Я попаданец? Переживем.

Не сказала бы, что дорога до вокзала Кингс-Кросс была очень интересной и насыщенной. Схема повторилась, и меня нещадно укачивало. Но все же, где-то внутри повизгивал ребенок, который когда-то мечтал попасть в Хогвартс. Доставили меня родители прямо до платформы. Удивительным оказалось то, что рядом с переходом дежурил волшебник из министерства. Из-за волнения я пропустила мимо ушей его имя, видимо, в книгах и фильмах оно не звучало. Но внешний вид запомнился: он, видимо, был под какими-то скрывающими чарами, потому что магглы его не замечали, как и не замечали его мантии в ужасную красно-сине-желтую клетку. Нет, это была не разновидность шотландской клетки. Будто кто-то взял эту мантию, расчертил её на небольшие квадраты и закрасил разными цветами. Глаза резало, живот просился наружу ещё сильнее. Толпа. Разношерстная, гудящая толпа. Что вы, я не жалуюсь, все-таки мечта сбылась… Нет! Я все-таки жалуюсь. Во-первых, я не ожидала, что дискриминация по происхождению начнется прямо отсюда. Эрику и Брайана «случайно» то толкали, то наступали на ноги, то задевали тележками, словно волшебники не видят магглов, как мозгошмыгов каких-то. Виду, что что-то идет не так, родители не подавали. Только Брайан перед самой посадкой прошептал на ухо быть очень осторожной и сразу же по возможности написать им письмо. Во-вторых, я не надеялась на легкую поездку хотя бы из-за укачивания! Мне была выдана одна таблетка, которую нужно было выпить исключительно в поезде, чтобы её действия хватило. В-третьих… как же я не люблю толпы людей, шум и этот отвратительный запах пота. Везде сновали подростки, спешащие оторваться от родителей, и шлейф их букета парфюма из гормонов и лени заставлял брезгливо морщить нос. Едва сумев протиснуться в вагон, я помахала родителям на прощание и поплелась искать купе. План был прост: найти пустое и оккупировать его. Мне очень срочно нужно было подумать. План был блестящий, да он держался на соплях, слюнях и скотче, но он был блестящий. Честное слово, у меня почти даже получилось все ровно до того момента, как я столкнулась с каким-то рыжим нахохленным мальчишкой. Помогать собрать вещи он мне, конечно не стал. Но я все же привлекла чужое внимание. Девочка с двумя светлыми косичками скромно улыбнулась и предложила помочь. И это при своей-то поклаже! Умудрившись как-то уместить в руках все наши вещи вместе с переноской и двумя клетками, мы ввалились в пустое купе. Наконец! — Спасибо тебе! — запыхавшись, запоздало поблагодарила я, безуспешно пытаясь затолкнуть сундуки наверх. Мимо открытой двери купе проходили студенты, но судя по всему, мы нарвались на средоточие инвалидов в поезде. Плюнув на это дело, я попросту поставила один сундук на другой, баррикадируя дверь. Девочка ничего мне не сказала. Кстати… — Мы так и не познакомились, — перебила и улыбнулась мне блондинка. — Меня зовут Падме, — я посмотрела на протянутую мне ладонь и улыбнулась в ответ, пожимая её. — Не Амидала, случаем? Я Хелен. — Нет, — Падме растерянно уселась обратно, поправляя складки юбки. — Шафик, Падме Шафик. А ты?.. — Найтвуд, Хелен Найтвуд. Магглорожденная, — решила уточнить я на всякий случай, а то у девочки уже непонимание вырисовывалось на личике. Девочка удивилась и явно засомневалась. Шафики, Шафики… Они ведь были из того списка чистокровных? Эх, память ни к черту, ни одного их имени не помню. Точно, нужно будет записать все детали истории, когда буду в Хогвартсе. Раз уж молчание затянулось, то не стоит его нарушать. Я выпила таблетку и откинулась на сидение, уходя в себя. Причин не верить профессору Спраут у меня не было – не тот она человек, который будет врать, да и в истории её показывали как весьма доброжелательную женщину. Значит, все-таки «корочку» получать через Министерство. Что-то мне подсказывает, что это будет довольно проблематично. Ладно, с профессией и будущим разберемся позже, благо время у меня есть. Дверца купе открылась и показалась удивленная мордочка старшекурсника. «Староста?» — заметила я на лацкане мантии значок. Слизеринец, представившийся Кендриком Эйвери, отлевитировал сундуки на полку и, пояснив, где его искать в случае чего, удалился. Первое впечатление об этом парне оказалось неожиданно приятным. Он спросил наши имена, ничем не показал своего пренебрежения по поводу моего происхождения и, изъяснившись кратко и по делу, удалился. Что же, может быть, не все потеряно или я совсем сдвинулась на теме крови? А Падме так и не решилась заговорить. Ну и Мерлин с ней. Не скажу, что я не воспринимаю все реальностью. Мысли, что это мне снится или я в коме, периодически посещали мою голову. Мне оставалось только благодарить судьбу, что склонности к переживаниям у меня никогда не было, а принцип «жить сегодняшним днем и решать проблемы по мере их поступления» нравился всегда. Родители из другого мира вполне удачно спроецировались на родителей этого, благо характерами и даже внешностью были похожи. Как говорил мой старый одноклассник и как я дополнила его цитату, зачем из-за чего-то переживать, если не можешь этого изменить, и тем более зачем переживать, если изменить что-то можешь? Каждый сам кузнец своей судьбы. Так что не переживайте за меня, накую я что надо. Накую, ха. Надеюсь, юношеский максимализм меня обойдет стороной, иначе вляпаюсь в какое-нибудь болото под названием Гриффиндор и не замечу как засосет. Мне всегда импонировала концепция Дамбигад и Уизлигады, но вот что есть на самом деле, я понятия не имею. Хочешь жить – умей вертеться, но при исполнении этой присказки все станут гадами так или иначе. Если это будет значить, что я и вступлю к «гадам», то так тому и быть, своя шкура ближе к телу. Видимо, ушла я в себя знатно. Падме подергала меня за рукав и предложила шоколад. Эх, пропустила тележку со сладостями. Не став отказываться, я поблагодарила Шафик и вернулась к мыслям. В фанфиках все попаданцы начинают изучать окклюменцию, чтобы в их мозги никто не сунулся. Ещё в книжном на Косой аллее я искала какие-нибудь книги на эту тему, но то ли не там искала, то ли их действительно не было, в общем, я так ничего и не нашла. Месяц перед отправлением в Хогвартс я металась от паники к воодушевлению из-за того, что мои мысли прочитают. И совсем недавно я, наконец, решила. Если и прочитают, то пусть сами исправляют, что им не понравится в раскладе будущего, лезть в такое опасное дело лично я точно не стану. Понадеемся на то, что препарировать меня не решат. Хотя, если даже и решат… Как я могу помешать им сделать это? Решено, тактика «сидим и не высовываемся» принята, согласована и учреждена окончательно. Но остается ещё ряд вопросов. Я с любопытством посмотрела на Падме, та, кажется, даже покраснела. — Послушай, а ты не знаешь, можно ли в Гринготтсе делать ставки? — здравствуй, проторенная дорожка попаданцев. — Конечно же нет, — с нотками возмущения в голосе ответила девочка, но вопросу почему-то не удивилась. — Если бы от волшебников принимали ставки, представляешь, что творилось бы? — встретив мой непонимающий взгляд, Падме вздохнула. — На третьем курсе мы можем выбрать и изучать прорицания, предугадывать будущее нас учат даже в школе. И это я молчу о волшебниках, которые действительно являются провидцами! Гоблины бы давно разорились и в отместку опять напали бы! Как же различается подготовка к школе у чистокровных и магглорожденных. Может, профессор Бинс дает уроки и на дому? — Слушай, а ты не пояснишь мне разницу между магглорожденной и грязнокровкой? — у всех своя затычка к этой бочке, посмотрим на ту, которую имеем здесь. — Да никакой, — легко пожала плечами девочка. — Уже успели обозвать? — обеспокоенный тон, удивительно для чистокровной или это я уже начала взращивать паранойю? — Нет-нет, спасибо за пояснения. Спрашивать про Предателей Крови пока не стану, уж слишком подозрительно. Эх, интересно, а что тут у них с Родами? Лорды, ритуалы, родовая магия, невероятные плюшки и престрашные проклятия – это правда? А можно основать свой род? — Хелен! — А, прости, опять задумалась, — встрепенувшись, я потерла глаза, сонливость накатывала волнами и иногда открыть веки было физически тяжело. — Я спрашивала, когда ты узнала, что волшебница? — Падме покраснела кончиками ушей, неужели эта тема настолько личная в волшебных кругах? — Этим летом, когда мне пришло письмо. — А выбросы? — я задумалась, что ответить. — Это когда… — Я знаю, знаю. Их не было, — легко пожала плечами. — Просто не было. Как думаешь, такое вообще бывает? — Никогда не слышала... Тут уже задумались мы обе. За окном начало смеркаться. Удивительно насколько пейзаж за окном стал уютным. Вдали виднелись холмы и редкий лес. Запретный лес, точно! Кто-то ведь набивал карман материалами оттуда! Но акромантулы... Да и у единорогов рог всяко не для красоты. Вроде там ещё и оборотни есть, а если и нет, то совершенно обычная дикая животина вполне может тебя задрать до смерти. Опять мимо. Может ли быть такое, что мне действительно придется просто учиться? Ага, Хелен, встретишь какую-нибудь дрянь вроде профессора Снейпа, почувствуешь приближение смерти и забьешься в самый дальний угол Хогвартса. Начать обращаться к себе Хелен было не сложно – имена что здесь, что в России были похожи, перестроилась я даже незаметно для себя. Пытаясь быть сдержанной и не вылететь как ветер из Хогвартс-экспресса, я ерзала на месте. Оказывается, в каждом вагоне были старосты факультета или школы, именно они собирали первачков и передавали их на руки Хагриду. И посещение старостой нас в самом начале путешествия было ничто иное, как обычный подсчет голов. Чтобы никто не потерялся, и на вопрос Хагрида «все ли на месте» особо умные не закатывали глаза. О детях все же беспокоятся, что ни говори. Свежий горный воздух, как же я тебя люблю. Улыбаясь настолько довольно, как себе не может позволить даже кот, объевшийся сметаны, я подошла к полувеликану. Классика жанра: Хагрид, темнота и лодки. Вид открывался просто изумительный! Огромный замок у озера в кромешной темноте, которую рассеивали лишь огни из окон школы. Сегодня была на удивление пасмурная погода, отчего замок казался необъятным и даже жутким, а башни и вовсе уходили куда-то в небо. По-настоящему волшебный вид. — Лепота, — решила я обратиться памятью к Родине. Падме бросила на меня любопытный взгляд, но вопросов задавать не стала. Передали нас с одних рук в другие и даже опять пересчитали. Пока кошка приветствовала и вещала о правилах приличия, её взгляд скользил от одного ученика к другому и в итоге она кивнула сама себе. Дети сгруппировались кучками, которыми ехали в поезде, да и кто-то искал знакомых среди толпы. Нас было не так уж много, всего человек тридцать. Знакомых лиц… Не было. Падме не в счет. Призраки выплыли из стен величаво и не торопясь. Дети побледнели, соревнуясь в цвете с самими привидениями. Когда же они начали нас приветствовать, кто-то испуганно запищал. Я была с теми, кто побледнел. Маленькая, но приятная победа. Вскоре нас все-таки пригласили в Большой Зал. Мерлиновы панталоны, это уму не постижимо! Одно дело знать о волшебном потолке и свечах, висящих в воздухе, а совершенно другое – видеть. Идти с раскрытым от восторга ртом мне не позволило воспитание, да и сам потолок, затянутый тучами, но пару раз я все-таки запнулась о чью-то мантию и едва не упала. — Добро пожаловать в Школу Чародейства и Волшебства Хогвартс! — Дамблдор помпезно вскинул руками и до того не зажженные факелы на стенах вспыхнули. Я все-таки раскрыла рот. Речь директора не была длинной и, кажется, рассматривая преподавателей, я пропустила конец. Сразу обращали на себя внимание огромные песочные часы со знаками факультетов. Тут они располагались у стен по бокам от преподавательского стола: слева от меня были часы Слизерина и Хаффлпаффа, а справа Гриффиндора и Рейвенкло. Камней внутри пока не было. А тем временем МакГонагалл позвала первого студента к шляпе... — Хаффлпафф! — в очередной раз прогремела шляпа. Распределение оказалось куда скучнее, чем я предполагала. Почти как очередь в российской поликлинике, так же шумно и долго. — Вуд, Оливер! — мальчишка с короткими темно-русыми волосами и широко раскрытыми глазами, смутно похожий на того Вуда из фильмов, уселся на табурет. Я подавила смешок – уж больно он был похож на сову, только перьев не хватало. — Гриффиндор! — все как по канону. После того, как Шляпа распределила Патрика Ллойела на Рейвенкло, пришло моё время. — Найтвуд, Хелен! — и все же меня потрясывало, несмотря на богатый опыт стресса. Сессии, скучать по вам мы тут не станем. Усевшись на табурет, я ожидала чего-то в роде «так-так-так, интересно» или «удивительно», на худой конец хотя бы «и куда тебя отправить», но просидела под антиквариатом я считанные секунды. — Слизерин! — сдержанные хлопки раздались за крайним столом. Я попала. С традиционным отношением к происхождению магов мне на этом факультете делать нечего. Я, конечно, эгоистична и следую своим целям. Но кто им не следует-то? Нужно будет основательно сесть за быт волшебников и изучить хотя бы самые известные чистокровные Роды. Самые славные их представители уже косятся не с самыми дружелюбными лицами, а связи лучше налаживать сразу в школе. Пир прошел на удивление гладко, видимо, змейки не выносят сор из избы. Или здесь в принципе не принято конфликты с уровня факультета поднимать на уровень школы. Перси Уизли ожидаемо прошел к Гриффиндорскому столу, Пенелопа Кристал присоединилась к Рейвенкло, а Падме Шафик распределили на Слизерин. Что-то мне подсказывает, что на дружбу с ней теперь не стоит рассчитывать. Но это же подозрение было рассеяно улыбкой блондинки и занятым ею местом рядом со мной. Прорвемся. В подземелья нас вел староста, уже встреченный в поезде. Кендрик Эйвери был светло-русым парнем с жирнеющими после дороги волосами. Хотя вид его нагонял страху. В гостиную факультета нужно было проходить через каменную стену в тупике. Никаких опознавательных знаков, нужно лишь сказать пароль и пройти через камень, почти как на вокзале, только здесь ощущение было гораздо мягче и даже ласковее. Словно прошел между шторами из бархата. Я не так четко помнила описание Роулинг гостиной факультета, в голове отложилось какое-то мрачное помещение с изображениями, нагоняющими страх, на стенах. На деле же все было гораздо цивильнее: два камина в противоположных сторонах друг от друга были весьма внушительными, на каждом висело изображение символа Слизерина, диваны, обитые темно-зеленой тканью, не добавляли бы уюта, если бы на них не лежало по паре сложенных пледов. Вот вам и способ оградить себя от сквозняка. К слову, особого холода в коридорах я не обнаружила, пока мы шли в гостиную. Возвращаясь к ней, значительную долю пространства занимали стеллажи с книгами, здесь же были и несколько столов. Стены не зияли голым камнем, на них висели гобелены с изображением великих слизеринцев и никаких вам преступлений, лишь гордые лица и громкие имена. — Добро пожаловать на факультет Слизерин, — довольно сухо начал Эйвери, — сейчас пройдет посвящение. Старшекурсники обучат вас согревающему заклинанию и, если вы себя не сожжете, будете достойны звать себя слизеринцем, — пока ни слова о крови, что меня устраивало. Что-то я и правда слегка двинулась на этой теме. А сжечь себя согревающим… Здесь школьная медсестра вообще для чего? В итоге, все справились с чарами и старшие сжалились над детьми, напомнив о том, что не следует позорить свой факультет. Весьма красноречивые взгляды в этот момент староста кидал именно на меня: среди фамилий нашего года я не услышала ни одной незнакомой, все были из канона. Предвзятое отношение куда лучше открытой травли, пусть уж будет так, как есть. Доска объявлений – принято, беседа с деканом в пятницу – принято, когда уже можно будет идти спать? После Хогвартс-экспресса я хотела уснуть и в лодке, и за столом. Изверги. В комнату поселили всех трех девочек, набор в этом году был удачным. Я разделила комнату с Падме и Мередит Флинт. Удивившись тому, что Зая уже выбрала нам спальное место, я смирилась и пошла в ванную, чтобы умыться. Поздоровавшись в зеркале сама с собой, я заслужила непонимающе-удивленные взгляды девочек, но собой была довольна. Тем более с такими людьми нужно здороваться: в зеркале отражалось болезненно-бледное лицо с намеками на синяки под глазами. Оно казалось едва ли не прозрачным на контрасте с каштановыми волосами, а светло-серые глаза с холодным оттенком металла добавляли болезненности общему виду. Ясно, Хелен. То было не предвзятое отношение, а жалость. Повезло. Наконец, этот день закончился, и я уснула.