Восхождение Чистых

Крепость наполнилась огнём. Как только последний солдат покинул подземелья, жаровни у входов в пещеры опрокинули, надёжно защитив внутренние помещения от штурма. Подчинённые мастера Черношейки усилили огненные затворы углём из кузницы, который горел не только дольше, но и гораздо ярче. Опасная преграда стала практически непреодолимой. По приказу Железного Клюва отряды Чистых выгоняли противника из тумана на свет, где быстрые и маневренные дневные птицы легко расправлялись с ними. Впрочем, особой нужды в манёврах не было: нападающие не ожидали, что защитники подожгут крепость, и первую атаку Чистые отразили почти без потерь. Железный Клюв парил на потоках горячего воздуха высоко в небе. Вместе с ним за сражением наблюдали трое безмолвных телохранителей и генерал королевского войска Эрахе. — Сейчас они отступили, — заметил Верховный Тито, — но… Договорить королю не дали. — Ваше величество! — путаясь в крыльях, к ним спешили Шторм и Беолл. — Ваше величество, врагу идёт подкрепление! Оба были серьёзно ранены и едва держались в воздухе, но всё же сумели под пылающим взглядом Эрахе выровняться, изобразить подобие построения и почтительно склонить головы перед Верховным Тито. — Подкрепление? — уточнил король, когда все формальности были соблюдены. — Да, Ваше Величество, — торопливо заговорил Шторм. — Они летят с юга. — Они держатся в тумане, — перебил его Беолл, — и двигаются не очень быстро, но всё равно скоро будут здесь. — Мы пытались их задержать! — снова встрял Шторм, у которого не хватало половины перьев в хвосте, из-за чего он каждую секунду грозил кувыркнуться вниз. — Но их оказалось слишком много. В этот самый момент из тумана, немного отступившего от стен, показались первые отряды нападающих. И их действительно стало гораздо больше. Десятки одетых в сияющие шлемы сов с трёх сторон атаковали крепость. — Алая Смерть, Второе и Пятое Ночное Крыло, на юг! — визгливый голос Эрахе разнёсся над полем битвы, мгновенно внеся порядок в разворачивающееся действие. — Синяя Смерть, Седьмое и Третье на восток! Первое Дневное, Четвёртое и Шестое на запад! — А что делать нам? — спросил Беолл, неуверенно глядя на командира. — Мы ведь Второе Дневное Крыло. — Выживите, — коротко приказала ястреб. Крылья Смерти были главной ударной силой армии Верховного Тито. Алое использовало когти с вложенными в концы угольками и считалось самым эффективным крылом даже несмотря на то, что отряд почти никогда не был полон: бойцы быстро выбывали из строя из-за покалеченных лап и заменять их не успевали. Синее специализировалось на совах. Мастер Фринкейн обнаружил, что железные крупинки, попав в свежую рану, могли мгновенно сделать сову вялой и слабой, а иногда и вовсе парализовать. Оба отряда пользовались дурной славой и набирали туда только дневных птиц. Первое Дневное Крыло состояло из сапсанов, чьё главное преимущество было в скорости, и сейчас в неверном полумраке, в едком вонючем дыму и почти невыносимом жаре соколы теряли его. Оставшись без главной атакующей силы, Четвёртое и Шестое Крылья, призванные выполнять роль поддержки, несли тяжёлые потери. Вскоре Стражи поняли, что это их шанс. Они отвели почти все силы с юга и востока, надеясь пробить оборону одним мощным ударом. Резкие команды Эрахе заставили все Ночные Крылья собраться на западе и только это помогло сдержать натиск. — Они думают, что я прячусь там, внизу, — спокойно сказал Железный Клюв. — Трусливо задыхаюсь от дыма и жду, пока эти «защитники мира» ворвутся внутрь. — Они не пробьют нашу оборону, — ответила ястреб, ни на секунду не отрываясь от боя. — Первое Дневное, на восток! Второе Ночное, на юг! — Если бы мы открыли резервуары, битва бы уже закончилась, — король качнулся на крыльях и, поймав новый поток, поднялся немного выше. — Они погубят не только Стражей, но и почти всё наше войско, — возразила генерал, прибавив высоту вслед на ним. — Солдаты нужны мне для атаки на Древо, — в голосе Верховного Тито послышалась злость. — Пусть отступают и открывай резервуары. — Господин, на это нужно время, — снова попыталась спорить ястреб. — Хотя бы на то, чтобы мастера смогли покинуть крепость и занять свои места. Железный Клюв зарычал, сверкнув на генерала кровавыми огоньками из глазниц маски. Эрахе невольно отпрянула, но не сказала ничего, дожидаясь ответа. Через несколько секунд вспышка угасла и король заговорил: — Отправь Первое Дневное Крыло. — Господин, — ястреб совсем поникла, но всё же предприняла последнюю попытку: — их не хватит, чтобы открыть и защищать все резервуары одновременно. — Генерал! — Шторм и Беолл, ни секунды не сомневаясь, изобразили подобие стойки смирно. — Мы всё равно больше ни на что не годимся! Под маской Железного Клюва промелькнуло подобие торжествующей усмешки и Эрахе покорно склонила голову перед ним. Когда через мгновение она подняла взгляд, в нём не было ничего, кроме кровавой ярости. — Не вздумайте меня подвести, — прошипела она и с пронзительным криком скользнула в ад раскалённой крепости. Железный Клюв поднялся выше, туда, где усиливающийся жар не мог достать его, и отрешённо наблюдал за вроде бы беспорядочной суетой внизу. Ночные крылья, борясь с инстинктом самосохранения, ныряли в самое пекло, стараясь одним точным пике пройти огненную преграду и оказаться в спасительном подземелье. Кому-то это удавалось с первого раза, кто-то вынужден был делать широкий круг, надеясь уберечь начавшие тлеть перья. Отступление прикрывали дневные птицы, но в целом всё выглядело как паническое бегство, так что Стражи не обращали внимания на скрытые во внешней стене шары из металла и соколов, занимающих позиции поблизости от них. Наконец последний Чистый скрылся в нижней крепости и, перекрикивая пламя, Эрахе подала сигнал. Победоносные крики сменились воплями паники, когда по периметру Крент Лоназ одновременно вспыхнули двенадцать голубых костров. Стражи оказались в ловушке. Парализованные, они падали прямо в пламя и скоро воздух наполнился едким дымом и зловонием жжёных перьев. Тех немногих, кто оказался за пределами действия крупинок и пытался сбежать либо спасти собратьев, настигали остатки отрядов Синей и Алой Смерти. Эрахе приказала не брать пленных. Железный Клюв вернулся в крепость, только когда закрылись резервуары, а пламя было потушено. Он восседал на скале в окружении четырёх телохранителей, чьё светлое оперение ярко контрастировало с покрывшим всё вокруг пеплом. Эрахе, ожидая отчёта от потрёпанных Крыльев, смотрела на короля, пока вдруг вдруг не увидела, не почувствовала всем своим существом, насколько естественно смотрится его фигура среди… Ужаса? Нет. Зрелище, которое являла собой Крент Лоназ, заполненная обгорелыми трупами, изуродованная огнём и битвой, смердящая палёным мясом и перьями, не пугало её. Напротив, мысль о страданиях, которые переживали Стражи в последние мгновения своей жизни, казалась до странного правильной, как будто теперь всё встало на свои места. Скорчившиеся в предсмертных муках чёрные остовы птиц, опалённая скала, белогрудые, как кусочки облаков, телохранители и пепельный повелитель всего этого, спрятавший за железной маской алое пламя. Оно медленно тлеет в глубине его глаз, а когда приходит время, вырывается и сжигает всё на своём пути. И это было правильно. Эрахе смутно припомнилось, что огонь был чем-то пугающим, но события до встречи с Железным Клювом давно потускнели в её памяти, оставив лишь «огненные» сны, которые возвращались всё реже. Теперь, когда пламя исходило от короля, оно стало такой же частью её жизни, как серые камни крепости и служение Железному Клюву. — Командир! — окликнули ястреба. Эрахе встрепенулась и наконец обратила внимание на птиц рядом с собой. В ночной бойне выжили только командиры Третьего и Четвёртого Ночного Крыла, от остальных прислали представителей. От всех, кроме Первого и Второго Дневных. Их убил раскалённый воздух вокруг резервуаров, которые бойцы обязаны были охранять. Немногие выжившие едва ли могли передвигаться. Практически у всех боеспособных птиц были опалены перья и лапы, а глаза испорчены дымом. Эрахе это тоже не обошло стороной, но к своему удивлению ястреб обнаружила, что почти не чувствует боли. Единственным, что напоминало о пожаре, была светобоязнь: на солнце глаза начинало покалывать. Эрахе прищурилась и окинула взглядом крепость. Рабочие птицы быстро и слаженно наводили порядок, сваливая в одну кучу трупы, а в другую снятые с них доспехи. Стражи использовали хороший металл и мастер Черношейка собиралась его позаимствовать. Солдаты устраивались на стенах, подставляя грязно-серые от дыма перья свежему ветру. Это генералу уже не понравилось. Она высоко подняла голову и скомандовала построение. Пока оставшиеся без командиров Крылья слетались на расчищенный участок крепости и пытались там упорядочиться, ястреб направилась к королю. — Господин, — Эрахе склонилась перед ним. — Говори, — выдержав приличествующую ситуации паузу, приказал Железный Клюв. — Мы потеряли Первое и Второе Дневные Крылья. Крылья Смерти также уничтожены практически полностью. В Ночных немногим лучше: почти все лишились командиров, но потерь заметно меньше, — ястреб подняла взгляд. — Господин, войска построены и ждут твоих приказов. Король кивнул и бесшумно снялся с места. Появление Его Величества подействовало на птиц мгновенно. Шёпотки и шевеления прекратились и, когда Железный Клюв обратился к войскам, перед ним стояли потрёпанные, но ровные ряды. — Мои солдаты. Дети мои, — спокойный вроде бы голос короля эхом разносился по крепости. Рабочие прервали свои занятия, прислушиваясь к его словам. — Сегодня мы одержали блистательную победу. Стражи, эти подлые трусы, напали на нас превосходящим числом и исподтишка, но всё-таки проиграли. Сегодня вы увидели своими глазами, что сильный всегда будет править слабым. Стражи могут скрываться, могут бежать или пытаться сражаться, но им ничто не поможет. Ибо мы принесём железо и огонь во все королевства сов! Мы вернём то, что по праву принадлежит нам! Потому что мы с вами клан Чистых! И меня зовут Железный Клюв! — Железный Клюв! Железный клюв! — одновременно ударяя правыми лапами о камень, скандировали солдаты до тех пор, пока Его Величество не удалился. — Выставить дозоры! — приказала Эрахе, проводив его взглядом. После хриплого баритона короля её голос казался особенно визгливым и неприятным. — Остальным — отдыхать. Арфайн! Управляющий приземлился прямо за её спиной. — Да, генерал? — несколько издевательски сказал он. Куда он отлучался и когда вернулся, никто толком не знал, но вот вчера его не было, а сегодня уже есть и в курсе всех дел. Эрахе раздражал вечный хитрый прищур, с которым Арфайн не расставался с момента возвращения, но он выполнял свои обязанности безупречно. И ей совершенно не хотелось выяснять, куда подевался заместитель управляющего. Ястреб обернулась. — Солдатам нужно лечение, иначе король отправится воевать в одиночку. Будь так добр, — процедила она. — Всё сделаю, генерал, — улыбнулся Арфайн и, насмешливо поклонившись, улетел. Эрахе тяжело вздохнула, направляясь в тронный зал. Из речи Железного Клюва она поняла, что близится день, обещанный ей с самого начала. День, когда Великое Древо сгорит до тла. В груди ястреба всё трепетало при одной мысли об этом, но, чтобы достичь цели, здесь и сейчас требовалось терпение. Она опасалась, что, выведенный из себя ночным нападением, король прикажет выступать немедленно. Однако Его Величество спокойно беседовал с мастером Черношейкой и его речь вроде бы не походила на приказ немедленно вооружаться. Эрахе мысленно напомнила себе заглянуть в кузницу и приземлилась неподалёку от трона, дожидаясь, пока Железный Клюв закончит говорить. Заметив ястреба, король прервал разговор и выслал кузнеца вон. — Господин, — она перелетела к подножию трона. — Славная победа, — улыбнулся под маской король. — Не правда ли, Эрахе? — Это лишь начало, господин, — осторожно согласилась ястреб. — Главный триумф впереди. — Ты права, — Железный Клюв прямо-таки источал благодушие. — Но мне кажется, ты хотела просить, чтобы я отложил поход, не так ли? — Так, господин, — Эрахе выпрямилась, демонстрируя готовность спорить. — Твои солдаты сильно пострадали и многие из них не выдержат перелёт, не говоря уже о сражении. — Хорошо, — ночная бойня, казалось, на время удовлетворила жажду крови, и король был готов пойти на уступку. — Я дам тебе время подготовить войска. Но когда оно истечёт, раненый или здоровый, каждый солдат отправится в бой. И Великое Древо сгорит до тла. — Сгорит до тла! — воодушевлённо повторила Эрахе и её глаза полыхнули в ответ на неугасающее свечение из-под железной маски.