Близнецы

***

— Чем занимаетесь? — спросил нас Рон. Несколько минут назад он с Чарли играл в квиддич на заднем дворе, а потому, наш брат был ещё более красным, а рыжие волосы прилипли ко лбу. Перси оторвался от книжки, пока мы раскачивались на стуле и смотрели на деревянные потолочные балки. — Чарли, обувь, — напомнил Перси нашему брату, который отвык в школе от домашних тапочек и порой ходил по ковру в грязных ботинках. За что ему каждый раз прилетало от матери. — Scuze-scuze, — неловко ответил братец, перейдя на румынский. — Vei turna niste apa? — Налью, — проворчал Персик, оставляя закладку на странице. — И да — я рад, что ты учишь языки, но давай без этого. Практику и так получишь через месяц. Если, конечно, на радостях не полезешь в пасть к дракону. — Ха-ха, нетушки, от меня вы так просто не избавитесь, дорогие братцы. — Конечно, Чарли, — на кухню спустилась сестра. — Ты же ещё не принёс нам сувениры. — Кто о чём, а ты, Джиджи, о подарках, — фыркнул Рон, и сел кому-то из нас на колени, чтобы посмотреть записи в тетради. — Кто бы говорил, — показала ему язык сестра. — Чарли, привезешь мне чешую дракона? — Конечно, — подхватил он нашу принцессу на руки, а затем подошёл к Перси за чашкой воды. — Зачем вам такие кроссовки, если можно и чарами обойтись? Даже дешевле получится, — нахмурился Рон, разглядывая эскиз пары обуви. — В том то и дело, что хотим без чар обойтись. — Плюс, прикинь — сможем создать такое и даже в немагическом мире использовать. — Будем ходить по стенам, как Человек-паук... — …прыгать на несколько метров в высоту… — …и бегать так быстро, что и метла не нужна. — Ну, про метлу вы загнули, — фыркнул Рон. — 22 км в час не скорость метлы. Хотя для бега сильно. Но уж никак не метла. — Мы работаем над этим, — фыркнул один из нас. — На самом деле, это опасно. — Маги регенерируют быстрее не магов, но тот же Человек-паук даст им фору. — А у него так-то был костюм. — Полноценный. — Никакой открытой кожи. — И шанса того, что споткнувшись на бегу... — Он получит сильные увечья. — Вы хотите создать костюм? — спросил Перси и попросил у Рона тетрадку. Любопытная Джинни и вместе с ней Чарли заглянули в чертежи. — Милые кроссовочки. Хочу себе такие, — похлопала глазками сестрёнка. — И костюмчик. Только покрасивше. — Джинни… — И костюмчик, — нахмурила она брови, глядя на пытающихся отказать ей нас. — Будет тебе костюм,. — …но не раньше, чем Чарли и Биллу. — Так вы для нас его делаете? — удивился старший брат. — А для кого ещё? — Кажется, это вы у нас лезете в древние гробницы и… — …клетки с драконами. — Не скроем, нам бы тоже рабочая амуниция не помешала. — Столько мантий изгадили, — Рон и Джинни хихикнули, а мы получили недовольный взгляд от Персика, которому очаровательно улыбнулись и подмигнули. — Но начали с обуви. — Её сделать будет проще и быстрее. — А ты скоро уезжаешь. — Плюс, испытания кроссовкам организовать легче,. — …чем тому же костюму. — М-да, одежду придется не раз переделывать. — Блин, и опять траты, — разлеглись мы на столе, подсчитывая сколько галеонов уйдёт на хорошую ткань. — Хорошо, что копим. — Если надо, то я могу одолжить, — предложил Чарли. — Правда? — Ну, да, — пожал плечами братец. — Всё-таки, дело непростое и полезное. А в Румынии курсы я уже оплатил и там всё будет включено. Прям как в Хоге. — Супер! Спасибо, Чарли, — тот из нас, на ком не сидел Рон, подскочил чтобы обнять нашего спонсора. — Как честные люди обещаем, что первый костюм тебе! Брат улыбнулся и потрепал нас по волосам. Перси же подсел к нам с Роном и принялся обсуждать рунные цепочки на кроссовках. Редко когда такое бывает, что ты останавливаешься и думаешь «Вот она — моя семья». Джинни, Перси, Чарли, Рон. Не хватало ещё Билла, мамы с папой и тёти. Но казалось, что они рядом, даже если мама в гостях у подруги, тётя отдыхает на каком-то курорте, а папа и брат на работе. Просто, вот они все. Здесь и сейчас, есть и будут. — Как насчёт фото? — предложили мы. — Перед тем как Чарли обзаведется первыми шрамами от лап дракона? — Эй! — Да ладно тебе, братец. Ты по-любому полезешь с обнимашками к этим ящерицам! — Кто-то сказал обнимашки? — донесся из прихожей голос Санни. Интересно, а его можно считать членом семьи?

***

— Окей, идея была прекрасной, но исполнение подкачало, — подытожил один из нас, спускаясь с дерева и разминая спину. — Удивительно, что вы до такого недопетрили, — фыркнул Диггори. — Я был лучшего о вас мнения. — Ну, спасибо, дорогой товарищ, — пробурчали мы. — Кто ж знал, что Человек-паук не для антуража на руки опирается. — Спина теперь болит. — И что с этим делать? — Может, попробуйте перчатки? — предложил Санни, демонстрируя свои руки в кожаной ткани. — А это идея. — Сделаем из них опору. — Третью ногу. — Как у мольберта. — Устойчивость повысится. — И не придется сильно напрягать спину. — Правда, на перпендикулярных земле поверхностях… — …одна рука всегда будет занята. — Ну, а в другой — палочка, — пожал плечами Седрик. — Вполне себе. Кстати, зачем вам эти кроссовки? Снова полезете на крышу? — Бинго! — сделали руки пистолетиком. — И не только на крышу. — Стены, потолки… — А ты прикинь, если мы сможем прыгать с одной лестницы на другую. — Это ж сколько времени и сил мы сэкономим. — М-да… — вздохнул наш друг, вместе с Санни. — Мне искренне жаль вашего декана. — Хе-хе, да ладно тебе, — построили мы невинные мордашки. Вообще-то, идея с костюмом приходила в наши головы давно, но… не задерживалась. Да и зачем тратить силы и средства на костюм, когда со всем справляется рунная защита? Сейчас же мы пересмотрели свою точку зрения. Во многом этому поспособствовал Чарли. Во-первых, он в этом году станет драконологом, что очень опасно. Если Билл поехал учиться на разрушителя проклятий, где, будем честны, не каждый день встречается опасность, то вот Чарли будет работать бок о бок с огнедышащими монстрами. И если проклятье можно снять, вовремя оказав медицинскую помощь, то вот наш другой брательник-экстремал может и не пережить удара когтями или струю огня. Как бы мы не отшучивались, а шанс умереть как никогда высок. Ну, а, во-вторых, Чарли затащил нас в квиддич, что уже для нас травмоопасно. А о себе мы печемся. И так уж вышло, что квиддич не предполагает особой защищенности. У человека лишь форма и метла. И если в собственноручно сделанных метлах мы уверены, то вот в стандартной форме — нет. Мы нередко видели, как в медблок относили тех, кто пострадал на матчах. И чаще всего страдали ноги и руки, на которых как раз таки больше всего защиты, как говорит отечественный производитель. Нет, понятное дело, что нам придётся покупать форму, но это не значит, что мы не улучшим её. Просто пока над ней работаем, можем создать что-то и для наших рисковых парней и для нас, любимых экспериментаторов. Кроссовки же были хороши в плане быстрого перемещения в пространстве, причём по любой поверхности, и приземления. Последнее должно быть мягким, так, чтобы не повредить ноги. Перчатки же… Они должны быть с липучками, которые при этом не должны быть постоянно в активном состоянии. И не занимать всю руку. Короче, много всяких нюансов. Причём, кое-какие установки окажутся такими же, как в Санни. То есть, должна быть система распознавания. Иначе, даже по полу ходить будет невозможно. Плюс, внешний вид. Нам нравилось то, как Санни меняет вид одежды на одном лишь желании. А ведь было бы чудесно ходить в кроссовках везде, лишь изменяя их внешне в зависимости от ситуации. С разработкой рун для обуви нам помогал наставник. Господин Август Блэтчли был очень специфичным человеком. Он был профессионалом, аристократом, которому не нравились магглорожденные и Уизли, которые были не самыми богатыми, так ещё и магглолюбцы, но при этом он находил нашу семью… любопытной. Для начала его смогла заинтересовать Мюриэль. Особенно контрактом. Согласны, не каждый день встречаешь такие формулировки. Учитель никак не комментировал их, а тётя ещё и подсуетилась, чтобы он не сказал никому ничего о своих учениках. В свою очередь, мы тоже не имели права разглашать личную информацию о мистере Блэтчли и его родных, до окончания контракта. С учётом того, что в документах не только наши имена, но и братьев, то молчать мы все будем долго. А ещё мастер рун был заинтересован нашими работами. Его родной сын не радовал его такими талантами, а нас вот целых четверо энтузиастов. Причём, с разными проектами, мыслями и талантами. Так что Блэчли не скучал. Пусть и не был доволен тем, с кем он работает. У нашей семьи не лучшая репутация в кругах высшего магического общества.

***

— Мам, тебе не кажется, что это перебор? — спросил Перси, сидя на лавочке вокзала Кингс-Кросс. — Дамблдор уважаемый человек, но хотя бы время сказать он мог. — Перси! — с возмущением посмотрела наша маман. — Братец прав. — Сколько мы ещё должны здесь торчать? — Осталось всего ничего до посадки. — Фредерик и Джордж Уизли! Сколько раз я просила вас не покупать эту гадость, — с суровым видом направилась в нашу сторону мама. — Да, ладно. — Это всего-лишь кола. — И мы так долго здесь стоим. — А пить хочется. — Артур, ну ты им скажи, — папа стушевался и спрятал несколько шоколадных батончиков в карман. — Не пейте её слишком часто, — наставительно произнёс отец, на что мама только вздохнула. Пока родители выясняли отношения, мы присели на чемоданы в ожидании Гарри Поттера. Так уж вышло, что перед самым новым учебным годом к нам заявился директор и попросил родителей, которые знакомы с немагическим миром и спокойно в нём ориентируются, провести героя до поезда. Сам он этого сделать не может, как и другие учителя, которые готовятся к приезду детей. Мама, конечно, согласилась. Её в этом поддержали ещё и мелкие, которым хотелось посмотреть на героя магического мира. Остальные не возражали. Нам было всё равно до тех пор, пока мы не поняли, что неизвестно сколько придется ждать мальчика. А выяснилось это сегодня утром. Так что приехали мы рано и от нечего делать шлялись по перрону, раздражая местных полицейских. — Поделитесь? — подсел к нам Ронни. — Конечно, — протянули стеклянную бутылку. — Скучновато тут. Мимо пробегали люди, спешили дети и взрослые, динамик громко объявлял номера рейсов, а местные служащие показывали кому и куда надо пройти. В очередной раз зарываться в расчеты не хотелось. Да и обстановка не располагала. Если честно, не хотелось сейчас думать о волшебной обувке для старших братьев, когда эти самые братья свалили. Билл приехал за неделю до конца каникул, и мы смогли всей семьёй провести время. Ходили в театр на современную постановку Ромео и Джульетты, побывали на экскурсии в замке Лидс и гуляли по Лондону, который летом был приятнее, ибо не такой дождливый и темный. А сейчас уже оба брата за границей. Чарли мы хоть и обещали отправить кроссовки и перчатки как можно скорее, но всё же время ещё было — у брата пока только вводные курсы, так что хотя бы сегодня можно расслабиться. — Может, сыграть в игру? — предложил один из нас, разглядывая чемоданы. — Красный и… — Зелёный! — Видишь красный чемодан — бьешь соседа. — Ну вы и олухи, — покачал головой Рон, глядя на то, как мы бьем друг друга по спине. — И почему мне вас не жаль? — Красный! — Зелёный! Кто-то из нас с хохотом свалился на землю. И первое, что заметил, когда пришёл в себя, это сову в клетке. — Глянь, какая белая! — поднялся с земли Фред или Джордж. — Она полярная, — произнёс ранее не замеченный нами мальчик, который по описанию как раз таки походил на Гарри Поттера. Первое, что бросалось в глаза это очки. Круглые такие, большие и немного покоцанные. За очками же большие зеленые глазища, а на голове кавардак. Впрочем, мы сейчас не лучше. Пока отряхивались от пыли, успели подойти старшие и начать объяснять как проходить на платформу. Забавно, что наша маман в итоге забыла представиться Гарри и спросить у него имя. Впрочем, это позволительно человеку, который уже час на нервах в ожидании ребёнка, так у него ещё и свои есть. Аж целых четверо. — Фред, ты следующий, — командным голосом произнесла мама, указывая на стенку, в которой только что исчез Перси. — Я не Фред, я Джордж, — ответил тот из нас, к которому она обращалась. — Скажи мне честно, женщина, как ты можешь называть себя нашей матерью? разве ты не видишь, что я — Джордж? — Джордж, дорогой, прости меня, — виновато произнесла маман. — Я пошутил, на самом деле я Фред, — сказал один из нас и пока не прилетел подзатыльник, побежал вперёд. Второй не заставил себя долго ждать. И мы наконец-то, достав палочки, поколдовали над чемоданами. Вообще у мамы был пунктик касательно использования палочек на каникулах. Нам это не сильно мешало, хотя можно было бы и облегчить себе жизнь, не используя для этого руны и простые беспалочковые чары. — Йо! — помахал нам Джордан. — Что-то вы долго, ребята. — Задержались на той стороне. — Будешь? — потрясли колой. — Спрашиваешь, — хмыкнул друг, поудобнее перехватывая какую-то коробку. — А там что? — Это-то, — произнёс он так, что мы сразу поняли, что там что-то классное, чем он обязательно похвастаться. — подарок родителей. Помните, я говорил о тарантуле? — Да ладно?! — Покажи! Несколько человек обернулось, слыша наши голоса. Наш дорогой товарищ пока мялся, но мы видели, что ему и самому хочется показать паука. — Ну, покажи, Ли, — громко просили мы его, наблюдая за тем как кто-то из ребят подходил поближе, чтобы рассмотреть получше. — Ну, давай, чего ты… Друг похоже тоже хотел, чтобы людей было рядом побольше, так что когда снял крышку, несколько девчонок завизжали, а парни попрыгали в сторону. — Классный! — Дашь потом потрогать? — Конечно, — и паук снова оказался закрыт. — Кстати, я уже занял нам купе. И видел Анджелину. Она сказала, что придёт попозже. А где ваш Санни? — Пф, уже в школе. — Ну не вести же его по улице, — фыркнули мы и стали заносить чемоданы. — Мы любим эпатировать публику, но это слишком. — Ещё прихватит сердце у какой-нибудь бабульки. — А она окажется сквибкой. — И потом оставшуюся вечность будет ходить призраком и причитать. — «Тьфу, на ентих Уизли», — изобразил старушечьий голос Ли. — «Шо б им было!» За спиной раздался смешок. Когда мы обернулись, то на платформе стоял со своими чемоданами Гарри. — И снова здрасте! — Помощь нужна? — Да, — кивнул он. — Не могу занести его наверх, — постучал он ботинком по зелёному «стандартному» монстру. — Немудрено, — взял один из чемоданов наш друг. — Там один котел сколько весит. Люкс Пондус! — направил палочку на вещи Джордан. — Всё. Теперь будет легче. Куда тащить? — А? — отвлекся от разглядывания такого простого волшебства Гарри. — Д-да, сейчас. Я покажу купе. Вообще Поттер выглядел не как герой, аристократ или вообще тот, кто хоть как-то знаком с волшебным миром. Он больше походил на магглорожденного мальчишку, к которому вчера пришла МакГонагалл и сказала, что он зачислен в школу магии. И теперь всё, что связано с колдовством вызывает восторг и море эмоций. Но ведь не мог же Поттер жить у немагов?.. Или мог? Отвлёк нас от наших мыслей голос мамы. — Фред? Джордж? Вы здесь? — Мы идем, мам. Мама как всегда нервничала. Она вообще каждый раз провожала нас на поезд, как в последний. Это одновременно и льстило, и напрягало. Мелкие были зацелованы. Значок старосты на груди у Перси протерт. Нас же пытались зацеловать и заобнимать, а потом ещё и наставить на путь истинный. — …И если я еще раз получу сову с известием о том, что вы что-то натворили — взорвали туалет или… — Взорвали туалет? — Мы никогда не взрывали туалетов. — А может, попробуем? — Отличная идея, спасибо, мам. — Это не смешно, — отрезала она, видимо, уже пожалев, что начала эту тему. Ведь их с Мюриэль по-любому вызовут в школу. К Трелони не ходи. — И приглядывайте за Роном. — Не бойся, мы не дадим Ронни в обиду. — Ну, спасибо, — пробурчал младший брат. — Я и сам справлюсь. И вообще, если что, я к Перси. Он у нас староста, а не вы. — Ронни, — картинно вздохнули мы. — Ты разбиваешь нам сердечко. — Персик, отдашь значок? Брат коварно улыбнулся и сказал, что его уже ждут остальные старосты. Только с гудком поезда мы запрыгнули в вагон, прихватив с собой Рона и его чемоданы. — Пока-пока! — Не скучайте. — Будем писать каждый день. — И обязательно пришлем унитаз из школьного туалета. — Джордж! — возмущенно воскликнула мама, пригразив кулаком. — Пока, мам, папа. Пока, Джиджи, — помахал им Рон, пока силуэты не скрылись окончательно в клубах дыма. — Ну, что теперь с купе разберемся? — спросили мы у мелкого. — Я сам разберусь, — очаровательно надул он щёки. — Можно только вещи у вас оставлю? — Конечно. — Ронни такой самостоятельный. — Счас расплачусь. — Заткнитесь, — пробухтел красный от смущения брат. — Ваших только слёз не хватало. Мама и так наплакала сейчас столько, что впору уборщика вызывать. Вещи Рон закинул к нам, а сам отправился на поиски приключений вместе с Коростой и рюкзаком с ланчем и какой-то книжкой. Разумеется, брат ещё палочку взял. Новую, из ивы и с шерстью единорога. Он вообще с ней после покупки не расставался. Хорошо, что чехол ещё сделали, а то так бы брат её во сне сломал. Сами же мы уселись вместе с Ли, который дал таки посмотреть поближе на паука и рассказал, как провёл последние недели лета. До этого мы и так виделись. Мы же говорили о созданных великими и неподражаемыми нами очках с иллюзией маленьких золотых рыбок. Когда пришла Анджелина мы ей сразу же их подарили. Ей подарок шёл, при этом никак не портя зрение. Эффект только внешний. Внутри стекла выглядят нормально. — Мы ненадолго, — вышли мы в уборную, оставив друзей и дальше рассуждать на тему женской формы для квиддича. Анджелина была уверена, что раз в этом спорте не только мужчины, то у девушек должна форма быть другой. «А не этот мешок с картошкой» — как обозвала нашу амуницию подруга. Ли пока стоял на своём и говорил, что тогда это не квиддич, а какое-то дефиле. — Тук-тук, — кто бы ни был в уборной, а мы уже Мерлин знает сколько торчим под дверью. — Я же сказал — всё в порядке! Оставьте меня, — раздалось с той стороны. — Да мы бы и рады. — Только мы по делу. За дверью снова стало тихо. — Вы ещё кто? — Дверь откроешь — узнаешь. — Нет. — Всё так плохо? — Хуже не бывает. — Ну… Мы разве что таблетку предложить можем. — Да не в этом дело! Мерлин, просто свалите в другой туалет. — Там была очередь, когда мы ходили. — Слушай, если реально всё так плохо, то может старосту позвать? — Первую помощь они могут оказать. — А если что, и в Мунго портключом перенесутся. — Нет! — Да что у тебя случилось-то? — Не ваше дело. — И поэтому ты плачешь в туалете? — Что?! — возмущенно раздалось из-за двери. — Я не плачу! Ещё чего. — Ну, тогда выходи. — Нет. — Плакса Миртл. — Заткнитесь, — зло прошипел неизвестный. — Ой, боимся-боимся, — елейно произнёс один, подмигивая второму. — И что же ты нам сделаешь? — Не дашь в туалет сходить? — Мерлин, вот это жестокость. Дверь так резко открылась, что долбануло одного из нас по лбу. — Ладно, — прошипели мы потирая лоб. — Берем свои слова назад. Это было больно. — Так вам и надо. Ну, теперь нас не разделяла дверь в уборную, так что можно было рассмотреть этого, как оказалось, первокурсника. Бледная кожа, светлые блондинистые волосы, серые глаза, под одним из которых наливался фингал. — Скажи, что тебя тоже кто-то шарахнул дверью туалета. — Нет. Хотя лучше бы это была дверь. Было бы не так унизительно, — скривил он губы и поморщился от боли. — Подрался? Так это же круто! — Ну, мы в долгу не остались, — хмыкнул он что-то вспомнив, а затем вновь обратившись к нам. — Но что мне с этим делать? — указал на подбитый глаз. — Первый день, распределение, и у меня фингал на пол лица. — Можешь сказать, что сражался с кем-нибудь. — Например, с троллем. — Вы недалеко ушли от истины, — улыбнулся он. — Кстати, вы так и не представились. — Фред и Джордж Уизли, — шутливо поклонились мы. — Приятно познакомиться. — Ещё одни Уизли, — скривился наш знакомый. — Хе-хе, ну нас и правда много. — В школе четверо, если быть точным. — А как тебя зовут, Беловласка? — Драко Малфой, — легко поклонился он. — Окей, это было самое неаристократичное знакомство из всех возможных. — И всё же бывает и хуже, — провёл он пальцами по фингалу. — Не три глаз. — Сильнее распухнет. — Блин, и у Дреда теперь шишка, — посмотрели мы на себя. — Ладно, идем, — взяли мы под ручки теперь уже не просто знакомого, а целого Малфоя и ввалились в пустой тамбур. На дверь запирающие, на пол — антивибрацию, чтобы не скакать на каждой кочке. — И что вы собираетесь делать? — Что-что? Лечить. — Тебя и себя, — трансфигурировали из платка пару стульев. — Вот уж не думали, что придется уже в поезде вспоминать медицинские чары. — А вы знаете такие? — осторожно присел на свободное место наш сегодняшний пациент. — Конечно. — Любой уважающий себя изобретатель обязан знать, как себя лечить. — Или хотя бы иметь портключ в больницу под рукой. — Но в Хоге чёрт ногу сломит, так что лучше не надеяться на быструю помощь. Пока разглагольствовали накладывали диагностические, а затем комплекс других чар первой помощи, которые мы, кстати, сдавали на зачёт мастеру. Даже у Рона не было послаблений и он с помощью наших палочек накладывал шины и вправлял суставы. С чужой палочкой получается хуже, но навык есть, а это главное. — Готово. — Часа за три-четыре сойдёт. — С мазью было бы быстрее, но она где-то на дне чемодана. — Так что довольствуемся малым. — А пока так ходить? — звучало это донельзя уныло. — Ну-ну, не стоит переживать. — Хочешь накинем гламур? — И сделаем прическу покрасивше. — А не то что сейчас у тебя, будто приклеено к голове. — Эй! Волосы, между прочим, не так-то просто уложить. — Да, ну? — Заклинания быстро развеиваются, а артефакты слишком большие, для такой длины. — Интересно-интересно. — Значит малый артефакт для волос. — А это идея, — ненадолго ушли мы в свои мысли. — Спасибо, Малфой, — и накинули на него гламур, так что и нет теперь никакого синяка. — Ладно теперь собой займемся. — Да шишак у вас знатный, — встал он со стула и подошёл к двери — Эй! Хоть бы спасибо сказал. — Алахомора, — направил он свою палочку на замок, который со скрипом, но поддался. — Ни-за-что, — по слогам приговорил он. — Это компенсация, — улыбнулся напоследок и скрылся за дверью. — Компенсация? — непоняли мы, удивленно хлопая глазами.

***

Спустя час мы решили пройтись по поезду. Пора бы начать рекламировать наши изделия, плюс посмотреть как там дела у Рона. Так что мы вновь оставили друзей. Анджелина ещё нам пластырь на лоб наклеила, пробурчав что-то об «идиотах, которые находят на ровном месте приключения на одно место». Это было мило. — Тук-тук, а вот и мы! — зашли мы в очередное купе и наткнулись там на Гарри и Ронни. — Ой-вей! — Рон, что у тебя с губой? — А, ничего страшного, — отмахнулся брат. — Я уже намазал её заживляющим. Кстати, — обратился он к соседу. — Гарри, это мои братья Фред и Джордж… — Здрасте! — произнесли мы одновременно. — …Кто есть кто, сам не знаю, но можешь обратиться к любому. И так и так ответят. И, парни, — уже снова к нам. — Это Гарри Поттер. Мой друг, — на этом моменте мальчик несмело улыбнулся. У нас же улыбки были пошире. — Наконец-то Ронни обзавёлся другом! — Это так мило! — Да-да, — отмахнулся брат. — Мой друг. И ему нужна помощь. У меня не получается наложить Репаро на его очки. — Ну, это и впрям сложновато для тебя, — про то что он мог бы и рунами воспользоваться братец умолчал. Видимо, пока присматривается к новому другу. А может наконец-то дорвавшись до палочки, хочет больше колдовать. В любом случае, это дело брата. Как хочет так и поступает. — Вот как новенькие, — отдали мы очечки довольному мальчугану. — И с кем это вы успели подраться? — С Малфоем, Креббом и Гойлом, — гордо произнёс наш непутевый братец. — Рон, — простонали мы. — Он первый начал! — Да-да, — теперь уже мы отмахнулись, думая о том, что теперь будет. Надеюсь, никто из них не станет жаловаться родителям, а если станет… — Надо написать отцу. — Рон, ты и напишешь. — Чего это вдруг? — ох, и сколько негодования в голосе. — С того, что мы не видели драки… — …и не знаем всей истории. — Да и не думаем, что папа будет рад. — Узнать об этой проблеме постфактум. — Так что садитесь, пишите,... — …а мы вечером сходим и отправим. Рон надулся, как мышь на крупу, Гарри же был тих, будто это он виноват в случившемся. На прощание мы оставили на столе кулек с конфетами. — Вот же ж змеюка, — закрыли мы за собой дверь. — И помощь получил, так ещё и проблемы обеспечит. — На будущее не помогать Малфою. — Во всяком случае до тех пор… — …пока он не расскажет всё. — Верно, Дред. — Конечно, добрый самаритянин Фордж. В следующем купе мы узнали подробности драки от ребят, которые оказывается разнимали мелких. В общем, брат вспылил, когда Малфой ему что-то сказал, сам ответил, а потом началась какая-то возня, на которую и выглянули Зак и Оливер. Старост же рядом не было и драчуны просто разошлись кто куда. В соседнем вагоне мы ещё нашли оставшихся двух участников этого инцидента. Но Винсент и Грегори выглядели лучше того же Малфоя. Если синяки были, то на теле, а не на лице. Хотя даже если бы и на лице, это не так бы сильно бросалось в глаза — кожа у них не бледная. Возвращались мы к своим в смешанных чувствах. Сделанного не воротишь, но всё же не хотелось бы чтобы отцу прилетело на работе. Он у нас самое уязвимое звено, так как остальные в школе или и вовсе ни с кем не контактируют (Джиджи и мама). М-да, проблема на проблеме.

***

— Анджелина, у тебя такие красивые очки, — сказала наша однокурсница Пэнни. — Где купила? В Звонко? — Близнецы подарили. — Уу! — весело протянули парни и девчонки, хитро посматривая на нас. — Подарочки, да? — Эй! — кинула в Пенни салфеткой наша подруга. — Да притухните вы, — сказали мы девчонкам, которые начали перебрасывать в друг друга скомканный бумажный шарик. — А у вас же брат распределяется в этом году? — Да, Пит. Вон он стоит, — показали мы на нашего рыжика в толпе первокурсников. Распределение проходило в штатном режиме. Единственно на кого мы обратили внимание, помимо брата и Гарри, был тот самый змееныш, который ещё не успел сесть, как шляпа отправила его в серпентарий. — Вот же ж… — …гадюка, — пробубнили мы, а тот будто бы услышал и посмотрев в нашу сторону победно усмехнулся. С видом короля Малфой сел за свой стол. — Поттер, Гарри! — громко произнесла МакГонагалл, тем самым вырвав нас из невеселых дум и оторвав от разглядывания личика, которое мог украшать огромный фингал. — ГРИФФИНДОР! — крикнула шляпа, под которой так долго сидел герой. Малфоя почему-то перекосило, от того, куда распределило Гарри. Забавно, а если… — С нами Поттер! — С нами Поттер! Мы кричали под аплодисменты нашего факультета. Гарри сел недалеко, он счастливо улыбался, глядя на таких же довольных ребят. Теперь у него был такой же как и у нас красно-золотой галстук. И снова наши взгляды скрестились на недовольном Малфое, наблюдавшим за нашим столом. Когда его взгляд скользнул по нам, мы весело подмигнули. Теперь уже он был удивлён. — Окей, стоит почаще дразнить его. — Это безусловно весело, — смотрели мы на отвернувшегося Беловласку. — Вы о чём? — спросил Ли. — Да так, — загадочно улыбнулись и посмотрели на того, кто у нас под шляпой. — О Ронни! — ГРИФФИНДОР! — И ещё один Уизли! — дали мы друг другу пять. Счастливый брат принял поздравления наши и своего нового друга, рядом с которым и уселся. Потом наши начали обсуждать каникулы, мелкие пока только знакомились, а сэр Николас по всю развлекался пугая новичков. — Это вы ещё Санни не видели, — громко сказал кто-то, и народ согласно загудел. — Санни? — спросила какая-то лохматая девочка первокурсница. — Это призрак? Я о таком не читала. — Ну, пока он не настолько знаменит, чтобы о нём писали, — ответил ей наш друг Мэтью. — Кстати, а где он парни? — Где-то в школе. — Он говорил, что хотел устроить концерт для портретов. — …так что, может, и увидим его. — Либо нам будет не суждено попасть в башню Гриффиндора. Перси как услышал это вздохнул и посмотрел на нас, обещая все кары небесные. Ой-ой…