9 лет отдыха

В классе было тихо, хотя это было логично. В семь утра в школе всегда тихо. Ветер проникал через щели в окне и лениво пытался сбросить кипы бумаг с учительского стола — тщетно. Дверь со скрипом отворилась пропуская дрожащего парня в кабинет. Он был одет в белую рубашку, в жёлтые штаны и такого же цвета вязаный жилет и мы можем предположить, что он замёрз, но ошибемся. Карие глаза с трудом оторвались от пола и поднялись на цель. Шатен сидел, как обычно на предпоследней парте, потому что был слишком высокий и широкоплечий, чтобы сидеть на первой. Лу был в наушниках и что-то переписывал с учебника. Он не сделал домашнее задание? Или он специально приходит так рано, чтобы закончить его? Тем не менее, ему не стоило портить тот самый вид «круглого отличника» и хорошего, прилежного мальчика, иначе учителя перестанут игнорировать его некоторые пропуски. — Д-доброе утро. — рыжик дружелюбно улыбнулся, всё ещё не понимая, что именно он тут делает. Пеппер, не отрываясь, кивнул знакомому в ответ. Они довольно мало общаются в самой школе, но они делают это намного больше за её пределами. Например в очередном заброшенном здании. Рыжик начал что-то неловко бормотать. — Прости, что? — конечно, Лу ничего не понял. Да никто бы не понял, особенно когда в наушниках играет опенинг из второго сезона «Сейлор Мун» и когда вы решаете алгебраическое выражение за десятый класс. — Я просто… Я имел ввиду… — Артур, всё в порядке? Твое лицо… Ты весь красный. У тебя нет температуры? — широкая ладонь легла на вспотевший лоб, заставляя Арти зажмуриться и покраснеть ещё сильнее. Пожалуйста, прикоснись ещё раз. — Я-я в порядке… — Кингсмен постарался сказать это как можно увереннее, — Я просто хотел, хотел… Мы можем вместе… Т-точнее хочешь ли ты прогуляться в парке завтра, ближе к полуночи. — каждое слово выходило с трудом, но рыжик старался держаться. — Завтра? Надо тогда сначала спросить у Вивиан… — Н-не надо! — Что? — Я имел ввиду… — смущение достигло ушей, но он должен сказать так, чтобы его поняли правильно, — Чтобы только мы с тобой… Встретились. Пеппер удивлённо приподнял брови, подумал пару секунд, а потом кивнул даря Кингсмену мягкую улыбку. Весь красный и неловко улыбающийся, Артур бросил: «Отлично. Тогда до встречи.» — и исчез в дверном проёме, оставив Лу вновь одного. — Чувак, это было так неловко, что даже я почувствовал стыд, — Томо дружески похлопал по плечу запыхавшегося парня, — но ты смог! Конечно, ты не сказал четкое место встречи и выглядишь, как будто у тебя горячка, но это мелочи. Арти ничего не сказал в ответ. Он лишь вслушивался в бешеное сердцебиение и старался нормализовать дыхание. Когда это более менее получилось, рыжик вновь начал прокручивать ситуацию в голове, пытаясь до конца осознать, что он только что сделал. В какой то момент он положил руку на лоб — на то место, где была рука Пеппера. Льюис прикоснулся к нему и спросил в порядке ли он. Он стоит его внимания, даже если самую малость, это всё равно заставляло его чувствовать себя немного лучше.

***

— Арти? Где же ты? Время уже позднее, даже слишком позднее… И я на месте. — звучал взволнованный бас на конце провода. — Льюис, это Томодачи. Артур просил извиниться, он не сможет прийти. Он не очень хорошо себя чувствует. — Что?! Почему он ничего не сказал? Я могу прийти утром, может, нужны какие-то лекарства или… — Нет, Льюис. — прервал его голос, — Ничего не нужно и приходить не нужно. Арти просто надо отдохнуть. С ним всё будет в порядке, не стоит так тревожиться. Спокойной ночи, ещё раз извини. — Но… — Пеппер хотел возразить, но трубку уже сбросили. В комнате было темно и почти бесшумно. Только лишь короткие вздохи-отголоски нервного срыва. — Может все же пойдешь? Вам нужно объясниться. — Шото сел на край кровати и мягким движением руки стянул теплое одеяло до плеч. Юношеское лицо не выражало никаких эмоций, только усталость. Губы немного опухли, щеки неестественно красные, белок покрыт алой сеточкой, глаза устало горели, уставившись на друга сквозь полуприкрытые веки — Кингсмен очень хочет спать. — Нет. — коротко отрезал будущий механик и натянул одеяло обратно, желая спрятаться от внешнего мира в том числе и от Шото. — Ну почему нет, то? — не сдавался друг, — Ты и вправду хочешь этого? Терзать себя чувствами и сомнениями и даже не поговорив с ним? — Я и не должен с ним разговаривать, Том. Это бессмысленно. — Кингсмен выглянул из-под одеяла и показушно улыбнулся, — Я ему не нужен и он мне не нужен. Все просто. — Нет, вы нужны друг друг… — Я не хочу рушить то, что есть между нами! То, что я чувствую, он никак не разделяет. Ему всё равно на это, а если я ему расскажу, то даже нашим приятельские отношениям придет конец! — И ты будешь молчать?! — добивал Шото. — Да! Буду молчать! — и вновь спрятался под одеяла, пробубнив — Пожалуйста, просто ложись спать. Мангака тяжело вздохнул и смирившись с ситуацией, сменил одежду на более домашнюю (он уже намеревался идти с Кингсменом) и устроившись на кровати, крепко обнял со спины и так сьежившегося друга. Он думал, думал о том, что сегодня случилась страшная вещь: хрупкое, терпящее сердце разлетелось вдребезги. И размышлял о том, возможно ли его починить. Возможно, конечно возможно…