминающее мне расплавленное золото, текущее по сосудам, переросла в нейтралитет, который нам обоим так… хотелось поддерживать? Мне уж точно хотелось. Рядом с ним я чувствовала себя очень спокойно. Очень, очень давно мне не удавалось почувствовать рядом с собой кого — то настолько же морально сильного. Кого — то, кто просто одним своим присутствием мог подарить мне комфорт. Нельзя сказать, что осознание того, что комфорт этот дарил мне именно Малфой, пугало меня или вызывало отвращение. Возможно, если бы это происходило раньше, я бы буквально ненавидела себя, но сейчас. Сейчас всё изменилось. Теперь уже не так важно, что было «до». У нас всех открылась новая глава, в которой появляются и уходят люди, в которой плохой — внезапно становится другом, а тот — кто был близок, уже не так любим сердцем. Осознав, что я просто стою у кабинета, не решаясь войти, я, переминаясь с ноги на ногу, всё — таки осторожно постучала. — Войдите, — строгий голос МагГонагалл уже не предвещал ничего хорошего, так что, по всей видимости, будет достаточно сложно объяснить ей свои цели. — Это я, профессор. — Гермиона? Не думала, что увижу тебя в ближайшее время, — искренне удивилась женщина, но по её лицу я поняла: она уже давно чувствовала то, как я стояла у двери. За столько лет у меня уже гораздо лучше получалось считывать чьи — то настроения и эмоции, а новые способности легилеменции только упрощали задачу. — Профессор, я… На самом деле, говорить довольно неловко, но иного выбора у меня нет. Мне и Малфою нужно отлучиться из Хогвартса на пару часов. У нас появилось неотложное дело, которое срочно нужно решить, — резко выпалила я, стараясь не смотреть Минерве в глаза. Но и по одному прерывистому дыханию, достаточно громкому для того, чтобы я его слышала, можно было понять, как сильно сейчас удивлена и разозлена профессор. — Милая, — цедя сквозь зубы, протянула женщина, ставя на стол кружку. — Мне казалось, что можно было решить все свои дела за время отсутствия ночью. — Это важно. — Я не могу просто взять и отпустить вас обоих неизвестно куда? К кому вы идётё, что решаете? В конце концов, расскажи мне. Я пойму и тогда всем станет проще. — Простите, профессор МагГонагалл. Я просто пришла предупредить. — Если ты уйдёшь сейчас, я очень сильно в тебе разочаруюсь, Гермиона, — жёстко обрубила Минерва, прожигая мою голову взглядом. Я знала, что она не шутит, но ещё лучше я знала, что если прямо сейчас не сделаю того, что задумала — другого шанса может просто не представиться. — Боюсь, Вам всё же придётся разочароваться во мне, — кивнула я и, развернувшись, вышла из кабинета, чувствуя, как какая — то часть моего сердца откалывается от целого, оставляя рваный край. Уважение этой сильной женщины значило для меня очень многое, но когда на весах стояла жизнь тысяч или Минерва… Я, стараясь идти с гордо поднятой головой, шла туда, где буду нужнее. Первый пункт плана выполнен. Дело осталось за малым, но даже более трудновыполнимом задании: связаться с Малфоем и объяснить ему, что нужно срочно отправлять вон из Хогвартса, дабы снова спасать мир от неминуемой опасности. Ловко маневрируя между бегающими первокурсниками, я на несколько секунд задумалась о том, что у меня не было чего — то подобного. Свободное время посвящалось чтениям книг в библиотеке и разгадке тайны философского камня. Но я не жалею, ничуть не жалею. Мне не хотелось бы провести свою молодость просто носясь по коридорам и врезаясь в таких же, как я сама. Я всегда мечтаю о чём — то более значимом. Стоя перед холодной дверью гостиной Слизерина, я слегка поёжилась, несмотря на тёплую куртку, которую я частенько носила даже зимой. Стараясь не попадать в поле зрения приведения факультета, я осторожно коснулась рамки. Какой у них может быть пароль? Я знала, что на третьем курсе Снейп выдал в виде пароля фразу «долой грязнокровок», что очень возмутило многих. Через пару дней слова были изменены, но их уже никто, конечно, не знал. Малфой… Как с ним связаться? Номера телефона, чтобы позвонить, как это обычно делалось в маггловском мире, у меня не было. Но он ведь нашёл меня тогда, в оранжерее. Браслет… Хм. Может сработать. С силой нажав на холодный металл, я ничего не почувствовала. Как достучаться именного до Него? Ведь он сам говорил, что эти кольца — семейная черта, а значит, они могут быть у многих. Подумав о нём, я всколыхнула в памяти серые глаза, внимательно и слегка нагло меня рассматривающие, позволила себе вспомнить прикосновение его губ… Чёртов. Драко. Малфой. Ничего не происходило. Руку не жгло, как тогда, когда он искал меня, да и в голове волшебным образом не появился его образ. Быть может, нужно какое — то заклинание или другая дребедень, позволяющая пользоваться этим приспособлением? Мог бы и объяснить, как пользоваться подарком Нарциссы. Или он думал, что только ему одному позволено использовать все волшебные функции семейной ценности Малфоев? Ходя вдоль каменного коридора, я продолжала нервно поёживаться от холода, окутывавшего меня с каждой секундой всё сильнее. Не лучше ли уже самой пойти к Артуру и просто не терять здесь времени? В конце концов, Драко мне не так уж и нужен. Я беру его потому… Да я, чёрт побери, не знаю, почему его беру. Потому что каждую ночь я твержу себе, что мне безразлично, есть он рядом или нет, а затем, оказываясь с ним в одной каморке, чувствую, что моё сердце катается на американских горках. Потому что я твёрдо знаю, кто он такой и что из себя представляет, а затем Малфой ломает все стереотипы, связанные с ним. Потому что я была бы рада поставить между нами стену, но каждый день, просыпаясь, я ломаю её просто потому, что того требует моё нутро. Услышав, как распахнулась дверь, я обернулась и, не позволяя себе рассмеяться, с усмешкой посмотрела на него. Заспанный, он явно был не готов к тому, что его разбудит Гермиона Грейнджер, пожелавшая встретиться. Неправильно застёгнутая рубашка, пара пуговиц вообще были пропущены и из-под них виднелось голое тело. Взъерошенные волосы торчали в разные стороны, словно исследуя внешний вид коридора. Рубашка и трусы. Неловко разглядывая Драко, я понимала, что он совершенно не рад меня видеть. — Какого хрена? — стремясь скрыть зевоту, злобно пробормотал Малфой, оглядывая себя и тщетно пытаясь привести рубашку в божеский вид. — Мы же договорились выспаться! — Я уже проснулась, — улыбнулась я и подошла к нему ближе. — У меня есть план. По поводу дневного «открытия». МагГонагалл я уже предупредила, так что тебе осталось просто… собраться. — Ты невыносима, — всё ещё бормотал Драко и, осмотрев меня с ног до головы, удовлетворённо кивнул. Быстро подойдя ко мне и взяв меня за руку, Малфой что — то сказал входу и, не давая мне и секунды на то, чтобы опомниться, завёл меня внутрь слизеринской гостиной. — Что ты делаешь? — тихо спросила я, быстро опустив глаза в пол и пытаясь не смотреть по сторонам. Но, всё — таки, любопытство взяло верх над уважением, ибо шли мы под гробовое молчание всех присутствующих в гостиной. Чувствуя на себе прожигающие взгляды, я старалась выглядеть максимально спокойно, хотя сердце готово было выпрыгнуть из грудной клетки. Ну вот что он делает? Завести меня в чужую гостиную, где это с огромной вероятностью будет обсуждаться… Да ещё и с кучей привранных подробностей! Похоже, что Драко явно ещё совершенно не проснулся, раз позволяет себе вытворять такие глупости. Чувствуя, как крепко мальчишка сжимает мою руку, словно на сто процентов уверенный в том, что так и должно быть, я постепенно начала успокаиваться. В конце концов, я ведь не виновата в том, что Малфой решил совершить эдакую глупость. Я просто… просто иду за ним. Резко посадив меня на кровать, слизеринец осмотрелся по сторонам, а затем вновь взглянул на меня. — Чёрт, ну я и идиот, — выругался Драко, по всей видимости осознавая, куда привёл меня. — Сиди уже здесь, я сейчас буду готов. — Ну хорошо, хорошо, — усмехнулась я, уже без всяких угрызений совести разглядывая спальню Слизерина. Удивительно, что здесь было даже уютнее, чем у наших мальчиков. По середине круглой комнаты был уложен точно такой же формы ковёр, по раскраске повторящий цвета флага факультета. Все постели были аккуратно заправлены, а множество серебряных подушек, отсвечивая от лампочек, сияли, лёжа в углублениях стен. — У вас тут красиво. — Ожидала чего — то более устрашающего? — съязвил Малфой, без тени стеснения расстёгивая рубашку и показывая свой оголённый торс. Быстро сглотнув, я отвернулась, стараясь не смотреть на те кубики, что были скрыты под строгими белоснежными рубашками и школьными мантиями. — Ничего я не ожидала, — пробурчала я, чувствуя, как расплавляюсь под наглым взглядом парня. — Вот прямо ничего? — спросил слизеринец, подходя ещё ближе ко мне и я, посмотрев на него, постаралась повторить ту ухмылку, с которой мальчишка исследовал меня саму. Заметив в дверях движение, я быстро посмотрела за спину Малфоя, стараясь не перебрасывать взгляд на торс, стоявший прямо напротив моих глаз. Чёртов слизеринец, он ведь знает, насколько хорош и знает, что я прекрасно его вижу. — Драко, с каких пор ты общаешься с гриффиндорцами? — вдруг спросил Блейз, оказавшийся в комнате и подходя к нам с Малфоем. Ну вот, ещё один. Мерлин, за что мне это?! Уж лучше бы я и впрямь просто пошла к Артуру в одиночку, чем сидела в этом обществе сплошных змей. — Отвали, Забини, — пробурчал Драко, наконец подходя к шкафу и вытаскивая оттуда новую одежду, аккуратно сложенную на полке. Вот это порядок… Никогда не видела ничего подобного. Конечно, и я старалась соблюдать чистоту на своём рабочем месте и в комнатах, но тут… По сравнению со мной, Малфой был просто болезненным чистюлей. — Я не имел ничего плохого, — развёл руками слизеринец, внимательно меня разглядывая. — Неожиданно, Грейнджер. — И что же неожиданнее всего? — Что ты стала общаться со своим врагом. — Он мне не враг, — ответила я и услышала, как усмехнулся Драко, застёгивающий рубашку и с интересом наблюдающий за нами. — Не волнуйся, его друзья — мои друзья, — пожал плечами Блейз и протянул мне руку. Пожав её, я искренне улыбнулась. Удивительно, какими разными могут быть слизеринцы. Для всех — моральные уроды, которые ничего не стесняются, а сейчас… Забини оказался не таким уж и плохим. — Ты всегда так радушно принимаешь девушек, которых Малфой приводит в спальню? — Ты слишком плохо о нём думаешь. На моей памяти ты — первая девушка, которая вообще прошла дальше гостиной, — усмехнулся Забини, украдкой смотря на своего друга. Эти взгляды не укрылись и от меня, и я, посмотрев на Драко, заметила, как он смутился. Ну конечно! Слизеринец всегда имел репутацию рьяного бабника, который только и занимался тем, что приводил девушек в спальню. — Совсем необязательно приходить сюда, — смело заявил Малфой, одеваясь в пиджак и ловко брызгаясь духами. Запах тут же заполнил собой всю комнату, окружая и меня, и Блейза. Последний тут же закашлялся, обмахивая воздух вокруг себя рукой. — Хотя бы открывай окно! Никого не интересует, как ты пахнешь, — возмутился Забини и с отвращением поджал губы. — И как ты его вообще терпишь? — Приходится как — то, — с издёвкой ответила я, смотря на Драко из-под опущенных ресниц. Не могла же я признаться в том, что этот терпкий аромат просто безумно кружит мне голову. Не могла же я сказать, что всё в этом слизеринском хорьке начинает кружить мне голову. Не могла… просто потому, что я боюсь признаваться в этом даже самой себе. — Нам пора, Грейнджер, — сказал Малфой, подавая мне руку и помогая встать с кровати. Легонько подтянувшись, я оказалась уже рядом с ним, чувствуя, как его крепкие пальцы постепенно переплетаются с моими. — Ночное свидание? — съязвил Забини, пытаясь похлопать друга по плечу. Резко отойдя назад и уводя меня за собой, Драко, уже в дверях, всё — таки решился ответить. — Блейз, если ты считаешь, что я не помню о твоём высказывании, которое ты вчера так смело мне выдвинул, то ты ошибаешься. Так что предупреждаю сразу: только попробуй, — Малфой говорил чертовски серьёзно. Челюсти сильно сведены, всё лицо было напряжено и словно показывало, как опасен парень сейчас. Разведя руки и словно «сдаваясь», Забини попятился назад и плюхнулся на свою кровать. Что такого мог сказать мальчишка, чтобы заставить Драко так рассвирепеть? Вряд ли бы он стал сердиться на ровном месте. Вновь проходя за слизеринцем по гостиной, я, про себя, конечно, отметила, что во второй раз видя меня никто уже не пытался молчать или сверлить меня взглядами. Быть может, я сама придумала себе глупое обсуждение, которое постоянно лилось со стороны этого факультета? Выглядят они довольно… Первым на ум пришло слово «опасно». Да, они определённо не казались белыми и пушистыми. За всеми улыбками и лёгкими смешками сквозило лицемерие, но не из — за ненависти к собеседнику, а потому, что так было просто проще скрыть истинную сущность. Сущность жестокую, способную добиться многого, несмотря на трудности. Сущность, частенько готовую идти по головам. Но было в них что — то настоящее. Что — то едва уловимое, что — то, чего нельзя было заметить на уроках или коридорах. Что — то, что они показывали только в собственной гостиной, где кроме них не было никого. Почти незаметные взгляды, касание рукой или то, как внимательно девушка следит за явно привлекательным для неё парнем. Всё это было настолько по — человечески, что я просто не могла не радоваться ещё одному доказательству того, что предрассудки насчёт факультета змей очень легко нарушить. — Прости за это, — едва заметно пробормотал Малфой, когда мы оказались в коридоре. Поправляя пиджак и словно пытаясь по моему лицу прочесть какие — то ощущения от пребывания в святыне Слизерина, мальчик долго не пытался даже двигаться с места. — Всё правда в порядке. У вас там и впрямь лучше, чем все пытаются рассказать. — Блейз, он… — Выглядел довольно обходительным, — не дала я ему закончить, чем явно поставила в тупик. — Малфой, уже поздно, а нам ещё нужно хотя бы успеть поспать после возвращения. — Куда мы? — Я же сказала: у меня есть план. — Может объяснишь? — нервно спросил Драко, всё же начиная идти вслед за мной. — МагГонагалл просила её предупреждать, кстати. Не хочу снова в кабинете возиться. — Я к ней уже заходила. — Времени зря не теряла, как я посмотрю. Решительно игнорируя язвительность мальчишки, я поднялась к выходу, наконец покидая холодный коридор подземелья. Тепло Хогвартса резко окутало всё моё тело, позволяя хотя бы ненадолго насладиться этим чудесным запахом, навевающим воспоминания о доме. Филч, сидящий на небольшой приступочке у двери, с неприязнью посмотрел на нас, но ничего не сказал. Ещё долго я чувствовала его взгляд, который, словно прорезая темноту, преследовал наши спины. — Теперь — то ты можешь сказать, куда мы идём? — впервые за время дороги спросил Драко, пытаясь разглядеть в темноте моё лицо. Я тоже не видела его, но постоянно чувствовала рядом с собой устоявшийся аромат тяжёлого одеколона, напоминавшего мне только что собранное сено и конюшню, где кони, только что вернувшиеся со скачки, усиленно пили воду. — Ты всё равно сейчас увидишь. Зачем я буду нарушать эту тайну? — А вдруг ты сейчас трансгрессируешь в центр Министерства? Откуда мне знать, какой у тебя план? — Ты не знаешь, — усмехнулась я, мысленно представляя дом Уизли, со всеми его покосившимися этажами и старой крышей. — Но всё равно идёшь. Услышав, как тихо чертыхнулся Малфой, словно я уличила его в чём — то преступном, я осторожно коснулась его руки и, не давая никому из нас и секунды на раздумья, транссгрессировала к Артуру Уизли, который, несомненно, будет удивлён моим выбором «спутника».