Цепные Псы

Саунд этой части - Florence and the Machine – Seven Devils Дин Винчестер не спит третьи сутки подряд. Чёртовы третьи сутки его держат непонятно где, кормят непонятно чем, душат непонятно как. Хотя с последним скорее всё понятно: отсутствие свободы, свежего воздуха и общения. Второй день подряд Дин Винчестер настороженно оборачивается на любой шорох – как впрочем, и всегда. Но и с этим можно поспорить – сейчас речь идёт не просто о мелких тварях, которых можно сжечь\разорвать\убить одним ударом ножа или чирком зажигалки. Первый день Дин Винчестер боится. Первый раз он действительно не знает, что делать. Он кричит в пустоту, зовя брата, молится в пустоту, взывая к Кастиэлю и, кажется, пытается напасть на пустоту, потому что двери и стены, словно резиновые, прогибаются от ударов и снова возвращаются на свои места. Дин морщится, вновь обходя скудные владения: комната средних размеров, освещённая хуже некуда, зато обставленная с роскошью – огромная кровать, шёлковое бельё, рельефы на стенах, украшения, мягкие ковры. Это бесит, но больно совсем даже не от этого. Просто Дин вспоминает свой первый день пребывания здесь. Ретроспектива Просыпаться в незнакомом месте – не ново, но каждый раз азарт захватывает разум: непременно выяснить, где находишься, кто тебя сюда закинул, и, конечно, отомстить. С руками, застёгнутыми наручниками, сделать это было чертовски сложно. Первый порыв – сорваться с места, бежать, выбраться. Дин пытается пошарить по карманам, в надежде найти хоть что-то, что могло бы послужить отмычкой для железных браслетов. В этот же самый момент дверь резко распахивается, и в комнату входит Кроули. - Что за херня здесь творится?! – сразу взвивается Винчестер, прекратив попытки снять наручники – уж эта сволочь никогда не прокалывается на мелочах. - Дин, Дин… - Король Ада невозмутим и расслаблен. Ни одна чёрточка лица не выдаёт нервозности или на крайний случай хотя бы раскаяния. – Тебя успокоит, если я скажу, что пытаюсь спасти ваши задницы, в который раз? – на этих словах Кроули поднимает глаза к потолку и вдруг разражается смехом. - Где Сэм?! – орёт Дин и подходит к демону на расстояние удара ноги. - «Где Сэм?», - передразнивает его тот высоким голосом. – Тут он. Жив, невредим. Пока. Как и ты, кстати, – кровожадно ухмыляется Король и чуть отходит в сторону, пропуская в помещение новое действующее лицо. … Дин видит коридор в красных тонах и слышит краем уха, как в соседней комнате Сэм кричит, срывая голос, его имя. Зовёт, ищет, как и он, пытается выбраться, а вот боли в голосе не слышно. Это немного успокаивает. Успокаивает лишь на секунду, пока тень не открывает взгляду тощую фигуру, до ужаса, до дрожи знакомую, ненавистную, и оттого более чем отвратительную. - Аластор, – шипит Дин, чувствуя, как предательски вспотели ладони. Убитый ими демон Преисподней, лучший палач на просторах Ада, персональный учитель для самого охотника и просто худший кошмар. В последнюю встречу белоглазый демон висел на кресте, закованный в цепи, кричал под пытками, был убит. А теперь – полюбуйтесь – стоит здесь, живой, щурится, сука. Точно. Когда к тебе приходят те, кого ты убил, хорошего ждать не приходится. - Развлекайся, приятель, – бросает Кроули и выходит. Лишь у двери оборачивается, – Помни, лишь одна пытка. Что за правила, почему лишь одна, кто вернул Аластора к жизни – сотни вопросов крутятся в голове Дина с невероятной скоростью. - Привет с последнего круга Ада, - провозглашает палач и щёлкает пальцами. Дин вскрикивает – наручники вмиг нагрелись докрасна, опаляя кожу температурой Пекла. Оковы распадаются, Винчестер принимается тереть запястья, на которых проступают красные полосы, подозрительно смотря на Аластора. - Кто вернул тебя? – выплёвывает он. - Меня не возвращали, – нарочито спокойно пожимает плечами тот. – Последняя пытка, говоришь… - Аластор подходит к Дину вплотную и прикрывает глаза. Дыхание у него хриплое, губы сухие, да и сам он весь будто пергаментный. Дин секунду медлит, а потом делает рывок в сторону двери – надежда умирает последней, или как там?.. Припечатанный силой демона к стене, он кривится и сжимает зубы – а чего он ждал? - Не спеши, Дин. Мне сказали, ты тут надолго. Жаль только у меня есть всего одно посещение, – Аластор заинтересованно осматривает комнату и оборачивается к Дину. - Догадываешься, а? Винчестер пытается ответить, помотать головой, сказать, крикнуть: «Нет, ты не посмеешь!», но демонская сила всё так же лишает его возможности двигаться, а взгляд палача гипнотизирует. - Я поясню, – Аластор задумчиво поглаживает неизвестно откуда взявшийся кожаный свёрток. – В Аду нет запретов, ты об этом знаешь. Но я подумал, что вдруг, ты так близок со своим братом, и это не будет тебе в новинку. А сейчас, – Аластор смотрит прямо в глаза, и продолжает своим невозможным голосом, – Сейчас я вижу, что этот импровизированный Бордель, это клетка для тебя. Самое страшное. Ломающее не тело, а мировоззрение. Хотя, – он подкидывает свёрток в руке, – и тело тоже. - Holy water cannot help you now, - затягивает демон протяжную песню, и в его исполнении она звучит как предсмертный хрип. Конец ретроспективы Дин разглядывает шрамы, оставшиеся на его теле от игл, которые вонзал в него Аластор два дня назад. Он морщится, делая неуверенные шаги по комнате, потому что задница саднит до сих пор. Ха, последняя пытка была восхитительна для демона – вернее, для его оболочки – и губительна для самого Винчестера. Несколько часов Дин пролежал в беспамятстве, метаясь по кровати, а разумом отчаянно пытаясь понять, что всё-таки происходит. В глобальном масштабе. Отрывочные слова Аластора о Борделе, о единственном посещении и о том, что его не воскрешали – всё это не помогало, а только запутывало ещё сильней. Больше всего волновало отсутствие брата, Каса, Бобби – кого-нибудь, кто разъяснил бы ему ситуацию. Сегодня Дин решил, что добьётся от Кроули всех сведений, которые ему нужны. Больно было также осознавать, что где-то там Люцифер готовит Апокалипсис, а они с Сэмом сидят тут запертые, без возможности действовать. Поэтому, когда очередная туча проплыла куда-то на север, открывая тусклое солнце, Винчестер закричал: - Кроули! Мать твою, отзовись! Для чего это всё?! – охотник в упор смотрел на дверь, буравя взглядом ни в чём не повинное дерево. Мгновение остановилось, когда Король Ада собственнолично вошёл в комнату и скрестил руки на груди. - А я думал, когда ты позовёшь меня, Дин. Вот Сэм догадался ещё вчера, – он легко распознаёт и обходит стороной наспех начерченную пентаграмму ну полу у входа – стёртое и помятое кольцо в довершение полосам на полу. - Выпусти нас отсюда! - И даже не попытаешься узнать, что это за место, как ты сюда попал, что я замышляю, и почему не позволяю вам вернуться к исполнению предназначения? Фу, как скучно, – Кроули поднимает глаза от изучения своих ногтей. – Я не обязан докладывать тебе, но – Дьявол – как же хочется рассказать и увидеть на твоем смазливом личике эту сладкую ненависть ко мне. Я ведь такой плохой! – бахвалится он, чуть ли не готовясь расцеловать зеркало с собственным отражением. Демон указывает Дину на кровать, сам же принимается ходить по комнате. Это мешает сосредоточиться на информации, и охотник закрывает глаза. Кроули говорит спокойно и медленно, а у Дина внутри всё клокочет от ярости, и только здравый смысл позволяет ему оставаться на месте. Не страх, нет. Здравый смысл. - Итак, начнём историю с самого начала. Капризный ребёнок Люцифер с непомерно большим Альтер Эго вырвался на свободу по вашей вине. Теперь бы и пришёл конец нам всем, если бы не одно полезное знакомство с одним вашим знакомым архангелом. О, - Кроули снова строит из себя сочувствующего всем и вся добряка, – он был так несчастен. Он и не осознавал, что есть такой феномен, как принуждение. Я пообещал ему Сэма – ты ведь знаешь, что Габриэль без ума от него? – Дин дергается, будто от оплеухи, но глаза не открывает. – Так вот, я бы дал ему Сэма на блюдечке, если бы он пообещал сделать для меня альтернативную реальность – вытащить всех главных героев этого театра абсурда из реального мира и поместить сюда. Там будут беситься Люси и Михаил – сосудов-то у них не будет. А мои демоны наберут достаточно душ, чтобы остановить этих придурков. Думаю, даже твой возлюбленный Кастиэль не отказался бы от такой возможности. И вот, что я предпочёл – Бордель «Цепные Псы Мистера Кроули», и в качестве блядей – вы, мальчики. Неплохая идея, а? – Дин открывает рот, чтобы разразиться гневной тирадой по поводу извращённого демонского воображения в общем, и сволочности одного из них в частности, но Король прерывает его на полуслове. – Ты не дослушал. Всё ради вашего блага – пожертвуйте невинностью Сэма, несколькими месяцами рабства и получите шоу: «Кроули и Кастиэль побеждают Люцифера» по каналу BBC. А твоя невинность была обменяна на прошлую силу Аластора. Да, представь себе, она сохранилась у него там, на Последнем Круге. Ну и каково это было? – Дин чувствует, как Кроули наклоняется к нему, резко открывает глаза и орёт: - Пошёл нахер со своими планами! Мы остановим его сами, понял?! Без чьей-либо помощи! Верни нас в реальный мир! - Увы, - разводит руками тот. – Не получится. Хлопок двери, закрывшейся за ушедшим Кроули отрезвляет и в то же время оставляет ещё толику непонимания. Зачем? – бьётся в голове единственный вопрос. Зачем?