i want to tell you that i love you

сан полюбил его, когда ему было одиннадцать. когда солнечный свет играл с черными как уголь прядями волос, приятно согревая кожу и ослепляя глаза. когда трава щекотала щиколотки и слышалось жужжание пчел и заливистое пение птиц, а воздух был свежим и чистым. мороженое в руке охлаждало температуру тела и таяло на языке. сан всегда любил шоколадное. когда он еще не понимал, нормально ли чувствовать что-то такое к своему другу. уён всегда казался таким красивым со своими черными, всегда немного потрепанными волосами, его маленькие руки с нежностью обхватывали ладони сана, когда тому было страшно, а мягкий голос долетал до самого сердца мальчика, заставляя его биться намного чаще. уён всегда говорил с ним ласково, дотрагивался мягко, будто сан сделан из фарфора и мог разбиться в любую секунду. он всегда называл его санни, и говорил, что его назвали так в честь солнца, что на самом деле было неправдой, но сан слишком любил его, чтобы как-то это отрицать. чхве любил смеяться над детской непосредственностью уёна, на что мальчик постоянно закатывал глаза и говорил, что ему только одиннадцать, чтобы полностью понимать этот мир, хотя он и очень пытался. в чем-то уён был действительно прав. уён никогда не учился достаточно хорошо, чтобы пользоваться популярностью у учителей. он был слишком смышлен для своих одиннадцати лет, но уроки - это не то, куда он хотел расходовать свои силы. "я не считаю, что школа на самом деле поможет мне в жизни", - он всегда говорил это задумчиво куда-то в небо, когда они с саном лежали на траве, переодически отмахиваясь от надоедливых насекомых. сану всегда казалось, что уён был слишком недосягаем для него, слишком особенным, слишком всё. несмотря на свою детскую наивность, чон любил рассуждать о разных вещах и находить в них смысл, и его всегда затягивало в глубокие раздумья, пока сан просто ожидал, когда мальчик заговорит. чхве не всегда понимал своего друга, но очень хотел понять, и это была одна из причин почему с уёном было так интересно. он отличался от других его сверстников, или просто для сана он был слишком особенным. - санни, как ты думаешь, сколько звезд в нашей галактике? в такие моменты сан ничего не отвечал, потому что знал, что уён обязательно продолжит свою мысль и слушать его было намного интереснее, чем разговаривать самому. однажды сан спросил у мамы, что такое любовь. мама всегда была тем человеком, которому сан мог рассказать все, что гложет его сердце. женщина замечала, что сана беспокоит что-то, что могло быть связано с его другом, но ничего не спрашивала: сан всегда рассказывал сам. - никто не сможет ответить точно, что на самом деле такое любовь, малыш. ты можешь любить своих родителей, друзей, учителей и все это - совершенно разное понятие любви. но если ты встречаешь того самого особенного человека, то это чувство не будет похоже ни на какое, оно единственное в своем роде. оно заставляет чувствовать себя счастливым, а того человека - самым особенным. ты захочешь быть с ним в свои самые счастливые и самые темные времена, потому что он - твоя сила и поддержка. ты будешь просыпаться с улыбкой на лице и считать каждую минуту до вашей встречи. это чувство, которое каждый человек объясняет по-разному, но если ты полюбишь кого-то - ты несомненно это поймешь, санни. не то, чтобы сану стало понятнее или легче от слов матери, как он мог понять любовь, если никогда этого не чувствовал? после разговора с мамой сан очень плохо спал: он думал о любви, о количестве звезд в галактике, о медовых глазах. о том, что он действительно любит уёна, возможно, немного сильнее с каждым днём. - уённи, что такое любовь? на улице стояла прохладная осень, мальчики сидели дома у уёна, попивая сладкий какао и разговаривая обо всем и ни о чем одновременно. - любовь? я не могу тебе этого сказать, санни. я никогда не любил кого-то. наверное это какие-то химические процессы в мозге или что-то такое. уён задумчиво посмотрел в окно, провожая взглядом капли, стекающие с панорамного окна вниз. - я думаю, мы еще слишком маленькие, чтобы любить.