True north (Истинный север)

      «Всегда будет борьба между отцом и сыном, в то время как один стремится к власти, а другой — к независимости». Сэмюэль Джонсон       Сидар-Спрингс, Северная Каролина. Июнь 1998       Сэм Винчестер ненавидел больницы. На самом деле, он не мог придумать места, которое ненавидел бы больше, ну, за исключением, может быть, действительно жутких кладбищ. Но даже они пахли лучше. И потом, конечно, на кладбищах не было людей, что следят за соблюдением глупых правил, которые даже не имели смысла. Например, Сэм мог посетить кладбище в любое удобное для него время, и если хотел провести там ночь, то мог это сделать.       Конечно, в больницах есть свои плюсы. Например, по сравнению с большинством кладбищ, в больнице люди обычно были живы. И Сэм был очень благодарен, что навещал своего брата в «живом» заведении, а не в другом более жутком. Потому что несколько ночей назад все могло пойти коту под хвост.       Как бы то ни было, Дин провел в отделении интенсивной терапии двадцать четыре часа, а затем на последние два дня его перевели в палату F350, где Сэм проводил все свое время после школы. В конце концов один из сотрудников выгонял его, отправив в кафетерий или обратно в зал ожидания, пока отец не появится, чтобы забрать его.       — Сегодня он чувствует себя намного лучше, — Мэри, одна из медсестер, прервала размышления Сэма, подходя к подростку. — Даже попросил, чтобы Келли помогла ему принять ванну.       — А раньше говорил, что больше никогда не подойдет к воде, — усмехнулся Сэм.       — Не волнуйся, я гарантирую, что если где-нибудь поблизости есть девушка, твой брат с удовольствием нырнет в воду, — она похлопала пятнадцатилетнего подростка по плечу, и прошла дальше, держа в руках стопку карт. Потом остановилась, положив руку на бедро. — И знаешь что, я думаю, доктор отпустит его завтра домой.       Полная улыбка расцвела на лице Сэма, явив миру ямочки, чего и добивалась Мэри.       — Замечательно. Он уже знает?       — Нет, сэр, — покачала она головой. — Я подумала, что окажу тебе честь обрадовать брата.       — Спасибо, — сказал он и ускорил шаг, спеша в палату.       — И еще кое-что, Сэм, — крикнула Мэри, и подросток остановился и повернулся к ней лицом, — постарайся, чтобы сестра Коллинз не поймала тебя за контрабандой фастфуда, иначе она тебя прикончит. — Она рассмеялась, когда лицо мальчика приняло совершенно невинное выражение. — Даже не пытайся, сынок. Я чувствую запах жареной картошки из «Микки Ди» за милю, особенно когда я на диете. А я всегда на диете.       Подросток только пожал плечами.       — Я обещал Дину.       — Ага. Только пообещай принести мне тоже в следующий раз, и я позволю этому маленькому нарушению правил проскользнуть мимо.       — Конечно, — кивнул Сэм.       — Чувак? Где ты пропадал? — спросил Дин, как только подросток вошел в палату.       — В школе. — Сэм выгнул бровь и бросил рюкзак на стул рядом с кроватью старшего брата. — У тебя потеря памяти? Или ты действительно слишком долго пробыл без кислорода. Доктор был обеспокоен, что у тебя повреждение мозга.       — Умник, — проворчал Дин, переводя взгляд с младшего брата на его рюкзак. — Итак…       Сэм со скучающим видом прислонился к перилам кровати.       — Итак… что ты сегодня делал?       Дин фыркнул.       — Ты принес мне еду или нет?       — Никаких разговоров, — усмехнулся Сэм, — только требования. Неудивительно, что у тебя нет второго свидания.       — По крайней мере, у меня вообще есть свидания.       Сэм подошел к своему рюкзаку и вытащил желанную еду. Он бросил брату белый бумажный пакет, который Дин схватил левой рукой, потому что правая была в гипсе почти до локтя.       — Двойной чизбургер с сыром и большая картошка супер-размера, как тебе нравится.       Дин понюхал пакет и на лице появилась блаженная улыбка.       — Я говорил в последнее время, как сильно люблю тебя, Сэмми?       — Ой, прекрати. Я не куплюсь на твои дешевую, сочную лесть.       Старший брат ухмыльнулся и вцепился зубами в гамбургер.       — Ну, как дела в школе, дорогой? — спросил он с набитым ртом.       Ногой Сэм подвинул один из стульев поближе к кровати Дина, и уселся. Он предпочел проигнорировать саркастический тон вопроса.       — Сдал два теста. Я просто рад, что все почти закончилось.       Дин приподнял бровь.       — Кто ты и что ты сделал с моим ненормальным младшим братом?       Сэм закатил глаза.       — Эй, я люблю летние каникулы не меньше, чем любой другой подросток.       — Кстати, о лете, — Дин сунул в рот немного картошки фри. — Ты знаешь, что будет в воскресенье? — младший подросток пожал плечами, точно зная, какой сегодня день. — День Отца. — Дин выжидающе посмотрел на него.       — И что? — Сэм взял пульт дистанционного управления и начал переключать каналы, хотя его совершенно не интересовало, что происходит на экране.       — И нам нужно что-нибудь купить для папы.       Сэм встретил взгляд брата, слегка ошеломленный этим предложением.       — Ты шутишь, да?       — Нет, — Дин откусил еще один кусок бутерброда, наслаждаясь вкусом, словно не ел такую вкусность целый год, а не три дня. — Я сказал тебе сэкономить деньги.       — Я сэкономил немного денег, но не собираюсь тратить их на папу.       «Не после того, что случилось».       — Почему? — Дин сделал паузу, чтобы положить в рот еще жареной картошки. — Ты злишься на папу?       Сэм недоверчиво уставился на него. Слово «злость» не совсем описывало его чувства. Он не разговаривал с их отцом с тех пор, как Джон чуть не убил Дина. Когда пятнадцатилетний подросток закрывал глаза, то перед внутренним взором проплывали воспоминания, как Дин падает со скалы в ледяную воду, слышал свой собственный крик, когда его старший брат ушел на дно озера.       — Я не хочу говорить об отце.       — Да ладно тебе, Сэмми, — прорычал Дин, откладывая гамбургер, его аппетит внезапно уменьшился. — Это не его вина. Охота — опасная работа, ты же знаешь.       — Я знаю, как это опасно, — отрезал Сэм. — Я исследовал этот конкретный случай. Помнишь?       — Из-за этого ты выпрыгиваешь из штанов? Из-за того, что отец не слушал тебя?       — Я сказал ему, что водяные духи бывают разные, особенно те, которые можно найти в холодной, неподвижной или медленно движущейся воде. Они могут удерживать и поглощать эфирные паттерны. У них больше энергии. — Брови подростка сошлись на переносице. — Вода оказывает сложное и тревожное воздействие на мертвых. — Он многозначительно посмотрел на Дина. — И духи почти всегда ищут себе компанию, устраивая людям несчастные случаи, подобные твоему.       — Сэм, папа все это знал. Ты рассказывал это нам обоим около сотни раз, хотя я все еще не совсем понял то, о чем ты болтал. — Когда Сэм открыл рот, чтобы объяснить, Дин прервал его, подняв руку. — И я не хочу знать. Ясно? Я понимаю, что духи воды плохие. Поверь мне. Я понимаю, потому что эта сука убедила меня.       Сэм откинулся на спинку стула, скрестил руки на груди и вздохнул. Последнее столкновение со смертью напугало Дина почти так же, как и Сэма. Дин никогда бы в этом не признался, но Сэм знал своего брата лучше всех, и видел страх, когда Дин проснулся в машине скорой помощи. Старший Винчестер нарушил все правила, которые сам себе придумал, ни разу не оттолкнув Сэма, вместо этого цепляясь за него, как за спасательный круг. Не в первый раз Сэм видел панику на лице брата, и не хотел видеть ее снова.       — Я просто не понимаю, как ты можешь так быстро простить его. Он чуть не убил тебя. Ты не дышал, Дин! Ты был синим.       «Мы почти потеряли тебя».       Дин прикусил губу, чтобы не огрызнуться. Он обнаружил в себе совершенно новый, удивительный запас терпения, когда Сэм начал свою борьбу вступив в подростковый возраст. И он знал, что младший брат очень испуган столкновением со смертью. Калеб рассказал о мучительном спасении жизни Дина в кровавых подробностях, как мог сделать только его лучший друг. Ривз даже описал, как Сэм дрался с санитарами, которые пытались его удержать, пока над Дином работали медики. Так же он рассказал о ссоре Сэма с и их отцом после того, как Джон добрался до больницы.       — Послушай, Сэмми, я знаю, что тебе было нелегко. Но я в порядке. Никаких долговременных последствий, — сказал он, махнув сломанной рукой в сторону своего поцарапанного лица. — Ты спас меня вовремя, и мое лицо скоро снова станет совершенством.       — Мы с Калебом спасли тебя. Пока папа говорил это дурацкое связывающее заклинание, которое, вероятно, и разозлило дух. Невозможно связать духа воды! Он даже не добрался к нам, пока тебя не увезла скорая.       Дин провел рукой по волосам.       — Папа облажался. Такое случается. Просто отпусти это, чувак.       Сэм выпрямился.       — Ты мог бы так легко отпустить ситуацию, если бы ситуация была обратной? — требовательно спросил Сэм, зная, что наносит низкий удар. — А если бы это я утонул?       Когда лицо Дина побледнело, Сэм откинулся на спинку стула и понизил голос.       — Послушай, Дин, я не могу просто не обращать внимания на папины ошибки. Одно дело пропустить родительское собрание или футбольный матч, или забыть принести домой молоко или хлеб. Но он относится к твоей жизни — к нашей жизни - так же несущественно.       Дин нахмурился.       — Несущественно? — он с трудом улыбнулся. — Чувак, ты должен убрать словарь из ванной.       — Я серьезно, Дин. — Сэм ненавидел, когда брат превращал все в шутку.       — Да, и ты серьезно начинаешь действовать мне на нервы. — Дин скомкал обертку вместе с остатками гамбургера и выбросил их в мусорное ведро.       — Дело не только в твоем несчастном случае, Дин. Что папа сделал для нас, за что мы должны любить его?       — Он спас нам жизнь! — рявкнул Дин. — Как ты можешь спрашивать об этом, Сэмми? Он дал нам дом. Заботился о нас.       — Дом? — Сэм почувствовал, как все старые обиды всплывают на поверхность, когда он попытался представить себе дом. — Мотели и крысиные квартиры — не то, что я считаю домом, Дин.       — Я говорил не об этом, и ты это знаешь. — Дин уставился на него, качая головой. — Просто забудь об этом. Если ты не хочешь что-то подарить папе, тогда я сам куплю.       — И как ты собираешься это сделать? — Сэм приподнял бровь. — Ты застрял в больнице.       Дин оглядел комнату, потом посмотрел на телефон у кровати.       — Тогда я попрошу Калеба сделать это.       Сэм фыркнул.       — Ты правда думаешь, что он это сделает? Убить что-нибудь ради тебя — всегда пожалуйста. Принять за тебя пулю — может быть. Но сходить в магазин? Я так не думаю.       — Черт побери, Сэм. — Дин слегка покачал головой. — Это очень важно.       — Почему? Почему это важно, Дин? Папа даже не вспомнит, какой праздник в воскресенье. Он едва помнит когда Рождество или наши дни рождения. А даты, которые он помнит, я бы предпочел забыть.       Они оба знали, о чем говорил Сэм. День рождения их матери, годовщина свадьбы родителей, день смерти Мэри Винчестер. Эти даты их отец прекрасно помнил. И он был невыносим в те дни. Когда они были моложе, Дин всегда находил способ убедиться, что он и его младший брат были как можно дальше от отца в эти дни. Когда они стали старше, Джон обычно исчезал сам, оставляя Дина за главного, и Сэма это вполне устраивало.       — Он все еще наш отец, — с силой сказал Дин, и Сэм всплеснул руками. Он не мог поверить в упрямство брата. Но потом голос Дина смягчился и приобрел знакомый мягкий оттенок. — Послушай, Сэмми, мама всегда придавала этому празднику большое значение, — наконец признался он, отводя взгляд куда-то за плечо младшего брата. — Для нее это было важно. Она готовила папин любимый завтрак. Мы все его съедали в постели, а потом она делала большую презентацию подарка. — Дин пожал плечами. — По крайней мере, так я это помню. Это делало ее счастливой.       И все внезапно обрело смысл для Сэма. И несмотря на то, что он не думал, что отец заслужил хоть что-то, он знал, что теперь будет искать везде, чтобы найти то, что хотел получить его брат. Потому что Дин заслуживал этого гораздо больше чем Джон.       — Так что у тебя на уме?       Дин поднял голову.       — Ты сделаешь это?       Сэм закатил глаза.       — Думаю, я все-таки купился на твою дешевую, дрянную лесть.       — Не расстраивайся, Саманта, — засмеялся Дин. — Утром я все равно буду уважать тебя.