Восхождение Чистых

Время шло медленно. Первые новобранцы, проходя мясорубку под названием «обучение», постепенно становились полноценными солдатами. Около трети из них. За малейший неуспех птенцы жёстко карались, за несколько проколов лишались права тренироваться и переводились в лучшем случае в кузницу, продолжая обучение у мастера Черношейки, или на иные, ещё менее почётные работы. Несколько учеников появилось даже у мастера Фринкейна. Никто не жаловался: фанатичная преданность делу Верховного Тито и непоколебимое благоговение перед кланом Чистых вбивались в головы птенцам ещё до их отправления в Крент Лоназ, а по прибытии закреплялись окончательно примером старших товарищей. Как правило… Прибыв на пост, едва диск солнца наполовину скрылся за горизонтом, тито в недоумении уставился на место, где должен был сидеть часовой. То, что коршун не отозвался на условный сигнал, солдат списал на неопытность, но уйти с поста не мог бы даже полоумный слепой птенец, только не в бесконечную смену Эрахе. Тито приземлился и на всякий случай пристальным взором окинул окрестности, надеясь, что вот сейчас коршун выскочит из-за какой-нибудь скалы с криком «сюрприз!», но тщетно. Убедившись, что вокруг царит тишина, сова поднялся в воздух и издал пронзительный предупреждающий звук. Ближайший к крепости пост подхватил его и оттуда так же взвилась коричневатая тень. Сигнал «беспокойство» в мгновение ока достиг ушей командира стражи и единственного ястреба в Крент Лоназ. Об этом солдат узнал, когда часовой, поднявшийся по тревоге сразу после него, вернулся на место. Вскоре посыльная, юркая пустельга, опустилась на камень поблизости. — Командир спрашивает, что случилось, — она наклонила голову на бок. Потом на другой: — почему бы тебе не решить проблему самому, если это всего лишь «беспокойство»? — Это дело дневных птиц! — бросил тито. — Я не покину свой пост ради беглеца. — Беглеца?! — пустельга подпрыгнула на месте, гневно встопорщив оперение. — Я немедленно доложу командиру! — Поторопись, — хмыкнул солдат. — Когда закончится моя смена, я обязательно сообщу Верховному Тито о случившемся. — Ты не успеешь! — посыльная шумно сорвалась с камня и устремилась в крепость. Тито усмехнулся ей вслед и повернулся к пустому горизонту. Пустельга, забыв все правила приличия, упала на каменное дно пещеры прямо перед Эрахе. — Командир! Беглец! — выдохнула посланница, неловко балансируя на грани панического крика и почтительного шёпота. Ястреб и глазом не повела, неотрывно глядя куда-то в темнеющее небо. — Предатель… — негромко проговорила она. Пустельга нервно попятилась от вспыхнувших алым глаз Эрахе. — Немедленно собери отряд, — металлически лязгнул крикливый голос ястреба. — Не более дюжины. Никакого снаряжения. Он летит на юго-запад и остановится на ночлег, когда сядет солнце. — Но, командир… Часовой пообещал доложить Верховному Тито… — пролепетала солдат. — Поймайте его, — лязг превратился в скрежет. — Раньше, чем Верховный Тито узнает. Вперёд! Пустельга взмахнула крыльями и выпорхнула из пещеры. Ястреб, всё так же глядя куда-то за горизонт, переступила с лапы на лапу, прислушалась к звону когтей и взлетела. Она поднималась высоко в вечернее небо и в чёрных глазницах её шлема тускло тлели два уголька. Где-то внизу охотничий отряд, держась близко к земле, устремился на юго-запад. В тускло-красном сиянии вечернего солнца Эрахе отчётливо видела, что никто из них не имел на себе доспехов или боевых когтей. Её тень упала на охотников. Под пристальным взглядом ястреба строй выровнялся. Движения птиц стали резче, а полёт — быстрее. Солнце опускалось, накрывая долину плотной вязью света и тени. От ветра стебли травы изгибались, танцевали тёмные силуэты, рябило в глазах у птиц. Эрахе ещё раз взмахнула крыльями и устремила взор вперёд. Лес, окружающий Крент Лоназ с трёх сторон, ближе всего подходил к крепости именно с юго-западной стороны. Сквозь алую пелену ястреб отчётливо различила суету мелких птиц там, где всё должно было быть тихо и спокойно. Она поднялась ещё выше и подала сигнал. Отряд внизу сломал строй, рассыпался. Охотники широким полукольцом окружили стайку воробьёв, которая будто бы не собиралась успокаиваться, и начали приближаться к центру. По телу Эрахе пробежала дрожь нетерпения, в груди защемило. Ей требовалось почти незаметное движение крыльев, чтобы по невидимой горке скользнуть вниз, молниеносно ударить в чёрную спину, услышать жалкий писк и захлёбывающуюся мольбу о пощаде. Ястреб на мгновение закрыла глаза и сжала когти. Охотники приближались. Воробьям надоело с возмущёнными криками носиться над кустом и они стайкой улетели искать другое место для ночёвки. Эрахе дёрнула крыльями, на миг потеряв высоту, и тут же выровнялась. Её глаза не отрывались от разворачивающейся внизу охоты. Практически одновременно птицы атаковали. Коршун, до последнего надеявшийся избежать схватки, взвился вертикально вверх. Пустельга собрала отряд под стать себе, птиц крупнее единственного полевого луня в нём не было и вначале коршун легко оторвался от преследователей. Он поднимался всё выше и выше, пока внезапно не наткнулся на раскалённый взгляд Эрахе. Беглец вздрогнул всем телом и, потеряв равновесие, рухнул вниз, в когти своих преследователей. Отчаянным движением коршун развернулся, в лучах заходящего солнца блеснул тёмный металл, но в глазах охотников уже полыхала багровая ненависть. Пустельга первой бросилась в атаку. Она не успела ничего понять, она даже не увидела, с какой стороны в её тело впились отточенные лезвия, однако для коршуна всё было кончено. Всего через несколько мгновений окровавленный, изуродованный до неузнаваемости труп рухнул рядом с ней, и пустельга, окинув его взглядом спокойно закрыла глаза. Её дыхание становилось всё медленней и тише. Солнце закатилось окончательно, оставив после себя на небе медленно тускнеющее желтовато-розоватое пятно. Тишина сдавливала птицам головы и они по одной опускались в траву рядом с двумя окровавленными телами. Последней приземлилась Эрахе. Одиннадцать пар сверкающих алым глаз немедленно уставились на неё. — Вы думаете, что вышла славная охота, — ровно начала ястреб. — Вы поймали и убили предателя и это действительно достойно похвалы. Но подумайте: до этой ночи он был воином и слугой клана Чистых, таким же, как любой из вас. Холодный туман окружил место битвы, запутался в кустах, плотной пеленой отделив отряд от окружающего мира. Птицы, привыкшие беспрекословно подчиняться каждому слову Эрахе, с удивлением уставились на командира. Кровавая ярость постепенно отступала, оставляя их разумы наедине со случившимся. Охотники опустили головы, с ужасом узнавая в трупе вчерашнего друга. Повисшую тишину разорвал тихий, но отчётливый хрип. — Это неважно, — с трудом выговорила пустельга. — Он предал нас. Эрахе одобрительно наклонила голову, будто бы не замечая, каких усилий стоило птице раскрыть клюв. — Да, он предал нас! Изменник! Отступник! — загомонили остальные, ощутив под крыльями восходящий поток . — Он достоин смерти! — Всё так, — ястреб взглядом заставила птиц замолчать. — Но помните, что каждый предатель — это потерянный боец для клана и напрасно потраченная жизнь. Каждый предатель — победа Стражей и поражение для нас. Мы должны не убивать изменников, мы должны следить, чтобы они не появлялись среди нас. Говорите друг с другом. Верьте друг другу. Каждый из вас не сам по себе, но часть клана. Тот же, кто предал, обречён на одиночество. Вы всё поняли? — Да, командир, — стройным хором отозвались бойцы. — Тогда я поздравляю вас. С сегодняшнего вы Второе Дневное Крыло Верховного Тито. А ты, Быстро-Летающая, станешь их лидером. Пустельга попыталась встать и поклониться, но сумела лишь трепыхнуться и благодарно закрыть глаза. — Отнесите её в крепость и проследите, чтобы выжила, — приказала Эрахе. — А это, — она кивнула на труп, — оставьте здесь, пусть его съедят крысы. Ястреб снялась с места и мгновенно растаяла в тумане. Солдаты переглянулись, затем двое из них подхватили новоявленного командира и весь отряд поднялся в воздух. Немного покружив над кустами, они построились и более-менее определились с направлением. В наступившей темноте птицы ориентировались с трудом. — Мы теперь Крыло, она не шутила? — заговорил наконец лунь. — Если ты не заметил, Беолл, она вообще никогда не шутит, — ответил ему чеглок. — Так что можем не сомневаться, нас заметили. — Теперь-то мы покажем этим заносчивым сапсанам из Первого Крыла, что значит быть настоящим бойцом! — радостно закивал другой пустельга. — А то появились, понимаешь, из ниоткуда и сразу выше всех взлетели! — Вообще-то они и так выше всех летают, — меланхолично отметил Беолл. — И быстрее. — Это же не повод смотреть сверху вниз на остальных. Мы здесь с самого начала и точно своё место заслужили. Так ведь, Быстро-Летающая? — Да, — коротко ответила та, стараясь как можно мельче дышать. И вдруг дёрнулась: — подождите. Отряд снизил скорость и взгляды всех бойцов устремились на неё. — Я что-то видела, — она показала клювом, — там. Это не ветер. — Может быть, кролик или какая-нибудь луговая собачка? — предположил чеглок. — Вряд ли, — покачал головой Беолл. — Если здесь и жили грызуны, совы их ещё до нас переловили. Теперь живность далеко от леса не отходит. — Чистые-Перья, ты самый зоркий, проверь, — приказала Быстро-Летающая. — Остальные — боевая готовность. Пустельга спланировал вниз, неосторожно чиркнув перьями по верхушкам травы, сделал круг, но ничего не увидел. — Пусто! — крикнул он. — Совсем ни… Из травы бесшумно метнулась тень, ударила в светлую грудь и исчезла так же неожиданно, как и появилась. Чистые-Перья подавился собственными словами и рухнул в туман, нелепо дёрнувшись напоследок. — Вверх! — приказала Быстро-Летающая. Он волнения кровотечение, почти остановившееся, снова усилилось. — Поднимайтесь вверх, дальше от травы. Порыв, со всех крыльев лети в крепость и предупреди их об атаке. Чеглок кивнул и, круто набрав высоту, устремился прочь. Остальные кружили над травой. — Даже совы не смогут лететь в таком тумане, им нужно будет подняться из него, — быстро заговорила пустельга. — Держитесь так высоко, чтобы они не могли достать вас, но достаточно низко, чтобы не дать им уйти. Шторм, попробуй выманить кого-нибудь. Белый-Клюв, сядь ему на хвост и смотри внимательно. Бойцы понятливо кивнули. Чеглок сложил крылья и спикировал к границе тумана; пустельга, чуть помедлив, устремилась за ним. Внезапно трава качнулась, Шторм рванул в сторону, совершенно немыслимым движением развернувшись из пике, а Белый-Клюв по инерции упала на спину сове и мгновенно сомкнула когти. Она вонзила клюв в шею противнику прежде, чем тот успел дёрнуться, и сразу отпустила, пытаясь набрать высоту. Вторая бесшумная тень ударила пустельгу в бок. Птица вскрикнула и, неловко кувыркнувшись, исчезла в зарослях. Шторм рванулся было к ней, но сам едва сумел увернуться от когтей. — Я не видел… Я не успел… — выдохнул он, вернувшись к отряду. — Скунсовый дух! — выругалась Быстро-Летающая. — Шторм, никто из нас их не видит. Замолчи. — Может быть, подождём, пока Порыв не приведёт подкрепление? — предложил Беолл. — Подкрепления не будет, — отрезала пустельга. — Они защищают крепость и не станут рисковать ради небольшого отряда. — Тогда что нам делать? — Убить как можно больше этих круглоголовых. Отпустите меня. — Что? — нёсшие лидера Беолл и Цепкие-Лапы переглянулись. — Но командир приказала… — Действуйте! — перебила их Быстро-Летающая. — Я всё равно не дотяну до утра. А оттуда, может быть, смогу заставить сов показаться. Убейте их всех. — Хорошо, — Цепкие-Лапы беспомощно посмотрел на Беолла, но лунь воспринял план лидера, как любой другой. — Сделаем это. Птицы синхронно снизились и разжали когти. С тихим стоном пустельга скрылась в тумане. Она упала на землю и не двигалась добрую минуту. Потом всё-таки заставила себя перевернуться на живот и открыть глаза. — Значит, это правда, — раздался из темноты тихий голос. — Чистые теперь порабощают не только сов, но и дневных птиц. Быстро-Летающая дёрнулась на звук, силясь достать говорящего хотя бы кончиком крыла. Её лапы наткнулись на что-то мягкое, пустельга потеряла равновесие и снова упала. Присмотревшись, она узнала, хотя и не без труда, одного из своих бойцов. Чистые-Перья добили единственным ударом в горло. — Убийцы! — прошипела пустельга, медленно поднимаясь. Её глаза медленно наливались краснотой. — Мы уничтожим вас! — Ха! — неосторожно усмехнулись из тумана. Ярость подбросила Быстро-Летающую над землёй и швырнула вперёд, точно в цель. Сова от неожиданности кувыркнулся на спину, подставив когти. Металлические лезвия пронзили грудь пустельги насквозь, и она мёртвым грузом повисла на лапах врага. Пытаясь стряхнуть тело, ушастая сова, хлопая крыльями, поднялся в воздух и случайно пересёк границу тумана. Нарастающее гудение, удар и сова падает вниз со сломанной шеей. — Молодец, Шторм, — кивнул Беолл, негласно занявший место лидера. Чеглок криво усмехнулся. — Странно, — покачал головой Цепкие-Лапы, — в тот раз их вылезло сразу двое. — Наверно, поняли, что зря теряют бойцов и больше не суются, — лунь взмахнул крыльями. — Или они там закончились, — чеглок качнулся, но сумел выровняться. Из всего отряда ему парение давалось с наибольшим трудом. — В этом тумане ни хагсмара не видно. — Нас и так слишком мало осталось, — покачал головой Беолл. — Мы не можем рисковать, посылая ещё кого-то вниз. — А рисковать наверху, падая от усталости? — возразил Шторм. — Я достаточно быстро летаю. Если в этот раз за мной последуют сразу все, то будет шанс уцелеть. — Ты прав, — решил лунь, и его глаза первыми вспыхнули красным. — Нам приказали их убить, значит, мы должны. Вперёд!

***

— Где твой отряд, боец? — спросил часовой после переклички. — Нарвались на засаду! — торопливо сообщил запыхавшийся Порыв. — Я должен предупредить командира! — Подожди, — взмахом крыла тито оборвал его и насторожился, вглядываясь в туман. Несколько серых теней внезапно отделились от камня и атаковали с разных сторон. Чеглок взвился вертикально вверх, а вслед ему пронзительно закричал раненый тито, не успевший даже крыльев расправить. Порыв подхватил его крик и помчался к крепостным огням, сообщая всем, кто мог услышать: «нас атакуют». Практически одновременно такие же сигналы раздались и от других постов. Когда Порыв достиг стен Крент Лоназ, внутри уже полным ходом шли приготовления к обороне.