Ineffable

Александр

После ее слов в зале повисла гробовая тишина, но старик решился ее прервать: — При всем уважении, мисс Харрис, хотя Вы и имеете на это полное право, я все-таки уточню: Вы игнорируете своего адвоката, принимая условия противополжной стороны? Я взял ее за руку и повернул лицом к себе. — Ты что творишь?! — прозвучал мой разгневанный, но негромкий голос. — Я не хочу, чтобы вы снова через это проходили… Я люблю вас, всех, правда. Простите… — печальным и тихим голосом сказала она мне и сжала мою руку. В ее глазах заблестели слезы. — Да…я принимаю, — робко и неуверенно ответила она. — Решено. Агата Сильвер-Харрис, прямо сейчас, из зала заседаний суда, вы отправитесь в колонию строгого режима, в которо проведете три года. Заседание закрыто. — он стукнул молотком. Агату тут же окружили несколько человек из охраны, и, скрутив ей руки, повели на выход. Кое-как пробравшись к ней чуть ближе остальных я заметил, что из глаз уже лились слезы. Я попытался пробраться к ней, но меня оттолкнули, а затем они покинули помещение.

Агата

Уже минут сорок меня везут со скованными руками и ногами. В автобусе, в котором я еду плотные решетки на всех стеках, кроме лобового, что выглядит слишком жутко.Да что уж там — на каждом из сидений в салоне сидят по одному претупнику, настоящему преступнику, в отличае от меня. Все мои мысли были заняты Александром. Мы ведь даже не попрощались… Черт, как я буду скучать, особенно после того что было… Может, это и к лучшему. Одной проблемой меньше. Смогут нормально заняться расследованием, пускай и без меня…

***

По приезде в колонию с достаточно странным названием «Уиллприссон» нам коротко объяснили правила и отправили внутрь. Сразу нас поджидал достаточно жесткий досмотр, на наличие оружия, да и вообще каких-то вещей. Мне выдали серо-голубую форму, из грубой ткани, состоящую из футболки, штанов и кед, и толкнули в камеру. — Будешь в одной с Валери, — проводя меня за решетку и закрывая дверь, сказал охранник. — Привет, — тихо сказала я. На самом деле, не скажу, что я робкого десятка, но в таких ситуациях нужно быть предельно осторожной… — Ты Валери, да? — не дождавшись ответа на приветствие, сказала я. Передо мной находилась девушка, возрастом чуть старше меня, в хорошей физической форме. Афроамериканка, с густыми вьющимися волосами. Она лежала на кровати, держа в одной руке книгу, при этом не читая ее. Еще на входе я заметила, что у нее есть то, чего не позвлено другим: Небольшой телевизор, стопка книг на тумбе, перекладина для подтягиваний и еще много подобных мелочей. Поскольку, ответа на свои слова я не получила, я опустилась на кровать и погрузилась в свои мысли.

Александр

Я все еще не мог поверить в произошедшее. Молча перенеся всю дорогу до особняка, я валился свою комнату и скатился по стене. Я вспоминал ее: ее запах, ее руки, ее голос, ее губы... По абсолютной случайности в руку мне попалась пуговица. Гребаная пуговица, заботливо оторванная Агатой в порыве старасти. Не отвечая за свои действия, я поднялся, сделал несколько вдохов, в попытке успокоиться, но это было бесполезно. Прикроватная тумба была перевернута, ваза, в которой некогда в воде стояли цветы, вдребезги разбилась о стену, оставив мокрый след на ней. Я не контролировал себя, просто поддался эмоциям. Рухнув на пол, я рукой нащупал свитер, некогда скрывавший изгибы ее тела. Сжал его в руках, я зажмурил глаза и погрузился в аромат, оставленный девушкой.