Просьба

С приходом мальчика в Нечистую Юдоль, стало намного веселее. Ай Сивонг был безумно любопытен. Бегал по зданию совершенно никого не боясь и задавая вопросы любому встречному. Мальчишку быстро приняли все, от мелкой слуги до старейшин. Хотя старейшины долгое время брыкались под предлогом того, что дитя безродное. Но Хуайсан умел приводить доводы и в скором времени, Ай Сивонг стал Не Сивонгом. Мальчишка быстро сформировал золотое ядро и усердно учился заклинать саблей. Тяжёлая сабля, украшенная терновым узором и с характерным для нее названием «Чёрная роза», быстро покорилась мальчугану и стала его верной спутницей. Брать тешань мальчик не захотел. По его мнению тешань был слишком кроток и спокоен, а ему нравилось чувствовать необузданную ярость сабли и раз за разом покорять ее. Уже в возрасте десяти лет, мальчишка по силе был равен Сычжую в шестнадцать. Сичень, Хуайсан, да и весь орден чуть ли не лопались от гордости. Цижень скрипя зубами наблюдал за происходящим в Цинхе. Может стоило тогда отправить к ним Сычжуя, или Цзинъи? Тогда бы они не добились столького. Незаметно для себя, старик начал нарушать правила своего ордена и винить в этом другого. Усянь наблюдал за этим и втихую крутил у виска. Сам Сиванг с радостью играл и учился с приёмными детьми Шань Винсу. Тот женился на овдовевшей девушке из родной деревни и забрал ее с детьми в орден. Хуайсан был благосклонен к Винсу и позволил его детям учиться вместе с Сивангом. Мальчишка был безумно рад друзьям и проводил с ними всё свободное время. Сиванг все рос, и из мальчишки превращался в прекрасного юношу. Тело стало крепче, лицо в сто крат красивее. Но больше всех, привлекали внимание волосы. Они были длинными, доставали до колена. Но если смотреть из далека, казалось что они лишь по пояс. Такую иллюзию создавала их окраска. Они от колена до пояса были полностью чёрными, а уже выше были белыми, как только выпавший снег. И этот переход был слишком резкий. Однажды Сичень решил научить сына играть на флейте. В Нечистой Юдоли единственной флейтой была Ле Бин. Случай произошедший на уроке, заставил Винсу смотреть на Сивонга с подозрением. Показав как надо играть, Сичень протянул Ле Бин А-Тонгу*. Такое имя малец сам себе выбрал. Сичень не стал спорить, несмотря на странное звучание. Ле Бин треснула в руках у парня, тот даже не успел начать играть. Сичень почувствовал сильную боль, но ничего не сказал по это у поводу, ни сыну, ни Хуайсану. Правда слёг в постель на несколько дней. Но быстро оправился. Больше уроки музыки они не проводили. Сиченю пришлось с сяо, перейти на гуцинь. Но теперь сила была не та. Ле Бин прекрасно понимала хозяина, знала все мысли и чувства. С гуцинем так не получалось. Игра выходила немного картонная. Устав от бессмысленного ворчания дяди, Ванцзи решил съездить к брату. Они не виделись несколько лет, хотелось узнать как у него дела. Не из уст дяди, а увидеть всё собственными глазами. Сичень и Хуайсан, как положено, встретили Ванцзи и Усяня. Зачем приехал последний до сих пор не ясно. И как в русских сказках: накормили, напоили и спать уложили. Ладно вру, они их пока только накормили с дороги. После Хуайсана срочно позвали старейшины. Вот чего им неймётся? А Сичень остался с братом, Усянь куда-то тактично свалил. Ванцзи очень серьёзно всматривался в лицо брата. И не мог понять что с ним не так. Сичень с гордостью представил своего сына. Сивонг показал отличное воспитание. Сичень просто смотрел и радовался. Когда белобрысый ушёл, Ванцзи схватил Сиченя за руку и нащупал пульс. Сичень молча за этим наблюдал, мало ли какие заскоки у брата. Но когда тот начал вливать ему свою энергию, Сичень задёргался. — Ванцзи, ты чего? — Брат, у тебя слишком мало энергии в дяньтяне. Ты совсем не медитируешь? Сичень попытался вспомнить когда он делал хотя бы что-нибудь подобное. Эмм… после того как треснула Ле Бин, он не медитировал не разу. В чём честно признался. Ванцзи хмуро на него посмотрел и уже собирался отчитывать, но в комнату зашёл Винсу с каким-то травами и снадобьями. Сичень выпил около пяти снадобий и его начало клонить в сон. Винсу помог Сиченю добраться до постели, а после вышел из комнаты. Следом вышел и Ванцзи и Биченем преградил путь. — Что ты дал моему брату? Винсу со страхом и надеждой посмотрел на него. — Ханьгуан-цзюнь, вы должны помочь мне, — взмолился он. Ванцзи еще больше, грубо говоря офигел, но Бичень не убрал. — И чем же? — Состояноие Лань Сиченя с каждым днём все хуже. Я даю ему снадобья, которые хоть немного поддерживают его жизнь. Но долго он не продержится. Пожалуйста, помогите разобраться в чем причина. У меня не хватает знаний и возможностей для этого. Ванцзи немного подумал и убрал Бичень в ножны. — Есть какие-нибудь подозрение? — Я думаю, что это связано с его сыном, — Ванцзи вопросительно посмотрел на него. — Когда Цзеу-цзюнь дал ему Ле Бин, чтобы тот научился играть, она треснула у него в руках. Лицо Ванцзи стало еще более обеспокоенным. Ну, насколько это было вообще возможно. Духовное оружие заклинателя так просто не трескается. Что-то тут не так? У Ванцзи была догадка, оставалось ее подтвердить. — Где Хуайсан? — Глава ордена сейчас на совете со старейшинами. В главной башне. Постойте, Ханьгуан-цзюнь, вам нельзя туда… Останавливать Ванцзи было глупой идеей. Он твёрдым шагом поднимался по лестнице. С ноги открыл дверь и даже ни с кем не поздоровавшись пошёл к Хуайсану. Взял за руку и проверил пульс, а после начал вливать свою энергию. Все молча за этим наблюдали. И не зря. Воздух вокруг был настолько напряжённый, да столь агрессивное поведение. Со словами «Пока хватит» Ванцзи покинул комнату, потянув с собой Винсу.